друг, который (не) смог

      «Друг, который смог».       Юля была искренне рада за Диму и Клаву. Масленникова она знала уже почти десять лет, поэтому, хоть они и не общались слишком близко сейчас, чувствовалось тепло из-за того, что он наконец-таки нашёл своё счастье.       А вот счастье самой Юли ещё не нашлось. Вернее, это «счастье» никак не может понять, что она подходит к нему всё ближе и ближе — не реагирует на её действия вообще никак, будто между ними стоит большая бетонная стена. Паршута порой злилась из-за этого: что бы она ни делала, всё было мимо и словно обходило его стороной.       И даже сейчас, сквозь радость за хороших знакомых, она снова почувствовала эту злость.       — Смог… Он-то смог, а ты… Дурак, — девушка оставила комментарий, а потом зашла в галерею. Среди всех их фотографий и видео с Марком Юля хотела найти то, что хоть как-то подошло бы для того, что она хотела сделать, но фото или видео всё никак не находилось.       Занятие это оказалось слишком долгим: добралась до того самого она только спустя минут десять. Это видео она сняла в один из тёплых весенних дней, когда они в очередной раз решили вместе позавтракать в любимом обоими кафе. На экране она видела Марка, который с улыбкой на губах шёл к столику, за которым она сидела, и нёс чай. После её «какой внимательный и заботливый» Тишман споткнулся буквально на ровном месте, и чашка, которая была в его руках, оказалась на столе, а чай — там же и вдобавок к тому на брюках Юли. Вместо ожидаемого раздражения или хотя бы вскрика Паршута заливисто засмеялась — пока смотрела видео, вспомнила, как тогда сидящие рядом люди бросали удивлённые взгляды на них. Марк тогда опустился на стул и закрыл глаза руками. «Не быть мне официантом», — после этой фразы девушка остановила съёмку и они всё же решили проблему.       Паршута открыла редактор и немного обрезала видео, чтобы на нём не было лишних моментов, а потом тут же зашла в инстаграм. Пост оказался слишком импульсивным — возможно, она потом пожалеет об этом, но точно не сейчас.       Видео появилось в ленте с отметкой Марка и подписью.       «Друг, который не смог»       Спустя пару минут после публикации сразу же посыпались лайки и комментарии. Вероятно, среди её подписчиков были и те, кто подписан на Клаву или Диму, потому что среди сообщений она пару раз увидела проскользнувшее упоминание их сегодняшнего поста.       Лайк от Марка появился не сразу, но, так как она зачем-то следила за этим, не смогла пропустить. А следом за ним полетел и комментарий.       «Я попытался бы затормозить, но мир будто замер…)»       — Какой же ты тормоз, господи, — Паршута тяжело вздохнула, поставила лайк на его комментарий и перешла в директ.

Я тебя хочу увидеть сегодня

11:07

Почему вдруг? 11:09       — Кто б сомневался, что ты не поймёшь.

Знаешь… Я смотрю на тебя другими глазами в последнее время

11:09

      — А ты слепой.       От своих комментариев, произнесённых вслух, Юля в какой-то момент рассмеялась. Наверное, первые признаки шизофрении всё же присутствовали. И в этом виноват исключительно Марк и его порой заторможенное восприятие её слов. Ничего не понял. Но, вероятно, нам и правда нужно встретиться. Вечером? 11:10

Тогда буду ждать

11:11

***

      Вытерпеть эти несколько часов даже учитывая занятость на репетиции оказалось весьма сложно. Поговорить им пора уже давно, но только после сегодня увиденного видео Юля поняла, что дальше держать внутри себя свои чувства просто невыносимо. Хотелось уже разъяснить всё и поставить точку в вопросе.       Марк позвонил в дверь спустя полчаса после того, как Паршута вернулась с репетиции. Стрелки на часах показывали одиннадцать — вечер уже перетёк в ночь.       — Заходи, — она открыла дверь и отступила назад, а после того, как мужчина вошёл, обняла его. Хотелось бы ей через простое касание передать то, что она чувствует, но, кажется, с Марком такое не получится. Хоть он и человек «тонкой душевной организации», как сказала ему участница шоу, но почему-то именно в этом вопросе эта его «организация» никак не давала о себе знать.       Тишман разделся и проследовал за Юлей на кухню.       — Тебе кофе, как обычно? — она потянулась к шкафчику, где стояли все напитки, а потом внезапно почувствовала, как Марк встал слишком близко.       — Может, выпьем покрепче чего-нибудь? Тебе завтра никуда не нужно? — девушка закрыла дверцу и развернулась, оказавшись практически зажатой между Марком и столешницей.       — Нет, — она подняла на него глаза, и в этот момент мужчина отступил.       «Да господи, почему ты такой… Почему ты такой невнимательный, когда это сильно нужно», — пока Юля размышляла, Марк уже сам прошёл туда, где девушка обычно оставляла алкоголь — купленный самостоятельно или подаренный кем-то — и бокалы.       — Вино или шампанское?       — Там где-то был ликёр клубничный, — Паршута прошла за стол и села, наблюдая за действиями Марка.       — Сразу так?       — Почему бы и нет, — через пару секунд Тишман нашёл нужную бутылку, взял бокалы и поставил всё на стол. — Надеюсь, в этот раз ты сможешь не пролить ничего на меня, — она беззлобно усмехнулась, а мужчина, который уже начал открывать бутылку, с шуточным укором посмотрел на неё.       — Это было давно. И вообще, один раз в жизни, — он вернулся к тому, что делал, и в этот раз действительно ничего не пролил.       — Друг, который смог, — Паршута посмеялась, а Марк в ответ на это промолчал и разлил напиток по бокалам. Вопреки ожиданиям, он сел не напротив неё, как обычно, а подвинул стул, поставил его рядом, слишком близко, и опустился на него.       — Я всё понял, Юль, — он улыбнулся ей такой улыбкой, какую она в свою сторону, кажется, видела впервые. В этом выражении лица была заложена любовь и одновременно с ней доля смеха. — Могла бы и прямо сказать, а не намекать вот так двусмысленно.       — С тобой невозможно прямо говорить на эту тему. Ты как… Как баран, Марк, честное слово, — его глаза округлились — первый раз услышал такое не прикрытое ничем лёгкое оскорбление, — и он засмеялся. — Правда! В какой-то момент я подумала, что быстрее золотой граммофон получу, чем ты поймёшь что-то.       — Я бы был рад, если бы ты его получила.       — Марк, не соскакивай с темы, — она слабо стукнула кулаком в его плечо.       — Да-да, конечно. Тебе и правда нужно было всего лишь сказать.       — Возможно, — Паршута поняла, что и правда могла бы быть откровенной с ним с самого начала, но на тот момент страх оказаться отвергнутой был выше всех желаний, а потом она привыкла к тому, что нужно ждать. — Но ты всё равно баран. И дурак. И…       — Можешь не продолжать, дальше ряд понятен, — он вновь посмеялся, и тогда Юля всё же не смогла сдержаться и повторила это за ним. — Я своим словам останусь верен, но все твои… эпитеты в свою сторону, конечно же, приму. Иначе превращусь в козла, индюка…       — А ещё ты слепой.       — Да, конечно.       — И дурак.       — Уже было.       — И… Невнимательный слепой дурак.       — Хорошо, да, я такой.       — И надоедливый зануда! — она снова стукнула его — теперь уже чуть сильнее и обеими руками, а Марк не стал никак двигаться и просто поймал её руки в свои.       — Какой есть, прости уж старого надоедливого невнимательного слепого… Какого там ещё?       — Занудного.       — Да, точно. Старого надоедливого невнимательного слепого занудного дурака.       — Так уж и быть, сегодня тебе это сойдёт с рук.       После этого странного для обоих диалога они всё же немного выпили и спустя пару минут случился их первый поцелуй с привкусом клубничного ликёра.       А через несколько месяцев в профиле Юли появился пост с прикреплённым фото кольца на безымянном пальце и подписью «ещё один друг, который смог». Марка, конечно же, там не было — хотелось ещё немного поскрываться, — но под этим постом был закреплён его комментарий.       «А она покинула чат незамужних женщин».