Игрушка сома поиграет с тобое

Тони стоял на очередном банкете и откровенно скучал. Зала было огромное, как и всегда. Огромные офисы, красивые блестящие полы, люстры, вкусно пахнущие цветы. Кстати, это сирень — святые сиреневые вкусно пахли. Стулья видно, что сделаны на заказ. И скучные разговоры о политике, экономии, акциях компаний, и оркестр, который играл. Официанты в костюмах и официантки — всё это настолько давным-давно мне надоело. Тони уже мечтал уйти с банкета, как вдруг к нему приблизился какой-то омега. Он выглядел красиво, но не по-мереприятельски. Он был одет в белую рубашку, короткие чёрные шорты. На шее у него был шарф: он был чёрным, по середине — тонкая ткань, а по краям — кружева. А на ногах — чёрные кеды. На плече у него висела сумка-мессенджер (или просто мессенджер), красивая. От него пахло сиренью, выпечкой и лёгким запахом чего-то немного кислого, грубоватого. «А вот и новая игрушка на ночь», — подумал Тони и улыбнулся. — Здравствуйте, мистер Старк, я хочу задать вам пару вопросов. — Здравствуй. Э-эм, кем бы ты ни был. — Ой, простите, забыл представиться. Меня зовут Питер Паркер, я журналист. Можно задать вам пару вопросов? — Конечно, для милого омеги всё что пожелаешь. (Сука, «милые омеги» серьёзно? Мог сказать хотя бы просто «красивый». После долгих отношений и правда сложно флиртовать.) — Спасибо за комплимент. Давайте присядем. Питер указал на стул и стол — небольшой, на двоих, ближе к концу зала возле огромных панорамных окон. Они сели. Тони сразу взял бокал с шампанским, который стоял на столе вместе с разными закусками и фруктами. Тони подвинул второй бокал к Питеру жестом руки, предлагая выпить. — О нет, я не… точнее, не пью. Мне всего 17 лет, мне ещё нельзя. Тони немного растерялся. В приглашении точно было сказано, что строго с 21 года. Как его спустили на вечеринку, если это, конечно, можно так назвать? Скорее светский вечер. — Это вечеринка? Если это можно так назвать. С 21 года. Как сюда попал мальчишка? — Я друг человека, который устроил этот банкет. И моя сестра работает у вас. Кстати, я думал, моя сестра рассказывала обо мне. — А кто твоя сестра? — Моя сестра работает у вас. — И кто же твоя сестра? Имя скажи, может, вспомню, — улыбнувшись, сказал Тони. — Моя сестра — Гвен Паркер. Тони подавился шампанским, но, прокашлявшись, всё взял себя в руки и посмотрел на Питера. Не видел у него особых сходств с Гвен. Гвен — блондинка с голубыми глазами, и она бета. В этот момент начала говорить Питер: — В это трудно поверить, но это так. — Но вы совсем не похожи. — Я думал, вы знаете, кто я такой. Ну, всё же вы, наверное, смотрели досье или знали что-то про наших родителей и про тётю, дядю, — немного робко начал Питер. — Да, мы с Гвен и правду не очень похожи. Просто она перекрасила волосы, а голубые глаза у неё от матери, а у меня — от отца. Да и по характеру мы разные. Но я надеялся, что она хотя бы говорила обо мне. — Честно сказать, мы с Гвен особо не общаемся. Она скорее с остальными мстителями тренируется. Ей не нравится заниматься, как она сказала, скучной работой в мастерской. — Ну, это же интересно: создавать новые изобретения, новые костюмы. Я люблю изобретать, строить, новые передовые технологии. Быть гением — классно, чем просто драться. Ладно, мы отошли от темы. — Какой темы? — Ну, я сюда пришёл за интервью, — немного покрываясь румянцем, говорил с улыбкой Питер. — А, ясно. Можешь начинать интервью. (Блять, совсем забыл, что он журналист. Надеюсь, я ничего лишнего не сказал.) — Ладно, — сказал Питер, взял маленький блокнотик и диктофон, включив его. — Так, первый вопрос. Вы готовы? — улыбнулся сказал Питер, смотря в глаза Тони. — Я всегда готов. — Первый вопрос: кто вы без своего костюма? — Гений, миллиардер, плейбой, филантроп. Питер ярко улыбнулся ему и продолжил: — Ну тогда второй вопрос: как вы создали дуговой реактор в пещере? — На этот вопрос не могу ответить подробно, но я создал его с помощью одного человека. Кто — не скажу, но он был хорошим человеком. — Ладно, тогда третий вопрос, Тони. Если бы вы могли создать технологию, которая решила бы одну мировую проблему, но взамен вам пришлось бы навсегда отказаться от брони, что бы вы выбрали? — Легко. Я бы выбрал создать чистую энергию, а потом использовал эту энергию, чтобы построить броню, которая ещё круче. Называйте это приватизацией мира во всём мире, если хотите. Я не отказываюсь от своих игрушек, я делаю их лучше. — С вами на удивление легко общаться. Остальные звёзды обычно более скованы, себя ведут, но я рад, что вы более свободны в своих мыслях и выражениях. Ладно, приступим к четвёртому вопросу: что бы вы делали, если бы стали верховным магом? — Магия — это просто наука, которую мы ещё не понимаем, — а потом, через минуту немного подумав, добавил: — Называйте меня железным магом. Если серьёзно, я бы автоматизировал защиту Земли за неделю. — Ладно, — сказал Питер. — Осталось всего два-три вопроса, не больше. Пятый вопрос: многие критикуют вас за высокомерие и эгоизм. Что бы вы ответили своим критикам? — Я строю будущее, пока вы пишете комментарии в соцсетях. Да, я высокомерен, но если бы я был скромным, мы бы всё ещё использовали дисковые телефоны. — Шестой вопрос: вы расстались с Пеппер. Как вы это переживаете? — Питер сказал это неуверенно, зная, что вопрос слишком личный, но он не мог его не задать, а то его агентство уволило бы его. — Э-э-эм… (И что я должен ответить? Что не сошлись характерами, или сказать правду? Ладно, стоит сказать всё как есть.) Между нами никогда не было искренней любви, как в мультфильмах, но я ею дорожил. Она устала, и я её не виню. Просто наши пути разошлись, ничего не поделаешь. Мне, конечно, было плохо в начале, но сейчас я в поисках своей поры, — сказав это, Тони отключил диктофон Пита, и они пару минут помолчали. А потом Питер начал: — Извините за последний вопрос, — немного дрожащим голосом говорил Питер. — Ничего страшного. Я прошу тебя, если ты согласишься, на неофициальную встречу на выходных. — Вы приглашаете меня на свидание? Я же брат Гвен, вас это не… — Нет, не надо заканчивать, — не дав закончить Питеру, сказал Старк и улыбнулся своей фирменной улыбкой. Питер краснел ушами, неловко закрывая лицо ладонями. Тони сказал (он охуенно будет смотреться на моей кровати): «Ты будешь помилее с Гвен, Питер». — Спасибо, — сказал Питер. Он ещё сильнее покраснел и быстро убежал. — Ладно, мне уже пора в башню. Тони вызвал Хэппи и, попрощавшись со всеми, ушёл в сторону парковки. Сев в машину, он думал, что этот Питер явно будет его. И от его запаха у Тони начинают грязные мысли: как этот невинный омега краснеет и станет под ним, как извивается, шепчет его имя, как он лижет на его столе, как он быстро и до конца проникает, а Питер умоляет быть мягче. Как комната наполняется пошлыми звуками, как он льнёт к нему за прикосновениями, как ближе к концу он умоляет кончить в него. Блять. Тони посмотрел на свои штаны — у него встал. Ладно, нужно, как только приду, вызвать какую-нибудь шлюху. — Вы не устали, босс? — нарушая тишину и вырывая Тони из мыслей, спросил Хэппи. — Нет, я познакомился с одним очень интересным омегой. — И кто этот омега, который смог увлечь вас, босс? — Моя будущая игрушка.