Метка, которую я не выбирал

—это будет самая искрометная и веселая  вечеринка-: пролепетала еле слышно Полумна , задумчиво выводя на запотевшем от ее горячего дыхания , окне, какую то руну . Джини хмыкнула . -Хотя Нотты были и на нейтральной территории во время войны, я все еще возмущена, почему отца Тео не заперли в Азкабане?:- возмущенно сказал Рон, закидывая ноги на стол. Кабинет авроров был достаточно большим и просторным , он занимал почти весь верхний уровень сектора магического правопорядка и меньше всего походил на обычный офис. Пространство было большим— слишком открытым для места, где ежедневно обсуждали тёмную магию, аресты и последствия войны. Высокие потолки терялись где-то в полумраке, поддерживаемые массивными каменными колоннами, по которым медленно скользили золотые линии защитных чар. Свет здесь никогда не был по-настоящему тёплым: холодные магические лампы под потолком отбрасывали серебристые отблески на длинные ряды столов, заваленных папками, картами и зачарованными документами. Вдоль стен возвышались огромные шкафы из чёрного дерева, заполненные делами, артефактами и запечатанными уликами. Некоторые из них были скованы тонкими цепями с рунами, будто даже спустя годы вещи внутри всё ещё считались опасными. В воздухе смешивались запахи старого пергамента, чернил, крепкого кофе и едва уловимый металлический привкус боевой магии, въевшийся в стены за годы работы. Над головами авроров медленно двигались зачарованные панели с ориентировками и сводками происшествий. Имена вспыхивали золотом, исчезали, заменялись новыми. Иногда на секунду по помещению пробегали алые всполохи тревожных сигналов, окрашивая лица людей в кроваво-красный цвет. Даже шум здесь был особенным. Тихие переговоры. Шелест бумаг. Стук каблуков по каменному полу. Короткие обрывки заклинаний. Звяканье чашек с давно остывшим кофе. И за всем этим — постоянное напряжение людей, привыкших жить в ожидании новой угрозы. В дальнем конце кабинета располагались столы новеньких авроров, ну как новеньких. Они проработали здесь уже больше 3 месяцев, но все еще считались новобранцами. Джини, Рон,Полумна и Гермиона умудрились организовать свой маленький дружественный уголок даже на работе. Сегодня утром, когда  Гермиона, Рон и Джинни только успели занять свои рабочие места, в открытое окно влетела статная, явно породистая сипуха. Она не стала метаться между столами, а с аристократичным изяществом приземлилась прямо на стопку бумаг Гермионы, требовательно вытянув лапку. К лапке был привязан дорогой пергамент с тиснением. Рон, жевавший сэндвич, подозрительно прищурился: — Это еще от кого? Гермиона развернула записку, и по кабинету разнесся едва уловимый аромат дорогого одеколона и старой бумаги. «Дорогие друзья (да-да, Уизли, и ты тоже), Сегодня вечером в поместье Ноттов будет открыт лучший погреб этого города. Форма одежды — вызывающе элегантная. Буду искренне рад видеть у себя тебя, Гермиона, а также Рона, Джинни и Полумну. Попробуем сделать этот вечер чуть менее скучным, чем ваши аврорские будни» Сова, дождавшись, пока письмо будет прочитано, коротко ухнула и, сделав прощальный круг под потолком, вылетела в окно, оставив после себя атмосферу предстоящего праздника и легкий аромат авантюры. —Рон, убери ноги со стола, это не гигиенично. -фыркнула Джини и села на край его стола. —а садится на него гигиенично?:-парировал Уизли, но ноги все таки со убрал. Гермиона сидела на своем стуле и задумчиво колупала ногтями край какого то журнала. —Но я не понимаю, каким образом мы тоже приглашены на эту вечеринку :- снова произнесла Лавгуд, но уже заметно громче и обернувшись на друзей. —Вечеринка по поводу окончания войны, круто звучит, вы заметили?:-спросил Рон. —конечно, будет интересно, как пройдет послевоенная тусовка оставшихся выживших.. —Рон, надо продолжать жить дальше:- вдруг резко сказала Гермиона, вернувшись из своих мыслей. Рон откинулся на свое мягкое кресло. Он недовольно хмыкнул. Они понимали, что надо двигаться вперед, но это чувство , липкое чувство , как будто им было стыдно,что они здесь живые, а другие там, откуда уже не вернутся. Это чувство не покидало их. — Я думаю, нам надо идти:-резюмировала Гермиона. —нам надо держатся вместе. Я понимаю, что прошло недостаточно времени после всех этих событий, но мы итак слишком долго выживали. Её голос был спокойным, но в нём чувствовалась усталость человека, который видел слишком многое для своего возраста. — Постоянно оглядывались. Ждали плохих новостей. Боялись тишины больше, чем шума. Она слабо усмехнулась. — И, возможно, мы настолько привыкли выживать, что забыли, как вообще жить нормально. Вечеринка у Tео— это не просто алкоголь, музыка и попытка сделать вид, что всё хорошо. Это шанс хотя бы на один вечер перестать быть людьми, пережившими войну. Пауза. — Шанс вдохнуть полной грудью и не ждать, что в следующую секунду всё снова рухнет. Её взгляд на мгновение стал мягче. — Мы имеем право на это. Не потому что забыли.Не потому что нам больше не больно. А потому что если мы так и останемся жить только прошлым… тогда война победит нас даже после своего конца. Она замолчала на секунду, будто сама почувствовала тяжесть собственных слов. — Так что да, — произнесла она уже тише, но почти с вызовом. —завтра мы все идем на эту вечеринку. Все опустили глаза в пол, потому что Гермиона была права. Почти на минуту между ними повисла тишина, пока Рон не решил задать свой вопрос Грейнджер. —кстати, как продвигается дело Малфоя? Рон улыбнулся, почти с вызовом. —а что с ним? :-Гермиона подняла бровь.—мы стараемся быть обычными соседями. Месяц без происшествий и месяц минимального общения и коротких приветственных кивков. Осталось еще 23 месяца. —странно, что министерство не оставило его без средств на существование :-произнесла Джинн.— Он все также неприлично богат —это было бы слишком,Джинни, оставить его без наследства Малфоев. Он итак лишился своего поместитья..:— Гермиона запнулась. Она почувствовала как волна противных и страшных воспоминаний того злополучного дня снова накатывает на нее. —ну всё , за работу, а вечером готовимся к завтрашней вечеринке : —вдруг резко произнес Рон, меняя тему, и начав копаться в куче бумаг на своем столе. Друзья разошлись за свои столы. Все помнили тот страшный день, когда они потеряли лучшего друга. Время 16:40, Тео приглашал всех на вечеринку к 21:00. Времени собраться еще было достаточно. Гермиона снова посмотрела в окно на дом напротив. Они почти не разговаривали с Драко после того первого дня на ее кухне. Не то, чтобы Гермиона нуждалась в этих разговорах. Нет, и это не походило на жалость с ее стороны. Драко Малфой меньше всего походил на человека, которого можно жалеть. Это было другое. Осознание того, насколько одиночество иногда выглядит громче любых слов. Она видела это слишком хорошо, потому что сама когда-то чувствовала нечто похожее — только без той тьмы, которую ему приходилось носить за собой. И, возможно, именно поэтому ей хотелось сделать что-то совсем маленькое и глупое: оставить включённый свет на кухне на ночь, или пригласить его на кофе, или испечь пирог и по соседски поделиться им с ним. Как будто присутствие другого человека могло хоть немного приглушить ощущение, что весь мир уже давно решил, кем ты являешься. И Гермиону это пугало больше всего. Потому что она всё ещё не знала: пытается ли помочь ему или пытается спасти  саму себя. — Боже , что я делаю… Гермиона уже ставила в духовку яблочный пирог, который она впервые приготовила на этой кухне за эти 4 месяца проживания. Да и в принципе , она впервые здесь что-то готовила. Обычно она спасалась доставкой , или полуфабрикатами с магазина, или просто шоколадным печеньем. Конечно, можно было приготовить пирог с помощью палочки, но за пределами работы, она старалась минимизировать применение магии. Мазоли от палочки только сейчас начали проходить. Потому что за все время войны , она не выпускалась из ее рук почти никогда. Спустя час,Гермиона стояла перед дверью Малфоя с пирогом в руках. Господи, ей казалось, что сейчас она выглядит глупо и унизительно. Она закусила губу и собиралась было уже развернутся и бежать домой, но тут дверь резко распахнулась. Драко лишь приподнял левую бровь. — ты не собиралась стучать? — ааа, руки были заняты.  Вот, пирог. Яблочный .  Драко предстал в неожиданно мягком, домашнем облике. На нем был легкий свободный лонгслив графитного цвета который делал его плечи шире, а образ — слишком домашним. Дополняли наряд простые черные брюки из хлопка. Несмотря на домашнюю обстановку, он не утратил своей стати. Его волосы, обычно зализанные назад, теперь были чуть растрепаны и мягкими прядями спадали на лоб. В этом беспорядке и в том, как рукава лонга были слегка закатаны, обнажая бледные запястья, читалась расслабленность человека, который наконец-то находится в безопасности. Драко замер, глядя то на румяную корочку пирога, то на раскрасневшуюся от смущения Гермиону. На мгновение в его глазах промелькнуло искреннее изумление — он явно не ожидал, что она решит потратить время на готовку специально для него. Однако он быстро взял себя в руки. Его лицо привычно приняло выражение вежливой отстраненности, хотя уголок губ предательски дрогнул. — Грейнджер? — его голос прозвучал низко и бархатисто. — Ты решила сменить карьеру аврора на кондитерскую? Он отступил в сторону, пропуская её внутрь. Несмотря на нарочито холодный тон и аристократическую выправку, от него самого исходило ощутимое тепло — смесь аромата парфюма с нотками сандала и запах мятных сигарет. — Проходи, — добавил он уже мягче, забирая у неё тяжелую форму. — Надеюсь, внутри нет приворотного зелья? Хотя, судя по запаху, оно там и не нужно. Он улыбнулся своей самой милой улыбкой, которую можно было от него ожидать. Гермиона захлопала глазами. Он держался уверенно и спокойно, и в этом жесте — как аккуратно он принял пирог, стараясь не коснуться её пальцев, чтобы не выдать легкую дрожь в своих — чувствовалось, что этот визит значил для него гораздо больше, чем он готов был признать вслух. — Я как раз думал, с чем можно попить чай. Гермиона едва удержалась от усмешки. Конечно. Малфой и невинные мысли о сладостях к чаю— сочетание почти фантастическое. Когда они прошли внутрь, Гермиона невольно отметила, насколько здесь всё пропитано духом перемен. Коттедж был небольшим, но уютным, и в нём царил тот идеальный порядок, который бывает только у людей, начинающих жизнь с чистого листа. Никаких фамильных призраков или тяжелых проклятий в стенах — только запах свежего дерева и чистоты. Драко поставил пирог на кухонную стойку и обернулся. В этом ограниченном пространстве коттеджа он казался еще выше и внушительнее. Его графитовый лонгслив мягко подчеркивал уверенную осанку . — Извини за пустые стены, — он обвел взглядом гостиную, где мебели было минимум, но вся она была качественной и современной. — Я заселился совсем недавно. Он подошел к окну, из которого открывался вид на сад, и чуть поправил рукав джемпера. — Собираюсь заняться здесь полноценным ремонтом, — произнес он, и в его голосе послышался азарт. — Хочу переделать всё под себя. Здесь будет много света, дерева и никакой «магической готики». Я уже присмотрел несколько эскизов для гостиной. Драко говорил об этом не как о тяжелой обязанности, а как о проекте, который приносит ему удовольствие. В его движениях не было и тени прежней надломленности; он держался максимально уверенно, будто каждый вбитый в стену гвоздь был его личной победой. — Так что твой пирог — это первая «домашняя» еда в этих стенах, Грейнджер, — он едва заметно улыбнулся, и эта мимолетная мягкость сделала его образ в домашней одежде по-настоящему теплым, несмотря на всю внешнюю сдержанность. — Знаешь, — начала она, слегка прищурившись, будто уже визуализируя пространство, — здесь отличная планировка. Если ты добавишь больше открытых полок из светлого дерева и, возможно, заменишь эти тяжелые шторы на что-то легкое, коттедж станет совсем другим. Драко улыбнулся. — спасибо  — Если тебе понадобится помощь с выбором... или если нужно будет наложить пару сложных чар расширения пространства, которые не разнесут фундамент, — я на связи. Но, честно говоря, мне кажется, ты и сам отлично справляешься. У тебя взгляд человека, который точно знает, где должна стоять каждая чашка. Драко ухмыльнулся. Оглядевшись Гермиона вздохнула и  собралась уходить. Но Драко перегородил ей путь. Он закрыл ей проход одной рукой, оперевшись ладонью в дверной косяк. — может, составишь мне компанию? Спросил Драко, опустив на нее свой тяжелый взгляд. Он подолшел к ней очень близко. Слишком. Настолько, что она могла различить едва уловимый запах ментоловых сигарет, услышать тихий шорох его дыхания в почти неподвижной тишине кухни. Он медленно поднял руку. Гермиона замерла раньше, чем успела понять почему. Кончик его большого пальца  осторожно коснулся  уголка её губ. Движением было лёгким, почти невесомым — и именно поэтому сердце предательски сбилось с ритма. Она резко вдохнула. Совсем тихо. Но он заметил. Конечно заметил. Драко на секунду задержал взгляд на её лице, будто сам не ожидал, что этот жест окажется настолько… интимным. — у тебя тут , мука… :— вдруг он нарушил молчание между ними.. Она первой отвела взгляд, чувствуя, как тепло медленно поднимается к щекам. — Спасибо, — пробормотала она почти недовольно, будто злилась на собственную реакцию. Уголок губ Драко дрогнул в едва заметной улыбке. — Не за что. Но руку он убрал не сразу. — я нарежу пирог, тогда… если ты не против. Чайник закипел. Гермионе казалось ,что сейчас она наблюдает нелогичную для себя картину. Драко Малфой наливает ей чай, а она сидит на его кухне поедая только что приготовленный ею пирог для него. Какая то шутка судьбы. — ты идешь на вечеринку к Тео? Вдруг беззаботно начала Гермиона, отламывая от пирога небольшой кусочек. Драко на секунду замер, будто не ожидал услышать от нее этот вопрос. — да, буквально на 10 минут. Дорога до него на байке занимает 20 минут, как раз туда и обратно, чтобы успеть вернутся в дом до 22:00. Гермиона закатила глаза и чуть не подавилась пирогом. Смотрящий Аврор совсем забыла кто перед ней.  — прости, я совсем… — все нормально. Драко стоял напротив с куском пирога в руке, ему понадобилось всего 3 укуса, чтобы кусок был полностью поглощен. Гермиона поймала себя на мысли, что Драко вполне приживается к своей роли обычного парня. Только его слишком аристократическая и красивая  внешность выдавала его корни. Платиновые волосы и серебряные глаза. Гермиона прокашлялась и прильнула к кружке с горячим чаем.  Драко оперся бедрами о столешницу кухни и сложил руки на груди.  — ты там будешь? — да, хочу отвлечься. Ответила Гермиона, все также пряча глаза в кружке. Драко поднял руку с браслетом прямо перед собой. — Я надеюсь, мой Аврор не напьется до беспамятства, вдруг ее подопечному понадобится помощь? — Малфой:- фыркнула Гермиона,- я почти забыла, каким ты был язвительным в школе. Драко рассмеялся. Его смех отозвался в груди Девушки чем то отдаленно теплым и приятным. Давно она не слышала искренний смех. — прости:- сдавленно пробурчал Драко. — ты говоришь дорога на байке, у тебя есть байк? С неподдельным интересом просила Гермиона. — да, паркуюсь на заднем дворе, купил его на прошлой неделе, мне теперь надо привыкать ко всем этим магловским штучкам. — но я ни разу не слышала звук мотора на улице,как ты умудрился ? Он довольно хмыкнул. — на самом деле прости за вопрос,я действительно забыла о правилах, я не хотела тебе поддеть или обидеть этим… — всё нормально, Грейнджер. Я Никогда не любил светские приемы. Ни до войны,ни во время , и скорее всего после тоже не полюблю. Тео знает об этом, поэтому он даже и не пытался приглашать меня. Он отправил лишь сообщение с извинениями на мой мобильный. Во время войны мы сильно отстранились друг от друга. Я даже,в какой то степени рад.  Гермиона поджала губы, затем вопросительно посмотрела на него. — запиши мой телефон, я конечно доверяю нашим браслетам. Но телефон  будет еще одним способом связаться. — Это действительно необходимо? — Конечно ! Драко вытащил телефон из кармана брюк и протянул его Гермионе. Она быстро набрала свой номер и записала его, Драко заметил как она улыбнулась краешком губ.  Гермиона встала из- за стола , отдала телефон Драко и направилась к выходу, она почти миновала коридор к выходу, как Малфой окликнул ее. — Грейнджер! — М? — спасибо….

***

Вечерний воздух был густым от запаха мокрой травы, дорогого табака и сладковатого аромата магических свечей, парящих над садом поместья Теодора Нотта. Когда Гермиона и Джинни вышли из тёмного переулка после аппарации, перед ними словно распахнулся другой мир — шумный, золотой, ослепительно живой. Высокие кованые ворота медленно раскрылись сами, пропуская их внутрь. Огромный сад Ноттов тянулся далеко вперёд, утопая в мягком янтарном свете. Над дорожками висели сотни зачарованных фонарей — они плавали в воздухе, как светлячки, отражаясь в бокалах гостей и в тёмной глади декоративных прудов. По краям аллей стояли белоснежные шатры из полупрозрачной ткани, колыхавшейся от лёгкого ветра. Между ними скользили официанты в чёрных мантиях, разнося шампанское и огневиски на серебряных подносах. Музыка — живая, тягучая, с нотками джаза — доносилась откуда-то из глубины сада, где волшебный оркестр играл под навесом из вьющихся серебристых роз. Гермиона невольно замедлила шаг. Вокруг было слишком много знакомых лиц. Министерские чиновники в дорогих мантиях тихо переговаривались у фонтана, авроры стояли группами возле лестниц, аристократы лениво смеялись, пряча за улыбками старые интриги и неприязнь. Здесь были люди, которые ещё полгода назад заседали на военных слушаниях, подписывали приговоры, спорили о судьбах целых семей. А теперь они поднимали бокалы и делали вид, будто война осталась где-то очень далеко. — Мерлин… — тихо выдохнула Джинни, оглядываясь. — Тео явно решил потратить все деньги рода Ноттов за один вечер. Она выглядела расслабленной, но Гермиона слишком хорошо её знала — Джинни тоже чувствовала это напряжение под слоем музыки и смеха. Будто весь сад был красивой декорацией, за которой пряталось что-то хрупкое и опасное. Где-то наверху вспыхнули золотые искры. Магический фейерверк рассыпался над поместьем созвездиями, и на мгновение лица гостей окрасились мягким светом. Семейство Нотт всегда умело устраивать вечера так, словно это не просто праздник, а театральная сцена, где каждый человек играет свою роль. — Я думала здесь будет только молодежь.. Голос подошедшей к ним Полумны прозвучал тихо и мягко. В ее руке вальяжно устроился бокал с чем-то шипучим. Она кивнула девушкам. Гермиона и Джини приветственно улыбнулись ей. — такое ощущение,что это была идея совсем не Тео, а Нотта старшего, слишком много здесь лиц из верхушки Министерства и Аврората.: —сказала Гермиона, и взяла бокал с шипучим шампанским прямо с подноса, подошедшего к ним официанта. Девушки продвинулись дальше, в поиске знакомых лиц. Официанты ловко скользили между гостями с подносами. В воздухе пахло дымом, дорогим вином и летними цветами. Иногда над садом вспыхивали магические искры — маленькие фейерверки, рассыпавшиеся серебром в ночном небе.  Вдруг  музыка внезапно стихла. Разговоры начали обрываться один за другим, словно кто-то медленно приглушал весь сад. Взгляды гостей повернулись к широкой лестнице поместья. Там появился Нотт старший.  Высокий, безупречно собранный, в тёмной мантии с серебряной вышивкой на воротнике, он спускался медленно, уверенно, хозяином был не только этого дома — но и самого вечера. Его седые волосы серебрились в свете фонарей, а на лице застыла спокойная, почти холодная улыбка. Одрик Нотт поднял бокал. — Друзья, — его голос прозвучал негромко, но сразу заставил весь сад замолчать. — Благодарю вас за то, что сегодня вы здесь. По толпе прошёл лёгкий шелест. Кто-то поднял бокал в ответ. — Последние годы были… непростыми для каждого из нас. Для семей. Для Министерства. Для всего нашего мира. Он сделал короткую паузу, окидывая взглядом собравшихся. — Но даже после самых тёмных времён наступает момент, когда люди вновь учатся жить. Встречаться. Доверять друг другу. Строить будущее, а не оглядываться назад. Ветер качнул ветви деревьев, и золотые огни дрогнули над головами гостей. Эта фраза прозвучала мягко, почти спокойно. После апподисментов веселье продолжилось. Скользя взглядом по шумному саду, Гермиона заметила: смеющуюся Тонкс у фонтана, Джорджа с бокалом огневиски, о чём-то оживлённо спорящего с Невиллом, и Рона, лениво облокотившегося на мраморную колонну. Все так выглядели непринужденно и легко, но она знала, что за судьбой каждого из них скрывается маленькая личная трагедия, которая была задвинута далеко далеко в почерневшем от боли сердце. Но стоило ей увидеть среди гостей того самого судебного инквизитора — сухого, неприятного мужчину с хищной улыбкой, который пытался запугать Малфоя, — как всё внутри неприятно похолодело. — Привет, Гермиона! Приветственно улыбнулся Тео , подходя к ней ближе. В чёрном костюме, настолько идеально сидящем на нём, будто ткань шили прямо по его движениям. Пиджак подчёркивал худощавую фигуру и широкие плечи, а расстёгнутый ворот рубашки делал образ не официальным, а опасно расслабленным. Тёмные волосы падали на лоб слегка небрежными прядями, и эта нарочитая неидеальность только сильнее притягивала взгляд. Он держал бокал одной рукой, лениво прокручивая его между пальцев, и выглядел так, словно весь этот роскошный вечер был для него привычной сценой. Спокойный. Собранный.  Гермиона улыбнулась в ответ. Они почти никогда не общались, лишь изредка перекидывались парами фраз в Хогвартсе, а во время войны,Нотты придерживались нейтральной позиции. Но еще она слышала от Гарри, что их семейство периодически снабжало лагеря  Ордена гуманитарной помощью. Значит,все таки, не совсем нейтрально. — как дела? : — спросил он непринужденно, отпивая с бокала. — Держимся..и..как видишь.. пытаемся жить дальше:— улыбнулась Грейнджер. Тео одобрено кивнул. — Позвать всех этих чинушей была идея отца,я хотел просто оттянутся , напиться и отлично провести время с молодежью — Мы уже догадались, Тео:— Гермиона слабо улыбнулась. — Как он?: -голос Тео зазвучал чуть тише. Гермиона отпила с бокала, чувствуя как начинает сушить горло. — Привыкает .. — Мне следует его навестить..  Тео на мгновение замолчал, глядя куда-то в сторону сада, где под светом фонарей кружились пары. — Знаешь… — произнёс он уже тише. — Метка никогда ему не нравилась. Улыбка исчезла с его лица. — Люди видели в нём высокомерного наследника Малфоев. Будущего Пожирателя. Но я помню, каким он был в ту ночь, когда получил её. Гермиона внимательно посмотрела на него. — Испуганным? — Опустошённым. Тео медленно провёл пальцем по краю бокала. — Он ненавидел всё это сильнее, чем позволял кому-либо заметить. Поэтому я почти не удивился, когда узнал из заголовков Пророка,что он тайно помогал Ордену. — Ты правда так хорошо его знал? Тео усмехнулся — устало, почти грустно. — Мы выросли вместе. Блейз, Драко и я были… одним целым когда-то. Ветер качнул тёмные пряди его волос. — Три слизеринских идиота, которые думали, что останутся такими навсегда. Несколько секунд Тео молчал. Снова вспыхнул смех гостей, зазвенели бокалы, а где-то в саду оркестр заиграл медленный джаз. — Блейз постоянно втягивал нас в неприятности. Драко делал вид, что он выше всего этого, а потом первым же лез в драку. Он тихо усмехнулся, но улыбка вышла болезненной. — после смерти Блейза… кажется, мы будто потеряли связь навсегда.. во время войны я видел Драко всего пару раз, и то на заголовках газет. — Тео.. — Продолжаем жить жизнь,Гермиона?: Тео внезапно вспыхнул своей очаровательной улыбкой. Гермиона поджав губы , согласно кивнула. Вдруг она почувствовала на себе чей-то холодный неприятный взгляд, она попыталась отыскать его хозяина. Вот он. Он смотрел прямо на неё своими ярко-зелеными глазами. Не торопливо, не случайно — так, будто уже давно отметил её присутствие и теперь просто подтверждал это факт. В его взгляде не было тепла. И не было открытой враждебности тоже. Только холодная, выверенная сосредоточенность, от которой почему-то становилось не по себе сильнее, чем от любой агрессии. Он был красив — той спокойной, почти опасной красотой, в которой нет ни одной лишней детали. Высокий, с ровной осанкой, будто воспитанный в мире, где каждое движение имеет значение. Черные  волосы уложены без небрежности, но и без показной идеальности — просто так, как будто иначе он и не умел. Черты лица чёткие, аристократичные: прямой нос, высокие скулы, линия челюсти, в которой чувствовалась сдержанная сила. В нём было что-то старое, родовое, будто его имя само по себе уже что-то значило в этих стенах. И всё же он выглядел чужим. Гермиона была уверена, что никогда  его  не видела. Она слегка нахмурилась, всё ещё чувствуя на себе его взгляд, и, не отрываясь от него, чуть наклонилась к Тео, стоявшему рядом. — Кто это? — тихо спросила она, почти не двигая губами, чтобы не привлекать лишнего внимания. Тео проследил за её взглядом и на секунду усмехнулся, словно ожидал этого вопроса. — Кассиан Вилморт, насколько я знаю он родственник какого-то судебного инквизитора из Министерства, — ответил он спокойно. —Он прибыл только вчера из Румынии, я слышал что он будет работать по международной программе обмена из Европы — Программа обмена.. судебный инквизитор… родственник ..:-Гермиона удивлено нахмурила брови,она хотела вновь взглянуть на незнакомца, но тот уже исчез. — Я не знаю всех тонкостей, Гермиона, но уверен, что его скоро представят. Гермиона не стала селить в свое голове какие -то лишние и темные мысли и отправилась к друзьям. Дрейк  и Рон, уже порядком расслабившиеся, затеяли спор, который привлек внимание окружающих. — Дрейк, я тебе говорю, — Рон активно жестикулировал кусочком сыра, — если мы внедрим в Аврорат те новые метлы, которые тестировал «Пушки Педдл», преступники будут сдаваться просто от одного нашего вида! — Рон, они сдаются, потому что мы их догоняем, а не потому что у нас метлы блестят, — со смехом отозвался главный Аврор Дрейк. К нему подошел Тео, вальяжно закинув руку Рону на плечо. — Уизли, оставь свои спортивные амбиции, — вставил Тео. — Лучше скажи, почему твой брат Джордж прислал мне в подарок коробку, которая начинает лаять, как только я пытаюсь её открыть? Я трижды пролил коллекционный коньяк. — Это «Приветственный лай», Тео, — хохотнул Рон. — Эксклюзив для бывших слизеринцев. Чтобы вы не расслаблялись в своих тихих поместьях. Вечеринка продолжалась, и теперь в разговорах всё чаще звучали не воспоминания о войне, а планы на завтра: кто-то собирался в отпуск в Албанию, кто-то — открывать новый отдел в Министерстве, а кто-то просто наслаждался тем, что сегодня можно не быть героем, а быть просто гостем в доме старого друга.

***

Утром все держались на работе совершенно свежо, будто и не было никакой вечеринки, на которой алкоголь лился рекой. Работа Аврората кипела.  — Дрейк, повесил на меня дело об утонувшем тролле! Черт! Ненавижу такие глухие дела! Он уверен, что тролля утопили.. : — Джини схватилась за голову и утонула пальцами в волосах. Гермиона хмыкнула. На нее почти не вешали дел, и от этого ей было не по себе перед друзьями. Она знала,что в принципе могла и не появляться в аврорате , но дома было ужасно скучно, да и Малфой вел себя вполне обычно.   — Коллеги! На другом конце зала, неожиданно раздался командирский голос Тонкс. Авроры понизили градус своих голосов. Несмотря на то,что Нимфадора стояла далековато от них, ее голос разлетался повсюду, даже без усиления волшебной палочки. Гермиона ахнула. Рядом с ней стоял тот самый незнакомец с вечеринки. Кассиан  Вилморт. В голове пронеслись слова Тео «я не знаю всех тонкостей, но уверен, что его скоро представят» Холодный, ровный, изучающий. Он не искал одобрения, не пытался понравиться — просто фиксировал пространство так, будто уже просчитывал его наперёд. Высокий, идеально собранный в движениях, в тёмной форме, которая сидела на нём безупречно, подчёркивая плечи и прямую линию осанки.  — Это Кассиан, — сказала Тонкс, не делая пауз для эффектности, но именно поэтому каждое слово прозвучало чётко. — Он будет работать с нами. Прямое назначение. Кассиан прибыл в Аврорат по международной программе обмена из Румынии, направлен Министерством. Специалист по остаточной тёмной магии и нестабильным магическим меткам. По залу прошёл едва заметный шум — не разговор, скорее реакция. Оценка. Кассиан не кивнул слишком низко, не проявил излишней вежливости. Просто оглядел зал — спокойно, методично. И на мгновение его взгляд снова задержался на Гермионе. Дольше, чем требовало простое знакомство. Она не отвела глаза. — Начнём без лишних формальностей, — добавила Тонкс, будто закрывая возможные вопросы. — Он в курсе протоколов. Остальное — по ходу работы. Кто-то в конце зала тихо усмехнулся, но звук быстро растворился. Гермиона заметила, как несколько авроров переглянулись — не враждебно, скорее настороженно. Новые люди в их мире никогда не приходили просто так. Кассиан наконец слегка повернул голову, будто признавая завершение представления. Но в этом жесте не было ни облегчения, ни интереса — только холодная точка внимания, оставшаяся где-то между ней и им. И Гермиона неожиданно поняла:  Он здесь как часть системы, которую ещё предстоит разгадать. Рон был на задании где то в северной части Англии, где то там была замечена незарегистрированная стая оборотней , Джини отправилась следом изучать дело потонувшего троля. В их закутке осталась только Полумна и Грейнджер. Гермиона постукивала кончиком палочки по своему виску, задумавшись. — Конечно, он будет сидеть в отдельном кабинете. Человек из министерства . Какой важный :— хмыкнула Полумна, перебирая бумаги — Он тебе тоже не понравился, Гермиона? Она не отвечала. — Гермиона? Грейнджер резко мотнула головой, уводя наваждение. —Пока не знаю, но есть в нем что-то странное … пока не могу понять, зачем он здесь… и я впервые слышу про программу обмена — Я тоже:- согласилась Лавгуд, — сидят там в своем министерстве и что-то выдумывают. Гермиона вздохнула , но тут же резко вскрикнула. Браслет на ее руке полыхал алым свечением, и обжигал нежную кожу запястья . — Черт, Драко! Гермиона аппарировала сию минуту. Лавгуд лишь открыла рот от неожиданности, и слова застыли на кончике ее языка.

***

 Воздух на мгновение сжался - привычное ощущение аппарации оборвалось резко, и Гермиона оказалась у обочины пустынной дороги. Асфальт ещё хранил дневное тепло, где-то вдалеке тянулась линия деревьев, и только ветер шевелил сухую траву у края дороги. Гермиона  сделала шаг вперёд,  и замерла. У самой дороги, чуть в стороне, лежал мотоцикл. Тяжёлый, тёмный, заваленный набок, будто его просто выбросило сюда ударом силы. Металл тускло поблёскивал в заходящих лучах солнца, а рядом — неподвижная фигура. Гермиона почувствовала это раньше, чем осознала. Магический импульс. Её браслет вспыхнул резко, обжигающе , ощущением, как предупреждение, врезающееся прямо в кожу. Так браслет реагировал только на одно: нестабильное состояние, выброс, боль, травму или резкий разрыв заклинания. Она сорвалась с места. — Нет… — выдохнула она уже на бегу. Фигура у байка шевельнулась. Малфой лежал на земле неловко, тяжело, одной рукой упираясь в асфальт, будто пытался подняться, но тело не слушалось. Плащ был испачкан пылью и травой, белые волосы растрепались, закрывая часть лица. Он дышал резко, прерывисто — не паника, а следствие удара. Гермиона быстро опустилась рядом. Браслет на её руке продолжал пульсировать, становясь горячим. — Ты серьёзно… — вырвалось у неё, но она оборвала себя, мгновенно переключаясь. — Не двигайся. Он приоткрыл глаза, и взгляд был мутным, но всё ещё узнаваемо острым — даже сейчас, даже в таком состоянии. — Ты… вовремя, Грейнджер, — хрипло произнёс он. Гермиона сжала челюсть, но не ответила. Она вскинула палочку вверх колдуя диагностирующее заклинание, она что-то выискивала глазами над головой Малфоя и наконец заговорила — Перелом лодыжки, ушиб грудины, легкое сотрясение мозга! черт! Малфой!почему ты без шлема ?! Драко громко выдохнул и уронил голову себе на грудь. Гермиона не стала терять драгоценные минуты и вновь провела палочкой, только уже над телом Драко. Ей потребовалось всего каких то 5 минут, чтобы восстановить Драко до более менее нормального состояния. — Эта чертова птица, вылетела из ниоткуда..: — сухо начал Малфой, сглотнув. — Тише, я аппорирую нас. Драко лежал на диване гостиной Грейнджер, она не понимала, почему аппорировала их именно сюда. Прочистив горло, она тихо пробормотала себе под нос. — Мерлин! Ты же сказал, что не доставишь мне неприятностей.. — Прости : —голос Драко звучал так же тихо, но с усмешкой. Его глаза все еще были закрыты. Гермиона дернулась — Ты не спишь?! — Как тут уснуть, когда ты пялишься на меня. Я чувствую твой взгляд.  Драко лежал на диване, но глаз не открывал.  Грейнджер хмыкнула. — Я правда не знаю, откуда появилась там эта птица, она появилась прямо перед моим лицом. Драко привстал и наконец открыл глаза.  — Я ехал по абсолютно пустынной дороге , мне кажется..: — Драко призадумался , — это было какое то магическое вмешательство. Гермиона скрестила руки на груди и задумалась. — Кому это надо было? Драко поматал головой и усмехнулся — Ты правда не понимаешь? О том, что я предатель для одних и ошибка для других. Понимаешь, Грейнджер? Всегда найдётся кто-то, кто решит, что меня нужно убрать. Она нахмурилась. — Это не так просто. — Это как раз таки очень просто, — перебил он спокойно. — выжившие пожиратели в Азкабане, это не конец. Думаешь у Лорда больше не было последователей? Или тех кто хочет продолжать его дело? Или того хуже, сделать что-то полномасштабнее. Повисла пауза. Гермиона медленно выдохнула. — Драко, послушай меня, — тихо сказала она, заглядывая ему в глаза. — Ты только что купил этот мотоцикл. Ты гоняешь на нем на безумных скоростях. Дождь шел всё утро, дорога скользкая. Скорее всего, это была просто досадная случайность. Магловская техника иногда подводит. Не ищи заговоры там, где есть просто мокрый асфальт. Он замер. Несмотря на её доводы, он все таки думал иначе. — Случайностей не бывает, Грейнджер. Ей хотелось думать иначе, она пыталась саму себя убедить, что все таки ничего магического здесь не было, но скорее всего, Малфой был прав.

***

Осень в этот год была особенно тихой — той самой, когда воздух кажется плотнее обычного, а листья падают так медленно, будто не хотят покидать ветви. Вокруг здания Аврората ветер гнал по каменным плитам рыжие и золотые листья. Они скапливались у входа, цеплялись за ступени, словно пытались задержать тех, кто заходил внутрь. Серое здание, строгое и угловатое, в это время года выглядело почти уставшим — как и люди, которые в нём работали. Прошло две недели с того происшествия. Гермиона несколько успокоилась. Рон в очередной раз спросил , не заменить ли ее. Она отказалась — Думаю, Драко не понравится, что тебе придется жить с ним  — С каких пор тебя волнует, что понравится Драко? :— недоуменно спросил Рон. Работа шла своим чередом: отчёты складывались в стопки, заклинания фиксировались на пергаментах, дежурные смены сменяли друг друга без лишних разговоров. Авроры двигались по коридорам быстро, но без прежней резкости — будто каждый шаг теперь проверяли на лишний шум. Кабинет Кассиана был на одном из верхних этажей. Свет там всегда был чуть приглушённый — не из-за недостатка магии, а скорее из-за привычки его хозяина. Его почти никто не видел. Гермиона лишь пару раз наблюдала как он заходил в кабинет Тонкс. Смеркалось. Гермиона осталась одна в огромном зале, где час назад кишила жизнь. Она не спешила покидать стены работы. Ее окружал мягкий свет ламп и шелест пергаментов, которые она раскладывала перед собой снова и снова. Дела всех пожирателей и приспешников Воландеморта лежали раскрытыми прямо перед ней: отчёты, показания, обрывки заклинаний, зафиксированные в момент инцидента. Она уже перечитала всё несколько раз. Но ощущение не исчезало — наоборот, становилось только сильнее. Что-то здесь не сходилось. Она не хотела думать о словах Драко, что на него ,видимо началась охота, ей хотелось думать, что это была лишь случайность. Но она решила все перепроверить. Гермиона откинулась на спинку стула, прикрыв глаза на секунду, но даже в темноте под веками продолжали всплывать строки из отчётов, чужие слова, официальные формулировки. Она снова потянулась к документам, пальцы автоматически разложили листы по новой системе — по датам, по участникам, по магическим следам. Всё было логично. Слишком логично. — Ты упустила что-то… — тихо произнесла она почти беззвучно, не обращаясь ни к кому конкретному. — Гермиона Грейнжер? Девушка испуганно вскинула лицо на приближающуюся к ней фигуру. Она думала,что никого не осталось кроме нее. Фигура подошла ближе. Кассиан. Он выглядел вполне непринуждено. — Прости, не хотел напугать. Нам так и не удалось нормально познакомится. Гермиона от неожиданности открыла рот. При приглушенном мягком свете , ей показалось, что он выглядит слишком пугающе. Безумно  очаровательно и безумно пугающе. Гермиона кинула взгляд на него. Она почувствовала какое-то наваждение . Да что с тобой, Грейнджер?! Она сжала кулаки и впилась ногтями в свою ладонь. Какое то странное наваждение. — И что ты ищешь?:— спросил Кассиан, кивая на документы на ее столе. Он улыбнулся краем своих тонких губ. — Я же могу на ты? Гермиона кивнула.  — Несостыковки, — честно ответила она. Кассиан кивнул, как будто ожидал именно этого ответа. — Хорошо. — «Хорошо»? — переспросила она. — Это значит, что ты не слепая, — спокойно пояснил он. Гермиона чуть наклонилась вперёд. — Это звучит как сомнительный комплимент. — Я не силён в комплиментах. — Это заметно. На секунду между ними повисла лёгкая пауза, не напряжённая — просто новая, как у людей, которые только привыкают друг к другу. Гермиона первой её нарушила: — Ты всегда так разговариваешь? — Как? — Как будто выбираешь слова экономнее, чем воздух. Кассиан чуть пожал плечами. — Привычка. — Плохая или полезная? — Зависит от того, кто рядом. Она слегка прищурилась, но не успела ответить. Он отвёл взгляд к окну, где тьма уже накрыла город. Пауза стала чуть тяжелее. — Ты слишком внимательно смотришь в прошлое, — продолжил он. — Я работаю с прошлым.  Кассиан повернулся обратно к ней. — Иногда прошлое не умирает. Она замерла. Он говорил всё так же спокойно, без драматичности, будто обсуждал погоду. — Некоторые вещи просто уходят в тень, — добавил он. — И ждут. Гермиона внимательно посмотрела на него. — Чего? Кассиан чуть дольше обычного задержал паузу, а потом ответил почти шёпотом: — Когда  можно будет выйти. —Кассиан, давайте оставим прелюдии, — сказала Гермиона. — Я спрошу напрямую: зачем вы здесь? Аврорат — это не то место, куда переводятся ради повышения или смены обстановки. Кто вас прислал и какова ваша реальная цель? Кассиан на мгновение поджал губы, будто оценивая, стоит ли доверять ей информацию прямо сейчас. Затем он вытащил из внутреннего кармана папку с министерской печатью. — Меня направили сюда для координации расследования по делу Темного Лорда, — ответил он ровным, лишенным эмоций голосом. Гермиона нахмурилась. Всё таки Драко был прав?! — То, что он мертв, ничего не меняет, мисс Грейнджер, — Кассиан чуть понизил голос, и в нем прорезались сухие, стальные нотки. — Идеи не умирают вместе с телом. У него остались архивы, остались тайники и, что важнее всего, остались те, кто до сих пор ждет знака. Даже если вы посадили,как вам кажется, всех выживших пожирателей в Азкабан, это не значит что нет других. Моя задача — убедиться, что его смерть не станет фундаментом для чего-то нового. Он посмотрел ей прямо в глаза, и Гермиона внезапно поняла: этот человек пришел сюда не перекладывать бумажки. — Ваше ведомство считает, что мы ворошим прошлое, — добавил он, — а я здесь, чтобы это прошлое не стало вашим будущим. Так что, я могу рассчитывать на ваше содействие, мисс Грейнджер? Гермиона промолчала, чувствуя, как по спине пробежал холодок. В уверенности Кассиана было что-то пугающее.