TiO2

Он сидел на кровати. Незаправленной, с мятыми одеялами и неаккруатно лежащими подушками. Я в это время собирался на работу. Я был в гладкой униформе почётного индиго, с иголочки и с фуражкой на голове. А он в пижамных шортах и футболке, уже готовый идти на работу. „Я люблю тебя." Я даже остановился в дверном проходе, и, не поворачиваясь, переспросил: "Что ты сказал?!" Без крика. Но тон говорил сам за себя. "Я..." У Титана застряли слова в горле. Я повернулся к нему, не сходя с места. Он сказал это, потому что иначе бы не мог. И я это понимал. На его лице был написан самый глубокий и настоящий страх, который я видел. Мы так пропялились друг на друга добрые пять минут. Наши лица почти не сменялись — мы окаменели. На автопилоте сказал я, не веря своим словам. Но я понимал одно: оставшись вместе, мы оба будем несчастны. Даже если просто будем жить в одном доме. Он будет увядать без моей любви, а я буду вечным мучеником совести. "Пожалуйста... Побудь рядом...!" Заливаясь горькими слезами, умолял Титан. Его басистый голос был непривычно высок. Титан задыхался. В последний раз я подошёл к Титану. Мне стало слишком его жалко в моменте. И я обвил его массивное дрожащее тело руками. — Прости. И прощай. Я закрыл дверь. С того момента это вещество больше не имело ко мне никакого отношения.