until the rain stops

Дождь лил уже третий час подряд. Капли били по окнам общежития так громко, будто хотели пробраться внутрь. В комнате пахло лапшой быстрого приготовления, влажной одеждой и слишком долгим молчанием. Сонхён сидел на полу у кровати, прислонившись спиной к шкафу, и смотрел в экран телефона пустым взглядом. Уведомления всё продолжали появляться одно за другим. «Предатель.» «Лучше бы ты ушёл из группы.» «Отвратительно.» Он больше не читал. Просто смотрел, как цифра непрочитанных сообщений растёт. За дверью слышались шаги. Потом голоса. Чужой смех. Кто-то пробежал по коридору. Мир продолжал жить так нормально, будто ничего не случилось. Хотя для Сонхёна всё рухнуло ещё два дня назад. Скандал оказался слишком большим. Фотографии с вечеринки. Смонтированные переписки. Статьи. Слухи. Компания молчала, фанаты сходили с ума, а интернет уже решил, кто виноват. И виноватым, конечно, сделали его. Он медленно выключил телефон и бросил его рядом. Снова стук дождя. Голова болела так сильно, будто внутри что-то трескалось. Сонхён закрыл глаза. И почти сразу дверь распахнулась. — Ты опять ничего не ел? Конхо. Его голос всегда звучал слишком живо для этого серого мира. Сонхён не ответил. Конхо вошёл внутрь, поставил пакет на стол и тихо закрыл дверь ногой. На нём была чёрная толстовка, волосы мокрые после дождя, а под глазами — явные следы бессонницы. Он выглядел злым, но не на Сонхёна.  — Джухун сказал, ты даже воду не пил, — пробормотал он. Сонхён усмехнулся краем губ. — Джухун слишком много болтает. — Потому что переживает. — Все переживают. Отлично. Конхо медленно выдохнул. Он подошёл ближе и сел напротив прямо на пол. — Хён… — Не начинай. — Ты должен поесть. — Я не хочу. — Сонхён. — Я сказал — не хочу. Голос сорвался резко. Жёстко, но Конхо даже не дёрнулся.Он привык. За последние два дня Сонхён стал почти невыносимым — холодным, раздражённым, молчаливым. Он отталкивал всех, кто пытался помочь. Кроме Конхо. Его он не мог вытолкнуть. Наверное, потому что Конхо всё равно возвращался. Снова и снова. — Они удалят статьи, — тихо сказал Конхо. — Нет. — Компания выпустит заявление. — Нет. — Всё утихнет. — Нет. Конхо сжал челюсть. — Почему ты всегда думаешь только о худшем? Сонхён поднял взгляд, уставший и разбитый. — Потому что худшее всегда происходит. Молчание. Где-то в коридоре снова засмеялись. Конхо резко отвернулся к окну. — Я хочу разбить им лица. — Кому? — Всем. Сонхён впервые за вечер чуть улыбнулся, совсем слабо. — Очень зрелая мысль. — Мне похуй. И это было правдой. Конхо действительно было похуй. На компанию, на репутацию, на комментарии, на фанатов. Ему было важно только одно — Сонхён сидел перед ним совершенно уничтоженный, и Конхо ненавидел это. Ненавидел так сильно, что внутри всё горело. Он вдруг поднялся на ноги и начал нервно ходить по комнате. — Я видел эти комментарии. Они сумасшедшие. Ты ничего не сделал, но они ведут себя так, будто— — Конхо. — Нет, серьёзно! Они даже не знают тебя! — Конхо. — Если бы я мог— — Хватит. Тишина ударила резко, Конхо остановился. Сонхён смотрел в пол. — Просто… хватит, ладно? Я устал. Эти слова прозвучали почти шёпотом. И Конхо сразу замолчал. Он медленно подошёл обратно. — Прости. Сонхён ничего не ответил. Тогда Конхо осторожно сел рядом, плечом к плечу. Так близко, что Сонхён чувствовал тепло его тела и слышал умеренное дыхание. Обычно это успокаивало, а сегодня — пугало. Потому что в последние месяцы всё между ними стало слишком странным. Слишком личным. Конхо всегда был тактильным. Всегда цеплялся за него, обнимал, ложился рядом во время просмотров фильмов, засыпал у него на плече в машине. Но раньше Сонхён не думал об этом постоянно. Раньше сердце не начинало биться быстрее от одного прикосновения. Раньше он не запоминал каждую улыбку Конхо. Раньше всё было проще. А потом однажды Конхо заснул у него на коленях после тренировки, и Сонхён понял, что пропал. Полностью и безнадёжно. Он был влюблён в своего лучшего друга. И это разрушало его медленно, день за днём. — Джухун хочет прийти завтра, — тихо сказал Конхо. — Не надо. — Он волнуется. — Я выгляжу настолько жалко? Конхо нахмурился. — Не говори так. — Почему? Это правда. — Нет. Сонхён наконец посмотрел на него. — Ты не обязан постоянно меня спасать. Конхо выдержал взгляд. И ответил слишком быстро: — Обязан. Воздух между ними будто замер. Сонхён почувствовал, как что-то болезненно сжалось внутри. Потому что Конхо сказал это так искренне, легко, будто это было слишком очевидно, будто Сонхён реально что то значил для него.  Он резко отвёл взгляд. — Ты идиот. — Возможно. — Тебе надо спать. — Я останусь здесь. — Конхо— — Я останусь. Тон был мягким, но упрямым. Сонхён прикрыл глаза, сил спорить не осталось. ⸻ Ночью ему стало хуже. Он проснулся резко, будто вынырнул из воды. Тяжёлое дыхание, темнота, паника. Сердце колотилось так сильно, что грудь болела. Сонхён резко сел на кровати и сжал край одеяла дрожащими пальцами. Снова. Опять этот кошмар. Комментарии, крики, камеры, лица. Он не сразу понял, что в комнате кто-то есть. — Сонхён? Тихий сонный голос. Конхо. Он спал на диване у стены. Теперь уже сидел, растрёпанный и испуганный. — Эй… эй, всё нормально… Сонхён отвернулся. — Я в порядке. Конхо поднялся и быстро подошёл ближе. — У тебя руки дрожат. — Просто сон. — Сонхён. Тот резко встал с кровати. — Я сказал, всё нормально! Голос сорвался. Конхо замер. А потом увидел— слёзы. Сонхён сразу отвернулся, будто его ударили. Стыд накрыл мгновенно. Он ненавидел плакать перед другими, ненавидел показывать слабость, особенно перед Конхо. Но через секунду чужие руки осторожно обняли его со спины. Так бережно, будто Сонхён мог рассыпаться. — Всё хорошо, — тихо сказал Конхо. — Я рядом. И это стало последней каплей. Сонхён закрыл лицо ладонью и впервые за эти дни сломался окончательно. Он дрожал в чужих руках, а Конхо только крепче прижимал его к себе. — Мне страшно… — выдохнул Сонхён хрипло. И Конхо почувствовал, как сердце разрывается. Потому что Сонхён почти никогда не признавался в таком. Никогда. — Я знаю. — Если меня выгонят… — Не выгонят. — Если всё закончится— — Тогда я уйду тоже. Сонхён резко обернулся. — Что? Конхо смотрел прямо на него.  — Если ты уйдёшь, я тоже уйду. — Не говори ерунду. — Это не ерунда. — Конхо— — Я серьёзно. И Сонхён вдруг понял. Он действительно серьёзно. Эта мысль напугала сильнее всего. — Ты с ума сошёл… — Возможно. Сонхён нервно усмехнулся сквозь слёзы. Конхо осторожно убрал мокрые пряди с его лица. Так нежно, что дыхание сбилось. — Ты слишком важен для меня, — тихо сказал он. Мир остановился. Сонхён смотрел на него, не в силах вдохнуть. Потому что нельзя говорить такие вещи человеку, который любит тебя. Нельзя смотреть так. Нельзя касаться так. Нельзя быть таким. Это жестоко. — Конхо… — Мм? Сонхён хотел сказать «не надо». Хотел сказать «ты делаешь только хуже». Хотел сказать «я люблю тебя». Но не смог ничего. Потому что Конхо всё ещё держал его лицо в ладонях. И смотрел так, будто Сонхён был чем-то драгоценным. Тогда дверь комнаты внезапно открылась. — Я принёс— Джухун застыл на пороге. Тишина. Конхо медленно обернулся. Сонхён резко отпрянул. В руках Джухуна был пакет с кофе. Он пару секунд молча смотрел на них, а потом очень медленно сказал: — Оу. Никто не ответил. — Кажется… я не вовремя? Конхо шумно выдохнул. — Джухун— — Нет-нет, всё нормально, — слишком быстро сказал тот. — Я ничего не видел. Сонхён хотел провалиться сквозь землю. Джухун посмотрел сначала на него, потом на Конхо. И неожиданно закатил глаза. — Серьёзно? Вы до сих пор не встречаетесь? Молчание. Теперь уже ошарашенное. — Что?.. — выдавил Сонхён. — Господи, вы хуже дорамы на 50 серий. Конхо моргнул. — Ты… знал? — Конхо смотрит на тебя так, будто ты последний человек на земле. — Хён! — А ты краснеешь каждый раз, когда он тебя касается. Сонхён закрыл лицо руками. — Я увольняюсь из жизни. Джухун фыркнул и поставил кофе на стол. — Наконец-то. Я ждал этого полтора года. Конхо выглядел так, будто у него завис мозг. — Полтора… — Да. Вы вообще себя со стороны видели? Сонхён простонал в ладони. — Пожалуйста, замолчи. Но Джухун уже улыбался. Тепло и по-доброму. — Сонхён. Тот неохотно поднял взгляд. — Ты не один, ладно? И впервые за эти ужасные дни Сонхён почувствовал что-то странное. Не страх, не пустоту, а облегчение, совсем мелкое, но настоящее.  Конхо тихо подошёл ближе и осторожно переплёл их пальцы. Прямо перед Джухуном, без страха или сомнений.  Сонхён посмотрел на него. — Ты невозможный. Конхо молча улыбнулся. И в этот момент дождь за окном наконец начал стихать.