Тени агентов

Ночь. Тишина. В пустующем кабинете царит полный покой. Через неплотно закрытые жалюзи пробивается еле заметный лунный свет. Луна сегодня полная, её серебристый отблеск ложится на пол неровными полосами. В центре небольшого помещения — рабочий стол, сделанный, как и прочая мебель в комнате, из дуба. Монитор компьютера резко загорается. На экране появляется молодой человек в чёрном костюме тройке поверх белой рубашки, с аккуратно уложенными рыжими волосами и лисьими прорезями глаз. Парень на видео сидит, закинув ногу на ногу, — в этом же самом кабинете. Он по лисьи улыбается, смотря прямо в камеру, хотя это трудно понять: из-за улыбки глаза превращаются в мелкие щёлочки. — Всем доброго времени суток, — слышится из динамика бархатный голос парнишки. — Меня зовут Ян Чонин. Сейчас я вам поведаю удивительную историю о не менее удивительных людях… — парень на экране издаёт то ли смешок, то ли что-то отдалённо похожее на фырканье лисицы. — Людях ли? Ладно. Так уж и быть, не буду вас более томить ожиданием, — Ян делает небольшую паузу, словно дразня слушателей. — Всё началось с… *** — Бельчонок?! В просторную лабораторию вбегает встревоженный темноволосый парень в чёрном, идеально выглаженном костюме. От увиденного он приоткрывает рот — так, что становятся видны передние зубки, из-за которых он похож на кролика. Буквально пару секунд назад в помещении прогремел взрыв. Об этом напоминают запах гари и сажа на некогда светлых стенах. Чистая и ухоженная лаборатория теперь походит на старый разгромленный подвал: повсюду валяются разбитые колбы, оборудование, настольные лампы. В воздухе витает резкий металлический запах, под потолком зависли осколки стекла, а кое где догорают какие-то обломки. Своим цепким кошачьим взглядом парень быстро осматривает помещение и находит причину своего беспокойства под столом. Ею оказывается молодой паренёк в некогда белом лабораторном халате, респираторе и потрескавшихся очках. Он с неким испугом смотрит на только что подошедшего к нему парня, но, рассмотрев получше, понимает, что волноваться не о чем. Вдруг всё вокруг резко останавливается. Люди в комнате замерли, только паренёк в респираторе моргнул и улыбнулся. — Как говорил один известный персонаж: «О, ну да, это я. Как я докатился до жизни такой?» — парень под столом снимает респиратор и вылезает. Пытаясь показаться крутым, он резко разгибается и ударяется головой об столешницу. — Ай! — шипит парень с внешностью, больше напоминающей белку или хомяка из-за больших миленьких щёчек. — Меня зовут Хан Джисон, мне 23 года. Я оборотень маленького и милого создания, благодаря которому вполне могу умереть из-за страха. Страдаю социофобией и много ещё чем. У меня нет как такового вторичного пола. Я не крутой альфа и не миленький омега — я что-то среднее, а точнее, бета, как и подавляющее большинство в нашем мире. У меня есть способности к телекинезу, — он указывает на потолок, где зависли осколки стекла. — Но они не так сильны, как вы можете подумать. Я работаю техником и патологоанатомом в одной маленькой… — хихикает и улыбается, — не такой уж и маленькой агентской компании — Stray Kids. У меня, как и у всех в нашей команде, есть особый позывной — «Квокка». — Хан осматривает помещение и возвращает свой взор к зрителю. — А, да! Подробнее о произошедшей ситуации… *** В светлой просторной лаборатории всегда приглушённо звучат песни разных жанров. С правой стороны расположены два длинных, но удобных стола. Сверху на полках стоят все необходимые для опытов склянки и оборудование. В помещении есть несколько шкафов с разнообразными жидкостями, порошками и смесями для экспериментов, отдельные шкафы с оборудованием и дополнительный — со склянками, колбами, воронками, мерными стаканами и прочим. В тумбах, встроенных в столы, лежат пинцеты, палочки для смешивания, зажимы, щипцы и многое другое, что может помочь в опытах. Среди этого художественного беспорядка сидит один человек. Он смешивает несколько жидких компонентов с помощью дозатора и колбы. Поза у парня достаточно расслабленная несмотря на то, что он явно смешивает не воду с жидким мылом для мыльных пузырей. Парнишка встаёт и слегка отодвигает компьютерный стул ногой — так, по его мнению, эксперимент пройдёт намного успешнее. Резкий треск в ухе заставляет его слегка дёрнуть рукой от испуга. Позже оттуда доносится голос: — Срочное внеплановое общее собрание. Подходить в третью комнату для совещаний. Конец связи. Хан выдохнул и опустил взгляд на колбу, которая уже слегка плавилась. С шипящим «Чёрт!» он кидает её в раковину — сосуд уже заметно расплавлен и дымится. В следующее мгновение прогремел взрыв, от которого Джисон успел укрыться под столом, но правую кисть с протезом всё-таки задело. Боль обожгла руку — скорее всего, не очень сильный ожог, по крайней мере, на это надеялся сам Хан. Взвыв, он коснулся половины длинного стола и той самой раковины. Стекло, разлетевшееся после всего этого фейерверка, ради собственной безопасности Хан остановил телекинезом — благодаря чему оно зависло в воздухе и поднялось к потолку. *** — А дальше вы уже и сами всё знаете… — закончил свой рассказ «Квокка». — Ладно, вернёмся в реальность, — парнишка залез обратно под стол. — Всё в порядке? — наконец отмерев, аккуратно спрашивает гость. — Да! — отвечает «бельчонок» и вылезает из-под стола, снимая испорченные очки. Хан прошёл мимо ошарашенного гостя и включил вентиляцию в лаборатории, чтобы выветрить ужасный запах гари. Только сейчас стало заметно, что правый рукав лаборанта запачкан кровью, и она до сих пор продолжает капать на и без того грязный пол. — Ханни, что произошло? — задаёт очередной вопрос парень в чёрном костюме. Хан разворачивается и улыбается. Осколки под потолком медленно начинают опускаться на пол, а сам лаборант направляется к одному из шкафов. — Я просто смешивал новую смесь для огнемёта, но тут случился Чанбин. Точнее, его внезапная информация о собрании. Я испугался и добавил больше препарата, чем надо было, — и случился небольшой взрыв. Всё в порядке, ситуация под контролем, Минхо, тебе не о чем беспокоиться. — Джисон, нажав на кнопку возле шкафа, разблокировал панель в стене. — Ох, Джисон… Что с рукой? — задал новый вопрос парень. — Всё нормально, — парень поднял повреждённую руку вверх, выставляя на общее обозрение искарёженный протез кисти. — Просто взрывом задело. — Хан пожал плечами, как будто ничего особенного не произошло, и приложил целую левую ладонь к панели. Через секунду та загорелась зелёным, и соседний шкаф отъехал в сторону, демонстрируя совсем небольшую потайную комнату. На первой стене с правой стороны были представлены несколько видов ножей, и парочка катан, напротив висели пистолеты, два автомата и ружьё, а последняя представляла собой коллекцию разнообразных протезов правой руки на подставках. К ним Джисон и направился. — Просто взрывом задело? — тихо переспросил Минхо. Его голос звучал ровно, почти бесстрастно, но в глазах читалась тревога. Он сделал шаг вперёд и осторожно взял Джисона за запястье, чтобы рассмотреть повреждённый протез. — Всё нормально, — Хан резко высвободил руку, чуть отступив назад. — Ничего страшного, правда. Минхо опустил руку, но взгляд его оставался пристальным. Он окинул взглядом лабораторию — разбросанные осколки, запах гари, кровь на рукаве Хана — и снова посмотрел на него. — Ты мог позвать кого-то на помощь, — произнёс он негромко, но твёрдо. — Перед тем как смешивать новые составы. Это не просто правило — это мера безопасности. Ты знаешь это. — Я похож на ребенка? — Хан скрестил руки на груди и слегка откинул голову, глядя на Минхо с вызовом. — Ты думаешь я маленький и мне нужна нянька? — Речь не о няньке, — голос Минхо остался ровным, но в нём появилась сталь. — Речь о том, чтобы не подвергать себя неоправданному риску. После потери кисти… — О, опять это! — перебил его Хан, и в его голосе зазвучала горечь. — Ты постоянно напоминаешь мне об этом, будто я инвалид, который только и может, что косячить. И что, по-твоему, я должен делать? — Хан сделал шаг вперёд, голос его зазвучал громче. — Сидеть в углу и ждать, пока кто-то другой проведёт все эксперименты? Я техник, Минхо, а не музейный экспонат. Я здесь, чтобы работать, а не прятаться. — Я не это имел в виду, — сдержанно ответил Минхо. — Но ты должен понимать: мы все несём за тебя ответственность. И Чан, и я… — Ответственность? — Хан рассмеялся коротким, резким смехом. — Звучит так, будто я ребёнок, который не умеет завязывать шнурки. Я работаю с опасными веществами каждый день. И да, иногда случаются ошибки. Но это мой выбор. Мой риск. И я не обязан отчитываться перед тобой или Чаном за каждый свой шаг! — Ты хоть понимаешь, что, если с тобой что-то случится, это ударит по всей команде? — Минхо слегка повысил голос, но тут же взял себя в руки. — Мы не можем позволить себе терять агентов из-за необдуманных решений. Особенно таких ценных, как ты. Я вынужден доложить об этом Чану, путь он с тобой разбирается, раз меня ты не слышишь. — Докладывай, — Хан пожал плечами, его голос звучал вызывающе. — Пусть он тоже читает мне нотации. Может, ещё и охрану ко мне приставят, чтобы я не смел лишний раз чихнуть без разрешения. — Ты перегибаешь, — в голосе Минхо впервые прозвучало раздражение. — Я просто хочу, чтобы ты был в безопасности. — Безопасность — это иллюзия, Минхо. — Хан сделал ещё один шаг вперёд, глядя прямо в глаза Минхо. — В нашем мире она либо покупается ценой свободы, либо её просто нет. Я выбираю свободу. И право ошибаться. — Видимо, мы по-разному смотрим на это. Но запомни: если с тобой что-то случится, виноват будешь не только ты. Ты подведёшь всю команду. — Звучит как угроза, — Хан усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень боли. — Это не угроза. Это факт. — Минхо развернулся, чтобы уйти. — Решай сам, что для тебя важнее: гордость или безопасность. — Уже решил, — бросил Хан ему вслед. — И мой выбор тебя не касается. Минхо замер на мгновение, затем молча вышел из лаборатории, тихо прикрыв за собой дверь. После ухода Минхо Хан остался один. Он провёл рукой по волосам, сжал кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах. В груди клокотала смесь злости и обиды. Он знал, что Минхо беспокоится не просто так. Но эта опека… она душила. Он повернулся к шкафу с протезами, выбрал новый, закрыл потайную комнату и направился в сторону проведения собрания. По пути он снял испорченный протез и так же быстро надел новый. Движения были резкими, нервными. На этот раз кисть больше напоминала руку робота из каких-нибудь фантастических фильмов. «Пусть докладывает Чану, — подумал Хан, отряхивая халат. — Пусть делают что хотят. Я не стану прятаться за их заботой, как будто я какой-то беспомощный ребёнок». На полпути Хан понял, что на нём до сих пор надет никуда не годный и уже далеко не белый халат. Парень быстро снял его и выкинул в ближайшую урну. Осмотрев слегка обгоревший рукав рубашки, он охнул. От кисти до локтя красовалось красное пятно. Закатав рукав и сбрызнув на ходу ожог быстрозаживляющим спреем, парень недолго наблюдал за регенерацией повреждённых тканей. Что сейчас только не приходится изобретать, чтобы агенты прослужили этому миру как можно дольше и эффективнее. Обгоревшая рубашка, лицо в саже, растрепанные волосы, больше похожие на взрыв на макаронной фабрике, чем на прическу. Все эти факторы вместе представляют собой, весьма, жалкий вид. В агентстве есть свой свод правил и норм. Там прописано, что на собрания агент обязан приходить строго в форме, которая включает в себя классический черный костюм, научным агентам можно появляться на собрании в халате. А у него на данный момент ни пиджака, ни халата. В теории, на срочное внеплановое собрание можно явится в таком виде и сказать: «Мол, спешил и не успел переодеться». Но так лучше не делать. А то, не дай Бог заставят ещё объяснительную писать, как какого-то школьника, который пришел в учебное заведение без сменки. К счастью, для себя он как раз сейчас идет по коридору, где находятся небольшие личные кабинеты агентов. Они нужны для хранения различных бумаг и личных вещей. Кто-то в этих кабинетах отдыхает, кто то, просто, использует как архив, а кто-то в них и проживает. Хан останавливается на против одного из них и дергает ручку, но дверь оказывается запертой. Парень тянется за ключ-картой в карман брюк, но не находит там ничего кроме какой-то скрепки и чека на покупку орехов, тогда, он тянется в другой карман, но и там, кроме старой, пару раз постиранной, жвачки нечего не находится. - Черт! Я, кажется, забыл её в лаборатории… - раздосадовано произносит парень в пустоту, вспоминая, что выкладывал ключ-карту на стол, как только пришел и занялся экспериментом. Но хомяк не расстраивается, проходит чуть дальше по коридору, чтобы по-хозяйски завалится в соседний, не закрытый кабинет. Ключ-карту от этого кабинета один из коллег так удобно потерял, поэтому пока он ждет новую карту кабинет не заперт. Небольшой кабинет встретил гостя солнечными лучами, что пробирались через неплотно закрытые светлые жалюзи. В прочем, кабинет весь выполнен в светло-серо-голубых тонах. Если немного призадуматься сам концепт кабинета напоминал картинку из Рinterest. В нем всего одно окно, зато очень большое. Возле окна уместился г-образный стол с компьютером и небольшой рамкой для фотографий. Напротив стола, у стены стоял мягкий светло-серый диван с голубыми подушками и возле двери был небольшой шкаф для верхней одежды, туда-то «Квокка» первым делом и полез. В шкафу висело пальто, пара сменных рубашек и пиджак. Ещё внизу стояли черные лакированные туфли, кроссовки на высокой танкетке, на крючке висела какая-то брендовая сумка. Хан в брендах не разбирался для него это нечего не значит. Вот какая разница какого бренда на тебе кроссовки, главное, чтобы были удобными и не развалились при первом месяце носки. Но кто-то же подраться готов за бренд этих самых кроссовок, а некоторые умудряются кредиты на эту фигню брать, мало того, что в кредитах весь, дак ещё и кроссовки не удобными оказались, но зато бренд, блять. Хан снял с плечиков пиджак и порывшись в небольшой сумочке вынул оттуда расческу и влажные салфетки. Накинув пиджак, который оказался приталенным Джисон покрутился у зеркала -«вроде норм смотрится, да и размер подошел». Протерев лицо влажными салфетками и причесав волосы, хомяк кивнул своему отражению. — Вот, теперь, прям красавчик и никакие бренды не нужны – улыбаясь отражению сказал парень. Вернув оставшиеся салфетки и расческу обратно в сумку, Джисон ещё раз глянул в зеркало. В последний раз убедившись в том, что выглядит хорошо. Хан вышел из кабинета аккуратно прикрыв за собой дверь, направился уже с улыбкой дальше по коридору. Впереди было собрание, а за спиной — ссора, которая, возможно, изменит многое.