XO (Don't say no)

«Хён?» «Хён, можешь сделать это для меня?» «Хённи, можешь меня научить как это делать?» «Хён, можно я сегодня ночью останусь у тебя?» «Хённи?» «Сону хён?» На данный момент, Сону уже привык к этому. Это являясь безбожным количеством времени, которое Ники у него выпрашивал в день. Этот большой ребёнок был страшно привязан именно к нему со времён I-land, и это, похоже не собиралось меняться, даже спустя три года. У Ники развилась привычка просить у своего Сону хёна, всё что ему вздумается, в основном потому, что он знал, что никогда не получит отказа, а отчасти потому что ему нравилось когда всё внимание Сону было сосредоточенно на нём. Даже Чонвон, их лидер, не мог помешать Ники докучать Сону. — Ники-я, Сону сейчас и без тебя не легко. Что там, может я помогу? Опять же, всё что Чонвон получил в ответ была тишина. Он развернулся и застал пустующие место, Ники как и не было. — Ну и зачем я только стараюсь? Сону никогда не имел проблем говоря «нет». Также, он сделал это достаточно заметным. Каждый раз когда хёны его раздражали и доводили его что-бы он что-то для них сделал, это заканчивалось тем, что сону покидал их глупые сценки с твёрдым «нет». Они не могли его уговорить, даже мятное мороженное не помогало. Так почему же у Сону была такая явная симпатия к их «милому» макне? Сам Сону не мог найти ответ на этот вопрос, он просто пожимал плечами и отводил взгляд, приводя один и тот же нелепый и несвойственный ему аргумент — 《Ну он же всё ещё ребёнок. У меня инстинкт его баловать》– он хотел бы добавить –《Он мне как младший брат》– но, подумав, он же не ведёт себя так с Чонвоном, который точно также младше него. Поэтому, чтобы избежать недоразумении и не задеть чьи либо чувства, он обычно опускал этот момент. Но Ники ведь уже исполнилось 18 — только вчера. Так что, Сону, желая придерживаться своих слов, решил, что ему нужно закончить неоговоренный фаворитизм по отношению к Ники. Эта ночь была одной из тех, в которых Ники без предупреждения врывался в комнату Сону чтобы просто пообниматься. — Хённи, можно я посплю с тобой сегодня? — Ники, я немного устал. Может в следующий раз? Ники почувствовал как его сердце неприятно подпрыгнуло. Хён только что «отказал» его просьбе? Густая тишина растянулась по комнате. Сону не повернулся, дверь не хлопнула, а Ники не двинулся из прохода. Сону легко вздохнул — Иди сюда, «большой ребёнок». Довольная квадратная ухмылка расцвела на лице Ники, Сону даже не нужно было поворачиваться, чтобы знать что так и есть. Но что он уже точно не знал, та это то, что Ники планировал использовать свою «карту лояльности» на полную, этой ночью. С момента как Сону разрешил Ники лечь рядом, он не мог не заметить насколько огромной была их разница в размерах, особенно на его маленькой кровати. Раньше, ещё во время I-land, он был большой ложкой , а сейчас он буквально утопал в руках Ники. Два часа ночи — Хён? — Ки, что случилось? — Сону спросил в замешательстве, несмотря на то что его нагло разбудили. Опять же, если бы это был любой другой мембер, Сону уже давным давно его послал бы на все три стороны, но на данный момент он волновался за Ники, вдруг у его «малыша» бессонница? — Хённи, — Ники опять заговорил, но уже медленне и тише — у меня кажется встал — он продолжил переходя напрямую к его довольно заметной проблеме. Сону застыл, только сейчас он заметил, что коечто упиралось ему прямо в зад. — Хён, я знаю ты меня услышал — Ники вздохнул, разворачивая Сону чтобы увидеть его лицо — Хённи, ты ведь можешь мне помочь? Пожалуйста? — Ники глянул на него вниз. Сону не знал, как реагировать. А вот что точно реагировало, так это его киска, которая сжалась под тонкой тканью пижамы. Без предупреждения, Сону почувствовал, как Ники его пересадил себе на колени, его длина оказалась прямо под его вагиной. Они оба всё ещё лежали, голова Сону всё ещё лежала на груди Ники. Руки Ники уже обхватили бёдра Сону с обеих сторон. — Но Ники, это странно и неправильно… — Сону поднял взгляд чтобы попытаться понять что задумал младший Это зрелище ещё больше заводило Ники — Хён, ты больше не поможешь мне ни в чём, раз мне исполнилось восемнадцать? — Ники притворился грустным, слегка надув губы. Сону почувствовал укол вины в груди, услышав грусть в голосе своего макне. Да, что с ним случилось? Он никогда не хотел, чтобы его драгоценный макне чувствовал себя ненужным. Боже, он чувствовал себя таким плохим старшим. — Ладно… как я могу помочь тебе, Ники? — тихо спросил Сону, уже невольно потираясь о Ники. — Боже, хён, пожалуйста, не соглашайся так легко ни с кем другим. Ты сводишь меня с ума, — сказал Ники, уже приподнимая Сону за талию одной рукой, ровно настолько, чтобы опустить пояс его спортивных штанов и освободить его массивную длину. — Похоже, мы оба без нижнего белья, — тихонько усмехнулся Сону. Однако это веселье было недолгим, когда он почувствовал, насколько большой у Ники — Ники, малыш, подожди! Ники прислонился к изголовью кровати и с волнением стянул с хёна пижамные шорты, услышав слова Сону. В любом случае, он не ожидал новых сюрпризов, чего он там не видел, как говорится, поэтому его руки замерли, когда он увидел гладкую, розовую киску Сону. Сону застенчиво отвёл взгляд, наблюдая за реакцией младшего. Тот, кажется, потерял дар речи, ведь никогдас таким не сталкивался. — Вот почему терпение — ключ к успеху, ты не дал мне закончить — поддразнил он Ники. — Хён, ты потрясающий, черт, такой идеальный только для меня, — снова произнес Ники тем же нуждающимся тоном, от которого у Сону всё затрепетало внутри. Затем он наклонился, чтобы поцеловать своего хёна, но поцелуй вышел рванным и нелепым. — Хён, ты такой мокрый и нуждающийся, — сказал Ники, указывая на непрерывные движения бёдер своего хёна по нему — Ники, это так неправильно, боже… — Чёрт, хён, я покажу тебе, что, блять, не правильно, — ответил Ники, направляя головку своего члена прямо к входу Сону, прежде чем полностью ввести её внутрь. — Рики, нгхх… Я девственник! — Прости, хён, я не смог сдержаться.— Ники усмехнулся. Конечно, он также был доволен тем, что никто не смог «насладиться» его великолепным хёном до него. Сону никогда бы не потерпел такого неуважения ни от кого другого, но поскольку это был его Ники, у него, честно говоря, не было проблем. Честно говоря, это даже ещё больше возбуждало его — мысль о том, что его используют для удовольствия его макне. Ники в ответ поцеловал его в лоб, без слов извиняясь. Ему не нужно было говорить, он знал, что молящий взгляд, похожий на взгляд раненого щенка, сам по себе мог сломить его хёна. Ники больше не мог ждать, он перевернул их обоих, положив ноги Сону по обе стороны своих плеч. — Будь аккуратнее, ладно? — Попробую. На самом деле Ники не пытался, ну, даже если бы и пытался, то явно потерпел неудачу. Сону почувствовал, как его девственная киска приняла огромный 8-дюймовый член, пока тот не вошёл в него до конца. — Малыш, ты слишком… нхх… большой. — Протест Суну оборвался, когда после первого же толчка головка огромного члена затронула «то самое» место. — Тихо, хён, ты же не хочешь, чтобы кто-то ещё услышал эти прекрасные звуки, верно? Ты же не хочешь, чтобы они знали, что тебя трахает их макне, верно? — сказал Ники, начиная свои толчки. Сону застонал в ответ, и этот стон перешёл в ещё один, когда рука Ники коснулась его соска. — Хён, у тебя что грудь есть? — простонал Ники ему в уши, прежде чем опустить голову на свободный сосок и начать сосать его, аккуратно затрагивая языком Вскоре стоны Суну превратились в помехи. Всё было слишком — огромный член, издевающийся над его киской, рука, играющая с его соском, и рот, посасывающий другой — всё одновременно. Прежде чем он успел осознать все ощущения, он почувствовал укол в клитор, который тут же подвергся грубым поглаживаниям и толчкам. Боже, Сону был на седьмом небе. — Ники, это слишком много! — Кончи, кончи на мой член, хён, а потом… — Ники, фыркнув, сделал паузу. — Тогда стань для меня маленькой игрушкой — продолжил он. Сону не знал, где его драгоценный малыш научился так грязно говорить, но это действовало на него. В одно мгновение он почувствовал, как сжимает Ники, прежде чем излить жидкость на живот Ники. Сону застонал, глядя на своего жадного младшего. Он протянул руку, чтобы поиграть с волосами Ники, взъерошивая их. — Нгх, малыш, в следующий раз ты, я тебе отсосу — успокаивал Сону надутого парня, который двигался внутри него. Темп Ники ускорился, его рот вернулся к соску Суну, он укусил его. Он быстро покинул отмеченное место. Быстро добираясь до шеи хёна, оставил на ней свой след, прежде чем Сону-хён успел возразить. Затем он оставил ещё один извиняющийся поцелуй на его губах. — Мне нужно было завладеть тобой, хён. — После этого он продолжил предаваться своим чувствам. Ники кончил с хрипом, когда Сону обнял его за шею, прижимая к себе. Запах его хёна и ощущение нежной руки, играющей с его волосами, пока он безжалостно трахал его, сводили его с ума. Любой бы кончил так же сильно, как он. — Ах, как тепло. Рики, ты такой приятный. — Хён, я так сильно тебя люблю. Пожалуйста, не делай этого ни с кем другим, пообещай мне, хён. — не очень скромно, попросил Ники, всё ещё находясь внутри Сону. — Глупый, я тоже тебя люблю. Поэтому я позволяю тебе делать всё, что ты хочешь. — Хён, я сказал, пообещай мне! — простонал Ники, прижимаясь к его шее. — Айгоо, этот парень. Да, Рики, обещаю. Когда Сону проснулся на следующий день с синяками и невыносимой болью, пронизывающей всё его тело, он наконец понял, почему ему следует начать учиться говорить «нет».