Боль за душой

Прошло минут десять с того диалога, и вот они подошли к тому парку. Множество тропинок переплетались кругами по склону холма, а меж ними, растилались небольшие полянки с редкими деревьями. Однако к тому времени, небо внезапно начало заполняться тучками, которых в прогнозе не было. Лампчка с Кнайфом решили расположиться у довольно таки большого дерева, недалеко от резкого спуска с холма. Во втором пакете, помимо некоторой еды, был также и коврик для пикника большого размера, на нём наша парочка героев и будет сидеть. – Ну, можем располагаться, ‐ сказала Лампчка. Так ребята и поступили - растелили коврик, который был такого размера, что они могли позвать ещё и Стёрку с Замазычем, и все бы спокойно, не теснясь поместились. Но с ними они знакомы прям мало, да и не сказать что "сдруживались", но это мы отошли от темы. Сидели наши друзья друг напротив друга, в тени большого дерева. – А ты, ну часто так отмечаешь? - решил Кнайф начать разговор. – Ты про... сидеть на природе? - спросила Лампчка. – В целом. Сидя с кем-нибудь. Внезапно, Лампчка заметно пригрустнула и занервничала, услышав "с кем-нибудь" – Эммм... ну... – Что-то не так? - заметил панику Кнайф. – Да не, ну просто... там такое дело, - Лампчка пыталась что-нибудь придумать. Какую-нибудь связную и логичную ложь. Она не хотела чтобы Кнайф узнал про её детство... А в это время, в их диалоге стояла нервная тишина. – Ты можешь сказать, - прервал Кнайф молчание, - Как ты сама говорила, если поделиться проблемами, то будет легче. – Я... понимаю, но... И тут Кнайф понял, что Лампчка, так боялась сказать. – У тебя нет друзей, я ведь прав? - произнёс он это сухо и без эмоций. – А? - у Лампчки всё сжалось. Она не хотела ему такое говорить. Как минимум не сейчас. Она побледнела, и её голос стал подрагивать, - Д-да нет. С ч-чего ты это взял? Т-ты мне не доверяешь?~ – Лампчка... - это прозвучало максимально холодно и безэмоционально, но в то же время, тепло и нежно. – А, д-да? Тут Кнайф взял Лампчку за руку, но в этот раз, он сделал это осознанно. Лампчка занервничала ещё больше. – К-Кнайфи?~ – Не переживай... ты ведь знаешь, что у меня тоже не было друзей. Ты это выведала ещё тогда, на пвз. – Ну да... – А знаешь ли ты, почему у меня их не было? - задал Кнайф риторический вопрос, ледяным, металлическим голосом, - Или если быть точнее, почему у меня их не стало... – А, всмысле? Кнайф внезапно притянул к себе Лампчку за руку, от чего та вскрикнула. Но не от страха, а от неожиданности. Но притянул Кнайф её не для того чтобы обнять, а просто усадить рядом. Он не хотел смотреть той в глаза. Лишь один раз он кинул свой взгляд, чтобы посмотреть на эмоции Лампчки. Она была в шоке, но хотела узнать, что не так у Кнайфа. Он хотел просто ей рассказать про это. Про своё прошлое. Сделав вдох выдох, он начал. – Это... было лет семь назад... Вроде как, обычный весенний день. Это был май вроде... После школы, мы собирались прогуляться. У нас была компания из Пикчера, Курасана и меня. Но Пикчер тогда не смог присутствовать с нами, у него был конкурс художественный. Поэтому мы с Курасаном пошли вдвоём. Мы много дурачились, устраивали забеги по улицам наперегонки. Мы хотели перейти на другую сторону улицы, и для этого отправились к тому переходу. Ты наверное, понимаешь про что я. Я заметил что осталось мало времени для зелённого света, и побежал на другую сторону, от чего и оказался там раньше. Курасан, увидел что я перебежал, но красный уже загорелся и машины поехали. Он предпочёл не идти, а я кричал ему чтобы он дул сюда, когда загорится зелёный. Он так и делал, дождался зелёного света и рванул... И дтп. Он впал в кому от тяжести травм. Врачи не дают гарантий на реабилитацию. Еслм ты спросишь, почему я стал изгоем? Дети... кто-то из тех, кто и так недолюбливал меня, исковеркали то, как я описал произошедшее, выдумали факты, и все начали в это верить. От меня отвернулись почти все друзья. Друзья и близкие Курасана стали ненавидеть меня. В эти выдумки начали верить и взрослые. И моя репутация была испорчена навсегда. Никто не слушал мои объяснения. Тогда я и умер душевно. Я стал игнорировать людей, меньше времени проводить на улице и на природе. Я перестал заводить новые знакомства, ведь просто это не мог, из-за социальной смерти. От вопросов про отсутствие друзей, отвечал лишь ложью - не такой характер. И в итоге, тебе об этом всём, сейчас говорит обладатель Птср. Меня всё убивает, что хоть как то связано с этим. Воспоминания об этом инциденте - паника. От той дороги - паника. Сон где это появляется - паника. Недавно во сне меня в это окунул цветок розы. Розы - тоже паника. Когда людям становится из-за меня плохо - это тоже ПАНИКА! Я пытаюсь сейчас говорить с тобой нормально, но делаю я это через боль. У меня всё трясётся, голос дрожит, ты и сама слышишь, я страдаю от этого, как физически, так и ментально... Лампчка смотрела на Кнайфа очень переживающим взглядом. Она не могла и представить, как плохо сложилась жизнь Кнайфа, у которого текли слёзы. Она хотела его утешить, но не знала как... Или знала?... – Мне... так сейчас больно... после того как я это рассказал. Если делиться некоторыми вещами, то легче может и не стать - проговаривал Кнайф тяжёлые мысли. И тут Лампчка его обняла. Просто обняла за плечи, продолжая сидеть сбоку от него. В этом не было романтики. Но в этом было утешение. Принятие ужасной истории Кнайфа, и попытка его успокоить. Кнайф не отвечал на объятия, ни словесно, ни ответными объятиями. Но он всем своим видом показывал Лампчке - "Спасибо, это то что мне и нужно было". На его лице слёзы не исчезли, но появилась самая тёплая улыбка, с того злополучного дня. Лампчка не видела её, но чувствовала. И Кнайф понял - у него, наконец-то появилась она - лучшая подруга. Та которая поддержит тебя, та кто за тебя, та кто готова пожертвовать своим личным праздником ради того, чтобы выслушать тебя. – Лампчка, - голос Кнайфа звучал тихо, он дрожал, но был полон тепла, того тепла, которого он не чувствовал уже долгое время, - спасибо что ты есть. Ты лучшая подруга, которую можно было пожелать, спасибо тебе. – Ничего... - ответила Лампчка. – Вовсе нет. Ты единственная кому я открылся, ты меня выслушала, утешаешь. Я... я не хочу тебя терять. Правда... Лампчку это очень тронуло. – Мне, тоже не хочется тебя потерять, Кнайфи... – Кнайф, - прозвучало от Кнайфа. Но это было не как раньше - холодно и резко. Это было иначе - тепло и мягко... Ребята поняли - продолжать, даже нормально не начавшийся пикник, просто не надо. У них сейчас не то настроение. И они начали собираться – Ты это, - начал говорить Кнайф, - прости что, твой праздник на себя перехватил. – Ничего страшного, - отвечала ему Лампчка, - Я рада что смогла выслушать и утешить тебя. – Хорошо... Тогда, пока? – Пока! И на этой ноте, наша парочка разошлась по домам. Кнайф шёл по улицам, переходил дороги, иногда останавливаясь на светофорах. Хоть и был ещё день, но из-за туч, было весьма темно, как вечером. И тут Кнайф поймал себя на одной мысле. Он повернулся и увидел - это была та самая дорога. Тот самый переход. А чувствовал он... ничего. Как будто он смог это отпустить. Как будто ему стало легче... ...не станет легче... ...е станет легче... ...станет легче... Дел у Кнайфа больше не было. Кроме одного. Идя по улице, он увидел что искал - "СиЗам". Зайдя внутрь, там было пусто, кроме одного высокого парня, в толстовке с принтом космоса, однако часть столиков были грязноватыми. Кнайф подошёл к кассе и нажал на звоночек. Спустя несколько секунд, вышел Замазыч. – Здравствуйте - поздоровался Замазыч – Здрасте, а Стёрка тут? - задал Кнайф вопросик. – А это, вы... а... – Кнайф – Спасибо – Я просто извиниться хотел, что довёл вашу девушку до срыва. – Ничего страшного, это наоборот помогло. Так бы она молчала о проблемах. Сейчас она спит дома. Я ей передам. – Да, хорошо. Досвидания – Досвидания 👋