Закрытая дверь гримёрки

Десять пропущенных от режиссёра, два разбитых бокала на фуршете и один очередной разъярённый лев-продюсер, угрожающий съесть её заживо, — утро Принцессы Кэролин началось полтора часа назад, но она уже чувствовала себя так, будто отработала недельную смену не в офисе, а в яслях среди непослушных гиен. Классические туфли-лодочки цокали по всей площадке, заставляя мимо проходящих чувствовать мелкую дрожь. Она почти летела по коридору, раздражённо хлестая розовым хвостом воздух, задевая края рекламных постеров новых провальных ситкомов. Все расступались перед ней: даже огромный носорог-охранник втянул голову в плечи, заметив её взгляд. За долгие годы в различных студиях антропоморфная кошка смогла своим трудом и упорством заполучить желаемое влияние. Практически всех, кроме БоДжека. Кэролин шла по длинному, заваленному кабелями коридору павильона номер шесть, ведущие к гримёрке виновника её сегодняшних утренних терзаний. Вокруг копошились существа: паучихи, украшающие интерьер для кино собственной паутиной, гримёры-осьминоги, умудрявшиеся как-то пудрить четыре носа одновременно, и клининг-бригада из нескольких свиней-ищеек, убирающие отходы после съёмок с едой. Все работали и этот хаос был настоящим домом для таких как наша бывшая секретарша. Эта атмосфера её успокаивала всегда, но не сейчас. Уже виднелась облупившаяся дверь в конце коридора, на которой скотчем была прилеплена карточка с надписью “Главная звезда”. Это было слишком, даже для неё. Собираясь с мыслями, Принцесса Кэролин сделала глубокий вдох. Поправила слегка задравшийся низ приталенного платья-футляра длины чуть выше колена. Теперь её паттерн, в виде золотистых рыбок, плавающих в бирюзовой ткани, смотрелся опрятнее. Нацепила на лицо маску абсолютной уверенности и без стука рванула ручку на себя. Запах дешёвого лака для волос, остывшего кофе и застарелого коньяка никогда не доставлял кошке удовольствия, а сейчас он вдарил ей в нос. Она стремительно захлопнула за собой тяжёлую дверь гримёрки, отсекая гул съёмочной площадки, где режиссёр-хамелеон уже сменил порядка более семи цветов радуги от злости, а операторы уныло пересчитывали сорванные смены. Интересно, почему? Под ноги попадались использованные салфетки, измазанные застывшим кетчупом, пока рядом валялись пакеты со съеденного фастфуда и смятые листы очередного сценария. Табачный дым подступал всё ближе, пока хозяин этой конюшни сидел напряжённо в мягком крутящемся стуле. Воздух словно застыл, превратившись в душный коктейль из испарений спирта и пережжённого кофе. Из полумрака виднелся растрепанный воротник БоДжека и горы скомканных черновиков на столе. Сигарета смаковалась губами коня, конец табачного мешка подожжён и оставалось только дождаться, пока огонь дойдёт до пороховой бочки. Видимо, это не первая открытая здесь пачка. Он сидел как ни в чём не бывало перед зеркалом, и даже не соизволил глянуть на прибывшую гостью. — БоДжек, ты издеваешься надо мной? — голос агента был пугающе тихим. — Контракт с посредником Флипа Макуикера лежал у меня в кармане! Всё, что от тебя требовалось, — это выйти из трейлера и произнести несчастные пять строчек. Вместо этого ты заперся внутри и утверждаешь, что у тебя “экзистенциальный кризис из-за освещения”?  Работая столько времени с упрямым конём, Принцесса Кэролин давно заметила его детский характер. Считала, что он это перерастёт, как-никак, люди могут меняться. Видимо не в его случае. Она тратит годы жизни, жертвует личным счастьем и карьерой ради его комфорта. Лишь бы на этого ребёнка не свалился очередной груз проблем, даже если сам и создаёт. БоДжек тяжело вздохнул. Огромные лошадиные ноздри раздулись, выдыхая перегар вперемешку с мятной жвачкой. — Кэролин, да брось, — лениво отмахнулся он, рассматривая своё отражение и пытаясь пальцем поднять обвисшие веки. — Освещение действительно дерьмовое. На меня направляют эти софиты, и я чувствую себя как кусок ветчины на витрине супермаркета. Им так трудно сменить на более приятным свет? Думал, здесь специалисты работают, а не халтурщики.  — Это нужно для определённой сцены и так вышло, что ты в ней участвуешь. Ты не полноценно в проекте, только как приглашённая звезда на пять минут! Ради этого они не будут менять всё!  Агент упёрлась лапой в столешницу, за которой сидел опьяневший конь. Она подалась вперёд, и её зелёные глаза сузились.  — Пойми, твоя карьера висит на волоске, который я удерживаю зубами последние пять лет! Ты думаешь, мир крутится вокруг твоего экзистенциального похмелья? Этот гений хочет разорвать сделку. Если он уйдёт, студия заморозит производство. Ты понимаешь, что это значит? Это значит, что сорок человек из съёмочной группы останутся без работы. Но тебя ведь это не волнует, верно? Тебя волнует только то, как грустно БоДжек выглядит в анфас при искусственном холодном освещении! Вздох сидящего был низок, будто только он здесь пахал как лошадь. — Неужели им и впрямь так трудно нажать пару кнопок для смены цветов, что отправили тебя? Если так, то могли бы сами пойти сказать, а теперь ты здесь на меня шипишь. Пусть продолжают угрожать закрытием проекта, без меня никто их даже не начнёт смотреть! — Тебе вообще деньги нужны? Разве не наплевать, где, как и когда сниматься, учитывая твои проблемы?  — Вот только не начинай, а. — приостановил ту БоДжек, разворачиваясь к ней. — Считаешь себя здесь самой умной и занятой, раз руководствуешься всеми моими данными? Ведёшь списки по работе, отчёты просматриваешь. Настолько заработалась, что уже мою личную жизнь приплетаешь? Что ни день, то упрёки и списки от тебя: “В 11:00 встретиться с режиссёром”, “в 16:00 прийти на Шоу Подхвоста”, “в 20:00 сделать вид, что мы пара, чтобы я не сдох от одиночества в своём пустом доме в Малибу”. У самой детей нет, так решила со мной нянчиться? Мне не нужна твоя опека, ты мой агент!  Слова вонзились в её сердце, но она даже не зажмурилась. Принцесса Кэролин привыкла к его выпадам. Это была его стандартная защита — ударить по больному месту до того, как самого уличат в слабости. Проводя вечера в постели с ним, всегда ненароком, та могла взболтнуть чего лишнего, и тот первее всех узнавал её слабые места. Если, конечно, слушал, а не засыпал сразу после удовлетворения своих потребностей.  — БоДжек, я трачу на тебя свои лучшие годы. Не сплю ночами, придумывая, как оправдать твою очередную пьяную выходку перед прессой. Привожу тебе суп, когда болеешь, убираю бутылки из бассейна, когда не в состоянии после очередной вечеринки с транквилизаторами. И знаешь, что самое смешное? Я делаю это не ради денег. Я делаю это, потому что дура. Потому что каждый раз, когда ты смотришь на меня своими грустными лошадиными глазами и говоришь, что изменишься, верю тебе.  После такого заявления конь встаёт со своего сидячего положения, размахивая руками в разные стороны.  — Так, а кто тебя просил это делать? Ты должна была разбираться только с бумажной работой и не более. Сама решила, что после нашей бурной ночи у нас что-то заискрилось и теперь не отцепляешься.  — Да если б меня не было рядом, то ты бы сдох который раз от передоза или чего похуже! Ведёшь себя хуже ребёнка, только отличие в том, что он хотя бы может ещё со временем измениться, а вот ты — нет. Думаешь, мне нравится гнаться за тобой и спасать? Я бы давно могла себе кого-нибудь найти и зажить счастливо без тебя!  — Тогда что ты тут делаешь? — задал вопрос БоДжек, смотря на своего агента с равнодушием. — Вперёд и с песней, не буду мешать твоему счастью! Если я такой ужасный, почему ты так и не ушла к какому-нибудь успешному кобелю из агентства? Зачем ты продолжаешь чинить то, что изначально было разбито в хлам?  Что-то щёлкнуло в голове кошки, после сказанных им слов. Нет, конечно, она и сама всё прекрасно понимала. Знала, что в этом её проблема. Она не может просто так уйти от него. Только не от него. Но сейчас ей нужно хотя бы на какое-то время расстояние между ними. Убирая свои вцепившиеся в стол за диалог когти, женщина с непонятым грузом под сердцем, взглянула в глаза “звезды”. — Потому что я думала, что если я починю тебя, то смогу починить и свою жизнь. Но ты прав в одном, БоДжек. Ты не хочешь, чтобы тебя спасали. Тебе нравится тонуть. Просто не утягивай меня за собой, — ответила она, развернувшись к двери. — У тебя есть ровно десять минут, чтобы загримировать эти мешки под глазами и выйти на площадку. Иначе завтра твои контракты будет вести кто-то другой.  Мягкая розовая лапка закрыла дверь гримёрки по ту сторону.

***

 Шоу продолжалось. Актёры имитировали радость и играли не от души, а ради будущей славы. Только коню это не нужно было. Он единственный, кто играл самого себя. Конечно, порой приходилось выдавливать голливудскую улыбку ради очередной ликующей волны с зала. Только настрой был не тот. День начался паршиво и это чувствовал артист на площадке, хоть его задача скрывать свои проблемы. Ощущал чей-то взгляд. Неприятный. Зрители с зала его не волновали, ни кто-то со сцены или работников. А Принцесса Кэролин. Стояла среди операторов и звукорежиссёров, смотря на его игру. Так надменно и отчуждённо, заставляя его чувствовать себя не в своей тарелке. Точно, как в первые годы съёмок, когда только вышел в свет киноиндустрии. Был неуверен в себе, зажат, но она ему помогла с этим справиться. Сейчас всё иначе. Спокойно наблюдает за происходящим на площадке, но БоДжек не может отстать от мысли, что желает его провала в эту минуту. Чтобы тот споткнулся об кабель, забыл текст, запнулся на важном моменте. И это дало ему некий стимул доказать её неправоту возможных мыслей. Сам надумал себе.  БоДжек играл, как всегда, на высоте. Только во внутреннем спектакле с кошкой был безразличен. Демонстрировал своё превосходство, что ничего не волнует. Ни она, ни их маленькая ссора. Хотел, чтобы увидела его равнодушие и просто ушла. Конь всегда так делал, потому не считал это чем-то...Чем-то? Почему она не смотрит на его игру? Кэролин занялась более важными делами — общалась с каким-то гаффером. И что это значит? Он важнее игры коня? Смеялась над чем-то. Над ним? Правильно, ей же не нужно заниматься более важными делами как... Свет сменился на более тёплый.  Внутри Боджека точно сменилась пластинка. Как в детстве, он клак виниловую пластинку в проигрыватель. Питч-контроль только соприкоснулся с поверхностью диска, считывая первые дорожки. Эта музыка была спокойной. Весь излишний шум уходил прочь, давая осознать её поступок. Она его послушала. Несмотря на ссору, несмотря на его мудацкое поведение. Неужели настолько низка её гордость, что переступила через свои принципы ради его просьбы? Это смешно.  В свете софитов БоДжек казался огромным неуклюжим пятном. На нём был дурацкий свитер его персонажа, но взгляд выдавал абсолютную пустоту. Принцесса Кэролин стояла у мониторов в тени и не могла отделаться от горечного привкуса после их разговора в гримёрке. Её хвост нервно подергивался, но пальцы привычно и ритмично сжимали телефон. Повернув устройство экраном к себе, смогла понять причину вибрации. Множество сообщений от других агентов с её офисного группового чата. Все копошились в своих делах и чуть ли не срывались друг на друга. Это надоедало. Каждый раз приходилось пролистывать ленту чата до низу, дела вид, что ей интересно следить за происходящим. Ну и если спросит кто из коллег на обеде, то так и скажет, что всё видела, но не вникала в написанное. Если будет что важное, то могут написать лично или выделить через собачку.   Режиссёр обреченно машет рукой.  —  Ладно, соберём на монтаже. Перерыв! БоДжек тяжело спускается с подиума, проходя мимо своего агента. Проносится запах перегара, хоть должен был за это время улетучиться. Ни один из них не говорит ни слова. Актёришка скрывается в коридоре, а Кэролин смотрит на экран телефона, где горит список из новых заданий на сегодня. Очередной план, где должна удержать коня в узде. Видимо сегодня будет ещё тяжелее обычного. Хотя, когда с ним было легко? Всегда докучал ей, доставлял излишних хлопот. Он ей не нужен. Такой человек, который не может даже себе помочь, что уж там про других. Только и делает, что ноет, всем жалуется на свои проблемы. Его хорошие поступки можно по пальцам пересчитать одной руки. Жизнь с ней несправедлива, подавая такого клиента.   Сейчас перерыв, а это значит они точно не будут продолжать отношения в гримёрке. Так ведь? Видимо нет.

***

Розовые комки шерсти разлетались по гримёрке. Кэролин сидела на краю дивана, на котором плед был перемят несколько раз за весь этот промежуток времени. Она вычёсывала себя уже который раз, смотря в одну и ту же точку. Будто заметила мышь, прячущуюся в дверном проёме, будто та и не видит. Ножки сложены как у настоящей леди, а хвост медленно обвивал их. Не хотелось смотреть назад, но хитрые глазки ненароком через плечо поглядывали на уставшего спящего на подушках коня. И так каждый раз. После их сближения он засыпал. Не говорил, как ему было хорошо с ней, не смущался после произошедшего. Для него это было обыденно, всего лишь секс с коллегой на рабочем месте. Лямка лифчика лениво сползла с плеча, и кошка думала так же лениво упасть обратно под плед, но и так много времени потратили. Видимо жизнь её ничему не учит. Сама не помнит, как это произошло и хотела ли она того на самом деле. Очередной самообман, где она снимает стресс таким незаурядным способом. А что ей делать? Каждый день перегружает себя всем возможным как может, меняет чуть ли не каждый день круг общения, улучшает свою жизнь и развивается в лучшую сторону. Но всё равно гниёт. С ним? Возможно. Но секс ей помогает успокоиться. Дыхательные процедуры не помогают. Йога, пилатес, простой спорт летят туда же. Нет иного выхода. Природа берёт своё, так сказать. Её саму это бесит. Что она с ним, а не с любимым человеком, которого столько лет не может найти. Все свои материальные мечты давно покорила и считается одной из тех, кто достиг всего. Только ей хочется чего-то простого: уютный дом, заботливый муж и ребёнок. Давнее её желание, которое витает во снах изо дня в день. Знакомится каждую неделю с кем-либо с сайтов знакомств, но толку? Один нарцисс, другой лентяй, третий копия двоих и сразу. Каждый раз что-то новое, но всё не то. Голова всегда полна сомнений и надежд, но все они летят в бездну. Принцесса Кэролин устала что-то менять в этой жизни. Почему она не может быть конём, который со всем давно смирился и просто живёт эту жизнь? Не старается кому-либо помочь, что-то делать, просто берёт всё, что дают. Даже сейчас, Кэролин же могла этого и не делать, а всё равно с ним легла. Противно.  Туфли, из-за своей формы в виде лодочки, давно натёрли мозоли. Пластыри отклеивались, а мази будто были бесполезны. Придётся терпеть. Как всегда. Поправляя нижнее бельё и напяливая форму вновь, знала, что никто ничего не заметит. Только волновалась, что остальные из-за запаха перегара с губ решат, что она принялась за старое. И что с того? Её ли нужно осуждать за вредные привычки, как курение? Больше всех работает с таким ублюдком, так что заслужила хоть каплю спокойствия через сигареты. Хоть сама понимает, что у неё другой подход. Это намного тяжелее бросить. Перед выходом бросила взгляд на храпящего коня. БоДжек тяжело, хрипло дышал, из его ноздрей вырывался горячий воздух. Она смотрела на него сверху вниз — огромный, неуклюжий, грязный конь, который всю жизнь бежал от самого себя. И Кэролин — хрупкая, но стальная, уставшая до зубной боли кошка, чья жизнь превратилась в бесконечный менеджмент чужого кризиса. Разве о такой жизни она мечтала?   Дверь гримёрки отворилась. Лёгкий прохладный воздух с площадки вернул её в нужное русло. Она смогла уйти от него ненадолго, но груз на душе не изменился. Прекрасно понимала, что вернётся. А может и нет? От одной только этой мысли её внутренний мир сужался. Появлялась маленькая надоедливая тревога. Кэролин не бежит, но кровь бурлит настолько быстро, будто прячется от маньяка в кустах и готова выпрыгнуть, дабы убежать. Это рискованно и опасно. Так почему сейчас нет отличия? Почему теперь стоит спиной к закрытому трейлеру так, словно сделав шаг, ощутит желанную свободу. Хочет ли она её сейчас? Тело не слушается. Так, стоп.  Она бежит по лесу от человека с ножом или тихо уходит от БоДжека, пока тот спит?  Видимо, сейчас это не важно. Стоит всё так же на месте, переваривая ситуацию. Это был просто секс. Обычный, паршивый, привычный секс с бывшим, который случился из-за глупой ссоры. Но её тело этого не знало. Сердце не колотилось, оно наотмашь било в грудную клетку, отдавая тяжелыми болезненными толчками в самые виски. Земля под туфлями на шпильке казалась ватной, ненадежной, словно асфальт съёмочной площадки внезапно превратился в зыбучий песок. Неужели ей придётся не просто смириться с происходящим, а уйти, покончить со всем? Опустив глаза вниз, увидела лишь нервно шатающийся из стороны в сторону хвост. Видимо, пора. Принцесса Кэролин сделала глубокий хриплый вдох, заставив себя уйти подальше от этой точки. Каждый шаг давался с трудом, словно ноги налились свинцом. Она не побежала, бежать было не от кого. Просто пошла прочь, к команде по съёмке, сжимая в лапах сумочку, как защиту от преследователя, которого не существовало нигде, кроме её собственной головы.

***

 Слипшиеся веки устало разомкнулись. Пружины дивана глухо и тяжело звякнули, когда БоДжек перевернулся на бок. Походу дневной сон окончен, и кое-кто удосужился вспомнить о главной работе. Тело до сих пор не оклемалось после такой сцены с Кэролин... которой вновь не было рядом. Это в какой-то степени огорчало коня. Всегда, когда он просыпался, то его Принцесса уже была занята в офисе. Это заставляло его считать себя ленивым слизняком по сравнению с ней. Больно надо было ему это всё. В полумраке трейлера пахло пылью, застоявшимся виски и душным, липким потом. В голове привычно зашевелилась тупая пульсирующая боль — состояние после эмоционального всплеска. Он тяжело вздохнул, и этот звук больше походил на всхрап уставшего, старого коня, который сумел в кое-то веки встать с прогибающегося под ним матраса. Потягивая массивную копытообразную ладонь к противоположному краю дивана, смог встать с уютного места. В его сознании, размытом алкоголем и табаком, всё прошло идеально. Ну, насколько это вообще могло быть идеальным для них двоих. Поорали друг на друга, спустили пар, а потом трахнулись на убогом диване, как делали уже сотню раз за последние годы. Для БоДжека это был понятный, предсказуемый сценарий. Злость ушла, оставив после себя приятную, отупляющую истому в мышцах. Ему казалось, что буря утихла. Проблема решена. Фильм спасен, контракт в силе, а Кэролин, как обычно, во всём разобралась. Ничего нового.  На следующее утро БоДжек ждал, что Кэролин войдет без стука, швырнёт в него привычный список дел и уйдёт договариваться о важных встречах с коллегами. Обычно в эти дни так всегда и происходило. Только дверь открылась, и в трейлер вошел молодой суетливый стажёр из агентства, который всегда пах дешевым одеколоном. Сегодня, однако, тот выглядел непривычно собранным. Держал в руках серую пластиковую папку. — Доброе утро, БоДжек, — кашлянул парень, мешкаясь на месте и не решаясь подойти ближе. — Принцесса Кэролин просила передать эти файлы. БоДжек нахмурился, его уши дёрнулись от недоброго предчувствия. — Что это? Расписание дублей? Где она сама? Почему вместо неё какой-то дрыщ в клетчатых штанах, заляпанных горчицей?  — Она перегружена продюсерскими обязанностями. Или чем-то в этом роде. В общем, с сегодняшнего дня твои дела веду я, — парниша бережно, словно бомбу, положил папку на журнальный столик, прямо на то место, где вчера лежали измятые листки с текстом. — Здесь документы о расторжении твоего персонального контракта с ней и перевод на общее обслуживание агентства. Подпиши, где галочки.  Конь замер. Он посмотрел на верхний лист из-под файлика, где красовался ровный, идеально выверенный росчерк красными чернилами. Без единого исправления. Без малейшего нажима. Не мог поверить в написанное и что это написано почерком Принцессы Кэролин. Быстро схватил телефон и набрал её номер. Сброс. Ещё раз. Автоответчик. Он набрал рабочий номер офиса. — Принцесса Кэролин на совещании с инвесторами для нового проекта, — раздался в трубке вежливый, механический голос секретарши. — Все ваши звонки теперь переадресуются вашему новому агенту. До свидания. БоДжек медленно опустил трубку. Во рту снова появился кислый вкус вчерашнего виски. Горечь вернулась к вкусовым рецепторам с неприятным привкусом после сна. Он посмотрел в окно трейлера: на другом конце площадки, у режиссерского пульта, стояла Кэролин. Она что-то увлеченно обсуждала с оператором, изящно жестикулируя лапкой. Её хвост совершал плавные, абсолютно спокойные круги у её ног. Она выглядела безупречно. И она ни разу не повернула головы в сторону его трейлера. В его сторону.   — Она хоть говорила причину ухода? — не разворачиваясь к ассистенту, спросил БоДжек.  — Нет, просто поручила мне вас. Сказала, что нужно мне начинать работу с более жёсткими клиентами, — намеренно умолчав детали, ответил парень.  — Не думай, что ты здесь надолго. Занеси ей эти бумаги обратно.  — Не могу. Мне если и велено занести бумаги ей, то только после вашей подписи.  — Вот значит как.

 Принцесса Кэролин только встала у кофейного автомата, закидывая туда очередной четвертак для дешёвого капучино. Всё начало налаживаться, может и напиток будет не настолько ужасным, как всегда. Мгм, много хочет. Только развернулась с выданным ей стаканчиком, как с кривой рожей к ней подошёл ассистент. Когти аж вцепились в напиток от неожиданности.  — Зачем так пугать? БоДжек так быстро подписал всё?   — Не совсем... — неловко произнёс парень, протягивая прозрачный закрытый файлик с бумагами.  Все они были мятыми, чернила растеклись так, что текст не прочитать, а вся эта субстанция плавала в жёлтой жидкости. Не нужно было лишних слов, чтобы понять реакцию коня на документ. Брезгливая кошка сразу же прикрыла нос рукой, смотря на это зрелище.  — БоДжек.   — Видимо, он не хочет менять агента, — утвердил парниша. — Что же тогда делать?   — Для начала выкинь это куда подальше. Всё равно мне и не нужны его подписи. Большинство записей вела за него я, так что и с этим не будет проблем.  Пока ассистент убегал, еле держась за пакет, Кэролин потирала переносицу подушечками пальцев. Это было ожидаемо, но благо тот лично не прискакал к ней устраивать скандал, как обычно это бывает. Только всё так же прибавляет проблем.

***

 Во время съёмок БоДжек намеренно всё срывал: делал вид, что забывает реплики, требовал перерывы посреди дублей или заявлялся в павильон с людьми, мешающими процессу. Делал всё, лишь бы заполучить хоть каплю внимания Кэролин. Она прекрасно это понимала и была непреклонна. Каждый вечер после его пьянки заявлялся к ней в чат и написывал порядком более ста голосовых или простых сообщений, которые она оставляла прочитанными. Не хотела его блокировать, ведь что-то держало. Конь всё так же были ей интересен, был клоуном. Очередное жалкое оправдание и не более. Кнопка была ей знакома, часто блокировала спамеров или надоедливых детей, которые писали ей с просьбой устроиться на работу, не разбираясь в этой сфере. Все её доставали, БоДжек в том числе. Только всё никак не сходил с этого островка, где каждый раз писал камнями “SOS”. Хотя, зная его, перевёл бы в шутку даже это. Видимо, конь ждёт, когда прибежит к нему в гримёрку со слезами и криками, дабы тот прекратил и что она такая дура готова вернуться назад. Только уж глубоко тот ошибается. Ему всегда всё сходило с рук, но не в этот раз.  Если бы очередной клиент Принцессы Кэролин не снимался в этом же проекте, она давно бы смогла уехать куда подальше от коня. В этот раз её главная задача — продемонстрировать инвесторам новый проект, который возложил на неё клиент. Пока он работает на сцене, параллельно с этим кошечка должна обговорить всё с важными персонами и показать серьёзность намерений заказчика. Проще некуда, всегда так делала. Только для БоДжека. В этот раз у неё другой человек и пока она на площадке, конь может не известь что вытворить, и та не проконтролирует это. Потому тот самый ассистент и будет наблюдать за своим подопечным, как никак, это его работа. Парниша весь день следил за ворчливым конём, который давно должен был покинуть съёмочную площадку, но непреклонно оставался до конца рабочего дня. Это больше всего и настораживало.  Большая часть дня прошла по плану, потому тревога антропоморфной леди спустилась до минимума. Даже кошачья мята не понадобилась на удивление. Пока инвесторы наблюдали за съёмочным процессом, Кэролин оставалось не путаться у них под ногами. Но шум позади её отвлёк. Ушки навострились и корпус тела развернулся к источнику бед — БоДжек. В очередной раз явился на площадку выпившим и видим под какой-то дурью. Не удивительно. Это бы никого не напугало не будь тут столь важных персон. Принцесса Кэролин не могла стоять на месте, смотря за происходящим, только вот её сбил тот самый ассистент.  — Аккуратнее! Я тебе говорила присматривать за БоДжеком! Что произошло? Почему он здесь? — шипела со своими расспросами кошка, стряхивая с себя...что это? Клей? Краска?  — Простите, Принцесса Кэролин, я не смог его удержать! Он запер меня в фотолаборатории, пока никого там не было и только сейчас меня выпустили. Я сам не знаю, когда и как он успел всё это сделать!  Перепуганный взгляд Кэролин упал на сцену, куда успел подняться конь. Это конец. БоДжек стоял в центре декораций, покачиваясь на широко расставленных ногах. В руке у него была бутафорская кружка кофе с собственной рожей, от которой за километр несло бурбоном. Направленный на него прожектор слепил глаза, превращая съёмочную группу в безликую массу теней. Конь хмыкнул, вытер рот рукавом потрёпанного пиджака и заговорил прямо в висящий над ним микрофон-пушку.  — Знаете что? Стоп. Все же хотят послушать старину БоДжека? Он сделал широкий, неуклюжий жест рукой, едва не сбив осветительный прибор.  — Мы тут снимаем рекламу или драму? Чёртов шедевр для семейного ознакомительного шоу! Но все смотрят на меня, как на говно, потому что я “срываю тайминг”. А кто этот тайминг придумал? Принцесса Кэролин! Наша королева тайм-менеджмента! — он уставился в темноту, туда, где угадывался её силуэт. — Посмотрите на неё. Она ведь гений. Распланировала каждую секунду моей жизни. На двадцать лет вперед! Знает, когда мне нужно погрустить, когда мне нужно сняться в камбэке, а когда... когда нужно прийти к ней в трейлер, потому что у неё выдался “тяжелый день”. В павильоне повисла мёртвая, звенящая тишина. Оператор медленно убрал камеру от лица, а прожектор предательски направился к розовому силуэту. Сердце остановилось. — БоДжек, прекрати. — раздался под софитами тихий, ровный голос Кэролин. Только вот коня уже несло, алкогольный туман полностью отключил тормоза.  — А чего мне прекращать? Давайте поговорим о честности! Мы же тут за честность, ведь так? — БоДжек заглянул в монитор режиссёру. — Так вот вам правда, Принцесса Кэролин так отчаянно пытается рулить этим шоу, потому что это единственное, чем она вообще может рулить в своей жизни. Она строит из себя мамочку для всей съемочной группы. Носит нам кофе, проверяет контракты, вытирает всем сопли... Знаете почему? Потому что настоящей матерью ей стать так и не удалось! Карма — штука жёсткая, да, Кэролин? Сколько там раз твое тело сказало тебе “нет”? Три? Четыре? Ты не можешь удержать внутри себя даже крошечный комок розового меха, поэтому ты вцепилась когтями в нас всех! Ты нянчишься, потому что тебе больше некому отдать эту нерастраченную заботу!   — БоДжек, слезай со сцены! — крикнул ему продюсер в громкоговоритель.  — О, брось, Кэролин! Вечером в моём трейлере ты не была такой бездушной. Со всем соглашалась, когда умоляла меня не уходить. Давай ты не будешь строить из себя серьёзного строго босса при людях, мы же оба знаем, кто тут сверху. БоДжек победно улыбнулся, тяжело дыша и ожидая, что Кэролин, как обычно, начнёт кричать в ответ, оправдываться или швырнёт в него планшетом. Но она ничего не сделала.  Она просто стояла в полумраке. В тусклом свете софитов было видно, как её хвост, секунду назад плавно вившийся вокруг ног, замер и безвольно опустился на грязный пол павильона. Её лицо не выражало ни злости, ни обиды. Оно было абсолютно пустым. Как будто БоДжек только что выстрелил в манекен. Она молча повернулась спиной к площадке и тихо, почти бесшумно, пошла к выходу, ни разу не оглянувшись на сцену, где конь в сером дряхлом костюме всё так же ликовал.  — Кэролин? — задал вопрос ассистент, чего разбитая женщина уже не слышала.  В голове была одна каша из негативных мыслей. Она не могла собраться, выгнать БоДжека со сцены и переубедить инвесторов не отказываться от этого проекта. БоДжек всё испортил. Как всегда. Это единственное, что он умеет делать лучше всего. Это была не только репутационная смерть в карьере, но и конечная точка в отношениях коня с Кэролин.

***

 Вновь тот самый старый любимый трейлер. Теперь он полностью пропах алкоголем из смешения крепкого бурбона с пятнами от коньяка на полу. Грязь кругом, словно никто и не приходил убираться в трейлере. А нет, так оно и есть. Конь давно должен был покинуть площадку, но сам не считал это нужным. Даже продюсер не мог его выгнать или тот же охранник, потому решили ждать, пока тот самостоятельно уйдёт. Конь не успел проснуться, как ощутил зловонный запах, исходящий от себя. Жирные проплешины на матрасе давно слиплись с некими кусками его шерсти из-за связи с плавленным сыром из фастфуда. Голова раскалывается, в памяти вспыхивают куски его вчерашнего монолога. Неужели это всё реально? БоДжек не может поверить в происходящее. Он бы никогда...  Так быстро ещё его рука не набирала заученный давно наизусть номер через мобильное устройство. Его номер заблокирован. Не просто перенаправлен на ассистента, а внесён в чёрный список на всех уровнях. Он звонит в агентство, но секретарь холодным тоном сообщает, что конь больше не является клиентом компании, а за попытки преследования Кэролин их юридический отдел готов выписать судебный запрет.   Что он наделал...  Несмотря на слова секретаря в трубке, конь немедленно направляется к своей машине. Ему наплевать, как он выглядит и во что одет. И так потратил слишком много времени и не известь, где может находиться Кэролин. Только одна мысль о том, что она бросила его, пугает до чёртиков. Нажимает на газ. Дорога кажется размытой, улицы серыми, а время пролетает незаметно. Не успел тот вылететь из машины, как к нему на встречу вышла парочка новых охранников офиса. Видимо это ему такой презент. Гориллы стояли у входа, будто неподвижные статуи, охраняющие вместилище. БоДжеку это было не по нраву. Подойдя ближе к двери, те встали прямо у него на пути. Глаза забегали от одного громилы к другому.  — Ребят, не могли бы вы меня пропустить? Мне нужно поговорить с Принцессой Кэролин.  Стоят молчат. Гримаса БоДжека изменилась с дружелюбной на более ворчливую.  — Думаю, вы меня невнятно услышали, джентльмены. Мне нужно пройти поговорить со своим агентом. Вы же можете посмотреть по списку, кто здесь работает!  Ноль реакции. Это больше злило коня, только вот ему не дал продолжить ассистент, появившийся у входа.  — Фух, наконец-то хоть кто-то у кого нет бананов в ушах. Скажи им меня пропустить, мне нужно переговорить с Принцессой Кэролин.  — Тебе не о чем с ней говорить, БоДжек. Вчера ты ясно выразился, — кратко и холодно ответил парень, кидая ему в ноги коробку с личными вещами коня. — Она здесь больше не работает, так что не рушь остальным агентам жизнь. БоДжек не мог поверить в сказанные слова мальчишки. Кэролин уволилась? Да нет, это бред. Она столько лет здесь работала и уволилась из-за такого пустяка? На неё это не похоже. Столько всего терпела в жизни и ушла из-за его слов, смешно же! Только вот стоящие амбалы у входа не смеялись. Никто не смеялся, даже сам БоДжек. С кряхтением забрав свои старые вещи и контракты, тот направился к машине. Коробка была не прям чтобы тяжёлой, там хранились старые воспоминания с первых дней в агентстве. Вещи были настолько старыми, что коробка пропиталась непонятным мокрым пятном, и пыль покрывала горочкой большинство снимков, расположенных сверху. Не было времени разбираться с хламом. Следующей остановкой по курсу была та самая съёмочная площадка, на которой конь и разыграл свою финишную сцену. Она была не так далеко от офиса, только вот телевизоры с витрин надоедливо, будто намеренно оповещали о вчерашних новостях. Видя ситуацию со стороны и как же глупо поступил конь, он смог хоть немного понять чувства Кэролин. Но это всё равно не та боль, которую переживала она. БоДжек возвращается на съёмки, в надежде увидеть Принцессу Кэролин. Голливуд всегда был известен славой и скандалами, так что никто бы и не решил, что здесь всё изменится. Оказалось, это не так. Место съёмок перенесли, а та часть, где снимался актёр, была опустошена. Площадка изменилась. Вчерашний скандал утёк в прессу и все мимо проходящие смотрели на него с презрением. Даже мышки-танцовщицы незаметно пинали его ногами в знак протеста, хоть он и не обращал внимания. Видимо это конец. БоДжек рассматривает опустошённую площадку так, будто она связывала его всю жизнь. Только не на неё он обращает внимание, а на место, где периодически стояла его агент. В своём милом бирюзовом платьице с золотыми рыбками и жёлтом жакете. Виляла хвостом, осматривая свои владения, надеясь на чёткий контроль и порядок. Она в лапах держала всё под руководством и контролем. Только БоДжеку нужно было выйти той самой кляксой в её личной долгой работе, из-за которой пришлось всё сжечь. Кэролин здесь нет.  Время идёт, а конь сменил порядком более четырёх агентов на замену грациозной кошечки. На её место вызвалась Ванесса Гекко, которая издавна соперничала с Принцессой Кэролин. По крайней мере, так утверждала сама женщина. Она могла потакать актёришке, но не так, как это делала кошка. С ней было всё не то, но выбора не было. Благодаря ей, он мог дальше учувствовать в новых проектах и рассчитывать на денежный гонорар, а не дальше гнить в своём домишке.  Новые продюсеры не были столь мягкотелы, как те, которых выбирала Принцесса Кэролин. Теперь никто не нянчится с ним, как это было раньше. Каждый раз, когда он начинает ныть, что ему нужно настроиться на сцену или выпить чего, новый продюсер сухо говорит: “Шоу теряет деньги из-за твоих соплей, БоДжек. Играй по тексту или мы пропишем твоему персонажу автокатастрофу в следующей серии и заменим тебя на молодого актёра. Нам плевать”. БоДжек понимает, что без защиты Кэролин он просто стареющий проблемный актёр, которого никто не уважает. Он скучает по её материнской заботе и ласке, которую так ненавидел до этого настолько, что выставил на показ всем по ТВ. Хочет вернуть свою ручную работницу, ту, которая за него всё сделает, со всем поможет. Только вот уже слишком поздно. 

***

Боджек давно должен был с этим смириться, но время идёт, а разлука давит всё сильнее. Его новая машина даже не радует, ему всё это не шибко нужно. Дождливый вечер в Голливуде для него был не удивительным, как для тех же приезжих туристов, которые фотографировали его через стекло автомобиля и просили автограф. Будто не знали, что произошло больше пары месяцев назад, как же. Нажимает плавно на педаль газа и тормозит у светофора, где только загорелся красный свет. Капли стекают по лобовому стеклу, но атмосфера даже успокаивает. Это не убирает груз с плеч или что-то в этом роде. Просто становится спокойнее. Просто, как обычно, закончился рабочий день и надо придумать, что взять сегодня на ужин. Всё как у обычных людей. Откинувшись в кресло как можно удобнее, БоДжек осматривает окрестность. Всё в тумане, кроме слабо освещённых фонарей и магазинов. Один из ресторанов открыт, где большинство парочек сидят у окна. Вглядываясь ненароком в силуэты, конь замечает виляющий розовый хвост. Кэролин.  Через стекло ресторана за одним из столиков сидит Принцесса Кэролин. Она сидит с каким-то очередным временным ухажёром. Мышь? Это даже смешно! Кошка с мышью, точно по сравнению с ним, она выбрала бы его. Только вот он может быть надежным и спокойным мужчиной. Балансированным, что нужно ей. Вглядываясь получше, видит, что она хоть и выглядит уставшей, но расслабленна. На ней новое платье, её мех безупречно вычищен, пока на лице сияет притягательная улыбка. Сияет так, как не могла с ним. Она пьёт чай, и её хвост совершает те самые плавные, размеренные круги вокруг ножки стула, которые всегда совершались у её ножек. БоДжек смотрит на неё из темноты машины. Хочет выйти, подбежать, закричать, упасть на колени, сделать всё, чтобы вернуть её. Только он видит её лицо, на нём больше нет того изматывающего напряжения, которое конь приносил в её жизнь каждый день. Без него ей лучше. И это они оба прекрасно понимают. Возможно, она и впрямь нашла новую работу, сейчас заведёт семью. Кэролин сможет зажить счастливо, хоть и без него. Она спаслась. Светофор загорелся зелёным и БоДжек умеренно нажимает на газ, уезжает в темноту, понимая, что в этот раз он разрушил всё окончательно.  Всё это время Принцесса Кэролин ощущала его взгляд на себе. Понимала, что могло произойти. Никто ничего не сделал. Теперь её глаза смотрят исключительно на своего нового спутника жизни.