Откуда появилось солнце?

— Ты дебил? И никто даже не обращает внимания на столь грубое высказывание, ну это же последняя парта у окна, у них там свои правила. А вот один очень прилипучий кореец по имени Хан Джисон так не думает, какого хрена его здесь несправедливо обзывают. Это же словесный буллинг, он, к слову, этот термин на гражданском воспитании в шестом классе выучил. — А ты чё себе позволяешь, я вообще-то старше! — а сам продолжает комкать тёмный свитер рыженького мальчика. — А кто на обложке моей тетради по французскому члены рисует?! — почти громко произносит Ликс, это кстати его погоняло со второго класса, к ним тогда Джисон перешёл. — Ну тебе что жалко что-ли? Я свою дома забыл. — А голову ты дома не забыл? — очень комично и клешированно спрашивает Ли. На самом деле да, если бы голова каким-то образом откреплялась от тела, Хан бы точно её забыл вместе со всеми ручками и карандашами, которые с началки задолжал Ликсу. После этого Феликс продолжает дуться и весь урок смотрит в свою тетрадь и чиркает какие-то артикли и словечки вычурные в словарике маркером выделят, а Джисону просто глубоко наплевать на это всё, у него с французким отношение так скажем не очень, учительница его вовсе не замечает, ну или притворяеться, но вообще не суть, ведь Хан уже придумывает план под названием: КВУЛ, если по человечески, то: Как Вернуть Улыбку Ликса. К выполнению плана он приступает моментально, ну потому-что глазки у Ли такие грусные, кончики губ опущены. Ну и как тут сидеть сложа руки и наблюдать за таким расстроенным младшим? Джисон выбегает на десять минут раньше якобы «в туалет», а учительница смотрит на него из-под рамы красных, заостренных очков, длинную юбку дергает и противным голоском с таким писклявым акцентом отпускает парня, знает ведь, что не вернеться. А Джисон, а что Джисон? Он на всех парах бежит в ближайший канцелярский магазин и покупает новую тетрадку, но не простую, а с красивой обложкой, на которой нарисован какой-то город из европы, а сама тетрадь толстая такая в линейку, что Ликсу точно хватит на весь год, а может даже и на следующий. А потом покупает три ручки и два карандаша, ну чтобы хотя-бы частичку долга отдать. Вылетает из магазина и подходит к ларьку, покупает яблочный сок, который младший обожает, но отказывает себе в том, чтобы попить его, ведь по его словам в этом соке много калорий и на его фигуре плохо скажется, но Джисону так не кажется. Ликс всегда красивым был, и тогда, когда на личике красовались милые пухлые щечки, усыпанные очаровательными веснушками, и тогда, когда весил парень под сорок килограммов, а лицо перекрыто тональной основой, чтобы прям ни одного пятнышка видно не было, и сейчас тот красивый, с такими прелестными рыжими волосами, такой какой есть, без пухлых щёк и тональника. После покупки Хан буквально как Флеш бежит обратно в школу и даже успевает к началу большой перемены, когда по коридорам бегают второклашки, а по углам снуют угрюмые учителя, которые так и ждут когда кто-то не так пробежит, чтобы замечаение сделать. Джисон на самом деле очень плох в штуках по типу извинений, ну сложно это для него, его даже не учили извиняться, а перед Феликсом он извиняется редко, хотя стоило бы почаще. Именно из-за неумения просить прощения и закупился, чтобы меньше говорить и просто в руки отдать. Подходит неловко к Ли и дёргает за свитер. — Я это, ну извинится решил, ну кароче вот. — протягивает все покупки в пакетике и неловко шею трёт, будто это поможет избавиться от бури эмоций внутри. — О боже, Сони, не надо было, я же не обиделся по настоящему! — и улыбается так ярко, что Хан сам лыбу давит и желание прикоснутся к фарфоровой коже давит и ещё желание прикоснутся к губам в форме сердца тоже давит.