All I want is you

      – Будешь думать о своём или поможешь мне?       Чан растерянно задрал голову, ловя на себе взгляд недовольного Хёнджина, чей недовольно виляющий хвост норовил вот-вот разбить стоящую рядом вазу.       – Отвлекся, извини.       – Просто закончи надувать грёбанные шарики, – он взмахнул волосами, элегантно вставая выше на стремянку, – Времени у нас в обрез.       Чан усмехнулся. В некоторых странах чёрные кошки считались плохим знаком, но он, пожалуй, был счастлив, что Хёнджин «перешёл» ему дорогу и стал лучшим другом на долгие годы. Они познакомились в институте на благотворительной ярмарке. Среди моря разномастных хвостов и ушей Хёнджин выделялся статной фигурой и уверенным взглядом. Хёнджин сделал комплимент его пушистому хвосту и заявил, что в жизни не видел красных панд. Чан вежливо поблагодарил и купил красивое самодельное ожерелье с жемчужинами и ракушками. В какой-то момент они просто разговорились о жизни, учёбе, простых интересах, договорились посидеть и пожарить мясо. Постепенно Хёнджин чаще появлялся в привычной жизни Чана. Пока он утопал в заданиях от преподавателей, Хёнджин пропадал на творческих мастер-классах и новых выставках.       – Ты сойдёшь с ума, Чанни. Тебе стоит расслабиться и, если не хочешь вечеринок, пошли со мной лепить себе чашку.       Ворча, что он не успеет сдать проект, Чан всё-таки согласился. Мягкая глина помогла ему расслабиться, и он стал охотнее соглашаться на подобные авантюры Хёнджина. Они чаще проводили время вместе, делясь переживаниями об отношениях и будущем, выпивали, ходили в клуб общими компаниями. После выпуска они не потерялись и обязательно встречались хотя бы раз в две недели. Теперь Чан помогал привести в порядок снятый коттедж для празднования дня рождения парня Хёнджина. Дом с панорамными окнами в пол, огромным бассейном и просторной гостиной, по мнению Чана, уже являл собой идеальное место для празднования, но Хёнджин не был бы собой, не вознамерившись украсить каждый угол.       – Ладно, мы вроде бы закончили. Спасибо за помощь, Чанни. Завтра всё проверю, чтобы было идеально, – Хёнджин аккуратно хлопнул его по плечу, – Не хотел так огрызаться.       – Забей и не бери в голову. Я понимаю.       Тот забавно клацнул зубами и дёрнул чёрным, гибким хвостом, придирчиво осматривая украшения.       – Ты к родителям?       – Ага. Обещал у них поужинать, да и переночую.       – Тогда до завтра.       Чан потянулся приобнять друга, но передумал. Иногда даже такого чувствительного человека, как Хёнджина, стоило просто оставить наедине с мыслями. Чан этот урок усвоил хорошо, после попытки успокоить его после неудачного свидания и попался под горячую руку. Как потом объяснял Хёнджин, скорее всего, дело было в его вспыльчивой пантерной сущности, и он пообещал стараться её укротить.       Февральский вечер в Сиднее принёс передышку после невыносимого пекла. Чан приспустил окно в автомобиле, с наслаждением подставляя лицо лёгкому ветерку, запутавшемуся в его пушистых ушах. Красные панды в целом плохо переносили жару, поэтому Чан предпочитал в такую погоду не превращаться. В ином случае пришлось бы залезть в холодильник.       До родителей удалось доехать быстро. Несмотря на накопленную усталость, он почувствовал теплоту, едва перешагнул порог дома. Мама тут же его обняла, привстав на носочки, и Чан не смог скрыть широкую улыбку.       – Выглядишь уставшим. Тебе надо чаще отдыхать, – привычным жестом она погладила его уши.       – Я сегодня не сильно работал, мам. И я честно стараюсь. Папа не рассказывал?       – Я предпочитаю не так часто разговаривать о работе, – отец внезапно появился у них за спинами и чмокнул жену в макушку, – Но да, Чан не так часто засиживается в офисе. Пока что.       – Привет, пап.       Кто бы сказал Чану в юности, что он добровольно согласиться работать в компании отца, он бы громко рассмеялся. Не то чтобы он слишком бунтовал и планировал становиться, например, айдолом или писателем, просто не представлял себя продающим другим людям дома и квартиры. Но однажды отец попросил ему помочь в качестве сопровождающего, и Чан, слушая, как он описывает очередные апартаменты, понял, что хотел бы тоже попробовать. И чем дольше исследовал эту специальность, тем больше чувствовал себя на своём месте.       Отец предложил свою компанию в качестве стажировки, после чего Чан решил остаться там работать по окончанию учёбы. Его не волновали слова о фаворитизме, доказывая компетентность делом, да и отец не давал ему на работе лишних поблажек. Зато иногда Чан мог заглянуть к нему в кабинет за личным советом и лишний раз передать маме, что у него всё в порядке.       – Опять наготовили на несколько ртов, – проворчал Чан, когда, сменив одежду, вышел на кухню и втянул носом запах, – Не стоило.       – Мы можем порадовать любимого сына?       Спорить он не стал. К тому же мама приготовила его любимое карри с рисом, слюнки сами собой собрались во рту. Так что несмотря на первый укор Чан с удовольствием набросился на еду, словно голодал несколько дней. Родители внимательно смотрели на него, давая время насладиться ужином.       Поймав любопытный взгляд, Чан всё же поднял руку.       – Никаких новостей. Честное слово. Завтра у Чонина день рождения, у меня завершаются две крупные продажи.       – Отпуск? – вскинул брови отец.       – Не думал.       – Сейчас пока не сезон, хорошее время отвлечься.       – Мы договорились не обсуждать работу, – мама Чана нежно накрыла его руку ладонью, – Но папа прав, милый. Съездил бы куда-нибудь ненадолго.       Чан задумался. Хёнджин планировал слетать во Францию по работе, а Чонин хотел к нему присоединиться. Чан не чувствовал себя с ними лишним, но не хотел мешать романтическим планам. А ехать куда-то одному у него не было настроения. Все вокруг находили себе пару и начинали жить вместе, а Чан спокойно управлялся и один. Конечно, ему нравилось ходить на свидания, заниматься страстным сексом и заботиться о том, кто ему симпатичен. Только в конце концов, отношения ни к чему не вели. Потому что долгосрочный союз возможен только внутри своего вида. В Сиднее всегда можно было найти разнообразных гибридов, даже самых редких. Но вот красных панд, кроме собственной семьи, Чан не видел ни разу.       Сейчас он переживал на этот счет гораздо реже. У него есть крепкая семья с одной стороны и преданные друзья – с другой. Он занимается интересным для себя делом, помогает другим, свободное время посвящает другим хобби. И Чану этого честно достаточно.       – Если не будет никаких срочных дел, может быть возьму хотя бы пару дней, – выдохнул Чан, довольно жмурясь и урча. – Обещаю.       Больше к вопросам о работе они не возвращались. Но Чан до конца не отпустил тему, что хоть и не гложила его, но периодически крутилась в голове. Может быть ему и комфортно жить без долгих отношений, а что думали родители? Они не требовали внуков, не вынуждали его прогибаться под рамки. Чан всегда благодарил их за это, но переживал, вдруг они недоговаривали.       Перед тем, как уйти в свою комнату, Чан остановил маму и ненадолго отвёл в сторону.       – Вы с папой переживаете, что я один?       Она аккуратно потрепала его за щёку как в детстве.       – Мы хотим, чтобы ты был счастлив. А уже с кем это тебе решать. Ты это и так прекрасно знаешь.       – Хорошо. Люблю вас.       – И мы тебя. Спокойной ночи, милый.

***

      На вечеринку пригласили намного больше людей, чем Чан предполагал. В глазах рябило от количество разномастных ушей и хвостов вперемешку с ярким светом. Приглашенный диджей – вроде бы кто-то из друзей Хёнджина – умело угадывал настроение толпы, смешивая один трек с другим.       Прежде чем с легкостью влиться в общую массу веселящихся, Чан нашёл Хёнджина и виновника торжества. Чонин выглядел как настоящая модель, особенно в полупрозрачном костюме с открытыми руками и глубокими вырезом с двух сторон. Неудивительно, почему Хёнджин обожал его фотографировать. Острые черты лица, широкая улыбка, прекрасно сложенная фигура. Когда Чонин улыбался, его глаза превращались в маленькие щелочки. Порой Чан жалел, что тот родился гибридом гепарда, и думал, как в параллельной вселенной Чонин точно бы оборачивался милым, хитрым лисом.       – Йена, с днём рождения!       – Спасибо, Чанни-хён.       – Сколько ты будешь называть меня хёном? – закатил глаза Чан, театрально хныкнув.       – До конца твоих дней, – добавил появившийся из ниоткуда Хёнджин.       Чонин был прекрасной парой для Хёнджина. И не только потому что один загадочная пантера, а второй вышел гепардом. Они оба дополняли друг друга: Чонин вдохнул в Хёнджина новое вдохновение, а тот в ответ дарил море любви и заботы. Даже внешне они чем-то были похожи, даром, что оба кошки.       – Спасибо, что пришёл.       – В смысле? Куда вы без меня. Твой подарок, кстати, на общем столе. Надеюсь, понравится.       Широко улыбнувшись, Чонин позволил обнять себя, но всего один раз, и передал Чану бокал коктейля.       – Когда вы уезжаете?       – В воскресенье. Будешь скучать без нас?       – Справлюсь, – Чан изобразил обморок, – Утоплюсь в работе и бассейне.       – Не страдай, мы скоро вернёмся, – Хёнджин игриво закусил губу, за что получил тычок в рёбра, – И посидим чисто втроем. Привезти тебе что-нибудь?       – Себя. В целости и сохранности.       Оба иронично закатили глаза, но кивнули, чтобы Чан был спокоен.       Он опрокинул в себя пару коктейлей и вышел на середину танцпола. Непривычная для Чана обстановка, но в своё время Хёнджин доказал, что вечеринки могут быть весёлыми и вовсе не опасными ни для одного из гибридов. Он прикрыл глаза, отдаваясь музыке. Вокруг терлись чужие тела, Чан кожей чувствовал шершавую ткань, пайетки. Шерсть.       В толпе показалась знакомая светловолосая макушка, и Чан тут же последовал к ней.       – Феликс! Не ожидал тебя здесь увидеть.       На его лице появилась фирменная, солнечная улыбка, озаряющая даже самое тёмное помещение. Чана не был так близок с Феликсом, но они часто встречались на вечеринках Хёнджина. Чан ещё шутил, что уж слишком много кошачьих стало вокруг. Один раз он помог Феликсу по вопросу жилья. Взамен он предложил организовать небольшую фотосессию, и хотя Чан не особенно любил фотографироваться, результат ему более чем понравился. Так и подружились.       – Хёнджин с меня бы шкуру содрал. Да и я недавно вернулся, так что всё удобно совпало. Как ты?       – Живу свою скучную жизнь панды-одиночки, – гордо вскинул голову Чан, навострив уши. – Не жалуюсь.       – Главное, что ты сам доволен.       – А сам как? Все в делах и перелётах?       Белый кошачий хвост забавно дернулся. Работая в модельной индустрии, Феликс жил сразу на несколько стран, обязательно периодически возвращаясь домой. Основную часть времени Феликс проводил во Франции, но сам говорил, что просто не может долго жить без запаха родного океана и обжигающего солнца.       – Примерно всё так и есть. С девушкой съехался.       – Похвально. Я рад за тебя.       – Да, так и повеселее будет. – Феликс осмотрел свой пустой бокал и почесал за ухом. – Слушай, у меня тут один знакомый… Ему жизненно необходимо найти хорошее жилье. В Сидней он приехал совсем недавно, а ты в этом прекрасно разбираешься.       Чан почувствовал, как внутри загорается знакомая предпринимательская искра. Ему с трудом удавалось отвлекаться от рабочих будней, особенно после длинных или продуктивных продаж.       – Конечно. Не уверен, что тут конечно подходящее место всё обсудить.       – Я знаю, ты тут не для работы. Но раз пришлось к слову. Ты бы меня очень выручил!       Многозначительно хмыкнув, Чан по привычке потянулся к кончику хвоста. Он планировал отдохнуть пару дней, но ведь новая сделка всегда не повредит. А там отец и полноценный отпуск даст.       – Скинь его номер, я с ним спишусь и все выясню сам. Только предупреди своего друга.       Секунда и Феликс повис на его шее, будто это он был миленькой пандой.       – На тебя всегда можно положиться! – зачастил он и предупредил: – Только… не то чтобы он пугливый. Просто немного себе на уме.       – Не с такими работали, – успокоил его Чан, – Я умею договариваться.       – Спасибо. Большое спасибо.       Они немного поболтали, и остаток вечера Чан провёл вместе с Хёнджином и Чонином. Он с удовольствием горланил караоке, пил на скорость и с удовольствием ел праздничный торт. Видимо, после новости о возможном клиенте, энергия достигла максимальных пределов. Чан был уверен: теперь ему есть чем заняться в ближайшее время.

***

      Утром Чан проснулся, словно вчера не отжигал на вечеринке. Уснул не сразу, то ли из-за переизбытка эмоций, то ли борясь с желанием написать другу Феликса и не откладывать задачу на завтра. Внутренний зверёк беспокойно крутился на месте, словно пытаясь ему что-то сказать. Такое чувство преследовало обычно, когда Чан встречался с новой компанией. Возможно, эмоции смешались из-за того, что это был клиент по совету Феликса и не являлся таким уж незнакомцем.       Он вскочил раньше обычно, принял холодный душ и, чтобы немного успокоиться, решил позавтракать вне дома, прихватив с собой ноутбук. Работа риелтором хоть порой и выжимала все соки, особенно в горячий сезон, но имела свои преимущества. В том числе возможность брать работу на дом. Это вовсе не означало, что Чан позволял себе филонить. Просто вместо дороги на работу он спокойно завтракал, проверяя почту, или списывался с клиентами в обустроенном рабочем углу. Онлайн-консультации, проверка договоров и отчётов можно проводить в любой точке мира. Хотя, например Джеймс, гибрид коалы и один из коллег Чана, сетовал, мол, дома он менее продуктивный и офисная атмосфера ему помогала сосредоточиться.       Чан догадывался, в чём главная причина. Джеймс был женат и воспитывал двух маленьких детей. А сам Чан и долгие отношения не заводил, и оставался гордым одиночкой. Никто его не отвлекал и не будил криками ранним утром. Объективная причина, чтобы нет-нет, да отвлекаться. Может, потому Чан пока и предпочитал оставаться одиноким.       До кафе он решил добраться пешком. Не каждый день ему удавалось немного замедлиться, отвлекаясь на мелькающие мимо трамваи и залитые солнцем здания. Вдохнуть аромат города и порадоваться отличной погоде. Его родители познакомились в Корее, но он сам родился уже здесь, в Австралии. Маленький, постоянно любивший прятать нос в пушистый хвост чуть ли не с первого дня, по словам его матери.       Чан мотнул головой. Он любил вспоминать детство и юность, но в данный момент он не хотел возвращаться к прошлому. Пройдя мимо блестящих витрин, он проскользнул внутрь симпатичного здания. Взгляд тут же метнулся к кофе, который он не чтобы любил пить. Поэтому и выбрал классический для себя завтрак с беконом, дополненный вкуснейшим ягодным чаем с лимоном. Симпатичная бариста пробила заказ, заражая улыбкой всех вокруг. Чан качнулся, кивая, и обернулся, выбирая подходящее местечко, чтобы немного поработать. Пока еду ещё не принесли, а кофейня не наполнилась гулом, он скопировал номер из диалога с Феликсом под сообщением «Это номер моего друга. Зовут Сынмин», быстро его пробил и глубоко вздохнул. Пальцы на секунду замерли, прежде, чем он начала печатать:       Чан: Добрый день! Меня зовут Бан Кристофер Чан. Ваш знакомый, Ли Феликс, не так давно передал мне информацию, что вы срочно ищите жилье в Сиднее. Прежде чем начать поиск подходящего для вас варианта и оформить необходимые бумаги, предлагаю встретиться и обсудить некоторые детали. Пока не вижу смысла ехать в офис, если вам не принципиально.       Он откинулся в кресле, смотря, как сообщение в секунду улетело получателю. Чан не надеялся на молниеносный ответ, одно Сынмин прочитал сообщение довольно быстро.       Сынмин: Здравствуйте! Спасибо большое, что написали, Бан Чан-щи. Приятно познакомиться. И спасибо, что согласились помочь. Я не против встретиться. Можно, как вариант, Королевский ботанический сад. Чан мысленно прикинул ближайшие от точки места, где они могли бы сесть и выпить кофе, и кивнул сам себе.       Чан: Отлично. Когда вам было бы удобно?       Сынмин: Я, в целом, свободен почти каждый день.       Чан: Мне понадобится пару дней, чтобы подготовить вам ознакомительную информацию. Что насчет сегодня в 2 часа?       Сынмин: Да, мне подходит.       Чан: Хорошо. Тогда до встречи!       Хрустнув костяшками, Чан потянулся, как довольный кот, дёрнув ухом. Ему почему-то очень хотелось, чтобы эта сделка оказалась успешной. Возможно, потому что это был знакомый Феликса. А возможно, он просто в очередной раз хотел сделать свою работу на максимум.       Наслаждаясь вкусным завтраком, Чан удивился про себя, почему не спросил у Феликса больше про этого Сынмина. Какой он гибрид, или почему искал жилье. Соблюдение профессионализма взяло верх над любопытством даже в атмосфере безумия вечеринке, но теперь вопросы роились в голове и не отпускали. Как давно они знакомы с Феликсом, почему он решил осесть в Сиднее. Может, они даже подружатся.       Разобрав почту, ответив всем, кому мог, Чан предупредил начальника о назначенной встрече с потенциальным клиентом и пообещал долго не задерживаться. Мистер Со похвалил его за расторопность и напомнил не забыть все необходимые документы. Последнее он делал скорее по негласному протоколу, потому что Чан и так прекрасно знал, какие опросники прихватить на первую встречу, но не стал перечить боссу. Тот хоть и был понимающим, внимательным человеком, всегда настаивал на соблюдении субординации. И даже когда Чан сталкивался с мужчиной у родителей, обязательно кланялся и по инерции докладывал о прогрессе в работе.       Чан успел вернуться домой и немного поработать, прежде, чем отправить на встречу. Ехать ему было недалеко, но и опаздывать не хотелось.              Несмотря на будний день, в Королевском ботаническому саду было много людей. Кто-то сидел на скамейке, кто-то прогуливался по дорожкам, разглядывая красочные цветы, а кто-то расположился на пледах, обсуждая планы на будущее. Чан сам любил проводить тут свободное время, отключаясь от реальности и наслаждаясь тёплым солнце. Он бы и сейчас с удовольствием остановился, подставляя лицо солнцу, или сделал бы несколько фотографий на память. Но в этот раз он слишком спешил.       Чан: Я на месте. Скинете свою геолокацию?       Сынмин: Да, конечно       Ноги сами собой привели его к нужной точке. Мимо деревьев, кустов и разношерстных гостей сада. Чем ближе он подходил, тем беспокойней становился внутренний зверёк. Чан почти слышал тихий звук щебетания, похожий на птичий и мысленно пытался себя успокоить.              Сынмина он заметил сразу. Просто, понял, что это он и застыл на месте как завороженный. Потому что не мог отвести глаз. От до боли знакомой формы и окраса ушей и пушистого, длинного хвоста в бело-рыжую полоску и темноватым кончиком.