Две противоположности связанные с судьбой

ГЛАВА 1 Говорят, судьба не любит предупреждать заранее — она просто сталкивает людей в самый неподходящий момент. В тот вечер никто из них не искал любви, и именно поэтому она нашла их первой.     Елизавета была из тех, на кого невозможно не обернуться — не из-за яркости, а из-за тихого, почти неуловимого притяжения. Её тёмные волосы мягко ложились на плечи, подчёркивая глубину зелёных глаз, в которых будто отражался целый мир — живой, внимательный, немного загадочный. Её взгляд сиял не просто светом, а внутренним огнём — тем самым, который появляется у людей, умеющих чувствовать больше, чем говорят. В её лице всё было гармонично: изящная линия носа, мягкие черты, лёгкая тень улыбки, будто она знает что-то, чего не спешит раскрывать. В её движениях чувствовалась уверенность, но без резкости — плавная, естественная, как дыхание. Она не старалась быть красивой, и, возможно, именно поэтому была по-настоящему прекрасна.  ГЛАВА2  Вечер медленно опускался на город, укутывая улицы мягким светом фонарей и остатками чужих разговоров. Елизавета шла домой с дня рождения подруги, всё ещё улыбаясь воспоминаниям, но внутри уже чувствовалась странная тишина — будто этот день оставил после себя что-то большее, чем просто праздник. Она свернула на почти пустую улицу, где ветер играл с листвой и случайно подхватывал пряди её тёмных волос. Телефон в руке погас, музыка стихла, и мир вдруг стал непривычно ясным. Именно в такие моменты, как ей всегда казалось, происходят вещи, которые невозможно объяснить. Она не сразу заметила его. Он стоял у перекрёстка, словно тоже оказался здесь не совсем случайно. Их взгляды пересеклись — всего на секунду, но этого оказалось достаточно, чтобы что-то внутри неё дрогнуло, как будто невидимая нить внезапно натянулась между ними. Елизавета сделала шаг вперёд — и в тот же момент кто-то позади случайно задел её плечом. Она потеряла равновесие, но не успела упасть: чья-то рука уверенно удержала её. — Осторожнее, — тихо прозвучал его голос рядом. Она подняла глаза. Это был он. Тот самый взгляд с перекрёстка — спокойный, внимательный, с едва заметной тенью улыбки. На мгновение город вокруг будто исчез, растворился в этом коротком столкновении судеб. И Елизавета ещё не знала, что именно с этого неловкого шага начнётся история, которую ни она, ни он уже не смогут забыть. ГЛАВА 3   Я стояла перед зеркалом уже, кажется, вечность, хотя часы на телефоне упрямо показывали, что прошло не больше двадцати минут. Свет лампы мягко ложился на лицо, подчёркивая каждое движение кисти. Я аккуратно провела линию вдоль ресниц, чуть наклонила голову и прищурилась — как будто от этого зависело что-то большее, чем просто макияж. Сегодня хотелось выглядеть не просто красиво… а как-то особенно. Сама не знала почему. Я провела пальцами по волосам, расправляя тёмные пряди, позволив им свободно лечь на плечи. Лёгкий блеск на губах, немного румян — и вот уже отражение смотрело на меня так, будто знало какой-то секрет, который мне ещё только предстояло понять. Телефон внезапно завибрировал, разрывая тишину комнаты. — Ну ты где? — раздался голос подруги, едва я успела ответить. — Мы уже все собрались! Серьёзно, Елизавета, только тебя ждём! Я невольно улыбнулась, отходя от зеркала и оглядывая комнату в поисках сумки. — Уже выхожу, — ответила я, стараясь звучать убедительно, хотя сама ещё застёгивала серьгу. — Дай мне буквально пять минут. — Ты это говоришь уже полчаса! — засмеялась она. — Давай быстрее, а то без тебя даже торт резать не будем! Я закатила глаза, но улыбка всё равно не исчезла. Быстро схватив сумку, я ещё раз мельком взглянула на своё отражение — будто проверяя, готова ли я не только к вечеру, но и к чему-то большему. Тогда я, конечно, не знала, что этот вечер изменит всё. Я просто закрыла дверь и поспешила навстречу празднику, не подозревая, что на самом деле иду навстречу судьбе. ГЛАВА 4     Анна была совсем не такой, как я. В ней не было ни моей осторожности, ни привычки всё держать внутри — но и шумной её тоже нельзя было назвать. Она была… мягкой. Спокойной, но не стеснительной — скорее, просто не любила лишних слов. Её светлые, кудрявые волосы жили своей жизнью, легко рассыпаясь по плечам, как будто ветер был с ними заодно даже в закрытой комнате. Голубые глаза всегда казались удивительно ясными — такими, в которых не прячутся мысли, а наоборот, всё читается сразу: искренность, доброта и какая-то тихая уверенность. Анна не стремилась привлекать к себе внимание, но оно само находило её. В её улыбке было что-то настоящее, без попытки казаться лучше или ярче. Она просто была собой — и, возможно, именно это делало её особенной. Иногда мне казалось, что рядом с ней мир становится чуть спокойнее. Будто всё лишнее отступает, оставляя только самое важное. ГЛАВА 5    Я протиснулась в комнату, стараясь не уронить пакет, и сразу услышала: — О, смотрите, кто соизволил прийти! — засмеялся Максим.   — Лиза! — Анна тут же оказалась рядом и обняла меня. — Ну наконец-то! — Прости, прости, — улыбнулась я, — но я не могла прийти без этого. Я протянула ей аккуратно упакованный подарок. Анна удивлённо приподняла брови. — Лиза… ты же знаешь, что это не обязательно… — Знаю, — перебила я мягко. — Но я хотела. — Открывай! — вмешалась Мирослава, уже устраиваясь поудобнее. — Нам всем интересно! — Да, не томи, — добавил Олег. — Вдруг там что-то суперценное. — Или суперстранное, — хмыкнул Дима. — Очень смешно, — бросила я, но улыбка всё равно выдала меня. Анна осторожно развернула упаковку, будто боялась повредить что-то важное. Когда крышка коробки открылась, она на секунду замерла. — Лиза… — тихо сказала она. Внутри была небольшая шкатулка. Светлая, изящная, с крошечной балериной внутри. Стоило её открыть — и фигурка начинала медленно вращаться. — Она… такая красивая, — прошептала Анна, не отрывая взгляда. — Я увидела её и сразу подумала о тебе, — сказала я чуть тише. — Не знаю почему… просто показалось, что она твоя. — Ты серьёзно? — Анна подняла на меня глаза, в которых уже блестели слёзы. — Лиза, это лучший подарок. — Эй, ты чего, — засмеялась я, слегка неловко. — Только не плачь, а то сейчас все начнут. — Я не плачу! — тут же возмутилась она, смеясь сквозь эмоции. — Просто… это правда очень-очень красиво. — Ну всё, — хлопнул в ладоши Максим. — Теперь это официально самый милый момент вечера. — Согласна, — кивнула Вероника. — Даже я чуть не прослезилась. — Запишите это где-нибудь, — добавил Дима. — Такое бывает раз в жизни. — Ладно вам, — отмахнулась Анна, но шкатулку из рук так и не выпустила. — Это правда важно для меня. Она снова обняла меня — крепко, как будто хотела сохранить этот момент. — Спасибо тебе, — прошептала она. — Всегда пожалуйста, — ответила я тихо. — Так! — внезапно громко сказала Марьяна. — А теперь ставим музыку и продолжаем праздник! — Вот это я понимаю! — поддержал Олег. Музыка снова заиграла громче, разговоры вернулись, смех наполнил комнату. Но я ещё на секунду задержала взгляд на Анне, которая всё так же держала шкатулку, будто маленькое сокровище. И почему-то в этот момент мне показалось, что этот вечер запомнится нам надолго.  ГЛАВА 6   Вечер в небольшом кафе был в самом разгаре: музыка негромко играла на фоне, смех за столиком Анны и её друзей звучал живо и непринуждённо, а разговоры переплетались, создавая ту самую атмосферу, которую потом вспоминают с теплом. Именно в этот момент дверь ненадолго открылась. Внутрь зашёл молодой парень — быстро, почти незаметно. Он не оглядывался по сторонам, не искал взглядом знакомых лиц. Подойдя к стойке, он коротко кивнул бариста, купил энергетик и, даже не задержавшись, направился обратно к выходу. Это заняло всего несколько секунд. Дверь снова закрылась, впуская прохладный вечерний воздух лишь на мгновение, прежде чем шум и тепло кафе окончательно поглотили всё лишнее. Никто за столиком не обратил на него внимания. Никто, кроме самой судьбы, которая уже тихо вплела этот короткий эпизод в их историю.   ГЛАВА 7 Молодой человек который в этот день зашел в кафе ,купить энергетик был необычным человеком.Звали его-Даниэль.  Даниэль был высоким и заметно выделялся среди других — в его осанке чувствовалась уверенность и сила. Широкие плечи придавали ему спортивный, крепкий силуэт, будто он много времени проводил в движении и тренировках. У него были густые тёмно-каштановые, почти чёрные кудрявые волосы, которые слегка непослушно спадали на лоб, добавляя ему живости и немного загадочности. Голубые глаза у него были яркие и выразительные часто привлекали внимание людей — в них часто читалось спокойствие, но иногда вспыхивала искренняя улыбка или любопытство. Черты лица у Даниэля были гармоничными: аккуратный нос с едва заметной маленькой горбинкой придавал ему характер, а пухлые губы делали выражение лица более мягким и доброжелательным. В целом он производил впечатление одновременно сильного и приятного, уверенного в себе, но тёплого человека. Однако его внешность совершенно не соответствовало его характером. Его характер был непростым и противоречивым — с ним действительно было сложно найти общий язык. Он редко шёл на компромиссы и почти всегда знал, чего не хочет, но не всегда мог ясно сказать, чего хочет на самом деле. Угодить ему было трудно: он быстро терял интерес, если чувствовал фальшь или давление, и не терпел, когда его пытались переделать. Таким он стал не случайно. Непростое детство оставило в нём след — он рано научился рассчитывать только на себя и привык держать эмоции при себе. Недоверие к людям стало для него почти привычкой, хотя под этим внешним холодом иногда прорывалась усталость и скрытая чувствительность. Он выбрал жизнь на грани — мотоциклы, скорость, риск. Это было не просто увлечение, а способ чувствовать себя живым и свободным. Татуировки на его теле словно рассказывали историю, которую он не любил проговаривать вслух, но которую можно было прочитать без слов. Окружение у него тоже было непростым — рядом с ним чаще оказывались люди, живущие по похожим правилам: свободные, резкие, иногда опасные. Но даже среди них он оставался немного отдельным, будто всегда держал дистанцию, не позволяя подпускать себя слишком близко. В целом он производил впечатление человека сильного, но внутренне напряжённого — того, кто привык идти вперёд на скорости, даже если внутри всё давно просит остановиться.    ГЛАВА 8    Мальчик вошёл почти незаметно, словно боялся нарушить общий шум и смех, наполнявший комнату. Он остановился у порога на секунду дольше, чем это было принято, и в этот короткий миг его успела заметить только Елизавета. Она сидела чуть в стороне от остальных, лениво вращая в руках бокал и наблюдая за происходящим с тем выражением лица, в котором скука смешивалась с лёгким высокомерием. Её взгляд скользнул по вошедшему — внимательный, цепкий. Он был действительно странный: слишком напряжённые плечи, неуверенная осанка, будто он не знал, куда деть руки и как правильно стоять среди чужого веселья. Елизавета едва заметно усмехнулась. В этом движении не было ни тепла, ни интереса — скорее, лёгкое презрение, как к чему-то неуместному, случайно попавшему не в своё место. Она задержала взгляд ещё на мгновение, словно поставила мысленную отметку, и тут же потеряла к нему интерес. Отвернувшись, она вернулась к разговору с друзьями, как будто ничего и не произошло. А в комнате между тем продолжалось веселье. Музыка стала громче, кто-то уже смеялся слишком громко, кто-то пытался подпевать знакомой мелодии. Пары постепенно собирались на импровизированный танцпол — прямо посреди комнаты, где столы были отодвинуты к стенам. Движения были лёгкими, немного неуклюжими, но искренними. Кто-то кружил свою партнёршу, кто-то просто раскачивался в такт музыке, смеясь и сбиваясь с ритма. В воздухе чувствовалась та особая вечерняя беззаботность, когда никто не думает о завтрашнем дне, и всё кажется проще, чем есть на самом деле. Через какое-то время музыка начала стихать, разговоры стали спокойнее. Кто-то предложил выйти на улицу — «подышать воздухом», «остыть после танцев». Идея быстро подхватилась: вечер был тёплый, и никому не хотелось сразу расходиться по домам. Они вышли небольшой группой, всё ещё смеясь и перебрасываясь шутками. Дверь за ними мягко закрылась, и шум комнаты остался позади, как будто его отрезали. Снаружи воздух действительно был свежим и чуть прохладным. Они шли медленно, без особой цели, просто вдоль улицы, освещённой редкими фонарями. Разговоры постепенно распались на отдельные пары и тройки, смех стал тише, мягче. Кто-то остановился у витрины, кто-то начал спорить о чём-то незначительном, кто-то просто шёл рядом, засунув руки в карманы. Группа незаметно растягивалась, пока не стало ясно, что вечер сам подводит их к завершению. И тогда они начали расходиться — по одному, по двое, прощаясь короткими фразами, обещаниями «созвониться» и «ещё увидеться». Улица снова стала тише, оставив после себя только шаги и редкие огни уходящих фигур. ГЛАВА 9    Все начали постепенно расходиться, и вечер, который ещё недавно казался живым и шумным, вдруг стал пустым и тихим. Я тоже пошла вместе со всеми, но внутри оставалось странное чувство — лёгкое напряжение, будто что-то не до конца завершилось. Когда я осталась одна, это ощущение только усилилось. Улица была почти пустой, фонари горели тускло, и их свет ложился на асфальт какими-то длинными, уставшими полосами. Я достала телефон, чтобы вызвать такси, но приложение долго крутилось, а потом выдало, что машин поблизости нет. «Конечно», — подумала я раздражённо. Уже слишком поздно для этого района, и все, видимо, разъехались по своим делам. До нашей квартиры было недалеко. Я знала дорогу — обычный маршрут, ничего сложного. И всё же внутри что-то заставило меня чуть замедлить шаг. Не страх как таковой, скорее настороженность, которая не имела чёткой причины. Я решила не стоять на месте. Просто дойти пешком — быстрее и спокойнее, чем ждать неизвестно сколько. Я свернула в знакомый переулок, который сокращал путь. Здесь всегда было тише, чем на основной улице: меньше света, меньше людей, и звук шагов отдавался иначе — глуше, внимательнее. И именно там всё изменилось. Я обернулась — и на секунду мне показалось, что вечер снова стал таким же, как раньше, будто ничего не изменилось. Но нет. Он стоял там. Тот самый парень из кафе. Я сразу его узнала — слишком отчётливо в памяти всплыло, как он заходил тогда внутрь, неловко, напряжённо, и как я скользнула по нему взглядом с тем самым холодным равнодушием. Он выглядел так же странно, как и тогда, только теперь в этом было что-то более реальное, более близкое. Я даже не успела толком осознать, что он здесь делает, потому что в следующий момент кто-то резко врезался в меня сбоку. Удар был неожиданным, грубым. Я пошатнулась, воздух будто выбило из лёгких. Всё произошло слишком быстро — я не успела ни испугаться, ни понять. Только заметила силуэт, который промелькнул мимо и почти сразу свернул в переулок, исчезая так же резко, как появился. И в тот же миг меня схватила чья-то рука. Крепко. Уверенно. Так, что я сразу поняла — я не упаду. Я подняла взгляд. Он. Тот же парень из кафе. Я на секунду замерла, не понимая, что сказать или сделать. В голове мелькнуло всё сразу: кафе, его взгляд, моя собственная насмешливая холодность… и эта странная случайность, которая вдруг связала нас здесь, в этом переулке. Но я не дала себе времени разбираться. — Извините,я…я… — нечего не успев сказать он меня перебил —Ничего страшного—сказал он,голос у него был потрясающим мне он запомниться на долго. И, не задерживаясь ни на секунду дольше, я резко отступила, поправила сумку и пошла вперёд быстрым шагом. Домой. Я не обернулась. Даже несмотря на то, что прекрасно знала, кто это был. По дороге домой меня не отпускало странное ощущение — будто что-то в этой короткой встрече застряло внутри и не собиралось исчезать. Я пыталась думать о другом: о квартире, о тишине, о том, как просто сейчас хочется оказаться внутри и закрыть дверь. Но мысли всё равно возвращались к нему. К тому моменту, как он поймал меня, я уже почти забыла саму ситуацию с тем, кто врезался. Осталось только одно — его голос. Он сказал что-то короткое, спокойное, уверенное. И именно это почему-то зацепило сильнее всего. Голос был не громкий, не показной — в нём была какая-то ровная, спокойная сила, от которой становилось неожиданно тихо внутри. Он словно не требовал внимания, но всё равно его получал. Я поймала себя на том, что снова и снова прокручиваю этот момент в голове, будто пытаюсь уловить интонацию точнее, восстановить её полностью. И от этого становилось только страннее — как будто звук остался со мной, хотя самого человека уже рядом не было. Так, почти незаметно для себя, я дошла до своего подъезда. Поднялась, открыла дверь ключом, вошла в квартиру. Всё было привычно: тишина, полумрак, знакомый запах дома. Я даже не стала включать свет. Сняла куртку, бросила сумку куда-то в сторону, не особо заботясь, куда именно она упала. И почти сразу легла на кровать. Сил не осталось ни на мысли, ни на анализ того, что произошло. Всё будто растворилось — переулок, шаги, тот парень из кафе, голос, падение. Я просто закрыла глаза. Я лежала в темноте и понимала, что уснуть не получается. Сон вроде бы уже должен был прийти — тело устало, мысли расплывались, глаза закрывались сами собой. Но стоило мне провалиться хоть немного глубже, как всё возвращалось снова. Его рука. То, как он поймал меня в тот момент, когда я уже теряла равновесие. И голос. Он не был навязчивым, не был громким — наоборот, в этом и была проблема. Спокойный, уверенный, почти ровный. Такой, который не требует внимания, но почему-то удерживает его сильнее любого крика. Я пыталась переключиться. Думала о других вещах: о разговоре в кафе, о музыке, о том, как выглядели фонари в переулке. Но всё это быстро рассыпалось, как только в голове снова всплывал этот короткий момент. И снова — его голос. Как будто он застрял где-то между мыслями и не собирался уходить. Я поворачивалась в постели, закрывала глаза плотнее, пыталась просто «не думать», но это только усиливало всё. Чем больше я пыталась избавиться от этого ощущения, тем чётче оно становилось. В какой-то момент я перестала даже бороться. Просто лежала и слушала собственные мысли, которые упрямо возвращались к одному и тому же. И только ближе к утру это начало постепенно отпускать. Не резко — просто как будто кто-то тихо убрал звук, и всё стало дальше, слабее, менее значимым. Мысли перестали цепляться друг за друга, и наконец появилась тишина внутри. Тогда я и уснула по-настоящему.   ГЛАВА 10 Утро началось неожиданно легко — будто вчерашняя странность просто растворилась за ночь. Я проснулась с каким-то спокойным, даже хорошим настроением, хотя сразу поняла: времени почти нет. Первая мысль — лекция. Вторая — я уже опаздываю. Я резко села, схватила телефон, и почти сразу он начал звонить. Анна. Я приняла вызов, на ходу начиная собираться. — Где ты, Елизавета? — её голос был быстрым и немного раздражённым. — Ну быстрее, я тебя жду вообще-то, без тебя скучно. Скоро начнётся пара, и ты опять опоздаешь, как всегда, в принципе! Я уже одной рукой искала одежду, второй пыталась заплести волосы. — Я уже встаю, — ответила я торопливо. — Я собираюсь, правда, просто… не успеваю. — «Не успеваешь» — это твоё второе имя, — фыркнула Анна. — Давай, живее. Сегодня же экзамен, ты помнишь вообще? Вот тут я окончательно встрепенулась. — Помню, помню, — быстро сказала я, уже натягивая куртку. — Я сейчас выйду, правда. — Давай, Елизавета, — голос Анны смягчился, но всё ещё оставался строгим. — Я тебя жду. Только не в последний момент, ладно? — Постараюсь, — выдохнула я и сбросила звонок. Я двигалась почти на автомате: сумка, ключи, телефон. Всё казалось слишком быстрым и одновременно привычным. В голове только одна мысль — нельзя опоздать. Мне уже делали замечание за опоздания. И если я сегодня задержусь снова — меня просто не допустят. А сегодня был важный день. Экзамен. Я выскочила из квартиры, закрыла дверь и почти побежала к выходу, стараясь не думать ни о чём лишнем — только успеть. Я уже на ходу пыталась вызвать такси, пальцы дрожали, приложение долго искало машину, и каждая секунда казалась вечностью. — Ну давай же… — пробормотала я, глядя в экран. Но такси не двигалось. «Водитель назначается…» — и всё. Я выругалась про себя и резко убрала телефон в карман. Бегом. Просто бегом. Я сорвалась с места и почти побежала в сторону университета. Улицы мелькали перед глазами, воздух казался слишком холодным, при том я была в юбке,что усложняло мне путь. И, конечно, телефон не молчал. Анна. Звонок. Сброс. Сообщение. «Где ты??» Снова звонок. Я даже не брала трубку — просто уже не было времени. — Ну где ты, ну где ты?! — её голос будто продолжал звучать у меня в голове вместе с уведомлениями. Я бежала быстрее. Мимо людей, мимо светофоров, мимо всего, что не имело сейчас значения. И когда я наконец увидела здание университета, у меня внутри всё резко отпустило. Я почти влетела внутрь. Пять минут до звонка. Пять минут до начала экзамена. — Фух… — выдохнула я, останавливаясь и хватаясь за колени на секунду. — Успела… И в этот момент я подняла глаза. Анна. Она стояла прямо передо мной. Очень злая. Скрещённые руки, сжатые губы и взгляд, от которого сразу хотелось оправдываться, даже если ты ещё ничего не успел сказать. Анна стояла передо мной с таким видом, будто сейчас начнёт читать мне мораль прямо на месте. Но вместо этого она вдруг наклонилась ближе и понизила голос. — Ты не поверишь, что я сейчас узнала, — быстро сказала она. Я всё ещё пыталась отдышаться после бега. — Что ещё… — выдохнула я. — Анна, только быстро, у нас экзамен… Она махнула рукой, игнорируя мои слова. — Подожди, это про Машу. Я сразу напряглась. — Маша? — переспросила я. Анна кивнула, и на её лице появилось то самое выражение «я сейчас расскажу тебе то, что нельзя не обсудить». — Прикинь… она вообще странно пропала из всех движух. Я думала, что она просто болеет или что-то такое, а оказалось… Она сделала паузу, наслаждаясь эффектом. — Она резко перестала отвечать всем из своей компании. Просто исчезла из чатов, из встреч, вообще из жизни будто. — И? — я нахмурилась. — И вчера, — Анна наклонилась ещё ближе, — одна девчонка из её группы сказала, что видела её… но она выглядела вообще не как обычно. Как будто… ну, понимаешь, сломанная какая-то. Не злая, не уставшая — а просто будто её выключили. Я скептически посмотрела на неё. — Анна, это уже звучит как фантазии. — Да подожди! — она подняла руки. — Это ещё не всё. Говорят, она перестала выходить из дома почти совсем. И родители её, типа, даже телефон у неё забрали, потому что она могла просто сидеть и смотреть в одну точку часами. Я молчала, не зная, верить или нет. Анна чуть тише добавила: — И самое странное… кто-то сказал, что видел её вчера вечером возле остановки. Она просто стояла и смотрела в никуда, как будто ждала кого-то, кого не существует. Я медленно выдохнула. — Ну это уже перебор… Анна пожала плечами. — Я просто пересказываю, что слышала. Но согласись, странно. В этот момент где-то в коридоре прозвенел звонок. Анна резко выпрямилась. — Всё, потом обсудим. Экзамен.   ГЛАВА 11   Экзамен начался почти сразу после звонка, и время внутри аудитории будто перестало идти нормально. Сначала всё было понятно: листы, задания, тишина, скрип ручек по бумаге. Но чем дольше я сидела, тем сильнее тянулось ощущение, что всё происходит слишком медленно — будто каждая минута растягивается специально, проверяя, выдержу я или нет. Я была готова… и одновременно нет. Я знала материал, правда знала. Но уверенности не было. Она всегда куда-то исчезала в самый важный момент. Я посмотрела на Анну. Она сидела рядом, чуть сгорбившись над листом. Лицо сосредоточенное, но я знала её — она не любила учиться, не горела этим так, как я. И всё равно сегодня она старалась. Ради себя… и, наверное, немного рассчитывая на меня тоже. Мы всегда так работали: я тащила нас вперёд, она — не давала мне провалиться в одиночество этого пути. Я снова опустила взгляд на задания. Юридический. Моя мечта, которую я выбрала не случайно и не на эмоциях. Я хотела закончить его хорошо. Не просто «сдать», не просто «дотянуть», а действительно выйти с результатом, который даст мне свободу — возможность работать, выбирать, не зависеть. И именно сейчас это всё решалось. Каждый вопрос на листе казался не просто вопросом — а маленькой проверкой: смогу ли я? выдержу ли? не сломаюсь ли на последнем шаге? Ручка в руке стала чуть тяжелее. Я быстро выдохнула и заставила себя сосредоточиться. Сейчас нельзя думать ни о Маше, ни о голосах, ни о вчерашнем вечере, ни о сплетнях Анны. Только экзамен. Только ответы. Я начала писать. Медленно, аккуратно, проверяя каждую формулировку, как будто от этого зависело больше, чем просто оценка. И где-то внутри всё равно оставалось чувство: этот день решает не только экзамен. Он решает, куда дальше повернётся моя жизнь — в сторону мечты или в сторону «почти получилось». Учитель почти не говорил ни слова. Он просто ходил по аудитории туда-сюда, медленно, размеренно, как будто сам был частью этого монотонного экзамена. Его шаги иногда останавливались за спиной у кого-то, и тогда в комнате становилось ещё тише, напряжённее. Я пыталась сосредоточиться, но это было сложно. Буквы на листе расплывались не от незнания, а от постоянного внутреннего шума. Анна рядом тоже не сидела спокойно — она то вздыхала, то шуршала листом, то чуть наклонялась ко мне, будто собиралась что-то спросить, но в последний момент передумывала. Я знала, что она не со зла. Она просто такая — не может сидеть в полной тишине и напряжении. Но сейчас это меня раздражало сильнее, чем обычно. Я мельком посмотрела на неё. Она хмурилась над своим вариантом, прикусывала губу, явно стараясь что-то вспомнить или вывести. И в этот момент мне стало чуть легче — она хотя бы пыталась. Но всё равно внутри кольнуло раздражение. Я любила Анну, правда. Она была рядом, всегда поддерживала, иногда смешила, иногда вытаскивала меня из слишком тяжёлых мыслей. Но были моменты, когда её присутствие становилось слишком… громким. Даже если она молчала. Я тихо выдохнула и снова вернулась к листу. «Соберись», — сказала я себе. Учитель прошёл мимо ещё раз. Анна чуть задела меня локтем, перелистывая страницу. Я сжала ручку сильнее и заставила себя не отвлекаться. Сейчас важнее было не раздражение и не чужие привычки. Сейчас важнее было просто довести этот экзамен до конца. Анна снова чуть толкнула меня локтем, почти незаметно, но достаточно, чтобы я сбилась с мысли. — Пиши уже тест, — шёпотом, почти на грани слышимости, — давай, ты же знаешь это. Я на секунду закрыла глаза, выдохнула и сжала ручку сильнее. Она делала это постоянно — не потому что хотела отвлечь, а наоборот, потому что переживала. Ей казалось, что если она будет меня подталкивать, я быстрее соберусь, быстрее сделаю, быстрее справлюсь. Но на деле я от этого только больше уставала. — Анна… — тихо сказала я, не отрываясь от листа, — я и так пишу. Она чуть замолчала, но потом снова зашуршала бумагой, как будто не могла просто сидеть спокойно. Я понимала её. Она не умела выдерживать тишину и напряжение. Ей нужно было действие, движение, контроль. А экзамен как раз лишал всего этого — оставлял только ожидание и неизвестность. Но мне в этот момент нужна была не спешка. Мне нужна была концентрация. Я заставила себя вернуться к заданиям, строка за строкой, стараясь не реагировать ни на её движения, ни на шёпот, ни на шаги преподавателя по аудитории. Внутри всё равно копилась усталость — не от самого экзамена, а от постоянного ощущения, что я должна справляться за двоих. Я на секунду подумала: как бы было, если бы рядом было просто тихо. Но тут же отогнала эту мысль. Сейчас не время думать об этом. Сейчас нужно просто закончить тест. ГЛАВА 12   Как только я поставила последнюю точку, у меня внутри будто что-то щёлкнуло. Наконец-то. — Всё, — выдохнула я почти с облегчением. — Наконец-то этот тест закончился. Анна тут же оживилась, быстро дописывая последние строки и, как обычно, успев где-то «взять вдохновение» у меня. — Всё, списала, — тихо, но довольно сказала она, откладывая ручку. Мы почти одновременно встали и вышли из аудитории в коридор, где сразу стало легче дышать. Шум, движение, голоса — после тишины экзамена это ощущалось почти как свобода. Анна повернулась ко мне с горящими глазами. — Ну быстрее, рассказывай, — затараторила она. — Мне интересно, чё ты там говоришь! Я даже не успела нормально выдохнуть после экзамена, но уже поняла, что она не отстанет. — Ладно, слушай, — начала я, поправляя сумку на плече. — Прикинь… я вчера шла по дороге. Анна сразу прищурилась, заинтересованная. — И если ты помнишь, — продолжила я, — в кафешку тогда зашёл какой-то мальчик… он ещё энергетик покупал. — Помню, помню, тот странный, — быстро кивнула Анна. Я кивнула. — Вот. Я его потом встретила по дороге. И… в меня кто-то врезался. Анна ахнула. — Серьёзно? — Да, — я сама уже говорила быстрее, вспоминая всё как будто заново. — И он… тот самый мальчик… он меня поймал. Анна замерла на секунду, а потом расплылась в улыбке. — Ооооо… — протянула она. — Это уже звучит как начало какой-то драмы. Я невольно усмехнулась. — Прикинь, — сказала я, чуть тише, — как романтично это выглядело… прям как в фильмах. Анна захихикала. — Елизавета, ты сейчас скажешь, что это судьба? Я фыркнула, но внутри почему-то снова всплыл тот самый момент — рука, голос, переулок. И я сама не заметила, как на секунду задумалась Мы с Анной ещё шли по коридору, она что-то продолжала говорить, смеяться, а я уже почти её не слушала. В голове снова и снова прокручивался тот момент. Переулок. Рука, которая меня поймала. И глаза. Голубые. Яркие, будто в них отражался свет фонарей, хотя вокруг было темно. Они не были просто «красивыми» — в них было что-то такое, что задерживало взгляд. Слишком выразительные, слишком… запоминающиеся. И голос. Я резко поморщилась сама себе. — Тьфу… — почти шёпотом вырвалось у меня. — Тьфу, Елизавета, ты о чём вообще думаешь? Я чуть мотнула головой, будто могла этим вытряхнуть мысли. Мне вообще не об этом надо думать. Экзамен. Учёба. Будущее. Я остановилась на секунду у стены в коридоре, пытаясь прийти в себя. Если я сдала плохо… родители будут в ярости. Не потому что они злые — наоборот. Потому что они слишком много вложили в меня. Слишком много сил, времени, надежд. И я не имела права это сломать. Мама… Я на секунду замолчала внутри себя. Её звали Алёна. Она была сильной, яркой, такой… настоящей. Роковой женщиной, как иногда о ней говорили знакомые. Она многое прошла, многое пережила и всё равно осталась собой. Она работала дизайнером — и я всегда с интересом смотрела на её работу. Иногда даже ловила себя на мысли: а вдруг мне тоже туда? Дизайн, стиль, что-то творческое… Но каждый раз я возвращалась к другому. Юриспруденция. Не потому что «надо», а потому что мне действительно это нравилось. Мне нравилась идея порядка, логики, справедливости. Возможность разбираться, защищать, понимать. Я выбрала это не случайно. И всё равно рядом с этим всегда стояло ещё одно чувство — ответственность. Папа… Я чуть выдохнула. Он высокий, зелёноглазый, тёмные волосы. Красивый. С характером, правда, тяжёлым — это я знала лучше всех. Его звали Игорь. И, возможно, я в нём внешне и похожа… Но характер — точно не его. Я снова посмотрела вперёд, возвращаясь в реальность коридора, к Анне, к шуму вокруг. Хватит. Не время для мыслей о голубых глазах, голосах и случайных встречах. Сейчас есть только одно — экзамен, который уже сдан. И то, что будет дальше. ГЛАВА 13 Я вышла из аудитории последней, закрывая за собой дверь и глубоко выдыхая. Наконец-то пары закончились. Голова немного гудела от всего этого дня, но внутри было приятное чувство — свободы. Я достала телефон и сразу набрала папу. — Алло, пап, можешь приехать? Я закончила пары. — Да, доченька, сейчас буду. Минут десять. — Хорошо, я жду. Я сбросила вызов и осталась стоять у входа, прижимая телефон к руке. Люди вокруг спешили по своим делам, кто-то смеялся, кто-то обсуждал что-то громко, а я просто ждала. Честно говоря, с нетерпением. Прошло, наверное, чуть больше десяти минут, прежде чем я увидела знакомую машину. Я сразу оживилась и быстро пошла к ней. Папа улыбнулся, как только я села. — Устала? — Немного, — ответила я, пристёгиваясь. — Но нормально. Мы поехали домой, и дорога показалась какой-то особенно спокойной. Я смотрела в окно, наблюдая, как город медленно сменяется более тихими улицами. Когда мы приехали, нас уже ждала мама. Стоило открыть дверь, как дом сразу наполнил тёплый, вкусный запах еды. — Наконец-то вы приехали! — сказала мама с улыбкой. — Ммм, как вкусно пахнет… — я невольно улыбнулась, разуваясь. Мы прошли на кухню и начали ужинать. Всё было действительно очень вкусно, и дома было так уютно, что даже усталость начала постепенно уходить. Я немного поела, потом встала. — Я наверх, переоденусь. — Хорошо, — кивнула мама. Я поднялась в свою комнату, переоделась в домашнюю одежду и на секунду остановилась у окна. День будто плавно переходил в вечер, и становилось всё тише. Потом я спустилась обратно вниз. Внизу, как всегда, меня ожидала моя младшая сестра — Екатерина. Ей пятнадцать, и, честно говоря, характер у неё был… непростой. За столом уже сидел мой старший брат со своей женой и детьми. Они приезжали нечасто — у брата постоянно работа, дела, встречи. Он не мог просто взять и приехать, чтобы увидеть нас. Иногда находил время, может, раз в месяц, и тогда это был почти маленький праздник. Я присела рядом, немного расслабилась, слушая разговоры. Мы болтали о всяких мелочах — кто как провёл день, что нового, кто чем занят. Было спокойно, по-домашнему уютно. Но, конечно, долго это длиться не могло. — Ну что, змеюка пришла, — вдруг протянула Екатерина с привычной усмешкой. Я закатила глаза. — Екатерина, началось… — А что? — она пожала плечами. — Сама посмотри на себя. Эти зелёные глаза… прям как у змеи. — Вообще-то, красивые, — спокойно ответила я, чуть прищурившись. — Ну да, красивые… для змеи, — не унималась она. Я тяжело вздохнула, чувствуя, как начинает раздражать. — Ты когда-нибудь повзрослеешь? — А ты когда-нибудь перестанешь быть такой… — она замялась, но потом добавила: — …странной? Я уже хотела что-то ответить, но брат вмешался: — Так, хватит. Екатерина, успокойся. Она фыркнула и отвернулась, делая вид, что ей всё равно. Я лишь покачала головой и уставилась в тарелку. Всё как всегда. Ничего нового. Но почему-то именно сегодня это задело чуть сильнее, чем обычно. После того как мы немного поболтали, я всё-таки решила уйти к себе. Поднялась наверх, закрыла за собой дверь и облегчённо выдохнула. Тишина. Наконец-то. Я достала ноутбук, устроилась поудобнее на кровати и сначала хотела включить какой-нибудь фильм, просто чтобы отвлечься. Но, как обычно, всё пошло не по плану. Я открыла Инстаграм — нужно было ответить на непрочитанные сообщения, посмотреть, что нового. Лента медленно тянулась вниз, одно и то же, ничего особо интересного. Пока я не остановилась. Сердце будто на секунду сбилось. Он. Тот самый парень. Тот самый, который поймал меня тогда. Голубоглазый… слишком запоминающийся, чтобы просто забыть. Я открыла профиль. Даниэль. — Значит, тебя зовут Даниэль… — тихо произнесла я, словно пробуя имя на вкус. Странно. Я ведь не искала его. Даже не думала, что вообще когда-нибудь снова увижу. А он вот так просто появляется у меня в ленте, будто это что-то… естественное. Я провела пальцем по экрану, задерживаясь на фотографиях чуть дольше, чем следовало бы. — Интересно… — прошептала я, сама не до конца понимая, что именно имею в виду. Всё-таки я включила какой-то фильм — больше для фона, чем для того, чтобы действительно смотреть. Мысли всё равно были где-то далеко. Но постепенно я немного расслабилась. Фильм закончился, и я, вздохнув, закрыла ноутбук. — Так, Елизавета, хватит, — сказала я сама себе. — Завтра тоже есть пары. Я разложила тетради, открыла конспекты и начала готовиться. Сначала было сложно сосредоточиться, но со временем я втянулась. Дом постепенно затих, стало непривычно спокойно. И именно в этой тишине… Телефон завибрировал. Я нахмурилась, потянулась к нему и разблокировала экран. Уведомление. Даниэль Вальмонт подписался на ваши обновления. Я замерла. — Вальмонт… — тихо повторила я. Фамилия звучала так… необычно. Даже немного аристократично. Сердце вдруг забилось быстрее. — Серьёзно?.. — прошептала я, не отрывая взгляда от экрана. Я ведь даже ничего не делала. Просто посмотрела его профиль. И теперь он… здесь. Я ещё несколько секунд просто смотрела на экран, будто от этого что-то изменится. — Ну и что дальше?.. — тихо пробормотала я. В голове крутились мысли одна за другой. Слишком много совпадений. Слишком странно всё это. Но с другой стороны… — Да какая разница, — я слегка усмехнулась. — Попробую. Я нажала «принять» и почти сразу подписалась в ответ. Ну а что? В мыслях всё равно уже проскочило это глупое: «а вдруг правда судьба?» Да и если честно… по фотографиям он выглядел очень даже неплохо. Я пролистала его профиль ещё раз, задерживаясь на отдельных снимках чуть дольше. — Не может же это быть просто совпадение… — подумала я. Хотя, конечно, может. Я отложила телефон рядом и уставилась в потолок. — Ладно… посмотрим, — тихо сказала я сама себе. — Время покажет. Может, он напишет. А может, это просто ничего не значит.  С такими мыслями я снова вернулась к подготовке к завтрашнему дню. Постаралась отвлечься, углубилась в конспекты, переписала пару важных тем, чтобы окончательно всё уложилось в голове. Когда я наконец закончила, усталость накрыла почти сразу. Я закрыла тетради, отложила телефон в сторону и выключила свет. Комната погрузилась в тишину, только где-то далеко были слышны приглушённые звуки дома. Я легла, укуталась в одеяло и уставилась в темноту. И всё равно… мысли снова вернулись к нему. Даниэль Вальмонт. Я тихо выдохнула и закрыла глаза. — Ладно… завтра разберёмся, — прошептала я. И с этим я наконец позволила себе уснуть. ГЛАВА 14 Утром меня разбудила мама. Я ещё толком не успела прийти в себя, как в комнату вошёл свет — она раздвинула шторы, и солнце сразу ударило по глазам. — Доброе утро, доченька, — мягко сказала она. — Как спалось? Я зевнула, переворачиваясь на другой бок. — Нормально… — пробормотала я сонным голосом. — Мам, пять минут… я ещё чуть-чуть посплю и потом начну собираться. Мама вздохнула, но по её тону было слышно, что она уже привыкла. — Ты опять опоздаешь, доченька. Вставай давай, быстрее. Она подошла ближе и слегка потрясла меня за плечо. — Давай-давай, вставай уже. Я недовольно поморщилась, но всё-таки приоткрыла глаза, понимая, что поспать ещё «пять минут» у меня точно не получится. Дальше я быстро начала собираться, уже понимая, что времени как всегда впритык. Я надела простые синие джинсы и чёрную облегающую футболку. Ничего особенного, но мне нравилось, как это сидит. Волосы собрала в хвост, быстро привела себя в порядок, переобулась и спустилась вниз. На кухне уже всё было готово. Мама, как всегда, постаралась. — Поешь нормально, — сказала она, ставя передо мной завтрак. — Спасибо, мам, — я улыбнулась и быстро поела, не затягивая. — Давай, доченька, иди, папа тебя уже ждёт. Я кивнула, надела куртку и вышла. Папа действительно уже был у машины. Он, как обычно, ждал спокойно, без спешки. Я села рядом, пристегнулась, и мы поехали. Дорога до университета была привычной. Те же улицы, те же повороты, те же мысли в голове. Я смотрела в окно, почти не разговаривая. И вот — здание университета. Как всегда. Огромное, знакомое, немного утомляющее уже одним своим видом. Папа остановился, я взяла сумку. — Спасибо, пап, — сказала я, выходя из машины. — Удачи тебе, — ответил он с лёгкой улыбкой. Я закрыла дверь и направилась ко входу. И почти сразу же, как только я подошла ближе, навстречу мне вышла Анна. И тут краем глаза я заметила подъезжающую машину. Она остановилась неподалёку от входа, и из неё вышла Маша. Я давно её здесь не видела. Она оглянулась и вдруг… подошла ко мне. — Привет, — сказала она спокойно. Я на секунду даже растерялась. Маша никогда особо со мной не здоровалась, максимум — кивок или полный игнор. Поэтому такое «привет» звучало почти странно. — Привет, — ответила я и кивнула ей в ответ. Мы были с разных факультетов, почти не пересекались, только иногда случайно сталкивались у входа или в коридорах. Маша выглядела как обычно: тёмные чёрные волосы, карие глаза, аккуратные черты лица. Невысокая, ухоженная, с уверенной осанкой. Красивой её точно нельзя было назвать обычной. Но… отношения у нас были странные. Не то чтобы открытая вражда, но и симпатии никакой. Скорее холодное равнодушие с обеих сторон, иногда переходящее в лёгкое напряжение. Я заметила, как она чуть задержала на мне взгляд, потом перевела глаза в сторону входа. — Давно тебя не видела тут, — сказала она наконец. — Да я обычно позже прихожу, — спокойно ответила я, пожав плечами. Повисла короткая пауза. Ни улыбок, ни лишних слов — просто странное, натянутое «присутствие» рядом друг с другом. И где-то внутри я поймала себя на мысли, что не очень понимаю, зачем она вообще подошла. Как хорошо, что это напряжение прервала Анна. Она подошла ближе и, не особо обращая внимание на Машу, сказала мне: — Давай быстрее, пойдём уже поднимемся и зайдём в корпус. Я сразу почувствовала, как внутри стало легче. — Фух… — тихо выдохнула я, чуть улыбнувшись. Мы с Анной переглянулись. Без слов было понятно, что разговор у нас уже готов. Мы обе знали, о чём будем говорить, как только отойдём подальше. О Маше. И о том, как она сегодня внезапно подошла ко мне утром — без привычного холода, без игнора, почти нормально поздоровалась. Слишком странно, чтобы просто забыть. Я кивнула Анне, и мы вместе пошли в сторону входа, оставляя Машу позади. И наконец-то началась пара. Как обычно — скучно, монотонно, и время тянулось так медленно, будто кто-то специально его замедлил. Я уже ловила себя на мысли, что почти засыпаю прямо за партой. Но, к счастью, рядом была Анна. Она чуть наклонилась ко мне и тихо начала шептать всякие истории, чтобы я не умерла от скуки. — Слушай, ты помнишь, как я однажды на физре перепутала раздевалки? — прошептала она, сдерживая смех. Я повернулась к ней, уже чувствуя подвох. — Не говори, что… — Да! — она тут же перебила. — Я зашла не туда и начала спокойно переодеваться, пока не поняла, что там вообще мужская команда сидит и просто на меня смотрит. Я на секунду замерла, а потом не выдержала. — АННА… — я зажала рот рукой, но смех уже вырвался. — Я просто думала, что это наша раздевалка! — оправдывалась она, уже сама смеясь. — А потом один парень такой: «Эм… тебе точно сюда?» А я ещё ответила: «Да, я быстро»… Я уже не могла сдерживаться и тихо хохотала, стараясь не шуметь. И тут… — Девушки. Мы резко подняли головы. Профессор стоял прямо перед нами и смотрел очень строго. — Если вы ещё раз прервёте мой урок, — сказал он холодно, — я попрошу вас покинуть аудиторию. Мы мгновенно замолчали. Анна резко выпрямилась, а я уставилась в тетрадь, делая вид, что там невероятно важный конспект. В аудитории снова стало тихо. Слишком тихо. И время опять потянулось бесконечно медленно. Но, наконец, пара закончилась. Я почти с облегчением выдохнула и закрыла тетрадь. — Я больше не выдержу такие пары, — тихо сказала я Анне. Она кивнула. — Зато мы выжили. Это уже успех. ГЛАВА 15 После окончания пар мы с Анной решили немного прогуляться по городу и зайти в кафе — просто посидеть, выдохнуть и, конечно же, посплетничать. Я достала телефон и позвонила маме, чтобы предупредить. — Мам, алло, я сегодня погуляю с Анной. — Хорошо, доченька, — как всегда спокойно ответила она. — Только не задерживайся допоздна. — Не буду, мам, — улыбнулась я и сбросила вызов. Мы с Анной шли по улице, обсуждая сегодняшнюю пару и профессора, который чуть не выгнал нас из аудитории. — Он так на нас посмотрел, будто мы ему лекцию сорвали на всю жизнь, — смеялась Анна. — Так мы почти сорвали, — ответила я, тоже смеясь. Мы дошли до кафе, но в этот момент мой телефон снова завибрировал. Я нахмурилась. — Подожди… — пробормотала я и достала его из кармана. На экране появилось уведомление. Это было сообщение от моей двоюрадной сестры — Лии. Ей было 21, она была старше меня всего на год, но иногда казалось, будто между нами не один год, а совсем другая жизнь. Я открыла сообщение. «Привет. Летом жду тебя у себя. Без отказов 😌» Я невольно улыбнулась. Мы с Лией всегда хорошо ладили, особенно летом — это было наше время. Она жила тоже в городе, но в более оживлённом районе, где постоянно что-то происходило. Правда, не всё мне там нравилось. Гонки. Машины. Мотоциклы. Постоянный шум, скорость, толпы людей. Для неё это было нормой, а для меня — скорее что-то далёкое и не совсем моё. Но сама Лия… она была другой. Рыжие длинные волосы, как огонь на солнце, и яркие синие глаза. Она всегда выглядела так, будто сошла с картинки — спокойная, красивая, уверенная. Иногда я даже думала, что она похожа на принцессу из Disney. Я подняла взгляд от телефона. — Лия зовёт меня к себе летом, — сказала я Анне. — О, ну всё, пропала ты, — усмехнулась она. — Там же её «экшен-жизнь». Я хмыкнула. — Знаю… но она мне всё равно нравится. Я ещё раз посмотрела на сообщение и убрала телефон в карман. Лето явно обещало быть интересным. К тому же завтра был последний день в университете. Я с нетерпением ждала этого момента — наконец-то можно будет выдохнуть и забыть про пары хотя бы на время. Я недолго подумала и согласилась поехать к Лие. Мы с ней обычно всё лето проводили вместе, и в этот раз всё, скорее всего, будет так же. И, конечно же, Екатерина тоже поедет со мной. Я вздохнула, уже представляя это заранее. С одной стороны — Лия, лето, свобода. С другой… сестра, которая точно найдёт, как меня довести. Это, пожалуй, было единственное, что меня не радовало в предстоящем отпуске. Я убрала телефон и посмотрела на Анну. — Ладно, пойдём уже в кафе, — сказала я. — Мне срочно нужен кофе, чтобы всё это переварить. Анна усмехнулась. — Особенно Екатерину? — Особенно её, — ответила я и закатила глаза. Мы обе засмеялись и зашли внутрь. Мы с Анной зашли в кафе, и внутри сразу повеяло очень приятной, тёплой атмосферой. Тихая музыка, мягкий свет, запах кофе — всё это после насыщенного дня ощущалось особенно уютно. Мы взяли кофе и сели у окна. — Ну наконец-то можно просто посидеть, — выдохнула Анна. — Да… — я кивнула, обхватывая стакан руками. Мы разговаривали обо всём подряд: о сегодняшнем дне, о забавных моментах с лекции, о профессоре, который чуть не выгнал нас, и о том, что завтра уже последний день в университете. — Ты представляешь, — сказала Анна, — ещё чуть-чуть и всё, свобода. — Я этого дня ждала весь семестр, — усмехнулась я. Мы допили кофе, ещё немного посмеялись и вскоре разошлись. Я достала телефон и позвонила отцу, чтобы он приехал за мной, но у него, как оказалось, были дела. — Ладно… — вздохнула я и вызвала такси. Такси приехало быстро, и уже через некоторое время я была дома. Я вошла уставшая, почти без сил. — Доченька, ты как раз вовремя, — встретила меня мама с улыбкой и тёплым ужином. — Спасибо, мам… — я села за стол. Поела, немного пришла в себя, потом поднялась наверх и просто рухнула на кровать. — Хоть что-то радует… — тихо сказала я, глядя в потолок. — Завтра последний день… и свобода. Позже я рассказала маме про приглашение Лии. — Лия меня к себе летом позвала. — Конечно, езжай, доченька, — спокойно ответила мама. Я кивнула. И уже вечером начала собирать вещи, продумывать подарки для Лии, её семьи и младшего брата. Лето действительно было совсем рядом. Я ещё немного повозилась с вещами, потом устало посмотрела на уже собранную часть сумки. — Завтра закончу… — пробормотала я. Сил уже почти не было. Я переоделась, выключила свет и легла в кровать. Комната быстро погрузилась в тишину, только за окном тихо мерцали огни города. Я закрыла глаза. Мысли ещё на секунду вернулись к завтрашнему дню — последнему дню в универе, к Лие, к лету… Но они быстро начали растворяться. И я просто заснула ГЛАВА 16 Последний день в университете прошёл не так уж и плохо. Он был обычным — немного шумным, немного суматошным, с привычными разговорами, взглядами, шутками. Ничего особенного, но в этом и была какая-то лёгкость. Я ходила по коридорам и ловила себя на одной мысли: всё, это конец. Конец этого этапа. И почему-то внутри было одновременно и спокойно, и немного странно пусто. Я ведь правда любила учиться здесь. Мне нравилось узнавать новое, двигаться к своей цели, чувствовать, что я постепенно становлюсь ближе к своей мечте. И в какой-то момент я просто остановилась у окна и подумала: если чего-то хочешь — ты должен к этому идти. Без оправданий, без «потом», без «не получится». Если есть цель — к ней нужно стремиться. И я искренне в это верила. Потому что этот день, этот университет, этот путь — всё это как раз и привело меня сюда. ГЛАВА 17 После окончания университета я поехала домой и быстро собрала вещи. Мысль о поездке к Лие уже полностью заняла голову — мне правда хотелось сменить обстановку, получить новые эмоции, новый опыт и просто отдохнуть. Я собрала чемоданы, спустилась вниз и вышла к папиной машине. Он помог загрузить всё в багажник, и мы отправились в путь. Дорога заняла примерно полчаса и прошла довольно быстро. Когда мы приехали, меня уже ждала Лия вместе со своей семьёй. Папа поздоровался с ними, немного поговорил и вскоре уехал обратно домой, оставив меня там. Семья Лии была очень тёплой и приятной. Её маму звали Татьяна, а папу — Максим. Я их всегда воспринимала почти как вторых родителей, настолько комфортно мне было рядом с ними. И был ещё её младший брат — Дима. Навязчивый, шумный, вечно где-то рядом. Он постоянно подслушивал наши разговоры с Лией, влезал в них и придумывал какие-то свои идеи, после которых у нас с Лией обычно начинались «приключения» и проблемы. Лия же, наоборот, только подхватывала его идеи, и вместе они превращали мою спокойную жизнь в маленький хаос. Но, несмотря на это, я всё равно была рада быть здесь. Мы с Екатериной поздоровались с семьёй Лии, обменялись объятиями и короткими приветствиями. — Ну наконец-то вы приехали, — улыбнулась Лия. Я улыбнулась в ответ и кивнула. Через какое-то время мы разошлись по комнатам: Екатерину поселили отдельно, а я и Лия поднялись вместе в мою комнату. Комната была уютная, уже знакомая, с тем самым ощущением «летнего дома», где всё немного по-другому, чем в обычной жизни. — Ну что, — Лия бросила сумку на кровать и обернулась ко мне с улыбкой, — наконец-то лето начинается. Я усмехнулась. — Похоже на то. За окном уже чувствовалась тёплая погода, и всё вокруг будто намекало, что впереди действительно будет что-то новое. Лия выдала то,что: — Завтра вечером мы поедем смотреть гонку между двумя самыми популярными мотоциклистами. Я замерла. — Что? — я повернулась к ней с искренним удивлением. — Какая ещё гонка? Я только-только приехала. Лия пожала плечами и села на кровать, будто это вообще не обсуждается. — Ну обычная гонка. Посмотрим, повеселимся, там люди будут, музыка, движ. — Лия… — я вздохнула. — Я вообще-то не фанат таких вещей. Она хитро улыбнулась. — Знаю. И этим всё было сказано. Я уже по её взгляду поняла: мои «нет» даже не рассматриваются как вариант. — Ты всё равно поедешь, — добавила она уверенно. — Даже не пытайся отмазаться. Я закатила глаза. — Конечно… как же иначе. Лия только довольно усмехнулась, как будто уже всё решила за нас обеих. ГЛАВА 18 Следующим днём вечером мы уже готовились. Я даже намазала красную помаду — представьте, я намазала красную помаду. Да, интересно, да? Но Лия сразу удивилась: — С каких пор ты начала… мазать красной помадой? Я сказала: — Не знаю, пробую новое. Дальше мы подготовились и сели в машину Лии. У Лии была своя машина. Мы поехали на гонки. Сразу заехав, я увидела тусовку. Там были разноцветные шарики, разноцветный свет — разных цветов. Там было так интересно смотреть на это всё, хоть я не любила такие места. Сегодня это было особенно странно… как будто даже красиво. Мы вышли из машины Лии, и сразу стало шумно — будто воздух сам вибрировал от музыки и двигателей. Я на секунду замерла у входа, чувствуя, как красная помада вдруг кажется слишком яркой для этого места… и одновременно — единственно правильной. Лия шла уверенно, будто это её территория. Она даже не оглядывалась по сторонам — просто вела меня вперёд через толпу. Люди смеялись, кто-то переговаривался, кто-то проверял машины перед стартом. Свет мигал — синий, розовый, зелёный — и всё это смешивалось так, что становилось почти нереальным. Я поймала своё отражение в боковом стекле одной из машин. На секунду мне показалось, что это не я. Не та, которая обычно избегает таких мест. Но и не чужая. Просто другая версия — та, которая решила попробовать. — Ну что, не жалеешь? — крикнула Лия, перекрикивая музыку. Я хотела сказать “немного”, но вместо этого просто покачала головой. И тут я как-то начала оглядываться вокруг, и вдруг закричали, что начинается гонка между двумя мотоциклистами. Толпа сразу оживилась, все повернулись к трассе. Я тоже посмотрела туда — и услышала имя: — Даниэль Вальмонт! И второе имя, которое я даже не запомнила. Но от одного этого имени у меня внутри что-то странно дёрнулось. Я уже его слышала. Не здесь… раньше. Я прищурилась, пытаясь разглядеть гонщика. Он стоял рядом с мотоциклом, поправлял перчатки, как будто это обычный вечер, не событие, где все кричат и ждут старта. И чем дольше я смотрела, тем сильнее понимала — это он. Тот самый Даниэль Вальмонт. Сначала в голове мелькнула глупая мысль: совпадение? Ну мало ли людей с таким именем. Но нет… не может быть так. Слишком узнаваемая фигура, движения, даже то, как он держится. Я перевела взгляд на Лию, будто хотела, чтобы она сказала, что мне это кажется. Но она уже смотрела туда же, на трассу, спокойно, как будто всё это абсолютно нормально. А у меня внутри всё смешалось. “Серьёзно… это правда судьба, что ли?” — пронеслось в голове. И в этот момент Даниэль поднял голову. И на секунду его взгляд скользнул в сторону толпы… будто он тоже что-то почувствовал. Он посмотрел на меня — и на секунду мне показалось, будто в этом взгляде было узнавание. Как будто он не просто увидел случайного человека в коридоре, а действительно узнал меня. Ту самую, из переулка. Из той странной ночи, о которой я сама уже начинала думать как о чём-то почти нереальном. Но я тут же одёрнула себя. Мало ли кто на кого смотрит. Это ведь ничего не значит. Я тоже могу посмотреть на кого угодно — на незнакомого человека, на кого-то из университета, просто случайно задержать взгляд. И это не делает нас знакомыми, не делает это чем-то важным. Я слегка нахмурилась, проходя мимо, стараясь не зацикливаться. Возможно, мне просто показалось. Возможно, он вообще смотрел не на меня, а мимо, через меня, куда-то дальше. И вообще… это не значит, что я его где-то раньше видела или что между нами вообще есть хоть какая-то связь. ГЛАВА 19 Даниэль замер на секунду  будто что-то врезалось ему в память. Он посмотрел на девушку. И сначала — ничего. Просто лицо в толпе, обычное движение, обычный момент. Но потом внутри что-то щёлкнуло. Как будто он её уже видел. Не один раз. Он нахмурился, пытаясь поймать это ощущение за хвост. Где именно? Когда? И вдруг — резко, почти внезапно — всплыло. Кафе. Та самая девушка, которая тогда прошла мимо его взгляда с холодной, почти равнодушной реакцией. И потом… переулок. Тот самый момент, где всё было слишком быстро: движение, удар, и она — на секунду ближе, чем должна была быть. Тогда он почти не успел подумать, просто поймал её, чтобы не упала. Он медленно выдохнул. — Вот оно… — тихо подумал он. Но и это было не всё. Он вдруг вспомнил ещё один кадр — университет, мотоцикл, движение мимо, и её силуэт где-то на фоне, будто случайно попавший в его поле зрения раньше, чем он это осознал. Странно. Она будто всё время попадалась ему на глаза, даже когда он не обращал внимания. И сейчас это ощущение стало слишком отчётливым. Он снова посмотрел на неё. И на этот раз — уже не просто так. Она ему действительно нравилась внешне. Спокойно, без лишних мыслей, как факт, который он только сейчас окончательно признал. Даниэль чуть усмехнулся сам себе. И вспомнил ещё кое-что — подписку. Он даже не сразу понял, почему тогда это сделал. Просто увидел и нажал. Без особого смысла. Теперь смысл как будто появился. Он медленно убрал руки в карманы, провожая её взглядом. — Ладно… — подумал он. — После гонки подойду. Познакомлюсь нормально. Потому что теперь это уже не выглядело как случайность. Гонка, как всегда, закончилась его победой. Даниэль даже не выглядел удивлённым — скорее, уставшим от предсказуемости. Адреналин ещё шумел в крови, мотор мотоцикла остывал где-то позади, а вокруг уже звучали короткие поздравления, хлопки по плечу, разговоры вперемешку с шумом ночной площадки. Он снял перчатки, провёл рукой по шлему и только тогда позволил себе выдохнуть по-настоящему. — Двадцать тысяч, — кто-то рядом сказал с уважением. Он спокойно кивнул. Нормально. Обычная сумма за одну гонку. Не повод ни для радости, ни для удивления. Но внутри всё равно было какое-то лёгкое ощущение движения вперёд — не от денег, а от ритма жизни, к которому он привык. Следующая гонка уже стояла в расписании — следующим вечером. И, возможно, именно поэтому его мысли в этот раз были чуть менее рассеянными. Он вспомнил девушку. Слишком отчётливо. То, как она смотрела в тот момент в переулке. Как будто не понимала, что происходит, но всё равно держалась. И потом — случайный взгляд, который длился на секунду дольше обычного. Он не любил делать поспешные выводы, но сейчас ловил себя на том, что возвращается к этому снова и снова. Она ему нравилась. Просто как образ, как внешность, как что-то, что мозг отметил и не отпустил. Но он не знал её. И это ставило точку. Пока. Он резко закрыл этот поток мыслей, будто захлопнул шлем обратно на реальность. — Забей, — тихо сказал он сам себе. Есть гонка. Есть следующий вечер. А всё остальное — потом. И он не собирался усложнять себе жизнь тем, чего ещё даже не начал понимать.  ГЛАВА 20 Я стояла среди людей, наблюдая за тем, как всё вокруг постепенно стихает после гонки. И когда объявили победителя — Даниэль Вальмонт — внутри у меня неожиданно что-то дрогнуло. Радость. Странная, почти необъяснимая. Я даже сама на секунду не поняла, почему мне приятно это слышать. Но я правда была за него рада. Просто смотрела в сторону трассы, где он стоял, и в глазах у меня, кажется, даже появился какой-то блеск. — Эй, Лиза, — рядом раздался голос Лии, — а может, тебе он понравился? Я резко повернулась к ней, нахмурилась так, будто она сказала что-то совершенно нелепое. — Ты что несёшь? — ответила я сразу. — Я его впервые в жизни вижу. Какой «понравился»? Лия только ухмыльнулась, как будто услышала ровно то, что и ожидала. — Ну-ну, — протянула она и, пожав плечами, отвернулась, потеряв ко мне интерес. Я осталась стоять одна, немного раздражённая её словами. И всё равно взгляд сам снова потянулся туда, где он был. Даниэль. Он стоял спокойно, как будто победа для него — просто очередной вечер, а не что-то особенное. В нём было что-то уверенное, собранное, и при этом… притягательное. Не навязчиво, не громко — просто есть. Я поймала себя на том, что смотрю слишком долго. Он был действительно красивым. Я резко моргнула, будто отгоняя эту мысль, и отвела взгляд в сторону. — Глупости, — тихо сказала я себе. И заставила себя снова вернуться к реальности, к шуму, к людям вокруг. Как будто ничего такого не было. Как будто этот взгляд ничего не значил. Я на секунду отвлеклась, пытаясь найти взглядом Лию в толпе. Повернулась, сделала шаг в сторону — к девушке, которая шла чуть позади меня, думая, что это она. И именно в этот момент всё совпало слишком точно. Я развернулась — и замерла. Прямо передо мной стоял Даниэль. Тот самый. Слишком близко, чтобы сделать вид, что я его не заметила. Он смотрел прямо на меня. — Здравствуйте, — спокойно сказал он. Я на секунду растерялась, будто мозг не успел догнать происходящее. — Привет, — вырвалось у меня почти сразу, с лёгким удивлением в голосе. Я почувствовала, как сердце почему-то ускорилось, хотя причин для этого вроде бы не было. Он не отводил взгляд. И я тоже. Его глаза… голубые, ясные, с каким-то спокойным блеском, от которого сложно было просто отвернуться. Не навязчивые, не давящие — просто внимательные. Слишком внимательные. Я поймала себя на том, что смотрю дольше, чем нужно. — Я вас не первый раз замечаю, — вдруг сказал он. Я моргнула. — Может быть, познакомимся? На секунду вокруг будто стало тише. Я не сразу нашла, что ответить, просто стояла и смотрела на него, пытаясь понять, не ослышалась ли. А потом тихо выдохнула, чуть собравшись: — Я… Елизавета. И это было всё, что я смогла сказать в этот момент. — Меня зовут Даниэль, — спокойно сказал он, не отводя взгляда. Я на секунду будто потеряла нормальную связь между мыслями и словами. — Приятно познакомиться, — вырвалось у меня почти автоматически. Я даже сама почувствовала, как странно это прозвучало, будто я не до конца контролировала, что говорю. Он слегка кивнул, и на его лице появилась едва заметная тень улыбки. — Взаимно, — ответил он. Пауза повисла между нами — не неловкая, но очень отчётливая. Такая, когда ты понимаешь, что дальше может произойти что-то, к чему ты не успела подготовиться. И он это сделал. — Может быть, погуляем вечером? — спокойно спросил он. — Как-нибудь… послезавтра. Завтра у меня гонка вечером. Я замерла на секунду. Мыслей было слишком много, и ни одна из них не складывалась в нормальный ответ. Я просто смотрела на него и пыталась понять, что вообще происходит. — Я… — начала я и тут же запнулась. Слишком быстро. Слишком неожиданно. — Я подумаю, — наконец сказала я. Не уверенно. Не твёрдо. Просто как могла в этот момент. Он кивнул, будто этого ответа ему было достаточно. — Я жду, — сказал Даниэль спокойно. — Напиши мне, когда подумаешь. И на этом разговор как будто естественно закончился. Я ещё секунду стояла на месте, чувствуя, как внутри всё странно смешалось — растерянность, лёгкое волнение и полное непонимание, как на это вообще правильно реагировать. А он уже был рядом с этим моментом так же спокойно, как будто ничего особенного не произошло. ГЛАВА 21 Она стояла перед ним растерянная — и это было заметно сразу. Даниэль смотрел на неё и думал, что она явно не ожидала, что он подойдёт. И, честно говоря, это его даже немного забавило. Он видел, как она пытается собраться, как подбирает слова, как в её взгляде мелькает лёгкая неуверенность. Но в этом не было ничего отталкивающего — наоборот, в этом было что-то живое, настоящее. Он чуть задержал взгляд. Теперь, когда он смотрел внимательнее, он замечал детали, которые раньше просто проскальзывали мимо. Зелёные глаза — ясные, выразительные, немного настороженные сейчас, но красивые даже в этом состоянии. Тёмные волосы, аккуратно лежащие, но с лёгкой естественной небрежностью. Черты лица — тонкие, аккуратные, без лишней резкости. Прямой нос, спокойный профиль, который он почему-то запомнил только сейчас, хотя видел её уже не раз. И он поймал себя на мысли, что в этот раз он действительно смотрит, а не просто замечает. Раньше это были случайные встречи: кафе, переулок, университет. А сейчас он видел её по-настоящему. И это ощущение было новым. Она всё ещё выглядела немного растерянной, будто не до конца понимала, как реагировать. Даниэль спокойно выдохнул и отвёл взгляд чуть в сторону, чтобы не давить. Но мысль осталась чёткой: он её заметил гораздо раньше, чем осознал это сам. И теперь просто подтвердил себе то, что уже давно складывалось в голове. ГЛАВА 22 Даниэль никогда в жизни никому не доверялся. Он не подходил первым — ни при каких обстоятельствах. Люди для него всегда оставались на расстоянии, безопасном и холодном. Но с ней что-то будто щёлкнуло. Это было странно. Нелогично. Не в его характере. И всё же он подошёл. Он сам не до конца понимал — почему. Может, дело было не в нём. Может, в ней. А может, в том самом чувстве, которое иногда называют судьбой. После гонки Даниэль вернулся домой. Его квартира находилась в старом доме, с облупившимися стенами и тусклым светом в подъезде. Условия были далеки от идеальных, но он привык. Для него это было нормально — даже по-своему уютно. Этой ночью он не спал. Он лежал, уставившись в потолок, и снова и снова возвращался мыслями к ней. К её глазам. К тому моменту, когда впервые её увидел. К тому, как что-то внутри него сдвинулось. Ему было странно. И в то же время — нет. Мысли путались, но все вели к одному имени. Елизавета. После недосыпа он  взял телефон в руки. Лента обновилась сама собой — и вдруг среди рекомендаций мелькнула она. Елизавета. Недавно он на неё подписался, и теперь её фотография всплыла перед глазами, будто специально. Он задержался на ней дольше, чем собирался. Взгляд, свет, выражение лица — всё снова зацепило. Он поставил лайк. Палец завис над экраном. Написать? Не написать? Это было не в его правилах. Но, похоже, его правила уже дали трещину. Он открыл диалог и коротко написал, думает ли она о их встрече. Сообщение отправлено. Тишина. Она не читала. Минута. Пять. Десять. Он уже начал жалеть, что вообще написал. Прошло около двадцати минут, прежде чем рядом с сообщением появилась отметка «прочитано». Ещё несколько секунд — и пришёл ответ. Она написала просто: Да, я согласна. Давай погуляем послезавтра. Он перечитал сообщение несколько раз, будто проверяя, не показалось ли. Когда Даниэль увидел её сообщение, внутри что-то резко потеплело. Он даже не сразу понял, что улыбается. Не задумываясь, он отправил реакцию на её сообщение — что-то простое, почти незначительное. Будто старался не выдать, насколько это для него важно. Телефон он отложил в сторону. Комната снова погрузилась в тишину. Он лёг, закрыл глаза — но, как и раньше, мысли не отпускали. Её слова. Её лицо. То, как легко она согласилась. Это было непривычно. Слишком спокойно. Слишком… правильно. Он перевернулся на бок, пытаясь уснуть, но внутри всё ещё шевелилось это новое, незнакомое чувство. И всё же усталость взяла своё. Постепенно мысли стали тише, расплылись, потеряли чёткость. И впервые за долгое время он заснул не из-за пустоты — а с ощущением, что впереди его ждёт что-то важное. ГЛАВА 23 После гонки Елизавета и Лия молча дошли до дома. Усталость навалилась резко — такая, от которой даже говорить не хочется. Как только они зашли в квартиру, Лия сразу ушла в ванную, оставив Елизавету одну. Тишина. Елизавета села на край кровати, не включая свет. Мысли сами вернулись к нему. К Даниэлю. К его словам. К тому, как неожиданно он предложил встретиться. Это не выходило из головы. Она прокручивала всё снова и снова — что он имел в виду, как это будет, что она скажет при встрече… и стоит ли вообще соглашаться. Слишком много «если». В этот момент телефон тихо завибрировал. На экране высветилось: Даниэль Вальмонт Она замерла. Сердце будто на секунду сбилось с ритма. Открыть? Или подождать? Палец завис над экраном… и она медленно убрала руку. Нет. Сразу отвечать — слишком просто. Она отложила телефон в сторону, делая вид, что ей всё равно. Будто у неё есть время подумать. Будто она полностью контролирует ситуацию. Хотя внутри уже всё было не так спокойно. Прошло около двадцати минут. Елизавета всё это время делала вид, что занята — листала ленту, смотрела в потолок, прислушивалась к шуму воды из ванной. Но мысли снова и снова возвращались к одному и тому же. К сообщению, которое она так и не открыла. Она вздохнула, потянулась за телефоном. Хватит. Экран загорелся. Сообщение от Даниэля всё ещё ждало. Она открыла диалог. Там было: «Ты подумала? Как думаешь, пойдём погуляем или нет? Согласна ли ты на нашу прогулку?» Она прочитала. Один раз. Потом ещё. И вдруг всё стало проще. — Живём один раз, — тихо сказала она сама себе. — Попробую. Не понравится — ничего страшного. Это всего лишь одна встреча. Она быстро набрала ответ, не давая себе времени передумать: «Да, хорошо». Отправить. Сообщение улетело, и вместе с ним — часть её сомнений. Но не все. ГЛАВА 24 Утро началось тяжело. Я почти не выспалась после вчерашнего дня и только успела приоткрыть глаза, как на меня с разбега кто-то налетел. — Вставай! — засмеялась Лия, наваливаясь сверху. — Сегодня идём веселиться. Бассейн, солнце, жизнь! — Лия… — простонала я, пытаясь выбраться. — Я хочу просто умереть тихо в этой кровати… — Никаких «умереть»! Лето вообще-то! Потом опять учёба, универ, тоска и страдания. Я только вздохнула. Она была полной противоположностью меня. И именно в этот момент дверь распахнулась. — О, живая, — протянула Екатерина, заходя в комнату. Рядом с ней стоял Дима, как всегда с ухмылкой. — А я думала, ты линяешь после гонок, как… ну, знаешь. — Как кто? — я приподнялась на локтях, уже чувствуя, к чему идёт. Екатерина усмехнулась, оглядела меня с ног до головы. — Не знаю… есть в тебе что-то такое… змеиное. Скользкое. — Серьёзно? — я прищурилась. — А в тебе есть что-то очень знакомое. — И что же? — она склонила голову, явно ожидая реакции. — Шум. Много шума и ноль смысла. Лия тихо хмыкнула где-то рядом. Дима прыснул, но быстро сделал вид, что закашлялся. — Ой, какие мы острые, — Екатерина закатила глаза. — Прям проснулась, да? — В отличие от некоторых, мне не нужно заходить в чужую комнату, чтобы почувствовать себя важной. — Да ладно тебе, — она усмехнулась. — Я просто переживаю. Вдруг ты совсем в себя ушла. После… вчерашнего. Она сделала паузу, явно намекая. — Переживай за себя, — спокойно ответила я. — У тебя это хуже получается. Несколько секунд в комнате висела тишина. — Пойдём, Дима, — резко сказала Екатерина. — Тут сегодня не наш уровень. — Уже скучаю, — бросила я вслед. Дверь закрылась. Я откинулась обратно на подушку. — Вот это утро… — пробормотала я. Лия тут же снова повернулась ко мне с тем же энтузиазмом: — Так! Возвращаемся к главному. Сегодня мы идём веселиться. — Лия… — Даже не начинай. Бассейн днём, а вечером — бар. Или клуб. Потанцуем, развеемся. Я посмотрела на неё. — Ты от меня не отстанешь, да? — Нет. Я вздохнула. — Ладно… подумаю. — Это значит «да», — довольно улыбнулась она. Я всё-таки начала собираться в бассейн. Лия меня буквально дожала. — Ну где ты там? — донеслось из коридора. — Мы уже выходим! — Иду! — крикнула я, хотя даже не начинала. Опаздывать — это почти моя визитная карточка. Даже если времени полно, я всё равно каким-то образом умудряюсь собираться дольше всех. Не потому что нужно. Потому что… ну вот так. Я медленно перебирала вещи, сама не зная, что именно хочу надеть. И тут Лия снова заглянула: — Кстати, с нами ещё Дима и Екатерина едут. Я замерла. — Ну конечно, — пробормотала я. — Куда же без них. Настроение слегка съехало вниз, но отменять уже ничего не хотелось. В итоге я выбрала самое простое: лёгкое свободное платье и купальник под него. Без лишних усилий, без попыток кого-то впечатлить. Волосы быстро привела в порядок, посмотрела на себя в зеркало. Нормально. — Всё! — сказала я, выходя. — Я готова. Лия скептически прищурилась: — Это ты ещё быстро сегодня. — Не привыкай. Она усмехнулась, и мы наконец вышли. Мы наконец-то добрались до бассейна — вызвали такси и поехали. Сегодня Лия не захотела ехать на своей машине, поэтому пришлось воспользоваться такси. Когда мы приехали, я сразу заметила, как там стало красиво. С прошлого лета всё сильно изменилось: появились новые горки, вода стала другой, сами бассейны тоже преобразились. Всё выглядело совсем иначе. Людей почти не было — только какие-то незнакомые лица. И вдруг к Лии подошла девушка. Она поздоровалась. Её звали Лика. — Привет, — ответила Лия каким-то странным голосом. Сухо, без особого энтузиазма. Было ощущение, что ей совсем не нравится эта девушка. Когда Лика отошла, Лия наклонилась ко мне и тихо сказала: — Ненавижу её. Я её на дух не переношу. Она меня ужасно бесит. Мы очень хорошо повеселились, и так прошёл весь вечер — в шуме, смехе и веселье. Я и Лия немного поговорили, посплетничали, обсудили всё подряд. И вдруг мне позвонила Анна. Я совсем не ожидала её звонка — она давно мне не писала и не звонила. — О, привет, Лиза! Ты так давно мне не писала… Я соскучилась. Когда ты собираешься приехать? Я тоже хочу с тобой погулять. Я немного растерялась, но ответила: — Знаешь… возможно, я всё лето проведу здесь. — Ммм…—ответила Анна ГЛАВА 25 И, наконец-то, настал второй день — тот самый день, которого я ждала так долго. День, когда я должна была встретиться с Даниэлем Вальмонтом. Само его имя звучало в голове почти нереально, будто из книги или сна, и от этого ожидание становилось ещё более волнительным. Я проснулась раньше обычного. Весь день тянулся медленно, словно время нарочно испытывало моё терпение. Каждая мелочь казалась важной: какой аромат выбрать, как уложить волосы, какие серьги подойдут лучше. Я несколько раз открывала чемодан, перебирая платья, прежде чем остановиться на одном — том самом. Это было платье нежного сиреневого цвета, мягкого и глубокого одновременно. Свет падал на ткань так, что она будто слегка переливалась. Белый воротник добавлял образу аккуратности и какой-то трогательной сдержанности. Я долго рассматривала себя в зеркале, поправляя складки, разглаживая ткань ладонями, будто хотела убедиться, что всё действительно идеально. Туфли я выбрала аккуратные, изящные, такие, в которых походка становится чуть более уверенной, чем обычно. Волосы уложила тщательно, стараясь, чтобы ни одна прядь не выбивалась. Лёгкий макияж подчеркнул глаза и губы, но не выглядел слишком ярким — всё должно было быть именно так, как я задумала: естественно, но продуманно. Когда вечер начал медленно опускаться на город, в воздухе появилось особое ощущение — предвкушение. Я вышла из дома чуть раньше, чем нужно, потому что не могла больше ждать. Сердце билось быстрее обычного, и каждый шаг отзывался внутри лёгким волнением. Дорога казалась короче, чем обычно. Или, может быть, просто мысли были слишком заняты предстоящей встречей. Я снова и снова прокручивала в голове, как это будет: его голос, его взгляд, первое слово. И вот я подошла к тому месту, где мы договорились встретиться. Остановилась на мгновение, будто давая себе время собраться. Вечерний свет мягко ложился на улицу, люди проходили мимо, но всё вокруг словно немного отдалилось. Теперь оставалось только одно — ждать. Я стояла и ждала. Сначала — с лёгкой улыбкой, украдкой поглядывая на прохожих. Каждый силуэт казался мне знакомым, каждый шаг — возможным приближением его. Время шло, но я не сразу это заметила. Казалось, прошла всего пара минут… но вечер уже начал сгущаться. Я посмотрела на часы. Он опаздывал. «Ничего страшного», — сказала я себе. Может, задержался, может, просто немного позже выйдет. Я поправила воротник платья, провела ладонью по сиреневой ткани, будто пытаясь успокоиться. Прошло ещё немного времени. Людей вокруг стало меньше, звуки — тише, а ожидание — тяжелее. Внутри начало закрадываться странное чувство: сначала лёгкое сомнение, потом — тревога. Я снова посмотрела на часы. Слишком долго. Сердце уже билось не от волнения, а от какого-то неприятного осознания. Мысли становились резче: «А вдруг он не придёт?», «А вдруг что-то случилось?..» или… «А вдруг он просто не захотел?» Я сжала пальцы, стараясь не думать об этом. Но время продолжало идти. И вот в какой-то момент я поняла — ждать больше нет смысла. Медленно выдохнув, я опустила взгляд, развернулась и сделала шаг в сторону, собираясь уйти. Внутри стало пусто, будто весь этот день, вся подготовка, все ожидания — вдруг потеряли значение. И вдруг — — Стой! Голос прозвучал позади, резкий, немного запыхавшийся, будто его обладатель бежал. Я замерла. Секунда — и всё внутри снова перевернулось. Медленно обернувшись, я почувствовала, как сердце снова начинает биться быстрее, но теперь уже совсем по-другому… Это был Даниэль Вальмонт. Я узнала его сразу, хотя видела лишь на мгновение раньше. Он стоял чуть поодаль, словно остановился в последний момент, не решаясь подойти ближе. В его облике было что-то изменившееся — не то, что я представляла себе весь этот день. Он выглядел встревоженным. Это особенно читалось в его глазах — светло-голубых, обычно, как мне казалось, спокойных, но сейчас в них была какая-то спешка, почти тревога. Он смотрел на меня так, будто боялся, что я исчезну, если он хоть на секунду задержится. Его кудрявые волосы были растрёпаны, словно он действительно бежал. Несколько прядей падали на лоб, выбиваясь из общей формы, и он даже не пытался их поправить. Это делало его образ более живым, настоящим — не тем идеальным, каким я представляла его раньше. Он сделал шаг ближе. Я невольно задержала дыхание. Краем глаза я заметила его руку — и татуировки, которые тянулись вдоль предплечья. Они выглядели тёмными на фоне кожи, чёткими, как будто каждая линия имела своё значение. Я на мгновение задержала на них взгляд, но быстро отвела — сейчас было не до этого. — Прости… — выдохнул он, всё ещё немного запыхавшись. Его голос был ниже, чем я ожидала. И в нём звучало нечто настоящее — не просто вежливость, а искреннее напряжение, как будто он действительно боялся опоздать слишком сильно. Я стояла, не зная, что сказать. Все слова, которые я придумывала заранее, вдруг исчезли. Осталось только ощущение — странное, смешанное: обида за ожидание, облегчение, что он всё-таки пришёл… и что-то ещё, пока неясное. Он сделал ещё один шаг ближе, уже осторожнее, будто проверяя, не отступлю ли я. И вечер, который ещё недавно казался потерянным, вдруг снова начал наполняться смыслом. ГЛАВА 26   Со стороны всё выглядело просто — парень опоздал на встречу. Но у этого опоздания была своя цена. Даниэль Вальмонт не из тех, кто опаздывает без причины. Деньги для него давно перестали быть просто удобством — они были необходимостью. Не роскошью, не прихотью, а чем-то, что держит его жизнь в равновесии. И в этот вечер, когда он должен был прийти вовремя, всё пошло иначе. Незадолго до встречи ему позвонили. Короткий звонок. Без лишних слов. Только адрес и сумма. Нелегальная гонка. Он знал, что не должен соглашаться. Особенно сегодня. Особенно когда есть кто-то, кто ждёт. Но сумма была слишком большой, чтобы отказаться. Та самая сумма, которая могла закрыть долги, решить проблемы, которые тянулись за ним уже давно. Он сказал себе, что это займёт немного времени. Всего одна гонка. Но такие вещи редко заканчиваются так, как планируешь. Асфальт, рев моторов, холодный вечерний воздух, разрезаемый скоростью — всё это затягивает. Время там течёт иначе. Быстрее. Опаснее. И когда всё закончилось, когда адреналин начал спадать, он посмотрел на часы — слишком поздно. Он не думал, он просто поехал. Гнал мотоцикл так, будто мог догнать упущенное время. Ветер бил в лицо, огни города сливались в размытые линии, а в голове была только одна мысль: успеть. Хотя бы попытаться. И вот теперь он стоял перед ней — запыхавшийся, растрёпанный, с ещё не ушедшим напряжением в глазах и с грузом того решения, которое привело его сюда с опозданием. Он выиграл деньги. Но чуть не проиграл встречу. Недалеко от них, в тени фонаря, стоял его мотоцикл. Он оставил его чуть поодаль, будто не хотел, чтобы рев двигателя разрушил этот момент окончательно. Металлический корпус ещё хранил тепло, словно только что остановился после быстрой, почти отчаянной езды. На нём всё ещё лежала пыль дороги, а переднее колесо было слегка повернуто в сторону — как будто он бросил его в спешке, не задумываясь. Этот мотоцикл говорил о нём больше, чем слова. О скорости. О риске. О жизни, в которой решения принимаются мгновенно и не всегда правильно. О деньгах, которые приходят трудно — и исчезают ещё быстрее. Даниэль на секунду оглянулся в его сторону, будто проверяя, на месте ли он, как якорь, связывающий его с тем миром, из которого он только что вырвался. А потом снова посмотрел на неё. И в этом взгляде было что-то другое — не гонка, не спешка, не деньги. Что-то тише. И, возможно, важнее. ГЛАВА  27 — Ты опоздал, — сказала Елизавета, но уже без прежней резкости, больше растерянно. — Знаю, — ответил он и на секунду отвёл взгляд. — Я думал, ты уйдёшь. — Я почти ушла. Он кивнул, будто это логично. Повисла пауза. И странно — оба как будто не знали, с чего продолжать. Это был их первый раз «нормально погулять», и он явно не получался таким уверенным, как они, возможно, ожидали. — Ладно… — Даниэль первым нарушил тишину. — Пойдём? — Куда? — Елизавета посмотрела на него настороженно. — Просто… идти. — Это у тебя весь план? Он чуть пожал плечами. — Да. — Потрясающе, — выдохнула она, но без злости. Они пошли. Сначала неловко. Слишком много воздуха между словами. — Ты всегда так молчишь? — тихо спросила Елизавета. — Когда не уверен, что сказать — да, — честно ответил он. Она посмотрела на него сбоку. — Ты сейчас не уверен? Он чуть усмехнулся, но без привычной уверенности. — Немного. Это признание почему-то сбило её с привычного настроя. — Я тоже, если что, — сказала она после паузы. Он кивнул. И стало чуть легче. Они шли дальше, уже без спешки. — Ты куда вообще хотел меня вести? — спросила она. — Не знаю, — ответил он и сам будто удивился, что сказал это вслух. Елизавета даже улыбнулась. — Это честно. — Не планировал честность. — А что планировал? — Просто увидеться. Она замолчала. Потом кивнула. — Ладно. Через несколько минут они подошли к мотоциклу. Елизавета остановилась. — Это… твой план прогулки? — Теперь да, — сказал он. — Ты сам не уверен, куда мы едем, да? Он посмотрел на неё. — Не совсем. — Замечательно, — она выдохнула. — Я с тобой первый раз гуляю, и ты сам не знаешь маршрут. — Но я знаю место. — Это уже пугает. Он впервые за разговор чуть мягче выдохнул: — Не должно. Она села сзади, всё ещё немного растерянная. — Если что — я тебя потом найду, — сказала она. — Не потеряешься. — Ты откуда знаешь? — Чувствую. Мотоцикл тронулся. Сначала было тихо — только ветер и дорога. Растерянность постепенно растворялась в движении, в скорости, в том, что думать становилось сложнее. — Ты вообще куда меня везёшь?! — крикнула она. — Увидишь, — ответил он, и в голосе уже не было такой неуверенности, как раньше. — Это не ответ! — Сейчас — единственный. Она фыркнула, но уже без прежнего напряжения. Через некоторое время дорога вывела их вверх. Он остановился. Елизавета слезла и замерла. Перед ними был вид на город — мягкий, огни внизу, тишина вокруг. Спокойное место, будто специально спрятанное от всего. — Окей… — тихо сказала она. — Ты всё-таки знал, куда ехать. Он пожал плечами. — Скорее надеялся. Она повернулась к нему. — Ты  какой-то странный. — Ты тоже. Она усмехнулась. И они просто сели рядом — всё ещё немного растерянные, но уже не чужие. Мы сидели рядом и смотрели на город внизу. Сначала тишина казалась нормальной, даже удобной. Но потом она начала немного давить. Даниэль повернул голову ко мне: — И что, так и будем молчать? Я пожала плечами, не отрывая взгляда от огней: — Ну… от тебя зависит. Он коротко хмыкнул, как будто я сказала что-то очевидное. Снова повисла пауза. Я почувствовала, что если сейчас не заговорю, мы так и будем сидеть до ночи. Я повернулась к нему: — Слушай… — М? Я чуть помолчала, подбирая слова, и всё-таки спросила прямо: — А почему ты такой? Он посмотрел на меня, спокойно, но уже чуть внимательнее. — Какой? — Ну… — я махнула рукой. — Такой. Странный. Закрытый. Резкий. И… почему ты участвуешь в нелегальных гонках? На секунду он просто молчал. Я даже успела подумать, что, может, перегнула. — Ты много про меня успела придумать за один день, — наконец сказал он. — Я не придумала, я просто вижу, — ответила я. — Так почему? Он отвёл взгляд на город внизу. — Потому что так проще, чем объяснять себя людям. Я нахмурилась. — Это не объяснение. — Это честный ответ. Я не отвела взгляд. — А гонки? Он чуть пожал плечами. — Там всё понятно. Дорога. Скорость. Нет лишних разговоров. — То есть ты просто избегаешь людей? Он посмотрел на меня. — Я не избегаю. — А что тогда? Пауза снова затянулась. Я даже перестала смотреть вниз, просто ждала. — Я выбираю, где мне нормально, — сказал он наконец. Я тихо выдохнула. — И тебе нормально в этом? Он не ответил сразу. — Да. Потом добавил чуть грубее, как будто закрыл тему: — Иначе бы не делал. Я кивнула, но внутри всё равно не отпускало. — Ты знаешь… это всё равно странно, — сказала я. — Возможно. Я усмехнулась. — Очень возможно. Он хмыкнул. И странно, но дальше молчать уже не было тяжело. Я немного повернулась к нему, не отводя взгляда: — Может расскажешь, почему ты начал участвовать в гонках? Он не сразу ответил. Сначала просто смотрел вперёд, на огни города внизу, будто прикидывал, стоит ли вообще говорить. — Ты любишь копаться, да? — спокойно сказал он. — Я просто спрашиваю, — пожала я плечами. Он усмехнулся, но без веселья. — «Просто». Снова тишина. Я уже подумала, что он уйдёт от ответа, как обычно. Но он вдруг чуть выдохнул и опустил взгляд: — Это не история, которую обычно рассказывают на прогулке. — Мы и так уже не обычная прогулка, — тихо сказала я. Он кивнул, как будто принял это. Ещё пауза. — Я рос без родителей, — наконец сказал он. — С дядей. Я не перебила. Он продолжил не сразу, будто слова не хотели выходить легко. — В школе было… не очень. Скорее даже хреново. Я сжала пальцы на коленях, но молчала. — Буллили, — коротко добавил он. — Постоянно. Он усмехнулся уголком губ, но это была не та усмешка, которую он обычно показывал. — Дома было тихо, в школе шумно. Везде как-то… не моё место. Он замолчал на секунду. — Мотоцикл появился случайно. Потом гонки. И оказалось, что когда едешь быстро — всё остальное просто исчезает. Я смотрела на него, уже не перебивая. Он чуть пожал плечами: — Там нет людей, которые что-то от тебя хотят. Нет разговоров. Есть только дорога. Он на секунду замолчал, потом добавил тише: — Это как… голова отдыхает. Я медленно выдохнула. — То есть это не просто скорость, — сказала я. Он посмотрел на меня. — Нет. Я немного помолчала, потом тихо сказала: — Понятно… Он кивнул, но уже без желания продолжать. Мне стало как-то тяжело внутри после его слов. Не из жалости — скорее от того, что я внезапно поняла, почему он такой. Я чуть подвинулась ближе и, не особо думая, просто положила голову ему на плечо. Он не дёрнулся. Не отстранился. Просто замер на секунду, потом снова спокойно уставился на город впереди. И мы так и сидели. Без разговоров. Без лишних вопросов. Только тишина и огни внизу. Странно, но в этот момент молчание уже не давило — оно было каким-то… правильным. Я не знаю, сколько прошло времени. Может, десять минут, может, больше. Я просто слушала ветер и чувствовала его спокойное дыхание рядом. Потом он тихо сказал: — Поехали. Я кивнула, хотя он этого не видел. Мы спустились обратно на мотоцикле так же молча. Он ехал аккуратно, без лишней скорости, как будто специально не хотел разрушать это состояние. Когда мы подъехали к дому Лии, я сняла шлем и слезла с мотоцикла. — Спасибо… — сказала я немного тише, чем обычно. Он кивнул. — Довёз. Я чуть усмехнулась. — Ты всегда такой разговорчивый на прощание? — Привыкай, — спокойно ответил он. Я замолчала, потом посмотрела на него. — Ты сегодня… другой был. Он на секунду встретился со мной взглядом. — Ты тоже. Я не нашлась, что ответить. Пауза снова повисла, но уже не неловкая — просто последняя. — Ну… пока, — сказала я. — Пока, Елизавета. Он развернулся к мотоциклу. Я ещё секунду стояла, потом пошла к дому Лии, но почему-то не сразу обернулась. А он так и остался там — на дороге, в вечернем свете, прежде чем уехать.   ГЛАВА 28 Когда я зашла в дом Лии, она сразу появилась в коридоре. — Где ты была? — спросила она, скрестив руки на груди. Я чуть замялась. — Гуляла… Лия прищурилась, явно не поверив сразу, но ничего больше не сказала. Просто посмотрела так, как будто запомнила этот ответ и разберётся с ним позже. — Ладно, — коротко сказала она. — Пойдём спать. Мы поднялись наверх. Я легла, пытаясь устроиться поудобнее, но в голове всё равно крутился он — Даниэль. Его голос, эта тишина между нами, то, как он говорил про себя так, будто это что-то, что он давно привык держать внутри. Лия быстро заснула. В комнате стало совсем тихо. Я лежала и смотрела в потолок, пока взгляд не упал на телефон на тумбочке. Он вдруг завибрировал. Я взяла его. Даниэль Вельмонт: Не против погулять ещё как-нибудь? Я несколько секунд просто смотрела на экран. Потом тихо выдохнула и быстро ответила: Я: Да, хорошо. Ответ пришёл почти сразу. Даниэль Вельмонт: Завтра в 18:00. Я чуть задержала взгляд на сообщении. И почему-то вместо того, чтобы уснуть, я просто лежала и думала, что завтра снова его увижу. Я уже почти убрала телефон, как он снова завибрировал. Даниэль Вельмонт: Спокойной ночи, изумрудная. Я замерла на секунду, глядя на экран. «Изумрудная»… Я даже тихо усмехнулась сама себе. Конечно. Он заметил мои глаза ещё тогда. И, конечно, не стал придумывать что-то обычное. Я не стала долго думать и просто ответила: Я: Спокойной ночи. Отправила и отложила телефон обратно на тумбочку. В комнате было тихо. Лия уже спала, ровно дыша рядом. А у меня почему-то сна не было вообще. Я лежала в темноте и смотрела в потолок, но в голове снова и снова всплывал он — его голос, его спокойствие, и это странное «изумрудная», которое почему-то не раздражало, а наоборот… оставалось внутри тёплым следом. И я поняла, что завтра в 18:00 я точно буду ждать. ГЛАВА 29 Даниэль вернулся домой поздно. Квартира встретила его привычной тишиной — той, к которой он давно привык и которую не заполнял ничем лишним. Он бросил ключи на стол, снял куртку и на секунду просто остановился, не включая свет. Потом всё же включил телефон. Он не собирался ничего искать. Но всё равно открыл фотографии. Елизавета. Несколько случайных снимков, которые он сделал или нашёл — неважно. Важно было другое: он поймал себя на том, что смотрит на них слишком долго. Её взгляд. Лёгкая улыбка. То, как она иногда смотрела чуть в сторону, будто думала быстрее, чем говорила. И вдруг мысль, простая и неприятно честная: Я ничего о ней не знаю. Он откинулся на спинку стула, глядя в темноту экрана. И вместо того чтобы закрыть всё и забыть, он просто взял телефон. Даниэль Вельмонт: Может ещё погуляем как-нибудь? Ответ пришёл не сразу, но он его дождался. Елизавета: Да, хорошо. Он посмотрел на сообщение пару секунд и поставил время: Даниэль Вельмонт: Завтра в 18:00. И только потом, уже почти автоматически, добавил: Даниэль Вельмонт: Спокойной ночи, изумрудная. Он не придумывал это долго. Просто вспомнил её глаза. Те самые — глубокие, яркие, с мягким зелёным оттенком, как у стекла на солнце или у леса после дождя. В них было что-то живое, внимательное, чуть упрямое — и при этом тёплое, даже когда она делала вид, что холодная. Ему это слово подошло само. Он отправил сообщение и убрал телефон. Ответ пришёл через пару минут. И только после этого он позволил себе выдохнуть. Впервые за день в голове не было лишнего шума. Только её образ — спокойный, немного насмешливый, и почему-то очень чёткий. И с этой мыслью он заснул. ГЛАВА 30 Я проснулась около часа дня. Сначала просто лежала, смотрела в потолок, и первая мысль сразу же ударила в голову — сегодня в 18:00 я снова увижу Даниэля. И почему-то от этого стало одновременно спокойно и странно волнительно. Но мысли прервал звонок телефона. — Алло? — Лизенька, ну как вы там с Катей? Всё нормально? — голос мамы был тёплый, привычный. Я чуть улыбнулась. — Да, мам, всё нормально. — Хорошо, девочка моя. — Я люблю тебя. — И я тебя, Лиз. Я положила телефон и ещё пару секунд просто лежала, потом всё-таки поднялась. Привела себя в порядок, умылась, оделась и спустилась завтракать с семьёй Лии. Было обычное утро — разговоры, еда, какие-то мелочи, которые обычно не запоминаются, но создают ощущение дома. Потом я поднялась наверх. Мне захотелось кому-то рассказать. Я позвонила Анне. — Ты не поверишь, — начала я почти сразу, — я вчера гуляла с тем парнем из кафе парнем… И я рассказала ей про Даниэля. Про встречу, про его характер, про поездку, про всё, что сама до конца не понимала. Когда я закончила, на секунду стало легче, будто я наконец-то оформила это словами. Я посмотрела на время. Пора было собираться. Я встала перед зеркалом, немного накрасилась — не слишком ярко, просто так, чтобы чувствовать себя увереннее. Оделась просто: бордовая майка и синие джинсы. Без лишнего. Как будто специально — чтобы не усложнять то, что и так было непонятным. И как раз в этот момент я услышала звук с улицы. Я выглянула в окно. Он. Даниэль уже подъехал. Стоял у мотоцикла, как обычно спокойно, будто это просто часть его. Я на секунду задержалась, потом взяла ключи и вышла. Он посмотрел на меня, когда я подошла. — Привет, — сказала я. — Привет, изумрудная, — спокойно ответил он. Я закатила глаза, но улыбнулась. — Ты это специально теперь будешь использовать? — Возможно. Я ничего не ответила, просто села сзади. Он завёл мотоцикл, и через секунду мы уже ехали. И пока ветер снова бил в лицо, я поймала себя на мысли, что почему-то ждала этого момента с самого утра. Мы приехали в лес. Тут было совсем иначе, чем в городе — тишина плотная, но не пустая. Воздух пах хвоей, влажной землёй и чем-то очень спокойным, почти тёплым. Я даже на секунду просто замерла, прежде чем слезть с мотоцикла. Рядом с деревьями уже было разложено одеяло. Я удивлённо посмотрела на него. — Ты что, заранее всё это планировал? — спросила я. Даниэль спокойно снял шлем. — Мимо проезжал. Я прищурилась. — Не верю. — Твои проблемы, — ответил он, как обычно ровно. Я фыркнула, но села на одеяло. Он сел рядом, не слишком близко, но и не далеко. Несколько секунд мы просто молчали, слушая лес. И вдруг он повернулся ко мне: — Изумрудная. Я посмотрела на него. — М? — Расскажи о себе. Я моргнула. — В смысле? — Чем занимаешься. Учёба. Всё такое. Я чуть усмехнулась. — Ты меня на свидание пригласил или на допрос? Он даже не улыбнулся, только спокойно посмотрел: — Просто хочу знать. Я на секунду задумалась. Это было странно. Он обычно не спрашивал. Вообще не выглядел человеком, которому это важно. — Я учусь, — начала я. — Обычный универ, ничего особенного. Иногда думаю, что это бесконечно скучно. Я чуть пожала плечами. — Живу с Лией сейчас… ну, ты её знаешь. Пауза. — Люблю гулять. Не люблю, когда на меня давят. И… — я замялась, — не очень люблю, когда люди закрытые, но при этом почему-то всё равно интересные. Я посмотрела на него боком. Он хмыкнул. — Это про меня? — Может быть, — честно сказала я. Он кивнул, будто принял это спокойно. — Понятно. Я чуть наклонила голову. — А ты? Ты же всегда уходишь от таких вопросов. Он посмотрел вперёд, в лес. — Я уже рассказывал. — Не всё. Пауза. Я думала, он снова закроется. Но он вдруг сказал: — Люблю дорогу. Не люблю людей, которые лезут слишком близко. Он повернул голову ко мне. — Но ты почему-то не раздражаешь. Я замерла на секунду. Потом тихо усмехнулась: — Это у тебя прогресс? — Возможно. Мы снова замолчали, но теперь это молчание было другим — не пустым, а каким-то живым. И я поймала себя на мысли, что лес, одеяло и он рядом — это почему-то ощущается слишком правильно.Мне было с ним тепло и уютно. Я поймала себя на мысли о том ,что этот человек мне был симпатичен и может даже нравился. Мы ещё немного поговорили в лесу — уже легче, без напряжения. Я рассказала, что учусь на юридическом, что мне это нравится больше, чем я ожидала, особенно когда начинаешь понимать, как всё устроено на самом деле. Даниэль слушал спокойно, не перебивал. Иногда задавал короткие вопросы — не из любопытства ради любопытства, а как будто правда хотел понять. Потом мы просто сидели, пока лес вокруг становился тише и мягче. Когда уже пришло время уезжать, я встала с одеяла и отряхнула джинсы. Он поднялся следом, но вдруг остановился. Я обернулась: — Что? Он смотрел на меня чуть дольше обычного. Не так, как раньше — не закрыто и не отстранённо. Сейчас он выглядел… честнее. — Елизавета, — сказал он. Я замерла. — М? Он выдохнул. — Будь моей девушкой. Я моргнула, будто не сразу поняла смысл. — Я знаю, рано, — продолжил он спокойно, но в голосе уже не было привычной грубости. — Но то, что я к тебе чувствую… это что-то необъяснимое. Я опустила взгляд, чуть растерялась. — Ну… не знаааюю, — протянула я, сама не веря, что это сказала вслух. Он не давил. Просто ждал. И в этой паузе вдруг стало ясно, что это не шутка и не импульс. Я подняла на него взгляд. — Ладно… — тихо сказала я. — Да. Он кивнул, будто принял это как самое естественное решение. И с этого дня всё стало по-другому. Мы начали проводить выходные вместе. Он часто забирал меня на мотоцикле, и я постепенно перестала бояться скорости и этой его привычной молчаливости. Иногда он просто приезжал без лишних слов: — Поехали. И я уже не спрашивала куда. Я даже несколько раз побывала на его гонках. Сначала мне было странно — шум, люди, напряжение перед стартом. Но рядом с ним я чувствовала себя спокойнее, чем ожидала. Он держался рядом, иногда касался моей руки коротко, как будто проверял, что я здесь. И каждый раз после гонок мы уезжали куда-нибудь — подальше от шума, туда, где снова становилось тихо. И в этой тишине между нами уже не было «случайно встретились». Теперь это было «мы». ГЛАВА 31 И как же говорится, любому счастью приходит конец. Сначала я не верила, что это про нас. Казалось, у нас просто сложный этап, усталость, его характер, мои вопросы, которые он не всегда любил. Но потом всё стало иначе. Я случайно услышала разговор между ним и каким-то парнем. Я не искала этого. Я просто оказалась рядом в тот момент, когда не должна была быть рядом. Сначала всё звучало обычно — короткие фразы, напряжённые голоса, как после очередной гонки. Но потом я услышала слово, которое заставило меня замереть. — Долги. И в этот момент всё внутри как будто стало тише. Слишком тише. — Ты понимаешь, что это уже не твои игры? — говорил тот парень. — Я сказал, разберусь, — голос Даниэля был ровный, но жёсткий. — Ты тянешь это слишком долго. Пауза. Я стояла, не двигаясь, хотя сердце уже било так, будто я слишком громко дышу. — Не лезь сюда с этим, — сказал он. И вот тогда у меня внутри что-то оборвалось. Потому что «сюда» — это не просто место. Это его жизнь. И туда меня явно не пускали. Я, я, я вдруг оказалась где-то за пределами всего, что у него есть. Я ушла, не дожидаясь конца разговора. А потом, уже позже, я не выдержала. Я спросила его прямо. — У тебя долги? Он посмотрел на меня так, будто понял сразу, откуда я это знаю. — Не лезь в это, Елизавета. И это «не лезь» ударило сильнее, чем сам ответ. — Это я,не кто-то случайный, — сказала я тихо, но уже с болью. — Или я только там, где у тебя всё спокойно? Он молчал. И в этом молчании я впервые почувствовала, что между нами появилась трещина. Не из-за гонок. А из-за того, что часть его жизни была закрыта для меня полностью. Я посмотрела на него и больше не смогла держать это внутри. — Даниэль, мне не нравится то, что ты мне не открываешься. Я так и знала, что это неправильное решение. Давай расстанемся, — сказала я. Тишина после этих слов была тяжёлая. Он не сразу ответил. Сначала просто смотрел на меня, как будто пытался понять, серьёзно ли я это говорю или сейчас передумаю. Но я не передумала. И тогда его взгляд изменился. Стало холоднее. Резче. — Но если ты так хочешь, — сказал он наконец, сдержанно, почти жёстко, — тогда давай. Я почувствовала, как внутри всё сжалось, но он уже отвёл взгляд. Не удерживал. Не спорил. И это почему-то оказалось самым болезненным. Он просто принял это. ГЛАВА 32 Я развернулась почти сразу после его слов. Не смотрела на него больше. Просто пошла быстро вперёд, будто если не остановлюсь — это не успеет догнать меня внутри. Но догоняло. И с каждым шагом становилось только тяжелее. Сердце будто сжималось и не отпускало. Я чувствовала всё сразу: злость, обиду, пустоту и какое-то странное «почему так». Но возвращаться уже не могла. Когда я добралась до дома Лии, внутри было тихо. Слишком тихо. Я поднялась в комнату, закрыла дверь и только тогда позволила себе выдохнуть нормально. Руки дрожали. Я села на кровать и просто смотрела в одну точку. Потом взяла телефон. И позвонила родителям. — Мам… пап… можете приехать? Я хочу домой. Сначала была пауза. Потом вопросы. Но я не смогла объяснить всё нормально. Только сказала, что мне нужно уехать. И этого оказалось достаточно. Через какое-то время я уже собирала вещи. Каждый предмет казался каким-то чужим, будто это всё происходило не со мной. Я уехала в свой родной город. И не оглянулась. После этого я не возвращалась туда. Не писала. Не искала. Не заходила туда, где он мог быть. Только иногда, в самые тихие моменты, я ловила себя на мысли, что это «мы» закончилось слишком резко… и слишком громко внутри меня.