Вечер, который приобрел новые краски

      Наконец наступила самая долгожданная пора для школьников и студентов — лето, каникулы! Целых два месяца они могут беззаботно проводить время, а не беспокоиться по поводу приближающийся контрольных, лабораторных и экзаменов.

***

Готье слушал Скэриэла вполуха, удобно устроившись на старом диване с продавленной подушкой. Скэр снова завёлся на свою любимую тему — Верлен и Рембо, на которых он буквально одержим, причём уже так давно, что можно было бы открывать фан-клуб! Гамма и альфа слышат об одном и том же чуть ли не ежедневно: каждый день омега копается в биографиях, письмах, стихотворениях поэтов. И приходится Ведь выслушивать, иногда вставляя междометия, чтобы не обидеть. Но бежать некуда — Джером сейчас занят уборкой и менять шило на мыло не хочется: уж лучше послушать про французских поэтов, чем мыть пол. Да и сама история этих двоих действительно увлекательная. С какой стороны ни посмотри, их союз выглядит по-разному, но всегда — вышедшим за рамки общепринятого, даже сумасшедшим. Артюр младше на целых десять лет: он просто бунтующий подросток с грязными ногтями, который приехал в Париж к Верлену. А Поль — уставший тридцатилетний мужчина, женатый, вымотанный бытом, который вдруг нашёл в Рембо не просто юного гения, а свободу — ту самую, о которой даже не подозревал всю жизнь. Пить абсент и курить траву с молодым парнем все-таки очень увлекательно, и уж точно лучше уборки. — Скэр, замолчи, — промолвил альфа, который еще не покончил с уборкой и пришел за грязным бельем. Джером принюхался к футболке Лоу, а после вынес вердикт. — Ты пахнешь. — Не пахнет. Только воняет, — хихикал Готье. — Да не воняю я! — принялся оправдываться тот, — это мои феромоны. — Скэриэл, — на выдохе сказал изрядно уставший Джером, — У тебя течка? Он не ответил, только потянулся к Готье. — Не молчи. Ты таблетки выпил? — Не хочу-у-у, — протянул он, прячась за чистокровным, которому в целом все равно, и на альфу, и на омегу. — Если не хочешь — заставим, — Джером отложил корзину с бельём и подошёл ближе, — Ты же прекрасно знаешь последствия, если не выпьешь. Или забыл, что в прошлый раз несколько дней мог только сидеть? Скэриэл лишь сильнее вжался в бок Готье, носом тыкаясь тому в плечо. Хитклиф даже не шелохнулся. Ему было всё равно на феромоны — ни альфа, ни омега на него не действовали, только тепло чужого тела и липкие пальцы, вцепившиеся в его футболку. — Готи-и-и, — взвыл он, а после еще более драматично продолжил, — почему ты меня не защищаешь? — Джером, ну правда, сейчас же лето, потрахаетесь и всё. А я ухожу, — он привстал, но полукровка вцепился в него. — Готье, ты меня бросишь? С ним? — Ага, Хитклиф, оставайся, он меня угробит. Низший опустился на диван, мягко разводя ноги омеги. Скэриэл сразу же застонал, хотя Джером еще ничего не сделал. Дабы не быть очень громким, он потянулся к Готье, устроился на его бедрах, впиваясь пальцами. Альфа никогда не нежничал с Лоу, он и сам не очень любит ласки, поэтому даже не взял смазку, стянул его шорты, а затем и белье. Гамма обвил торс полукровки руками, утыкаясь в его шею. Приятный запах феромонов наполнил комнату, пока омега наслаждался ситуацией. Батлер вошел двумя пальцами, разрабатывая его, пока гамма оставляла поцелуи на шее партнёра. Его рука обхватила член Скэриэла, и тот застонал от больших ощущений, сминая в руках воздух. — Не кусай губы, — Сказал Готье, поворачивая его голову к себе. Поцелуй вышел горячим, языки переплелись в танце, и Лоу на секунды забыл о ощущениях снизу. Прикусив губу чистокровки, он отстранился, откидывая свою голову на его плечо. Вынув уже три пальца, что вошли в него, пока те целовались, Джером наклонился над омегой, целуя его. Хитклиф укусил полукровку за плечо, переходя поцелуями к шее. Его майка полетела на пол, и чистокровный, развернув Лоу лицом к себе, прикусил его за соски, начиная их ласкать. Пока правый сосок теребили пальцы, его рот накрыл второй. Укусы, ласки языком, поцелуи — все это сильно возбуждало Скэриэла. Он впился пальцами в бедра Хитклифа, выгибаясь и постанывая. Готье отпустил его грудь, расстегивая ширинку. Полукровка был достаточно растянут, поэтому он приподнял его бедра, начиная насаживать на себя. Полукровка застонал, а стоило сесть полностью, как он замолчал, вдыхая воздух. Полукровка кончил быстро, лишь пара минут, и все. Однако для течки такое поведение было нормальным. Все это время Джером оставлял укусы и засосы на спине, иногда целуя его в лопатки. Когда настал нужный момент, чистокровный остановился, и Батлер прогнув парня в спине, сказал обнять Готье за плечи. Он вошёл вместе с Хитклифом, и полукровка громко застонал, поэтому Джером взяв его за подбородок, накрыл его рот поцелуем, заглушая его.

Гамма держал омегу за талию, поддерживая его. Скэр уткнулся лицом в шею чистокровного, и выдыхал в неё, издавая пошлые звуки и вдохи, что сильнее возбуждало его партнёров. Пока Джером и Готье кончили один раз, Лоу успел кончить уже три раза, выдохнуться, снова возбудиться и возбудить остальных. На следующее утро они проснулись в кровати. Омега лежал головой на груди альфы, а ноги полностью закинул на гамму. Они втроем спали до двух часов дня - из-за одного наглого Скэриэла Лоу, парни сильно выдохлись, устроив секс-марафон.