...
24 мая 2026 г., 23:50
Примечания:
приятного прочтения.
Ночной поезд качало мягко и убаюкивающе.
За окнами мелькали редкие огни маленьких станций, тёмные леса и пустые поля. В купе было тепло, пахло чаем, чужими куртками и немного — мандаринами, которые Варя зачем-то купила на вокзале целый пакет.
Съёмочная группа ехала снимать очередной выпуск про «аномальную деревню», где людям мерещились странные силуэты в лесу. Все уже давно разбрелись по своим купе.
А Варя лежала головой у Дженнифер на коленях и откровенно страдала.
— Душа моя, — жалобно тянет она, болтая ногой, — мне скучно.
— Ты пять минут назад чуть не подожгла салфетку.
— Это был эксперимент.
— Варька, — устало смеётся Дженни, перебирая пальцами рыжие волосы, — тебе двадцать лет, а ведёшь себя как гиперактивный ребёнок.
— Зато красивый.
— Очень красивый.
И говорит это так спокойно, так ласково, что Варя тут же расплывается довольной лужицей.
Она вообще таяла от нежности Дженни моментально.
Особенно когда та смотрела вот так — сверху вниз, мягкими голубыми глазами, чуть улыбаясь уголками губ. Высокая, уютная, с растрёпанными светло-русыми кудрями и этим её голосом, от которого у Вари каждый раз внутри всё переворачивалось.
— Кошка-а… — довольно мурлычет Варя, прижимаясь щекой к её животу.
— М-м?
— Я тебя люблю.
— Я знаю, малышка.
— Нет, ты не понимаешь. Очень люблю.
Дженни улыбается шире.
И наклоняется, чтобы поцеловать её в лоб.
— А я тебя, сладость.
Варя от этого чуть не умирает прямо на месте.
— Господи, не говори так, — стонет она, закрывая лицо руками.
— Как?
— Вот этим своим голосом.
— Каким?
— Ты издеваешься?
— Немножко.
Варя выглядывает из-под ладоней и смотрит совершенно несчастными глазами.
— Кехно говорит, что ты специально меня доводишь.
— Кехно слишком умный.
— Ага. В отличие от меня.
— Варька.
— Что?
— Не говори глупости.
И снова гладит её по волосам.
Медленно.
Бережно.
Так, будто Варя — что-то драгоценное.
Та от таких прикосновений всегда становилась тихой.
Не сразу, конечно.
Но постепенно успокаивалась, растекалась по Дженнифер тёплым счастьем, переставала дёргаться и просто лежала, наслаждаясь.
— Ты устала? — тихо спрашивает Дженни спустя какое-то время.
Варя пожимает плечами.
— Не знаю. Наверное.
— Иди ко мне.
— Я и так у тебя.
— Нормально иди.
Варя хихикает, но всё-таки поднимается и тут же устраивается у Дженни под боком, закидывая на неё ноги.
Места на койке в узком купе становится критически мало.
Но им всегда было всё равно.
— Вот так лучше, — удовлетворённо кивает Дженни, обнимая её обеими руками.
— Кошка.
— М-м?
— Ты тёплая.
— Спасибо.
— И красивая.
— Спасибо, Варька.
— И пахнешь вкусно.
— Варь.
— И я хочу тебя поцеловать.
Дженни тихо смеётся.
— Ты всегда хочешь меня поцеловать.
— Потому что ты существуешь.
Это звучит настолько искренне, что Дженни на секунду прикрывает глаза.
Потому что Варя любила её совершенно обезоруживающе.
Неумело иногда.
Слишком шумно.
Слишком сильно.
Но так честно, что у Дженни до сих пор сердце щемило каждый раз.
— Иди сюда, — шепчет она.
Варя тут же тянется за поцелуем.
Мягким сначала.
Ленивым.
Но долго это никогда не длится.
Потому что Варя целоваться спокойно просто не умела.
Через минуту уже прижимается ближе, ладонями обхватывает лицо Дженни, дышит сбито и целует так жадно, будто неделю не видела.
— Варька… — выдыхает Дженни ей в губы.
— Что?
— Мы вообще-то в поезде.
— И?
— Стены тонкие.
— Пусть завидуют.
Дженни не выдерживает и смеётся прямо в поцелуй.
Варя тут же улыбается в ответ — довольная, сияющая, рыжая до невозможности.
И Дженни снова думает, что пропала.
Окончательно.
---
Ночью поезд неожиданно встаёт посреди леса.
Что-то случилось впереди на путях, проводница сонно объясняет про задержку минимум на час и уходит дальше по вагону.
Бесов матерится где-то за стенкой.
Кто-то недовольно хлопает дверью.
А Варя сидит на нижней полке, завернувшись в одеяло, и смотрит в окно.
— О чём думаешь? — спрашивает Дженни, присаживаясь рядом.
— О тебе.
— Варька.
— Я серьёзно.
Она поворачивает голову.
В темноте купе её рыжие волосы кажутся почти медными, а глаза — слишком тёмными, слишком внимательными.
— Иногда мне кажется, что я тебя выдумала, — тихо говорит Варя. — Ну невозможно же быть такой.
— Какой?
— Моей.
У Дженни сердце пропускает удар.
Она осторожно касается её щеки.
— Маленькая…
Варя тут же жмурится от этого прозвища.
— Вот опять, — бормочет она. — Ты специально меня плавишь.
— Немножко.
— Жестокая женщина.
— Моя ты девочка, не ворчи. — Дженни притянула ее за шею и быстро чмокнула в губы.
— Всё. Я умерла.
Дженни смеётся тихо, а потом Варя вдруг подаётся вперёд и утыкается носом ей в шею.
Просто так.
Без слов.
И это настолько интимно, что у Дженни дыхание сбивается.
— Ты чего? — шепчет она.
— Люблю тебя.
— Я знаю, я тоже люблю тебя.
— Нет, правда. Очень.
Дженни закрывает глаза.
И обнимает её крепче.
Потому что иногда чувства к Варе становились просто огромными. Слишком большими для грудной клетки. Будто внутри вместо сердца — горячее солнце.
А Варя только сильнее прижимается.
Тёплая.
Родная.
Её.
— Кошка, — сонно бормочет она спустя пару минут.
— М-м?
— Если поезд сейчас сломается окончательно, я не расстроюсь.
— Почему?
— Потому что тогда мы ещё дольше будем вот так лежать.
Дженни улыбается ей в волосы.
— Варька, не дури.
— Ты меня обожаешь.
— Ты права.
И целует в висок.
За окном шумит ветер.
Поезд уже едва заметно покачивается на рельсах.
А Варя уже почти засыпает у неё на груди — спокойная, счастливая и любимая до боли.
Примечания:
надеюсь что вам понравится, старалась.
Буду рада любой оценке, замечаниям или каким либо пожеланиям на следующий фанфик.
