Точка невозврата

Санвон перестал отмечать дни на подоконнике. Сначала, потому что закончилось место. Потом, потому что пропал смысл. Раньше он считал до дня освобождения. Сейчас он больше не был уверен, что этот день настанет. Или что он хочет, чтобы он настал. Эта мысль пришла не сразу. Сначала он отмахивался, типо бред, он просто уже адоптировался, это же не может быть синдромом Стокгольма. Синдром Стокгольма — это когда жертва влюбляется в агрессора из-за случайных проявлений доброты. Но Лео не был добрым. Да, он жестокий, но не с ним. Он не мучил Санвона, не унижал, не принуждал.  Санвон поймал себя на том, что прислушивается к шагам Лео в коридоре, к его голосу, когда тот разговаривает с кем-то внизу. Что ждет момента, когда они останутся наедине. Это заставляло ненавидеть себя ещё сильнее, чем Лео. Лео он ненавидел уже совсем не так, как раньше. 

***

В тот вечер в доме было шумно. Пак Сонгю устроил что-то вроде сходки приехало несколько человек из столицы, важные шишки. Санвона заперли в его комнате, хотя он и не собирался высовываться , от греха подальше. Он сидел на кровати, читал ту самую книгу, которую Лео оставил в гостиной пару недель назад, а Санвон забрал к себе. Читал и думал о том, как странно устроен мир. Персонаж Камю убил араба просто потому, что светило солнце. А Лео убивает потому что иначе убьют его.  За дверью послышались тяжелые шаги, потом глухой удар. Санвон насторожился. Шаги были знакомыми, это точно Лео. Но походка другая.  Дверь распахнулась без стука. Лео ввалился внутрь и тут же осел на пол, привалившись спиной к косяку. Санвон вскочил. — Какого хрена?! Лео поднял голову. Глаза мутные, зрачки расширены, на губах кровь. И запах. Запах перегара такой силы, что Санвона чуть не вывернуло. — Ты пьян?! — Санвон подбежал к нему, присел на корточки. — Ты в стельку пьян, придурок! — Не начинай, док, — пробормотал Лео, пытаясь сфокусировать взгляд. — Голова трещит. — Ещё бы она не трещала. Ты сколько выпил? — Много. Шеф велел с гостями посидеть. Посидел. Санвон взял его за подбородок, заставляя повернуться к свету. Осмотрел разбитую губу, припухлость на скуле. — Кто тебя так? — А, — Лео отмахнулся. — Один гость руки распустил. Я ему объяснил, что так нельзя. — Объяснил? И где теперь этот гость? — В отключке. Но я сначала дал ему врезать, — Лео усмехнулся и тут же поморщился от боли. — Сука, больно. — Какой же ты дурак, — буркнул Санвон, поднимаясь. — Вставай, давай. Иди в душ, потом обработаем. Лео попытался встать, но ноги его не слушались. Он снова осел на пол, выругался сквозь зубы. — Не могу. — Совсем? — Совсем. Ноги ватные. Санвон смотрел на него сверху вниз и боролся с желанием пнуть этого пьяного идиота.  — Чёрт с тобой, — выдохнул он, наклоняясь и закидывая руку Лео себе на плечо. — Поднимайся, тяжелый. Лео поднялся, навалившись на него всем весом. Санвон пошатнулся, но устоял. Так, в обнимку, они доковыляли до кровати. Санвон уложил на неё пьяное тело и выпрямился, переводя дух. — Раздевайся, — приказал он. — Чего? — Лео поднял голову смотря на Санвона, правильно ли он услышал? — Рубашку снимай, говорю. Я посмотрю, что там с ребрами. И губу зашить надо. Лео послушно, приподнял рубашку, снимать он ее не собирался. Санвон замер. Торс Лео был покрыт шрамами. Не одним и не двумя, а десятками. Пулевые, ножевые, какие-то совсем старые, похожие на следы от побоев.  — Нихуя себе, — выдохнул Санвон. — Нравится? — хмыкнул Лео, проследив за его взглядом. — Жутко. Тебя что, всю жизнь швыряли? — Бывало. Санвон промолчал. Подошел ближе, сел на край кровати. Осторожно ощупал ребра, вроде целы, только синяк огромный. Потом взялся за губу. — Больно будет, — предупредил он, доставая из тумбочки маленький набор для зашивания. — Делай. Санвон шил, а Лео сидел неподвижно, глаза у него были закрыты, то ли от усталости, то ли от опьянения. Санвон поймал себя на том, что рассматривает его лицо. Лео выглядел уставшим, побитым, но таким красивым. — Готово, — сказал он, завязывая последний узелок. — Три дня не трогать. Потом... Он не договорил. Потому что Лео открыл глаза и посмотрел на него, незаметно подтягиваясь ближе. – Эй, ты чего? — говорит Санвон выставляя руку вперед, дистанцию держать надо. Но вместо ответа Лео убрал его руку хватая Санвона за подбородок. И поддавшись вперед поцеловал его. Санвон не понимает, что им движет, когда он поднимает руку и притягивает Лео к себе. Лео целовал его настойчиво, Санвон чувствовал что еще немного и он задохнется. Его свободная рука зарылась Лео в волосы на затылке, отстраняя, чувствуя, что у него заканчивается кислород. — Лео... — выдохнул Санвон, когда они на секунду оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха. Его голос охрип от волнения. — Тише, — прошептал Лео, покрывая поцелуями уголок его губ. Санвон уже начал расстегивать пуговицы на его рубашке.Тело горело, голова окончательно перестала соображать. Пуговица за пуговицей. Санвон уже полностью распахнул рубашку, его ладонь легла на обнаженную грудь Лео, чувствуя, как быстро и тяжело бьется его сердце. Он потянул рубашку с плеч, освобождая одно плечо, потом другое.  Санвон уже хотел потянуться к его ремню. Но Лео уже не реагировал на него, голова стала невыносимо тяжелой, и рука, державшаяся за плечо Санвона соскользнула вниз. — Лео? — тихо позвал Санвон, оторвавшись от его губ. Ответа не последовало. Лео уткнувшись носом в изгиб шеи Санвона просто уснул. Санвон перевел взгляд на его лицо. Глаза были закрыты, длинные ресницы отбрасывали тень на слегка покрасневшую скулу. Выражение лица было абсолютно расслабленным. Он отключился. Просто взял и вырубился. Санвон застыл на мгновение, переваривая ситуацию. Его собственное сердце колотилось где-то в горле, дыхание было сбито, а возбуждение никуда не пропало. Раздражение било через край. Санвон закрыл глаза и глубоко вздохнул, мысленно досчитав до десяти. — Ты невыносим, — прошептал Санвон в макушку спящему Лео.  Он аккуратно, чтобы не разбудить, высвободился из его объятий. Лео что-то недовольно пробормотал во сне и завалился на бок. Санвон снял с него до конца рубашку, потом, поколебавшись, стянул брюки, оставив его в одном белье. Укладывать его правильно сейчас было выше его сил. Он взял спящего Лео за плечи и за ноги, перекатывая ближе к изголовью, и укрыл пледом, который нашел в шкафу.  Санвон выпрямился и посмотрел на результат. Посреди скомканной постели, тот спал как ребенок, прижимая колени к себе. Ситуация была бы смешной, если бы не такой грустной. Он наклонился, убрал прядь волос с его лба и оставил поцелуй на виске, затем просто встал и вышел из комнаты.

***

Утром Лео уехал рано. Санвон слышал звук мотора и вздохнул с облегчением.  День тянулся бесконечно. Санвон пытался читать, но книга не цепляла, даже задумывался о побеге, но вспомнив о вчерашнем передумал. Вечером Лео наконец вернулся. Санвон слышал, как хлопнула дверь машины и раздались голоса внизу. Он сидел в своей комнате и делал вид, что читает, хотя на самом деле просто смотрел в одну точку. Стук. — Войди, — сказал Санвон, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Лео вошел. Он был одет в черную рубашку и черные брюки. Санвон сразу подумал как тот сексуально выглядит в такой одежде. — Привет, — сказал он. — Привет. — Я пришёл извиниться. Санвон поднял бровь. — За что? — За вчерашнее. За то, что вломился пьяный. За то, что нёс чушь. — Только за это? А за то, что ты уснул на самом интересном, извинится не хочешь?  — спросил Санвон. Лео замер. Повисла тишина. Лео смотрел на него. — Что? я ничего не помню — он еле нашел в себе силы заговорить. — Тогда зачем извиняешься? — Потому что я вообще не должен был к тебе вчера приходить. И что бы вчера не произошло. Так нельзя. — Кому нельзя? Санвон встал. Подошёл ближе. Остановился в шаге от Лео. — А если мне плевать на эти правила? — спросил он тихо. — Если мне надоело быть просто доктором, который зашивает раны? Лео смотрел на него. Тяжело дыша.  — Ты не понимаешь, что говоришь. — Понимаю. Я три месяца живу в твоём доме, дышу твоим воздухом. Я знаю, какую книгу ты читаешь, какой кофе любишь, что ты злишься, когда у тебя заканчиваются сигареты. Я знаю тебя, Лео. Лучше, чем кто-либо в этом доме. — И что с того? — А то, что я больше не хочу притворяться, что ты мне безразличен. — Ты пожалеешь, — сказал он хрипло. —  Я не умею жалеть.  Это было ложью. Санвон умел жалеть. Он жалел о каждой минуте, проведённой в этом доме. О каждом дне, когда смотрел на Лео и думал о нём, и даже о том что сейчас скажет. Но он всё равно это сказал. — Я хочу, чтобы ты меня поцеловал. Лео замер. Санвону даже показалось, что тот сейчас развернётся и уйдёт. Но вместо этого он сделал шаг вперёд, и поцеловал. Санвон в свою очередь отчаянно вцепился руками в его рубашку, прижимая ближе.   — Санвон стой, ты уверен? — спросил он, глядя в глаза. — Я ни в чем не был так уверен, — честно ответил Санвон.  Лео улыбнулся, той самой искренней улыбкой от которой у Санвона подкашивались колени. Он подхватил Санвона на руки и опустил на кровать. Наклонился сверху, нависая. — Я не умею быть нежным, — предупредил он. — Я умею только брать. Если передумал говори сейчас. Санвон смотрел на него снизу вверх. На эти шрамы, на разбитую губу, которую сам зашивал прошлой ночью. На человека, которого должен был ненавидеть, но вместо этого…  — Я не передумал, — сказал он твёрдо. — Бери.

***

Утро наступило слишком быстро. Санвон открыл глаза и первым делом увидел чужое плечо рядом со своим. Лео спал на животе, уткнувшись лицом в подушку. Санвон лежал неподвижно, боясь пошевелиться. Тело ломило, Лео не соврал насчёт "умею только брать". Но это была приятная боль.  Он протянул руку и осторожно провёл пальцами по шрамам на спине Лео. Хотелось спросить, откуда каждый из них. Хотелось узнать всё. Лео пошевелился, повернул голову и открыл глаза. Секунду смотрел на Санвона мутным спросонья взглядом, потом осознал, кто перед ним и где он.  — Доброе утро, — тихо сказал Санвон. Лео сел на кровати, провёл рукой по лицу.  — Блять, — выдохнул он. — Что? — Я не должен был здесь оставаться. — Остался же.  — Это ошибка. Санвон почувствовал, как внутри что-то обрывается. Он сел, натянув одеяло на голое тело.  — То есть вчера было ошибкой? Лео повернулся к нему.  — Нет, — сказал он жёстко. — Вчера не было ошибкой. А сегодня... сегодня мне надо делать вид, что ничего не было. Потому что если шеф узнает, что я сплю с тобой он убьёт нас обоих. Сначала тебя, потом меня. Я понятно объясняю? Санвон смотрел на него и чувствовал, как внутри всё сжимается от боли. Он знал, что так будет. Знал, что Лео не сможет просто так взять и перестать быть тем, кто он есть. Но всё равно надеялся. — Понятно, — сказал он с обидой. — Значит, днём ты надзиратель, а ночью... — А ночью... — перебил Лео, приближаясь. — Ночью, если ты захочешь, я буду приходить. Если ты, конечно, сам не передумаешь. — А если передумаю? — Тогда сделаю вид, что ничего не было. Отвезу тебя в город, отпущу. Найду способ.  Санвон моргнул. — Ты серьёзно? — Никогда не был так серьёзен. В комнате было тихо. За окном светлело. А Санвон смотрел в глаза этого человека и понимал что не хочет терять. — Приходи, — сказал он тихо. — Ночью. Лео кивнул, быстро чмокнул его в губы и встал. Оделся за минуту и уже в дверях обернулся. — Санвон. — Что? — Я не умею говорить красиво. Но то, что было вчера я не считаю ошибкой. Встретились бы мы в другой ситуации, я бы до самой смерти был бы рядом. Прости, что каждый раз делаю больно.  И вышел. Санвон лёг обратно на подушку, которая всё ещё пахла Лео, и закрыл глаза. Обратной дороги не было. И он был этому рад.