Тень прошлого , свет будущего

Вэй Ин, сидящий в баре уже второй час, допил третью бутылку вина. Его состояние нельзя было назвать нормальным — он уже давно гнил изнутри. Парень, который обычно улыбается самой светлой улыбкой, скрывал за этой маской столько боли, что если бы друзья узнали о его настоящих эмоциях, то приняли бы это за шутку. Порезы на руках Вэй Ина уже несколько месяцев скрывали длинные чёрные рукава бесформенной толстовки. — Эй, парень, может, хватит уже? — голос бармена вырвал Вэй Ина из очередных мыслей о суициде. — Я… ещё выпью бутылочку, — не поднимая глаз от уже опустевшей бутылки, произнёс он. — Ещё бутылочку? Парень, это, конечно, не моё дело, но, по-моему, это уже перебор. На слова бармена Вэй Ину было наплевать. Он уже находился в состоянии где-то между жизнью и смертью, и играть счастливого, беззаботного парня с каждым днём становилось всё сложнее. Он понимал, что без помощи скоро просто сгниёт заживо от этого состояния. Но идти к психологу? Высказываться кому-то? Нет, для Вэй Ина это было чем-то запретным. — Ещё бутылку, и я пойду, — сказал он, на что бармен лишь тихо поставил перед ним вино. Выпив её за жалкие десять минут, Вэй Ин побрёл домой. Выйдя из бара, он обнаружил, что идёт дождь. Раньше он, наверное, прикрыл бы голову руками и с смехом побежал домой, но сейчас, не заботясь о последствиях, просто медленно шёл по пустым улицам, снова погружаясь в свои мысли. К приходу домой на нём не осталось ни одного сухого места. Сбросив кроссовки в прихожей, он, не включая свет, побрёл в ванную. Быстро приняв холодный душ, направился на кухню — что-то перекусить. Еда уже давно не имела для него вкуса. Будь то суп из семян лотоса или острое мясо — ничто больше не вызывало у него эмоций. Он ел, потому что так надо. Всё время, пока он ел безвкусную кашу, он смотрел в окно. «Как было бы просто сейчас просто сброситься с окна многоэтажки…» — эта мысль снова и снова звучала у него в голове. ........................ Утро началось с лёгкой боли в голове, свежие порезы на руках немного щипали. После пробуждения Вэй Ин ещё несколько минут лежал на кровати, просто смотря в потолок. Он механически поел и почистил зубы, спрятал порезанные руки и ноги под уже пропахшую выпивкой толстовкой и порванными джинсами и пошёл в школу. Проходя через пустые переулки где-то между гаражами, он сквозь музыку в наушниках услышал крики о помощи. Может, несколько лет назад Вэй Ин бы и побежал на помощь, но сейчас… Сейчас, как только он слышал крики, в голове всплывали обрывки прошлого. Тёмный переулок. Холодный асфальт, впивающийся в кожу. Чужие руки, слишком сильные, чтобы вырваться. Удар под рёбра, от которого перехватило дыхание. Смех. Грубые голоса. Пятнадцатилетний Вэй Ин тогда сорвал голос, зовя на помощь, но никто так и не пришёл. Иногда ему казалось, что тот вечер до сих пор въелся под кожу. В итоге Вэй Ин лишь сделал музыку в наушниках громче, желая побыстрее уйти с того места, чтобы не слышать тех криков. В школу он пришёл за пять минут до звонка. Перед входом в класс он натянул свою привычную «маску» и вошёл внутрь с лёгкой улыбкой и привычным безразличием на лице. В школе всё шло своим привычным ритмом. Цзян Чен, как обычно, ворчал на всех подряд и делал вид, будто ему совершенно нет дела до окружающих. Лань Ванцзи сидел за своей партой с книгой в руках, почти не обращая внимания на шум вокруг. А Вэй Ин, как всегда, оставался душой компании — по крайней мере, именно так это выглядело со стороны. Наступила большая перемена. Ученики шумной толпой рванули в столовую, стараясь занять очередь раньше остальных. Вэй Ин плёлся где-то позади класса, без особого энтузиазма делая шаг за шагом. Голоса вокруг сливались в один сплошной шум, от которого начинала болеть голова. Он машинально засунул руки в карманы толстовки и опустил взгляд в пол, надеясь просто спокойно пережить этот день. В столовой, как всегда, стоял шум и запах дешёвой еды. Ученики толкались в очередях, громко переговаривались и смеялись. Вэй Ин молча взял поднос и уже собирался пройти к свободному месту, как внезапно кто-то врезался в него плечом. — Ай!.. Чашка дёрнулась в чужих руках, и горячий чай пролился прямо на толстовку Вэй Ина. — Боже, прости! Я не специально! — растерянно выпалил Не Хуайсан, едва не выронив поднос. Вэй Ин вздрогнул сильнее, чем следовало бы. Горячая жидкость обожгла кожу, и на мгновение перед глазами будто вспыхнули чужие руки, грубые толчки и холодный асфальт. Сердце неприятно сжалось. Но уже через секунду он привычно улыбнулся — легко и беззаботно, словно ничего не произошло. — Всё нормально, Не-сюн, не переживай, — усмехнулся он, отставляя чашку. — Я всё равно давно хотел постирать эту толстовку.— Только пальцы, сжавшие край подноса, дрогнули слишком сильно для человека, у которого «всё нормально». Быстро доев обед и почти не чувствуя вкуса еды, Вэй Ин молча поднялся из-за стола. Шум столовой начинал давить на виски всё сильнее, поэтому он, не сказав никому ни слова, направился в сторону раздевалки. Во время большой перемены там обычно никого не было — все либо сидели в столовой, либо носились по коридорам. Именно поэтому Вэй Ин часто приходил сюда, когда хотел хоть ненадолго побыть в тишине. Старая дверь тихо скрипнула, когда он вошёл внутрь. В помещении было прохладно и почти темно; только тусклый свет из маленького окна падал на ряды металлических шкафчиков. Вэй Ин устало выдохнул и прислонился спиной к стене. Мокрая от чая ткань неприятно липла к коже, а голова после шума столовой казалась ещё тяжелее. На несколько секунд он просто закрыл глаза, наслаждаясь редкой тишиной, где никто ничего от него не ждал и не требовал привычной улыбки. Он подошёл к своему шкафчику и, открыв его, начал искать запасную одежду. Мокрая толстовка неприятно липла к телу, из-за чего раздражение только нарастало. Тяжело выдохнув, Вэй Ин стянул с себя испачканную ткань и уже потянулся за чистой кофтой, как дверь раздевалки тихо скрипнула. Он вздрогнул и резко обернулся. В помещение вошёл Лань Ванцзи. Как всегда спокойный, собранный и молчаливый. Но стоило ему поднять взгляд, как он сразу замер. Его глаза остановились на руках Вэй Ина. Тонкие полосы старых шрамов пересекались со свежими порезами, некоторые ещё были красноватыми, будто появились совсем недавно. На бледной коже они выглядели слишком заметно. На несколько секунд в раздевалке повисла тяжёлая тишина. Вэй Ин почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось. Почти инстинктивно он дёрнулся за толстовкой, пытаясь прикрыть руки, а на лице тут же появилась привычная лёгкая улыбка. — Ой… неловко получилось, — нервно усмехнулся он, будто это была какая-то мелочь. — Не смотри так, Лань Чжань. Это не то, о чём стоит переживать.— Но голос всё равно прозвучал чуть тише обычного. — Не стоит переживать? — голос Лань Ванцзи прозвучал холоднее обычного. По спине Вэй Ина тут же пробежали неприятные мурашки. Лань Ванцзи редко повышал голос или показывал эмоции настолько открыто, но сейчас в его взгляде читалось что-то тяжёлое — смесь раздражения, тревоги и едва сдерживаемого напряжения. Вэй Ин нервно усмехнулся и отвёл взгляд в сторону, делая вид, будто всё происходящее его совсем не касается. — Лань Чжань, ну чего ты так смотришь? — попытался пошутить он, натягивая на плечи сухую кофту. — Это просто царапины. Но даже для него самого эти слова прозвучали слишком фальшиво. Лань Ванцзи молчал ещё несколько секунд, не сводя взгляда с его рук. От этого молчания становилось только тяжелее. Вэй Ин почувствовал странное желание сбежать — как делал всегда, когда кто-то подходил слишком близко к тому, что он так долго пытался скрывать. Их тяжёлую тишину внезапно разрезал громкий звонок на урок. Вэй Ин заметно вздрогнул, будто только сейчас вспомнил, где находится. Он поспешно натянул худи, почти дёргаными движениями поправляя рукава так, чтобы ткань полностью скрывала руки. — Ну вот, спасены школьным звонком, — попытался привычно усмехнуться он, хотя улыбка вышла слишком натянутой. Лань Ванцзи ничего не ответил. Они молча вышли из раздевалки и направились по пустому коридору обратно в класс. Между ними повисло напряжённое молчание, давящее сильнее любого разговора. Лань Ванцзи больше не задавал вопросов. Ни одного. Но Вэй Ин всё равно замечал, как тот нервно сжимал руку так сильно, что костяшки пальцев побелели. И почему-то именно это молчание пугало куда сильнее любых слов. После окончания уроков школьные коридоры быстро заполнились шумом — кто-то спешил домой, кто-то обсуждал контрольную, а кто-то уже строил планы на вечер. Вэй Ин, как обычно, первым делом натянул на лицо лёгкую улыбку, перекинул рюкзак через плечо и, попрощавшись с несколькими одноклассниками, направился к выходу из школы. Он старался вести себя так, будто ничего не произошло. Будто в раздевалке не было того тяжёлого взгляда и напряжённой тишины. Но стоило ему выйти за школьные ворота и направиться к автобусной остановке, как он снова почувствовал его. Тяжёлый взгляд Лань Ванцзи буквально ощущался где-то между лопаток. Спокойный, молчаливый, но слишком внимательный. Вэй Ин только сильнее засунул руки в карманы толстовки и продолжил идти вперёд, делая вид, что совершенно ничего не замечает. Игнорировать было проще. Намного проще, чем однажды остановиться и позволить кому-то увидеть, насколь ко с ним на самом деле всё плохо.