Эта проклятая жажда выживания / Это проклятое желание выжить / 这该死的求生欲

Когда Цзян Ло открыл глаза, вокруг него плакали люди. Все они были одеты в чёрное и стояли к нему спиной. Цзян Ло пошевелился, оглядывая скорбящих, но едва он двинулся, рыдания резко оборвались, и все разом обернулись к нему. В их мрачных взглядах читалось недовольство: «Почему ты не плачешь?» Цзян Ло нашёл этот сон довольно забавным. Он улыбнулся, выдавил слезу и смахнул её пальцем, словно говоря: «Я плачу». Люди, смотревшие на него, отвели глаза, отвернулись и зарыдали снова. На улице было пасмурно, дул ветер и моросил дождь. Сырой воздух вливался в окна, клубился туман. Кто-то рядом произнёс: «Цзян Ло, ты ведь рад, что Чи Ю умер?» Цзян Ло повернул голову на голос, но прежде чем успел разглядеть говорившего, заметил свои неожиданно длинные чёрные волосы, скользнувшие по плечу. Тёмные блестящие пряди были мягкими и гладкими, как шёлк. Цзян Ло протянул руку, чтобы коснуться их, и увидел на тыльной стороне левой ладони маленькую родинку – красную, словно капля свежей крови. Злой голос над ухом продолжал: «Цзян Ло, ты язык проглотил?» Цзян Ло поднял голову и наконец разглядел говорившего. Перед ним стоял красивый молодой человек в дорогом костюме и фирменных кроссовках с пятизначным ценником. Он смотрел на Цзян Ло с такой яростью, будто готов был сожрать его живьём. Холодно усмехнувшись, он мрачно процедил: «Я знаю, что Чи Ю убил именно ты. Когда на седьмой день душа брата Чи вернётся в своё тело, я посмотрю, как ты станешь отпираться». Имя Чи Ю показалось Цзян Ло очень знакомым. Несколько дней назад он узнал о романе, который сняли с продажи из-за чрезмерной жестокости. Книга называлась «Злой дух». Любопытствуя, насколько страшным может быть подобное, Цзян Ло приложил немало усилий, чтобы раздобыть оригинальный текст, – и главного героя там звали Чи Ю. «Злой дух» – это история о том, как главный герой Чи Ю, убитый второстепенным персонажем, закаляет себя ради мести с помощью другого героя по имени Фэн Ли. Того самого второстепенного персонажа, убившего Чи Ю, как назло, звали Цзян Ло. После смерти Чи Ю превратился в злого духа и самыми жестокими методами замучил своего убийцу до состояния, худшего, чем смерть. В день, когда то пушечное мясо действительно испустило дух, его тело было разрублено на пять частей, и на нём не осталось живого места. Цзян Ло удивлённо вскинул брови. Он внезапно шагнул вперёд и наклонился почти вплотную к говорившему парню. В зрачках молодого человека отразилось лицо – одновременно знакомое и незнакомое самому Цзян Ло. Длинные до плеч волосы, гордые брови, черты красивые и непритязательные. Это лицо напоминало картину, написанную киноварью и каменно-зелёной краской, с резкими тушёвыми мазками – очень агрессивная красота. Оно почти не отличалось от лица самого Цзян Ло, разве что оригинал был более нежным и мягким, не таким ярким. У него не было таких длинных волос, не было той соблазнительной красной родинки на тыльной стороне левой руки, и он не убивал человека по имени Чи Ю. Цзян Ло сильно ущипнул себя – было больно. Ему потребовалось мгновение, чтобы осознать реальность: он не спит, а попал в роман. В роман, который изъяли из продажи за его жуткую жестокость… Сердце Цзян Ло замерло. «Ты что делаешь?» – человек, которого он использовал как зеркало, невольно покраснел и резко отступил на шаг. «Цзян Ло, хватит тянуть время. Если это правда, что не ты убил Чи Ю, тогда посмеешь подойти и зажечь для него благовония?» Перед ним был большой просторный зал, по обе стороны гроба стояли белые хризантемы и белые лилии. Живые цветы, покрытые каплями дождя, делали сцену похорон романтичной и красивой – как свадьба. У гроба рыдали родственники покойного, вытирая слёзы платками, их лица были притворно-печальными. Заунывная музыка взлетала к потолку, тяжёлой горою наваливаясь на людей. Молодой человек вызывающе бросил: «Иди, Цзян Ло». Цзян Ло вспомнил имя этого человека – его одноклассник Лу Юй, – поэтому осторожно спросил: «Лу Юй, почему ты думаешь, что это я убил Чи Ю?» Лу Юй дважды усмехнулся и сказал шёпотом: «Думаешь, если другие не знают, то и я не знаю? Цзян Ло, вы с братом Чи повздорили несколько дней назад, и ты был единственным, кто оказался на месте происшествия. Как по-твоему, это нормально – что брат Чи был здоровёхонек и вдруг ни с того ни с сего умер? Не пытайся меня обвести вокруг пальца только потому, что у тебя симпатичная мордашка, я на это дерьмо не куплюсь». При жизни Чи Ю был мягким и добрым, и большинство пришедших на похороны испытывали к нему тёплые чувства. Хотя Лу Юй говорил зло, он намеренно понизил голос – несомненно, ради блага Цзян Ло, – так что было ясно: он хороший человек с мягким сердцем. Мягкое сердце означало, что его легко обмануть… Цзян Ло со всей искренностью произнёс: «Это действительно не я убил Чи Ю». Его глаза были настолько честными, насколько это вообще возможно, но прежний хозяин тела обычно вёл себя настолько отвратительно, что Лу Юй фальшиво рассмеялся и подтолкнул его к гробу. Цзян Ло беспомощно направился вперёд. Гроб был открыт наполовину; лицо лежавшего внутри молодого человека было спокойным – казалось, он не умер, а просто уснул. У Чи Ю были длинные брови, почти доходившие до висков, а под ними – закрытые глаза с длинными завивающимися ресницами, похожие на тёмный густой лес. Высокий нос с лёгкой горбинкой, бесспорно красивое лицо. Особенно выделялись бледные губы и безжизненный, мёртвый оттенок кожи, который придавал ему странную, болезненную красоту. Но чем дольше всматриваешься в это лицо, тем сильнее растёт чувство неправильности. Предательство и человеконенавистничество проступают в этих чертах, а мягкая, безмятежная улыбка в уголках губ становится фальшивой и режущей глаз, придавая трупу безумие и искажённость. Как и было написано в романе: «лицемерный и внушающий ужас». Чи Ю был достоин того, чтобы стать любимым персонажем Цзян Ло. Цзян Ло с недоверием уставился на тело Чи Ю. Он вспомнил, что когда читал книгу несколько дней назад, Чи Ю ему понравился, и он нашёл время написать отзыв на три тысячи слов и выложил его на форуме, расхваливая, какой Чи Ю безжалостный и лицемерный. Однако едва его длинная рецензия была опубликована, как на него набросились читатели. «Смеюсь над твоей задницей, ты вообще до конца дочитал? Как можно называть Чи Ю лицемерным?» «У ученика начальной школы есть время на три тысячи слов? Иди лучше уроки делай!» «Ах, как жаль моего бедного сына! Как он несчастен! Да, после смерти его характер стал жестоким, но это потому, что его убили. Такие перемены – вина тех негодяев, как можно винить Чи Ю?» «Мне кажется, это у самого писаки явное лицемерие и коварство, верно?» Тогда Цзян Ло было очень странно. То, что он с первого взгляда видел ясно, было тем, что люди в книге одурачены Чи Ю, – но как могли читатели этого не замечать? Какой же Чи Ю нежный и добрый? Нежный и добрый? Одна мысль об этом заставляла Цзян Ло громко расхохотаться. Но сейчас он не смеялся, потому что прямо перед ним лежал мёртвый Чи Ю, а за спиной собралась толпа, уставившаяся на него. И, кроме того, надвигался кризис – Чи Ю должен был превратиться в злого духа и убить его. Он попал сюда не вовремя. Если бы это случилось раньше, возможно, смерти удалось бы избежать. Но изменить ничего было нельзя, и у Цзян Ло не оставалось времени на размышления. Он мог лишь изо всех сил пытаться придумать, как избежать ужасной участи пушечного мяса. Было ли это лишь его иллюзией, но Цзян Ло почувствовал, что вокруг гроба становится всё холоднее. «Возможно», – подумал он. Возможно, Чи Ю уже превратился в злого духа и находится в этом зале. Вероятно, он сам себя накручивал, но атмосфера вокруг внезапно стала жуткой и тревожной. Цзян Ло действительно нравился характер Чи Ю, но только если он не будет тем, кому Чи Ю намерен мстить. Он не хотел умирать. Цзян Ло – ландшафтный дизайнер, и до попадания в роман работал над муниципальным проектом. Из-за занятости он не дочитал «Злого духа» до конца, но прекрасно понимал характер Чи Ю. Чи Ю – безумец, жестокий и неумолимый к тем, кто ему безразличен, и пощады не знает. Если он не хочет погибнуть от рук Чи Ю, он должен заставить Чи Ю заинтересоваться собой. Нет, нельзя полагаться на одного этого безумца. Цзян Ло должен также очистить свою репутацию. Сейчас он не способен себя защитить – так пусть его защищают те, кто способен. Он должен перетянуть людей на свою сторону, и даже если Чи Ю явится его убивать, они встанут на защиту. Это самый надёжный способ. Чи Ю в романе нуждался в помощи другого главного героя, чтобы отомстить, – значит, мёртвые не могут тягаться с живыми. А чтобы привлечь живых, нужно время, которого у Цзян Ло сейчас как раз не хватало. Чем опаснее становилась ситуация, тем спокойнее работал мозг Цзян Ло, однако внезапно его бросило в дрожь. Холод пронзил плоть до самых костей, чувство опасности захлестнуло его, предупреждая: что-то ужасно неправильно. Казалось, что-то приближается к Цзян Ло, уже менее чем в двух шагах. Инстинкт выживания достиг предела, и Цзян Ло упал на колени – словно его толкнули. От сильного удара глаза мгновенно покраснели, и слёзы, как жемчужины, покатились по красивому лицу. Голос Цзян Ло звучал слегка хрипло: «Чи Ю, почему ты оставил меня?» Среди общего шума действия Цзян Ло не привлекли особого внимания. «Чи Ю…» – Цзян Ло опустил голову и закрыл лицо руками, голос его приглушился: «Пожалуйста, не умирай…» Лу Юй, наблюдавший за происходящим, нахмурился: почему это Цзян Ло плачет? Голос Цзян Ло был очень тихим, слова разобрать не удавалось. Лу Юй невольно удивился. Позади него стоял красивый юноша, державший плюшевого кролика, и спросил: «Лу Юй, почему это Цзян Ло плачет?» Это был их одноклассник Е Сюнь – красивый мальчик, которого, казалось, не интересовало ничто, кроме сплетен. Лу Юй поднёс палец к губам, шикнул на него и шепнул: «Тише, пойдём подслушаем». Цзян Ло заметил их приближение. Он подавил всхлип: «Разве ты не говорил, что я тебе нравлюсь? Почему же ты бросил меня сейчас? Я жалею, что отверг твоё признание, Чи Ю, только теперь я понял, что тоже люблю тебя». Рыдания Цзян Ло звучали трогательно и искренне. Холодный воздух вокруг, казалось, слегка застыл. Лу Юй и Е Сюнь тоже замерли на месте от шока. «Пожалуйста, не уходи, – всхлипывал Цзян Ло. – Я не верю, что ты умер. Я найду твоего убийцу и найду способ тебя спасти… Я сделаю всё, чтобы ты вернулся ко мне». Он говорил очень тихо, Лу Юй и Е Сюнь смутно разобрали лишь первые несколько фраз. Увидев, что Цзян Ло закончил плакать, они поспешно отступили. Цзян Ло медленно поднялся и, опустив голову, посмотрел на Чи Ю в гробу. В «Злом духе» не объяснялось, как именно пушечное мясо убил Чи Ю, но после того, как Чи Ю превратился в злого духа, он не походил на обычного призрака. У других злых духов души целы, а душа Чи Ю оказалась расколота на несколько частей. Она была изуродована – будто у человека не было ни конечностей, ни головы, ни ушей, ни языка, ни носа. Неполноценные души нельзя призвать, чтобы они поведали о том, что у них на сердце. Из-за этого обида Чи Ю овладела им, его суровая призрачная аура привлекла Фэн Ли – небесного мастера. И с помощью Фэн Ли Чи Ю смог осуществить месть своим обидчикам. Цзян Ло появился в неудачный момент, но, к счастью, до часа расплаты ещё оставалось время. Теперь он рассчитывал на то, что мёртвые не говорят, а его душу нельзя призвать, чтобы выяснить, кто убийца, – и хотел использовать это, чтобы очистить своё имя. Если бы он просто сказал, что влюблён в Чи Ю, это не обязательно заинтересовало бы Чи Ю, но он сказал, что это Чи Ю влюблён в него… Это уж точно привлечёт внимание даже злого духа. И что ещё важнее: Чи Ю тайно влюблён в него. Если люди убедятся в этой причине, то даже когда Чи Ю явится его убивать, в глазах наблюдателей это будет не местью, а желанием воссоединиться с любимым. Таким образом, люди станут защищать невинного Цзян Ло, а он хотя бы выиграет время, чтобы стать сильнее. А вот Лу Юй и Е Сюнь были совершенно ошарашены. Они переглянулись, и Лу Юй недоверчиво пробормотал: «Е Сюнь, как думаешь, он нас разыгрывает?» Е Сюнь равнодушно заметил: «Какой смысл его разыгрывать? Он нас даже не заметил». Подумав, он добавил: «Цзян Ло глупый и наглый, ему повезло, что он не засмеялся на похоронах в голос. Думаешь, он стал бы специально так сильно плакать?» Лу Юй яростно потёр лицо: «Но как ты думаешь, это возможно? Брат Чи признавался Цзян Ло в любви?» – он протянул руку, указывая на Цзян Ло, и недоверчиво спросил: «Думаешь, брату Чи мог понравиться такой, как он…» Взглянув на лицо Цзян Ло, ставшее после слёз ещё прекраснее, Лу Юй подавился словами и молча погрозил пальцем: «…Когда это случилось?» Е Сюнь ответил: «Он только что сказал, что отверг признание Чи Ю… Лу Юй, когда именно поссорились Цзян Ло и Чи Ю?» «Около месяца назад, – Лу Юй поверил словам Цзян Ло. Он решил обдумать детали. – Неудивительно, что весь этот месяц Цзян Ло без конца поливал брата Чи грязью – наверное, потому что брат Чи ему признался, а Цзян Ло со стыда и злости бесился. Теперь, когда брат Чи умер, он пожалел и понял, что на самом деле ему нравится Чи Ю… Чушь собачья, что за мыльная опера…» В самом слове «мыльная опера» Лу Юй уже растрогался до слёз. Он фыркнул, вытер глаза и сказал: «Е Сюнь, это слишком жестоко». Лу Юй был из тех, кто плачет над глупыми мелодрамами про кумиров. Е Сюнь не удивился его реакции, зато заинтересовался сплетней о Цзян Ло и Чи Ю: «Ещё он сказал, что хочет найти убийцу и вернуть Чи Ю». Лу Юй пришёл в ужас: «Он собирается вызвать его душу?» Пока они разговаривали, Цзян Ло уже прошёл сквозь толпу и подошёл к Лу Юю с Е Сюнем. Лу Юй и Е Сюнь посмотрели на него сложными взглядами, даже не думая, что Цзян Ло мог притворяться. Притворяться? Зачем? Какой в этом смысл? Никому бы не пришло в голову, что Цзян Ло станет врать о том, что можно узнать, вызвав дух Чи Ю и спросив его напрямую. Лу Юй не удержался и спросил: «Цзян Ло, ты тоже собрался вызывать душу?» Цзян Ло медленно кивнул: «Я хочу вызвать душу». Лу Юй и Е Сюнь переглянулись. Сам факт, что он осмелился вызывать душу, доказывает: он не виновен, и слова его – не ложь. Лу Юй не был близко знаком с Чи Ю – вернее, никто из пришедших на похороны не был с ним близок. Чи Ю, безусловно, был добрым и приветливым, но никого не подпускал слишком близко. Лу Юй скорее боготворил и восхищался Чи Ю. Узнав, что Цзян Ло не убийца, а возможно, тот, кто нравился Чи Ю, он неожиданно смягчился по отношению к Цзян Ло. Однако он только что грубо обошёлся с Цзян Ло, и теперь ему было неловко. Лу Юй угрюмо пробормотал: «Значит, убийца действительно не ты… Извини, я ошибся. Не волнуйся, мы узнаем, кто убийца, когда наступит седьмой день брата Чи». Цзян Ло поблагодарил его со слезами на глазах. Про себя же он подумал: «Мне очень жаль, но душу твоего брата Чи на седьмой день не вызвать». Цзян Ло в последний раз оглянулся на гроб и сказал: «Разве мы не собирались разобраться с отелем 129? Идёмте». Все трое – студенты первого курса факультета естественных и гуманитарных наук университета Байхуа. Эта специальность была создана исключительно для метафизиков, обычные люди о её существовании не знали. На факультете был лишь один курс, и всего на нём училось восемь человек. На этот раз они смогли покинуть университет только потому, что собирались решить выданную задачу для набора баллов и просто выкроили время, чтобы отдать дань уважения Чи Ю. Цзян Ло с нетерпением ждал мистических событий этого мира. Ощущение срочности не отпускало его, заставляя желать стать сильнее как можно быстрее: «Раньше я слишком ленился в развитии, довольствовался малым. Теперь я хочу отомстить за Чи Ю и понял, что то немногое, что у меня есть, – это просто ничто…» Он нашёл оправдание для перемены в своём поведении: «Я хочу стать сильнее, чтобы отомстить за Чи Ю. Начну с отеля 129. Я прощаюсь со своим старым "я"». Лу Юй восхищался такой смелостью. Он похлопал Цзян Ло по плечу: «Молодец, брат, так и надо!» Е Сюнь погладил своего кролика за уши и посмотрел на Цзян Ло взглядом отца, встречающего блудного сына: «Перемениться никогда не поздно». Цзян Ло невесело улыбнулся: «Да, надеюсь, что ещё не поздно». Они втроём меланхолично постояли немного и тихо вышли из толпы. Когда они направились к выходу, пожилой мужчина с большим животом вдруг протянул руку к Цзян Ло и дотронулся до него. Лу Юй заслонил собой Цзян Ло и подозрительно спросил: «Ты что творишь?» Толстый старик был невысоким, мутного вида, с похотливым взглядом бегающих глаз: «Я ничего не делал». Цзян Ло стоял за Лу Юем, прищурившись. Е Сюнь держал своего плюшевого кролика, как вдруг опустил взгляд, поднёс кролика к уху и сказал: «Что? Ты говоришь, что сухожилия этого человека не связаны с костями, а вены не управляют плотью? У него ""призрачно-беспокойный"" взгляд, и он скоро умрёт?» Толстяк зашипел: «Что за чушь ты несёшь!» Он хотел выругаться, но, встретившись с глазами Е Сюня, не посмел больше сказать ни слова. Глаза Е Сюня были настолько тёмными, что почти не отражали света – на миг старика бросило в дрожь. Его охватило предчувствие, что тот человек сказал правду и опасность действительно близка. Лу Юй выругался, потянул Цзян Ло за собой, а Е Сюнь неторопливо последовал за ними, медленно говоря: «О, Сяофань, значит, ты ошибся насчёт него? У этого человека просто чёрный туман вокруг корней, его будут преследовать беды и несчастья, ах». Старик облегчённо вздохнул, а когда пришёл в себя, обнаружил, что ноги у него трясутся. Когда они вышли за дверь, Цзян Ло сказал: «Е Сюнь, я не ожидал, что ты так заступишься за меня». Е Сюнь медленно ответил: «Не благодари. Но если захочешь рассказать историю о том, что между тобой и Чи Ю было, я с удовольствием послушаю». Глаза Лу Юя загорелись, и он повернул голову к Цзян Ло. Цзян Ло на мгновение задумался, накручивая на палец свои чёрные волосы, быстро собрал воедино сюжеты из разных дорам и романов и принялся действовать. Он поднял голову к пасмурному небу, вздохнул, и в его глазах отразилась щемящая сложность: «Это долгая история». «Чи Ю… на самом деле глубоко в меня влюблён».