Эта проклятая жажда выживания / Это проклятое желание выжить / 这该死的求生欲

Лу Юю невероятно повезло – он вытянул карту «хозяина». Хотя на сердце у Цзян Ло и было немного тяжело, в его голове созрел гораздо лучший план. Он больше не стал их останавливать, но притворился крайне недовольным тем, что какой-то простолюдин вытянул такую хорошую карту, и сказал: «Почему карта «хозяина» вообще лежит в ящике для простых людей?» Официант ничуть не удивился его поведению и спокойно ответил: «Гость, пожалуйста, поймите, результат лотереи не зависит от наших прогнозов». Цзян Ло фыркнул и отошёл в сторону, скрестив руки на груди: «Тогда я постою здесь и посмотрю, какие ещё карты они смогут вытянуть». Хотя Лу Юй и остальные пришли вместе, они разбились на пары и делали вид, что не знакомы друг с другом. Они быстро закончили тянуть карты, и, как и ожидал Цзян Ло, за исключением Лу Юя, все остальные вытянули карты «рабов». Цзян Ло злорадно усмехнулся и сказал: «Ха! И не более того!» Он сделал вид, что потерял интерес, повернулся и уже собирался вернуться в бальный зал. Но перед уходом он, казалось, о чём-то подумал, остановился, повернулся к официанту и спросил: «А что, если я и другой хозяин одновременно захотим одного и того же раба?» «Это, естественно, зависит от переговоров между этими двумя хозяевами, – сказал официант. – У нас здесь нет ничего строго запрещённого, так что вы можете делать всё что угодно. Мы не будем вмешиваться». Официант снова спросил: «Вы не будете тянуть карту повторно?» Цзян Ло спросил: «Если меня не устроит повторный результат, я могу тянуть снова и снова?» Официант покачал головой: «К сожалению, даже для вас есть только один дополнительный шанс». «Тогда не надо, – бесцеремонно сказал Цзян Ло. – Лучше я поищу свою потерянную карту». Официант улыбнулся и сказал: «Тогда желаю вам удачи». Несколько человек разошлись по залу двумя волнами. Вскоре восемь человек собрались в неприметном уголке. Вэнь Жэньлянь тихо спросил: «Ты потерял свою карту?» Цзян Ло покачал головой: «Я вытянул карту «раба». Потеря карты была для меня всего лишь предлогом для повторной лотереи. Этот план провалился, но у меня и не было особой надежды на успех. Изначально были второй и третий планы. Так получилось, что Гэ Чжу вытянул карту «хозяина». Я мог бы объединиться с ним, как «хозяин» и «раб», но, как вы понимаете, другой «хозяин» может забрать себе даже занятого «раба», так что этот план невыполним». При такой серьёзной ситуации остальные не могли не выказать некоторого сожаления. Но Цзян Ло внезапно рассмеялся: «Изначально у нас была только одна карта «хозяина» – у Гэ Чжу, и я ничего не мог сделать. Но теперь, когда у нас есть две такие карты, появляется гораздо больше возможностей для манёвра». В его глазах вспыхнул огонёк, и он устремил хитрый взгляд на Лу Юя: «Прежде всего, нужно, чтобы все узнали, что простой человек вытянул такую карту». --- Напитки были мягкими, фигуры в танцевальном зале кружились, морской бриз снаружи был холодным, но внутри было тепло, как весной. Аромат женских духов переплетался с табачным дымом. В многолюдной толпе богатые ходили по залу, чокались бокалами, оценивая каждого взглядом охотника, смотрящего на добычу. Но тут в толпе внезапно поднялось волнение. Богатые подняли глаза: «Что там случилось?» Официант с подносом сказал: «Один богатый человек присмотрел себе простолюдина, но этот простолюдин сказал, что он не раб». «Простолюдин, который не раб? Интересно». Богатые с любопытством окружили место переполоха. В середине толпы богатый человек в серебряной маске и с большой золотой цепью на шее сказал грубым голосом: «Ты сказал, что ты не раб? Тогда достань свою карту и покажи её мне!» Лу Юй изо всех сил старался выполнить просьбу Цзян Ло – привлечь всеобщее внимание. Он с грохотом швырнул на пол бокал с вином, который держал в руке, и уставился на Гэ Чжу с преувеличенно свирепым выражением: «Ты думаешь, я лгу?!» Гэ Чжу вздрогнул от звука разбившегося бокала. К счастью, на нём была маска, и он настоял на том, чтобы произнести свою реплику: «Поторопись, я хочу посмотреть твою карту! Или ты боишься её показать?» Лу Юй с несчастным видом сказал: «Почему я должен показывать тебе карту?» Богатый мужчина с пивным животом, наблюдавший за происходящим, решил, что этот раб лжёт. Он усмехнулся и сказал вслух: «Посмотри на стену. Первое правило здесь гласит, что ты не можешь отказать другим в просьбе посмотреть твою карту». Лицо Лу Юя изменилось. Как раз в тот момент, когда другие подумали, что он признается во лжи, этот простолюдин неохотно вытащил свою карту и сунул её прямо в лицо Гэ Чжу: «Смотри, смотри! Я же сказал, что у меня карта «хозяина»!» Он воспользовался моментом и дал возможность всем, кто наблюдал за происходящим, тоже ясно увидеть карту в своей руке. Боясь, что другие не увидят, Лу Юй даже поднял её повыше и помахал в разные стороны. Богатые ясно увидели карту «хозяина» в его руке. Им вдруг стало неинтересно, и они разошлись. Всё ещё слышался многоголосый шёпот. «Оказывается, эти жалкие бедняки действительно могут получить карту «хозяина». Как вообще планировался этот «танец»?» «Глядя на этого бедняка, меня тошнит. В нашей группе «хозяев» намешано такое крысиное дерьмо!» Гэ Чжу и Лу Юй благополучно выбрались из толпы и молча вернулись к Цзян Ло. Лу Юй и Цзян Ло обменялись картами, и Цзян Ло прошептал: «Берегите себя. Гэ Чжу отдаст свою карту «хозяина» тому, кто в ней нуждается. В глазах посторонних вы двое уже «хозяева», и они больше не будут вас провоцировать. Вы также можете взять под защиту двух человек в качестве рабов, и на данный момент часть из нас в безопасности. Будьте осторожны, когда будете действовать дальше. Что касается остальных, действуйте по плану и сотрудничайте со мной». Цзян Ло тихо скользнул в толпу танцевальной вечеринки. --- Он поправил одежду и с романтической улыбкой направился к дамам, собравшимся поболтать. «Прекрасные дамы, добрый вечер, – Цзян Ло слегка приподнял голову, его длинные чёрные волосы изящно спадали на плечи. – Могу ли я присоединиться к вам?» Несколько дам несколько раз оглядели его с ног до головы, переглянулись и захихикали: «Конечно, можете». Цзян Ло подозвал официанта и лично вручил бокалы с вином трём дамам, сказав с улыбкой: «О чём говорят прекрасные дамы?» Черноволосый молодой человек выглядел как достойный джентльмен. Что более завораживало, чем его неизвестное состояние, так это его манеры и внешность. Даже если его лицо было наполовину скрыто маской, эти прекрасные глаза и улыбающиеся губы всё равно были полны очарования. «Мы говорили о красоте, – не удержалась от ответа одна из рыжеволосых дам. – Мы говорим о том, что когда-то кожа была более гладкой и упругой». Цзян Ло удивлённо сказал: «Разве вы сейчас не молоды?» Три дамы прикрыли губы и снова захихикали. Рыжеволосая леди не смогла сдержать улыбку от комплимента. Она коснулась своего лица, чтобы подавить тщеславие, и скромно сказала: «Вы преувеличиваете. Разве мы сели на этот корабль не для того, чтобы стать моложе? Если бы нам действительно было по восемнадцать-двадцать лет, нам не пришлось бы сюда приезжать». Цзян Ло прищурился и продолжил беседу на эту тему. «Я не знаю, действительно ли кровавый угорь так хорош, как о нём говорят, – обеспокоенно сказала другая дама. – Но посмотрите на жену семьи Сюэ – она стала выглядеть на целых двадцать лет моложе. Когда я ходила с ней на массаж, рыхлый жир на её теле вообще исчез, она словно полностью переродилась». «И её муж сильно изменился. Как же им можно позавидовать… Я говорила мужу, что хочу помолодеть на двадцать лет, а он только посмеялся надо мной. Ну и посмотрим, разве он сейчас не садится на корабль?» «Эти вонючие мужики поднялись на борт не ради красоты. В их глазах, если есть деньги, разве не будет бесчисленного множества красавиц?» «Ох, я думаю, слухи о том, что кровавый угорь может увеличить продолжительность жизни, даже более возмутительны, чем слухи о том, что он может дать красоту». Кровавый угорь может увеличить продолжительность жизни и дать красоту? Цзян Ло был задумчив, но, получив эту информацию, он не ушёл, а продолжил беседу и познакомился со многими богатыми людьми в масках. Вскоре свет в бальном зале внезапно погас. Через три секунды загорелся мягкий свет на сцене, и в центре сцены появился официант с микрофоном и тёплой улыбкой. «Представление «хозяин и раб» начинается!» С шумом над головой официанта разлетелись конфетти, и цветная бумага затрепетала по всему залу. Толпа под сценой восторженно зааплодировала, и Цзян Ло услышал, как богатый человек рядом с ним взволнованно сказал: «Наконец-то я дождался начала этого представления!» У официанта был высокий голос, полный эмоций и искренности: «В этом представлении есть только одно правило – «хозяин» должен обеспечить безопасность «раба». Всё остальное на сцене полностью контролируется «хозяином», у которого есть карта «короны»! Итак, есть ли какая-нибудь пара «хозяин-раб», желающая первой появиться на нашей сцене?» Куан Чжэн, стоявший в толпе, заслонил собой Вэнь Жэньляня и Чжо Чжунцю, опасаясь, что люди с картами «хозяев» выберут их в качестве своих собственных рабов. Вэнь Жэньлянь беспомощно сказал: «Куан Чжэн…» Куан Чжэн опустил голову, и Вэнь Жэньлянь искренне посмотрел на него: «Ты в большей опасности, чем мы». Куан Чжэн: «?» Вэнь Жэньлянь похлопал его по мышцам и многозначительно сказал: «Ты не представляешь, сколько людей захотят вытащить такого мускулистого парня, как ты, на сцену в качестве «раба» для тренировок». Лицо Куан Чжэна побледнело, и Чжо Чжунцю сказала: «Вэнь Жэньлянь, твои мысли действительно опасны». Но, к счастью, прежде чем они кому-то приглянулись, первый «хозяин» уже вывел своего «раба» на сцену. Внешность этой пары «хозяина» и «раба» была очень разной. «Хозяин» – жирный старик, похожий на свинью, а «рабыня» – молодая женщина с беспокойным выражением лица. Официант подошёл к «хозяину», пошептался с ним и кивнул. Затем кто-то со стороны передал богатому «хозяину» собачью цепь. Официант отступил со сцены. Богатый «хозяин» прокашлялся перед микрофоном. Он сделал важный вид, заложив руки за спину, и его живот почти касался стойки микрофона. «В прошлом у меня была сука, но эта сука укусила меня, и её отправили на кухню, и она стала моим обедом, – сказал он, демонстрируя свои большие жёлтые зубы. – Сегодня я здесь, чтобы показать вам суку, которая не умеет кусаться. Драма между хозяином и собакой». Он посмотрел на молодую женщину, которая дрожала, с отвратительной улыбкой на лице: «Подойди сюда, встань на колени и надень цепь». Молодая женщина, дрожа, опустилась на колени и надела собачью цепь себе на шею. Богач дёрнул цепь и дважды рассмеялся. Как будто перед ним была настоящая собака, он протянул руку и сказал: «Лижи руку хозяина». Молодая женщина сделала это со слезами на глазах. Богач дважды провёл её по сцене, время от времени ругаясь: «Поторопись!» Чжо Чжунцю и другие были очень злы. Они уже собирались устроить неприятности в соответствии с планом, когда увидели, что муж молодой женщины под сценой уже дрожит от гнева, и в следующую секунду он бросился на сцену: «Не прикасайся к ней!» Официант остановил её мужа: «Извините, вы не можете прерывать сцену представления». Гражданские, наблюдавшие за этой сценой, вздрогнули и внезапно очнулись от пьяной эйфории. Они смотрели на униженную молодую женщину на сцене и не могли сдержать дрожь. Сейчас эта женщина – «рабыня», а следующими могут стать они сами? Они были и робкими, и злыми, но всё равно не осмеливались бросить вызов богатым. Простые люди молча наблюдали за этой сценой, и никто не осмеливался высказаться. Какое-то время слышался только рев мужа: «Как вы смеете! Отпустите её!» Богатый мужчина на сцене смеялся над мужем в зале и ещё сильнее пинал молодую женщину. Среди гражданских кто-то набрался смелости и крикнул: «Почему большинство богатых – «хозяева», а большинство из нас – «рабы»?» Лу Юй, прятавшийся в толпе, понизил голос и тоже крикнул: «Да, почему так!» После того как всё больше людей проявили инициативу, шепот среди гражданских становился всё громче и громче, а голоса – всё более возбуждёнными. Богатому человеку на сцене, казалось, дали пощёчину при всём народе, выражение его лица стало ещё более мрачным. Цзян Ло услышал, как мужчина рядом с ним растерянно прошептал: «Мы всё ещё нуждаемся в этих бедных людях в будущем. Если мы поторопимся, что нам потом делать?» Другой тоже был немного неуверен, но всё же сказал презрительно: «Как они смеют спорить с нами?!» Цзян Ло холодно скривил губы и вышел вперёд, в самый центр толпы. Богач на сцене дышал всё тяжелее, его окончательно разозлили протесты бедняков. Будучи первым «хозяином» и «рабом», выступившим на сцене, он страдал от недовольства простых людей, что было действительно неловко. Богатый мужчина мрачно посмотрел на молодую женщину. Та почувствовала опасность и в страхе отступила, но увидела, что богач ухмыльнулся и уже занёс руку для удара. В этот момент внезапно раздался чей-то спокойный голос: «Мистер Уилтон, вы можете остановиться». Богатый человек посмотрел вниз и увидел черноволосого молодого человека в чёрной маске, который с интересом смотрел на него. Он явно был в зале, но, казалось, относился к нему снисходительно и презрительно: «Ваше выступление такое скучное…»