Покажи мне свои шрамы

И вот настал тот самый долгожданный день — первый концерт в Лужниках. Официальное начало на билетах было заявлено на 19:30, но Егор ещё накануне предусмотрительно предупредил Владу: «Малыш, приезжайте к восьми. Раньше точно не начнём — стадион огромный, запуск затянется, люди просто не успеют зайти. Нечего вам мариноваться». Влада прекрасно понимала, как устроены такие масштабные шоу, поэтому спешить они не стали. Вместо этого дома развернулся настоящий салон красоты. Алина привязалась к старшей сестре с умоляющими глазами: — Сис, ну пожалуйста, накрась меня! И укладочку какую-нибудь сделай, ну ты же умеешь! Я хочу быть просто конфеткой сегодня. Влада спорить не стала. Под весёлую музыку она сначала увлечённо возилась с мелкой: выравнивала ей тон, аккуратно подчёркивала глаза и укладывала волосы в стильные лёгкие локоны. Алина то и дело крутилась перед зеркалом, пища от восторга. Когда с мелкой было покончено, Влада наконец выдохнула и села краситься сама. С волосами она решила сильно не мудрить — просто оставила идеально ровными и распущенными. Макияж сделала выразительный, но не перегруженный: идеальные стрелки, сияющий тон и лёгкий акцент на губах — так, чтобы в полумраке стадиона выглядеть эффектно. А на вешалке рядом уже ждал своего часа тщательно подобранный лук, в котором она собиралась зажигать на концерте Егора. Пока Влада аккуратно наносила фиксирующую прозрачную пудру, Алина крутилась рядом, перебирая свои побрякушки, и вдруг спросила: — Слушай, Влад, а мы где вообще сидеть будем? В ложе со всеми этими приглашёнными блогерами и селебами, или как? Влада на секунду отвлеклась от зеркала и пожала плечами: — Да фиг знает, если честно. Когда он нас приглашал, мы ещё не были в отношениях, так что, скорее всего, да — со всеми блогерами в общей VIP-зоне. Алина тут же оживилась, её глаза загорелись: — Ооо! Слушай, если там будет кто-то, кого ты знаешь лично… ты можешь попросить, чтобы я с ними сфоткалась? Ну пожааалуйста! Там же сто процентов куча крутых ребят будет. Влада вздохнула и снисходительно улыбнулась, глядя на сестру через зеркало: — Алин, ну мы вообще-то пришли на концерт отдыхать и кайфовать под музыку, а не устраивать фотоохоту на звёзд. Давай без этого фанатизма. — Ну сис, ну пожалуйста! — запричитала мелкая, сложив руки в умоляющем жесте. — Ну хотя бы с теми, с кем ты реально хорошо общаешься! Вдруг там твои знакомые будут, тебе же не сложно? Влада закончила с пудрой, убрала её в косметичку и, повернувшись к ней, сдалась: — Ладно, посмотрим по ситуации. Обещать ничего не буду, но если кто-то из близких знакомых попадётся — ладно, познакомлю. А сейчас давай одеваться, время уже поджимает, машина скоро приедет. Алина первая выскочила в коридор, полностью готовая к выходу. На ней был максимально трендовый подростковый лук в стиле оверсайз: широкие, свободные джинсы на модной низкой посадке, объёмная футболка с крутым принтом и небрежно завязанное на плечах худи. Из неё буквально так и веяло этим расслабленным, дерзким молодёжным вайбом. Она уже вовсю пританцовывала у зеркала, предвкушая, как ворвётся на стадион. В этот момент на телефон Влады пришло уведомление  от водителя Егора — он уже подъехал и ждет. Влада сделала последний штрих перед зеркалом и тоже вышла в прихожую. Влада вышла в прихожую, и Алина даже присвистнула от восхищения — образ сестры получился невероятно стильным, дерзким и одновременно безумно сексуальным. На Владе были широкие, свободные светло-голубые джинсы-трубы с мягкими эстетичными потертостями на коленях и бедрах. Они свободно сидели на бёдрах, создавая тот самый расслабленный стритстайл-эффект,а под джинсами скрывался бандаж на колене,которое Влада решила надеть в качестве подстраховки.Главной изюминкой лука стал белоснежный облегающий топ-корсет с глубоким фигурным вырезом, который идеально подчеркивал её декольте, тонкую талию и изящные ключицы. Сверху Влада накинула оверсайз-рубашку из плотной джинсы в тон брюкам. Она оставила её полностью расстегнутой, небрежно спустив одно плечо вниз, что придавало образу легкую, манящую небрежность. Обута она была в удобные светлые кроссовки на массивной подошве — идеальный выбор, чтобы выстоять и оттанцевать весь концерт. Минимум лишних деталей, только чистый стиль. Ровные, блестящие волосы мягко рассыпались по плечам, идеально дополняя этот дерзкий, притягательный образ. Машина с водителем Егора уверенно миновала главные КПП и заехала на территорию Лужников через специальный закрытый въезд. Здесь не было ни безумных толп фанатов, ни очередей — только тихий, охраняемый служебный въезд , предназначенный исключительно для артиста и его команды и приглашенных гостей. У самого VIP-входа девчонок уже ждал Стас — близкий друг Егора, с которым Влада тоже уже была отлично знакома. Заметив её, Стас широко улыбнулся и шагнул навстречу. — Влада, привет! — он крепко и тепло обнял её. — Рад видеть.  — Привет, Стас! — улыбнулась Влада, отстраняясь. — Познакомься, это моя младшая сестричка Алина. Алин, это Стас. Алина, которая ещё в машине слегка робела от масштаба происходящего, вежливо улыбнулась и кивнула. Стас тут же протянул ей руку: — Очень приятно, Алина. Ну что, девчонки, погнали? Проведу вас. На входе им тут же застегнули на запястьях специальные VIP-браслеты и выдали интерактивные светящиеся устройства, которые во время шоу синхронизируются с музыкой. Пока они шли по длинным, запутанным коридорам стадиона, у Влады внутри всё сильнее разгоралось волнение. На душе было трепетно, и больше всего на свете ей сейчас хотелось хотя бы на одну короткую минутку увидеть Егора. Просто обнять его перед выходом, заглянуть в глаза и пожелать разнести эти Лужники в щепки. Время до начала ещё оставалось, и Влада, решившись, тихонько спросила у шагающего рядом друга: — Стас, слушай… А к Егору сейчас вообще реально на секунду заглянуть? Просто поздороваться и удачи пожелать, или у него там совсем завал? —Давай сейчас поднимемся на балкон,я уточню и если что проведу тебя к нему. — Да, давай, спасибо огромное, — с благодарностью кивнула она. Они поднялись на лифте и вышли к дверям нужной VIP-ложи. Когда Стас приоткрыл дверь, Влада ожидала увидеть там привычную шумную тусовку: блогеров, тиктокеров, кучу знакомых по стримам лиц, которые обычно снимают всё подряд в сторис. Но, переступив порог, она на секунду замерла от удивления. Ложа была полупустой, и атмосфера здесь царила совершенно иная — статусная, приватная и очень уютная. Чуть дальше у панорамного окна стояли Валерия с Иосифом Пригожиным, о чём-то негромко беседуя, а в центре ложи Влада сразу узнала родителей Егора — Николая Борисовича и Марину Петровну. Никакого «сброда» из интернета здесь не было и в помине. Влада почувствовала, как по телу разлилось удивительное, щемящее тепло, а на губах появилась счастливая улыбка. Егор не стал отправлять её в общую блогерскую ложу, где тусовались сотни приглашённых ради хайпа людей. Он определил её сюда — в самый закрытый, семейный круг, рядом с теми, кто был ему по-настоящему дорог и близок. Это было красноречивее любых громких слов. Стас оставил девчонок, извинившись, что ему нужно на минуту отлучиться. Как только он отошёл, Влада слегка наклонилась к сестре и тихо, но строго зашептала: — Алин, послушай меня. Во время концерта ведёшь себя максимально прилично, ладно? Не нужно дико орать, прыгать у всех на головах и вести себя как безумная фанатка. Ты посмотри вокруг — тут не блогеры из ТикТока, тут уважаемые, солидные люди, которых Егор  пригласил лично. Алина, которая и сама уже успела оценить контингент ложи, согласно закивала, округлив глаза: — Да я вижу, сис…там же вон его родители стоят, да? — Ну да, они, — тихо подтвердила Влада, бросив короткий взгляд в сторону Николая Борисовича и Марины Петровны. — Ого! А ты с ними уже знакома? — тут же с любопытством зашептала мелкая. — Ну, как сказать… Мы пересеклись на дне рождения Егора, — Влада поправила сползающую с плеча джинсовую рубашку. — Он нас тогда просто друг другу представил, когда я стояла с ним фоткалась, а они рядом были. Но мы тогда вообще ни о каких отношениях не говорили, чисто вежливо поздоровались и всё. Никто ничего не афишировал. Алина удивлённо вскинула брови: — Ну блин, а почему он тебя до сих пор нормально с ними не познакомил именно как свою девушку? — Алин, ну потому что сколько мы с ним в отношениях? Всего ничего по сути, совсем мало времени прошло. Для официального знакомства с родителями точно ещё рано, всему своё время. В этот момент со спины бесшумно подошёл Стас. Он легонько коснулся плеча Влады и заговорщически подмигнул: — Ну что, пошли. Он тебя ждёт. У Влады аж дыхание перехватило от волнения. Она быстро повернулась к сестре: — Алиночка, посиди здесь, пожалуйста, никуда не уходи. Я сейчас быстро приду. Алина послушно кивнула, а Влада, поймав на себе тёплый, приветливый взгляд Марины Петровны, вежливо кивнула ей в ответ. После этого они со Стасом стремительно пошли обратно — опять через кучу длинных, запутанных, непонятных коридоров служебной зоны стадиона. Вокруг стоял нереальный гул, доносившийся со стороны трибун. Они завернули за угол, и Влада замерла. Навстречу ей по коридору уверенным, широким шагом шёл Егор. Он уже был полностью собран, одет в свой эффектный сценический лук, невероятно красивый и сосредоточенный. Позади него шла толпилась команда танцоров,и некоторые кидали взгляды в сторону идущего Егора и девушки,которую они видели в мае месяце на кастинге в шоу Егора. Но стоило Егору увидеть Владу, как всё его напряжение мгновенно испарилось. Он расплылся в своей фирменной, безумно тёплой улыбке и прибавил шаг, направляясь прямо к ней. Влада смотрела на него, и её сердце забилось где-то в районе горла. Особый магнетизм этому образу придавал его новый цвет волос. Когда она впервые увидела, что он покрасился в тотал-блонд, у неё, конечно, был лёгкий шок. Впрочем, Егор ведь не первый раз в жизни кардинально меняет имидж, и Влада прекрасно помнила его старые фотографии блондином, так что в обморок она не упала. Было просто неожиданно, потому что он не предупредил её заранее, а показал уже по факту. Но сейчас, видя этот холодный, идеальный блонд вживую, при профессиональном свете, Влада готова была признать — этот цвет чертовски сильно ему шёл. Он делал его образ ещё более дерзким, дорогим и, чего греха таить, невероятно возбуждающим. Егор подошёл вплотную, игнорируя всю окружающую их суету и десятки пар глаз. Егор подошел вплотную, окутывая её шлейфом своего парфюма и той бешеной, уверенной энергетикой, от которой у Влады всегда подкашивались ноги. Вся толпа менеджеров, музыкантов и танцоров вокруг будто перестала существовать — он смотрел только на неё. Он крепко притянул её к себе за талию, собственническим жестом вжимая в свое тело, и коротко, но безумно горячо чмокнул в губы. Оторвавшись, Егор окинул её фигуру медленным, оценивающим взглядом сверху вниз, и его глаза потемнели от вспыхнувшего желания. — Ну я когда-нибудь, честно говорю, запрещу тебе такие вещи надевать, — хрипло произнес он, качая головой. Егор медленно провел подушечками пальцев по глубокому вырезу на её топе. Шнуровка шла от самой горловины до самого низа, дразняще очерчивая идеальный контур груди, который был прекрасно виден в этот разрез. Тонкая белая ткань топа плотно облегала тело, и сквозь неё, как обычно, отчетливо и дерзко торчали соски — Влада обожала этот приём, но Егор сейчас готов был просто взвыть. — Ей-богу, малыш, ну это же чистая провокация, — добавил он, нехотя убирая руку.—Ты у меня такая красивая… Просто с ума меня сводишь. Влада вспыхнула, чувствуя, как по телу побежали приятные мурашки от его слов. Она тихонько рассмеялась и снова крепко обняла его за шею, утыкаясь носом в его плечо. — Егор, ну что ты такое говоришь перед самым выходом? — прошептала она, а потом отстранилась и заглянула в его сияющие глаза. — Всё, собирайся с мыслями. Удачи тебе сегодня! Я знаю, верю, что ты просто разъебёшь всех на этом стадионе. Ты у меня самый лучший. Понял? Егор довольно ухмыльнулся, его взгляд на секунду задержался на её губах, и он уверенно кивнул: — Понял. Егор уже собирался развернуться к ждущей его команде, но вдруг притормозил, на секунду нахмурился и снова посмотрел на Владу, слегка сжав её плечи. В его глазах промелькнуло какое-то смутное беспокойство. — Малыш, и ещё кое-что… — тихо, но очень серьёзно произнёс он. — Что бы ты сегодня на сцене ни увидела, какие бы сцены там ни были… помни, это всего лишь элементы шоу. Пожалуйста, только спокойно, ладно? Без лишних мыслей. Влада от таких слов даже растерялась. Она удивлённо вскинула брови, чувствуя, как внутри конусом поднялось мгновенное напряжение. — В смысле? — она заглянула ему в глаза, пытаясь прочесть, что он скрывает. — Егор, мне что, уже надо начинать переживать? Что там за элементы такие? — Ни в коем случае, — тут же мягко, но уверенно перебил её Егор, притянув к себе и целуя в висок. — Переживать точно не надо. Просто я хочу, чтобы ты знала это заранее. Помни: это просто работа, просто картинка для стадиона. Что бы там ни происходило на сцене — мне нужна только ты. Одна ты, и всё. Поняла? Влада сглотнула и медленно кивнула, хотя внутри у неё всё равно заскребли маленькие кошки любопытства и лёгкой ревности. — Поняла… — ответила она. — Постараюсь держать себя в руках. — Вот и умница. Всё, беги к Алине, — Егор ободряюще улыбнулся ей на прощание, развернулся и громко скомандовал заждавшейся толпе. Влада развернулась и быстрым шагом направилась обратно по коридорам к VIP-ложе, а в голове у неё набатом стучали его слова. Ей безумно хотелось узнать, какой же сюрприз он приготовил для этого концерта. Стадион буквально содрогался от рёва десятков тысяч голосов — концерт уже был в самом разгаре. Влада стояла у самого края VIP-ложи, крепко сжимая в руке бокал, и просто не могла отвести глаз от сцены. Её интерактивный браслет на запястье горел ярким неоновым светом, сливаясь в единое светящееся море с трибунами Лужников. Атмосфера была просто бешеной, заряженной чистым адреналином. Влада, как и вся огромная толпа, находилась в полнейшем шоке от масштаба происходящего. Прямо на сцене возвышался огромный, невероятно детализированный готический замок. Потрясающая игра света, взрывы пиротехники и оживающие на гигантских экранах мрачные, кинематографичные видеоряды создавали ощущение, что они все разом перенеслись в какую-то другую реальность. Егор звал её на репетиции и предлагал посмотреть наброски концепта ещё на студии, но Влада сознательно, до последнего отказывалась. Она знала только то, что шоу будет выдержано в средневековом стиле. Ей искренне хотелось прочувствовать эти эмоции «вслепую» — увидеть всё своими глазами впервые именно здесь, на самом концерте, растворившись в толпе как обычный зритель. И сейчас, глядя на сцену, она в очередной раз поражалась его гениальности. Влада слишком хорошо знала, какой Егор перфекционист, как он любит выдрачивать каждую деталь, каждый пиксель на экране, каждую долю секунды в свете и звуке до абсолютного, звенящего идеала. Сколько бессонных ночей его команда провела на этой площадке — и вот он, результат. Это было не просто музыкальное шоу, это было настоящее искусство. Забыв про все свои недавние тревожные мысли, Влада просто кайфовала. Она то и дело доставала телефон, чтобы снять крутые видосы для личного архива — то, как красиво свет падает на сцену, или как эпично Егор работает с залом. Рядом вовсю прыгала счастливая Алина, которая отбросила всю свою подростковую напускную скромность и срывала голос. Девчонки то и дело переглядывались, смеялись и в один голос подпевали любимым трекам, наизусть зная каждую строчку. Егор на сцене двигался с невероятной уверенностью, полностью властвуя над стадионом. Влада смотрела на своего блондина, на то, как тысячи людей качают руками под его треки, и внутри неё росла дикая, всеобъемлющая гордость за этого мужчину. Но в какой-то момент вся эта всеобъемлющая гордость в один миг сменилась обжигающей, дикой ревностью. Когда на огромных экранах стадиона крупным планом показали начало следующего номера, у Влады внутри всё просто заледенело. На сцену вышла Лера. Вот теперь Влада до конца поняла его слова в коридоре. Егор предупреждал именно об этом. То, как они взаимодействовали на сцене во время исполнения трека, выходило далеко за рамки обычного выступления. Между ними летали искры, каждый взгляд, каждое прикосновение казались слишком интимными. А когда по сюжету номера Егор поцеловал Леру  прямо на глазах у многотысячного стадиона — Владе показалось, что ей в грудь со всего размаху вонзили нож. Ревность била изнутри кричащей, удушающей волной. Экран телефона в её руке задрожал. Алина, заметив, как резко изменилось лицо сестры, тут же притихла. Она подошла ближе, крепко обняла Владу за талию, заглядывая ей в глаза, и тихо спросила: — Сис... Ревнуешь? Влада с трудом сглотнула вставший в горле комок, неотрывно смотря на сцену, и глухо выдохнула: — Ещё как ревную, малая. Ещё как... Чуть позади них стоял Стас. Он, конечно, тактично молчал и никак не комментировал происходящее, но Влада боковым зрением видела, как внимательно он наблюдает за её реакцией. Влада изо всех сил пыталась держать себя в руках, судорожно расправляя плечи и стараясь, чтобы внешне её раздражение и обида не были заметны окружающим. Но внутренне её просто съедало заживо. Если бы на месте Леры была любая другая танцовщица, Влада бы перешагнула через себя, заставила бы свой мозг включить логику и успокоилась: «Ну, это часть шоу, это просто работа». Но, блядь, это была Лера! Девушка, с которой у неё был громкий конфликт. Они ведь когда-то были лучшими подругами, делились всем сокровенным, а потом со скандалом поссорились — и, по сути, как раз из-за Егора. И видеть её сейчас настолько близко к нему, в объятиях её мужчины, было невыносимо. Влада прекрасно понимала, что этот кошмар на сегодня не закончится. Завтра весь интернет, все паблики и соцсети будут забиты нарезками этого поцелуя. Видео разлетятся миллионными охватами, и в сети снова с новой силой поднимется эта бесконечная волна шипперинга Егора и Леры. Фанаты будут пищать от восторга, монтировать романтичные видео под грустную музыку и писать, что они идеальная пара. И как же чертовски неприятно и больно было смотреть на это сейчас, когда ты стоишь в VIP-ложе и точно знаешь: этот мужчина принадлежит тебе, он твой, но весь мир упорно шипперит его с твоей бывшей подругой. Конечно, после этого номера настроение у Влады заметно просело. Осадок остался противный, липкий, и петь с прежним восторгом уже не хотелось. Она стояла, механически покачивая бокалом, в котором вино уже давно нагрелось, и пыталась как-то абстрагироваться от всего происходящего на сцене. Влада и сама до конца не понимала свою реакцию. С одной стороны, разум твердил: «Это бизнес, это Лужники, шоу такого масштаба требуют драмы и хайпа». С другой стороны, чисто по-женски ей было чертовски неприятно, обидно и даже как-то колко внутри. Ей хотелось просто зарыться пальцами в волосы и заставить себя не думать о том, как красиво они смотрелись на экранах. Но концерт не стоял на месте. Световые пушки сменили фокус, замок на сцене заиграл новыми красками, и на стадион один за другим стали выходить приглашённые артисты. Загремели мощные совместные фиты, от которых трибуны буквально ходили ходуном. Алина то и дело тормошила сестру за руку, утягивая её обратно в атмосферу праздника, и постепенно этот безумный драйв многотысячной толпы начал затягивать Владу обратно. Музыка лечила. Басы вибрировали прямо в грудной клетке, выбивая из головы остатки глупых мыслей. В какой-то момент Влада мысленно дала себе хорошую пощёчину: «Так, стоп. Я пришла сюда поддерживать своего мужчину и кайфовать, а не киснуть в углу и портить вечер себе и Алине». Она сделала глубокий вдох, окончательно отпуская обиду, и убрала телефон в сумочку. И её отпустило. По-настоящему. Влада снова поймала ритм, обняла подскочившую Алину, и девчонки принялись танцевать с новой силой. До самого конца концерта Влада больше не возвращалась к плохим мыслям — она кричала строчки любимых песен, прыгала, смеялась вместе с сестрой и просто растворялась в этом невероятном, историческом моменте. Шоу действительно было легендарным, и она была его частью.  Когда отгремели последние аккорды финальной песни и стадион начал медленно пустеть, Стас повёл Владу с Алиной обратно за кулисы. Пробираясь через служебные коридоры, девчонки сразу погрузились в атмосферу закулисной суматохи. Завернув в просторный холл возле гримёрок, Влада увидела Егора. Он стоял в самом центре огромной толпы: вокруг него полукругом выстроились уставшие, но довольные танцоры, рядом что-то эмоционально обсуждала его менеджер Маша, бегали операторы и организаторы. И, конечно же, прямо рядом с Егором стояла Лера, активно участвуя в обсуждении каких-то деталей прошедшего концерта. Внутри у Влады снова неприятно кольнуло, но она заставила себя сохранить абсолютно спокойное лицо. Когда Егор закончил говорить напутственные слова своей команде, все начали расходиться переодеваться. Он тут же обернулся, заметил Владу и, тепло улыбнувшись, сразу же направился к ней. Подойдя, он по-хозяйски приобнял её за талию, притягивая ближе. — Ну что, девчонки, как вам? — спросил он, переводя взгляд с Влады на Алину. — Егор, познакомься, это моя сестра Алина, — представила её Влада. Алина, несмотря на то что внутри неё явно бушевал ураган эмоций, держала себя в руках. Она не пищала, не бросалась на шею как сумасшедшая фанатка, а просто очарованно улыбнулась и искренне произнесла: — Очень приятно, Егор! Слушай, ты просто невероятно крутой. Концерт — это вообще какой-то космос! Я до сих пор под впечатлением от замка и всей этой картинки. И звук, и свет… Честно, я уже жду не дождусь завтрашнего дня, чтобы прийти на второй концерт и снова так же кайфануть! Егор довольно рассмеялся, польщённый такой чистой реакцией, и приобнял Алину за плечо: — Спасибо большое, Алина! Безумно приятно слышать. Ради таких эмоций мы всё это и строили. Рад, что тебе зашло! Сделав сестре комплимент, Егор снова перевёл взгляд на Владу. От его внимательных глаз не укрылось её слегка изменившееся выражение лица и затаившаяся в глубине глаз грустинка. Он слишком хорошо понимал, с чем именно это связано — сцена с Лерой не могла пройти бесследно. Егор покрепче прижал Владу к себе, нежно целуя её в висок, и негромко, так, чтобы слышала только она, произнёс: — Мы с тобой дома обо всём спокойно поговорим, хорошо? Пожалуйста, малыш, только не нужно себе ничего лишнего выдумывать в своей милой, хорошей головушке. Договорились? Влада лишь тихо вздохнула и едва заметно кивнула. Тут Алина, улучив момент, несмело обратилась к нему: — Егор… а можно, пожалуйста, сделать с тобой фотографию? Прямо мечта моя! — Да, конечно, без проблем!  Влада взяла телефон сестры и сделала несколько классных, живых кадров, где Алина светилась от счастья рядом с сияющим блондином Егором. Мелкая сразу же уткнулась в экран, восторженно рассматривая снимки. Влада перевела взгляд на уставшее лицо парня и тихо спросила: — Ты как? Куда сейчас — домой? Егор виновато улыбнулся и ласково погладил её по плечу: — Малыш, вы поезжайте  домой сами. Нам тут нужно ещё остаться, разобрать кое-какие технические моменты по первому дню, перенастроить пару сцен к завтрашнему шоу... В общем, работы часа на три точно. Услышав это, Влада опять подрасстроилась. Ей так хотелось провести этот вечер вдвоём, обсудить всё, обнять его нормального, домашнего, а не делить со всей этой огромной толпой. Но она лишь понимающе улыбнулась и кивнула. Что поделать… Ей придётся привыкать к тому, что её молодой человек — сам Егор Крид, главный артист страны, у которого сейчас самый пик работы, и его время расписано по минутам.

***

Второй день концерта в Лужниках пролетал на одном дыхании. К этому вечеру Влада уже вовсю жила атмосферой грандиозного шоу. Сегодня они с Егором перед выступлением не виделись. В последний раз они пересекались вчера в той самой гримёрке, когда он, уставший, но счастливый, отправил её с Алиной домой на своей машине, а сам остался разгребать технические моменты. Погода во второй день решила покапризничать — синоптики ещё с утра передавали затяжной дождь. Поэтому девчонки оделись гораздо практичнее и теплее. Никаких корсетов на шнуровке: Влада выбрала удобные джинсы, простую базовую футболку, а сверху накинула огромную, безумно уютную чёрную зипку Егора, которую она уже давненько у него «приватизировала» и таскала при каждом удобном случае. Несмотря на дождь, стадион снова был забит под завязку. Девчонки кайфовали, срывали голоса под знакомые треки и танцевали. В этот раз Влада чувствовала себя намного спокойнее. Буря вчерашних эмоций улеглась, и на сцены взаимодействия Егора с Лерой она реагировала уже философски. Влада понимала, что это действительно качественная работа, отрепетированное до секунды шоу, а её мужчина после всех этих аплодисментов всё равно вернётся к ней. Когда концерт подошёл к концу и  стадион взорвался финальными овациями, Влада почувствовала приятную усталость в теле. Почти сразу на телефон пришло сообщение от Егора: «Малыш, выезжайте домой. Я сейчас быстро в душ, переоденусь, закрою пару вопросов с оргами и сразу к тебе. Безумно соскучился» В квартире было тихо и уютно. Сонная Алина, у которой после двух дней безумных танцев буквально подкашивались ноги, сразу ушла в душ, сонно пробормотала: «Сис, я спать, я труп» — и скрылась в своей комнате. Влада же спать не спешила. Ей очень хотелось дождаться Егора. Она налила себе бокал белого вина, зажгла неяркий свет на кухне и устроилась на диване. Время тянулось медленно, усталость после двух эмоциональных дней брала своё. Влада и сама не заметила, как под тихий шум дождя за окном её глаза стали слипаться, и она провалилась в лёгкую, чуткую дрёму. Тихий, но настойчивый виброзвонок телефона заставил её вздрогнуть. Влада сонно провела пальцем по экрану: — Да, Егор?.. — Малыш, открывай, я уже на этаже, поднимаюсь на лифте, — раздался в трубке его уставший, но такой родной и тёплый голос. Влада мгновенно стряхнула с себя остатки сна, поднялась с дивана и пошла в прихожую. Как только за дверью послышались шаги, она повернула замки. На пороге стоял Егор — безумно уставший, с легкой щетиной, растрепанными после душа светлыми волосами, в простом спортивном костюме, но с невероятно нежным взглядом. Он сразу прижал её к себе, глубоко вдыхая запах её волос. — Привет, моя хорошая, — тихо прошептал он ей в макушку. Влада не успела даже ответить — Егор перехватил инициативу с той самой уверенностью мужчины, который точно знает, чего хочет, и не привык откладывать это ни на секунду. Он мягко, но властно развернул её к себе спиной, прижимая лопатками к своей груди, и начал подталкивать по коридору в сторону спальни. Его губы тут же нашли чувствительную кожу на её шее. Он целовал её горячо, собственнически, оставляя влажные следы от мочки уха до самого плеча, заставляя Владу сладко зажмуриться и шумно выдохнуть. Одной рукой он намертво зафиксировал её талию, а ладонь другой скользнула под просторную футболку , очерчивая изгиб бедра и поднимаясь выше, к тёплой коже живота. Егор буквально горел изнутри. Весь этот месяц безумных подготовок, сумасшедшего стресса, бессонных ночей и, наконец, два дня грандиозных концертов на стадионе оставили после себя невероятный, звенящий заряд адреналина. И сейчас этот накопившийся дикий задор требовал выхода. Ему жизненно необходимо было сбросить это напряжение, раствориться в своей любимой девочке, почувствовать её тепло и доказать — и себе, и ей, — что никакие декорации, фанаты и шоу не сравнятся с тем, что происходит между ними наедине. Они буквально ввалились в полумрак спальни. Егор мягко толкнул Владу на кровать, тут же нависая сверху и не давая ей опомниться. Он поймал её губы в глубоком, изголодавшемся поцелуе. Влада запустила пальцы в его мягкие светлые волосы, отвечая с той же накопившейся за эти дни жаждой. — Егор... — выдохнула она прямо ему в губы, когда он на секунду отстранился, чтобы стянуть с себя мешающую толстовку. — Тсс... малыш, ничего не говори, — хрипло прошептал он, его глаза в темноте горели темным, первобытным желанием. Его руки быстро избавили Владу от огромной тонкой футболке, которая тут же полетела на пол. Егор двигался напористо, но с той потрясающей чуткостью, от которой у неё кружилась голова. Каждый его поцелуй становился всё горячее, спускаясь от ключиц к груди, заставляя её выгибаться навстречу его ласкам. Когда они наконец избавились от остатков одежды, адреналин окончательно взял своё. Это был безумный, невероятно страстный и чувственный секс, где не нужно было притворяться или держать лицо. Егор брал её уверенно, глубоко, полностью подчиняя себе её движения, а Влада до боли сжимала пальцами его крепкие плечи, тихо стоня ему в шею и растворяясь в каждом толчке. Вспышки удовольствия затапливали сознание, и в этой темноте, под шёпот дождя за окном, они действительно улетели куда-то в космос, оставляя весь остальной мир далеко позади. Каждый его толчок становился глубже и мощнее, а дыхание — тяжелее. Егор переплёл свои пальцы с её пальцами, прижимая её ладони к подушке, и опустился к самому её уху. Его хриплый, прерывистый шёпот обжигал кожу, проникая в самую подкорку сознания вместе со вспышками нереального удовольствия. — Запомни, малыш… — выдохнул он, резко и глубоко вколачиваясь в её податливое тело, отчего Влада судорожно всхлипнула. — Я только твой. Слышишь меня? Только твой. А ты — только моя. Он на секунду замер внутри неё, заставляя её томиться в ожидании, и заглянул прямо в глаза, в которых отражался полумрак комнаты. Его взгляд был тёмным, отчаянным и безумно честным. — Мне никто не нужен, кроме тебя, — Егор снова возобновил этот сумасшедший, рваный темп, буквально запечатывая каждое своё слово действием, вбивая эту истину в её сознание. — Всё, что ты видела на концерте… это просто картинка. Просто шоу. Слышишь? У меня к ней нет ничего. Никаких эмоций, никакого интереса. Вообще ноль. Влада до боли прикусила губу, выгибаясь навстречу его мощным, уверенным движениям. Горячие слёзы удовольствия и накопленного за эти дни напряжения подступили к глазам. Он делал это не просто ради секса — он буквально заставлял её прочувствовать свою правоту, растворяя её ревность и страхи в этой безумной, чистой страсти. Он хотел, чтобы она верила ему безоговорочно, чтобы каждая клеточка её тела знала: он принадлежит ей одной. — Доверяй мне, маленькая моя… — хрипел Егор, ускоряясь и доводя их обоих до критической точки. — Только мне. Не думай ни о ком.  Влада судорожно вцепилась пальцами в его влажную от пота спину, полностью сдаваясь этой лавине чувств. Слова Егора окончательно выжгли внутри неё все остатки глупой обиды, оставляя только эту звенящую, острую, космическую близость, которая через мгновение накрыла их обоих мощной, оглушительной волной финала. Когда всё стихло, в комнате воцарилась блаженная, звенящая тишина, нарушаемая только их прерывистым дыханием и стуком капель по стеклу. Егор тяжело опустился рядом, перекатился на бок и сразу же притянул Владу к себе, укрывая их обоих одеялом до самого подбородка. Она уткнулась лицом в его тёплую, влажную грудь, слушая, как бешено стучит его сердце, постепенно замедляя свой ход. Они лежали так несколько минут, просто наслаждаясь этой близостью. Егор лениво перебирал пальцами её растрёпанные волосы, а потом в тишине раздался его тихий, довольный смешок. — Слушай, малыш, — он чуть отстранился, заглядывая ей в лицо, и на его губах заиграла хитроватая ухмылка. — Вот скажи мне честно… ревновала меня к Лере? Сильно накрыло? Влада от такого вопроса аж замерла на секунду. Вся её напускная философская выдержка, которую она пыталась демонстрировать весь сегодняшний вечер, вмиг испарилась. Она резко приподнялась на локте, возмущённо посмотрела на него сверху вниз и эмоционально выпалила: — Егор, ты издеваешься надо мной?! Да я там чуть с ума не сошла в этой ложе! У меня внутри просто всё горело и взрывалось, когда я этот ваш… ваш «перформанс» на экранах увидела! Она обиженно надула губы и отвернулась, уставившись в стену, хотя её щёки всё ещё горели от возмущения: — Ещё спрашивает он… Конечно, ревновала! Будто ты сам не понимаешь, как это со стороны выглядит, тем более зная всю нашу с ней историю.  Егор молча выслушал этот эмоциональный взрыв, а в его глазах загорелись такие тёплые, искренние огоньки. Он тихо рассмеялся, поймал её за талию и с лёгкостью перетянул обратно на себя, укладывая её грудью на свой торс. — Иди сюда, — ласково прошептал он, целуя её в кончик носа. — Да мне просто хочется удалить все соцсети к чёртовой матери, понимаешь?! — Влада упёрлась ладонями в его грудь, заглядывая в его глаза с нескрываемой досадой. — Я просто как представлю, что в ближайшие недели все паблики, ТТ и рилсы будут забиты только видосами,где вы с ней. Фанаты уже строчат теории, монтируют эти дурацкие романтичные нарезки… Меня просто наизнанку выворачивает от мысли, что я буду натыкаться на это на каждом шагу! Егор терпеливо выслушал её, не перебивая, только ласково поглаживал её по спине, успокаивая этот эмоциональный порыв. Когда она наконец выдохнула, он поймал её подбородок пальцами, заставляя посмотреть на себя, и мягко, со всей серьёзностью сказал: — Малыш, ну ты же взрослая девочка, сама всё прекрасно понимаешь. Это работа. Это масштабное стадионное шоу. Посмотри на актёров в кино: они в фильмах и целуются взасос, и постельные сцены играют, а со съёмочной площадки разъезжаются по домам, где их ждут жёны, мужья и дети. И никто никого не ревнует к экрану, потому что это просто профессия. Он притянул её ближе, коснувшись губами её лба. — Моя реальная жизнь — это не то, что происходит на сцене под софитами. Моя реальная жизнь — это то, что происходит здесь, в этой комнате, когда я возвращаюсь со стадиона уставший в хлам, обнимаю тебя и засыпаю. Соцсети пошумят и переключатся на что-то другое, а мы с тобой останемся. Так что выдыхай, маленькая моя. Всё хорошо.