Часть 1
25 мая 2026 г., 11:58
В квартире было тихо настолько, что слышно было, как за окном шуршат шины по мокрому асфальту. Шейн лежал поперек дивана, завернувшись в плед почти с головой, и наблюдал за Ильей поверх кружки с давно остывшим чаем. Тот стоял у книжного шкафа, скользя пальцами по корешкам книг с таким сосредоточенным видом, будто выбирал что-то жизненно важное.
— Если ты снова возьмешь Достоевского, я уйду спать, — предупредил Шейн.
— Нет, не уйдешь.
— Уйду.
Илья достал книгу и обернулся, и тихо усмехнулся. Это всегда действовало на Шейна одинаково. Он мог весь день быть шумным, язвительным, болтливым, спорить по пустякам, дурачиться, закидывать Илью мемами и мешать ему работать каждые пять минут. Но стоило вечеру наступить, стоило Илье взять книгу и сесть рядом — и внутри у Шейна становилось удивительно спокойно. Как будто мир наконец затихал.
Илья сел рядом с ним на диван, поджав под себя одну ногу, и раскрыл книгу.
— Что читаем? — спросил Шейн.
— Чехов.
— О. То есть сегодня никто трагично не умрет?
— Не обещаю.
Шейн придвинулся ближе сразу, не задумываясь, устроив голову у него на плече. От Ильи пахло кофе, бумагой и его привычным парфюмом — чем-то теплым, древесным. Илья начал читать. Спокойно, негромко, без театральности. Именно это Шейну и нравилось больше всего. Не «актерское» чтение, а то, как Илья будто проживал текст. Делал короткие паузы. Чуть менял интонацию на диалогах. Иногда едва заметно улыбался каким-то фразам. Русская классика в его исполнении звучала удивительно уютно. Хоть Шейн и понимал лишь половину из русских слов. Но ему нравилось слушать Илью. Шейн слушал сначала внимательно Потом начал смотреть уже не на книгу, а на самого Илью.
На его руки. На длинные пальцы, удерживающие страницы. На чуть растрепанные волосы, падающие на лоб. На то, как шевелятся его губы, когда он читает.
— Ты опять не слушаешь, — заметил Илья, не поднимая глаз.
— Слушаю.
— Тогда о чем речь?
Шейн выдержал паузу. — О том, что ты очень красивый.
Илья наконец посмотрел на него. Этот взгляд всегда был для Шейна чем-то опасным — спокойный, внимательный, слишком теплый.
— Я уверен, Чехов такое не писал.
— Чехов бы согласился.
Илья закрыл книгу пальцем между страниц.
— Иди сюда.
— Я и так здесь.
— Ближе.
Шейн улыбнулся и тут же почти улегся на него целиком. Илья обнял его одной рукой совершенно привычным движением, будто они сидели так уже тысячу вечеров подряд. Может, так и было.
— Тебе правда нравится? — тихо спросил Илья спустя пару секунд.
— Что?
— Когда я читаю.
Шейн поднял голову.
— Очень.
Илья смотрел немного смущенно — едва заметно, но Шейн слишком хорошо его знал.
— Почему?
Шейн задумался. — Потому что ты становишься… мягче, спокойнее.
— Я мягкий и спокойный всегда, — возмутился Илья, чуть посмеиваясь, не переставая обнимать Шейна.
— Ты вчера угрожал техподдержке.
— Они заслужили.
Шейн рассмеялся, уткнувшись носом ему в шею.
— Нет, правда. Ты в такие моменты совсем другой. Спокойный. Домашний.
Илья несколько секунд молчал, а потом тихо поцеловал его в висок. Так нежно, что Шейна внутри привычно все перевернулось.
— Только тебе это показываю, — сказал Илья.
— Я знаю.
Он сказал это без шуток. Просто потому что знал. Илья снова открыл книгу, но читать не начал — вместо этого провел пальцами по волосам Шейна, медленно перебирая пряди.
— Если ты снова уснешь через пять минут, я обижусь. — Не обидется. Просто накроет пледом, и будет наблюдать как тот спит, но никогда не признается в этом.
— Не усну.
— Ты уже глаза закрываешь.
— Это потому что мне хорошо.
Илья улыбнулся едва заметно.
— Ладно. Тогда слушай.
Он снова начал читать, и Шейн действительно пытался следить за сюжетом. Честно. Но голос Ильи был слишком теплым, объятия — слишком уютными, а вечер — слишком правильным. Поэтому минут через десять он все-таки заснул у него на груди.
Илья понял это почти сразу. Он перестал читать на середине предложения, посмотрел вниз и тихо выдохнул со смешком, увидев, как Шейн сонно вцепился пальцами в его футболку даже во сне.
— Предатель, — прошептал он.
Шейн что-то невнятно пробормотал, не просыпаясь. Илья осторожно убрал книгу на столик, поправил плед и поцеловал его в лоб. Он сидел неподвижно, осторожно перебирая пальцами волосы Шейна, и думал, что, наверное, ради таких вечеров люди и влюбляются.
