Варя.

В середине мая, когда почки на деревьях уже раскрылись в листья, а прочая растительность приобрела привычный зеленый цвет, в маленький немецкий городок Z прибыла синьора Дженнифер Бьянки. Приехала она без всякой прислуги, совершенно одна и без определенной цели. Единственной причиной, по которой она покинула привычный Милан, являлось смутное желание оказаться как можно дальше от осточертевших проблем и родных, которые как можно скорее хотели выдать её замуж.  Впрочем, женщина она была далеко не бедная, достаточно самостоятельная и к путешествиям привычная. Не составило труда снять небольшую комнату в местном пансионе на окраине. Ни с кем из других жителей так и не познакомилась, ведь язык знала не так хорошо, и к тому же не хотелось ей заводить новые знакомства.  Часто по вечерам бродила вдоль реки, смотрела на зеленоватую, быстро бегущую воду и думала о чём-то своём, или мысли вообще покидали её голову полностью. Уединение пошло только на пользу Бьянки, но быстро появилась потребность в контакте с людьми, которую она так старательно подавляла ближайшую неделю.  Всё же, когда в городе проходил небольшой фестиваль, Дженнифер решила сходить и хотя бы посмотреть, даже если ни с кем и не познакомится. Такие события всегда проходили мимо неё, ведь большое скопление людей вызывало скорее панику, чем радость. Но в этот раз всё проходило иначе. Люди общались, устраивали пикники, громко смеялись и угощали прохожих. Такая атмосфера впервые вызывала приятные эмоции, ведь Дженнифер чувствовала себя частью этой шумной, огромной компании.  Встреча с русскими произошла совершенно случайно, хотя впоследствии ей ещё не раз приходило в голову, что таких случайностей точно не бывает и данное событие являлось судьбоносным для обеих сторон. В один из вечеров девушка прогуливалась по уже знакомому маршруту, как вдруг послышалась знакомая речь, явно не немецкая. Русская. Когда-то давно Дженнифер изучала русский, правда скорее для разнообразия, но разбиралась в нём лучше, чем в немецком и говорила хоть и с диким акцентом, но почти свободно.  Ей стало чрезвычайно любопытно, и она выглянула из-за колонны трактира. За столиком сидели двое. Мужчина лет двадцати восьми, светловолосый, с приятными, мягкими чертами лица, но с лёгкой небрежностью, которая выдавала в нём творческого человека. Он активно что-то рассказывал, оживлённо жестикулируя и часто посмеиваясь. Напротив него расположилась девушка — полная его противоположность. Тёмные волосы были распущены и струились волнами по плечам, а поза выдавала закрытость — поджатые под себя ноги. Она сидела, накручивая на свой палец прядь волос, а лицо её выглядело скучающим. Дженнифер уже хотела отойти — неловко подслушивать чужую речь, хоть почти ничего и не слышно, — но в этот же момент мужчина за столиком перевёл взгляд прямо на неё и его лицо приобрело сначала удивление, а потом то сменилось радостью. — Сударыня! — окликнул он по-русски, и в голосе его скользило необычайное радушие. — Вы, верно, тоже русская? Или мне кажется? Бьянки, застигнутая врасплох, вышла из-за колонны полностью, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Нет. Я итальянка, но ваш язык мне самую малость знаком. Прошу прощения, я не намеревалась подслушивать. Просто услышала знакомую речь, и меня одолело любопытство. — Это же прекрасно! — мужчина поднялся со стула и слегка поклонился, прижав руку к груди. — Алексей. Художник. Вернее, пытаюсь им быть, но получается, впрочем, с переменным успехом. А это сестра моя, Варвара. Мы уж третий день здесь, и, признаться, заскучали по свободному общению. Откровенно говоря, не столь сильно владеем немецким, чтобы непринуждённо вести беседу. Не желаете составить нам компанию? Здесь подают сносное рейнское. Мужчина говорил легко и так открыто, и улыбка у него была настолько доброжелательная, что отказаться казалось почти невежливым. Дженнифер перевела взгляд на сестру Алексея — Варвару. Та по-прежнему молчала, но теперь смотрела на гостью в упор. В её взгляде читалось любопытство, граничащее с чем-то острым, оценивающим, почти вызывающим. — Благодарю, — девушка опустилась на стул рядом с Варварой. — Меня зовут Дженнифер Бьянки. Я из Милана. — Из Милана! — Алексей всплеснул руками. — Я бывал в Милане, года четыре назад. Необычно красивый город. Вы, должно быть, тоскуете по дому? — Не особенно, — пожала плечами Бьянки. — Честно говоря, я уехала оттуда с несказанным облегчением. Варя, до этого не проронившая ни слова, вдруг подняла голову и заговорила. — От чего вы бежите? — спросила она прямо, смотря прямо в глаза старшей. Алексей явно смутился и бросил на сестру укоризненный взгляд. Но Дженнифер, сама не зная почему, не обратила внимания на такой, возможно, бестактный тон. Она встретилась с светло-зелёными глазами и поняла, что врать отчего-то не хочется. — От свадьбы. Мои родные желали, чтобы я непременно вышла замуж, а я отказалась. Вот и всё. Младшая склонила голову набок, и взгляд её все не терял того же оценивающего выражения, но теперь в нём промелькнуло что-то похожее на одобрение и смутный интерес. — Значит, вы храбрая, — заключила она и наклонилась к земле, взяв горсть камней, перебирая их, словно давая понять, что разговор окончен. Алексей поспешил перевести диалог в более нейтральное русло, всё ещё стыдясь за сестру. Они разговорили об Италии, о дороге, о планах на будущее. Дженнифер отвечала рассеяно, поддерживая беседу скорее из вежливости. Ведущим в ней явно был мужчина. Варвара же всё оставшееся время сидела молча, подперев щёку ладонью, периодически рассматривая новую знакомую. — Ваша сестра не слишком разговорчива, — заметила Дженнифер, обращаясь к Алексею, но взгляд её был устремлён в сторону девушки. — Варя у меня такая! То болтает без умолку, то молчит, слова не вытянешь. Сейчас, как вы уже могли заметить, именно второй вариант. — Варя, а вы на всех так смотрите? — поинтересовалась Дженнифер, игнорируя ответ Алексея. — Только на тех, кто подслушивает. — Варвара! — воскликнул мужчина. — Ради бога! Что ты себе позволяешь? Дженнифер, вы уж простите её. Она совсем не умеет вести беседу. — Ничего страшного. Я предпочитаю честность вежливости. — Тогда вам со мной будет просто, — после этих слов Варя вновь потянулась за камнями. Дальше диалог не удавался вовсе. Дженнифер потеряла всякий интерес к Алексею, пока тот пытался её разговорить. — Мне пора. Благодарю за компанию и угощения, но мне, к большому сожалению, нужно уходить. — Уже уходите? Но мы же толком не поговорили! Может, завтра продолжим? Мы с сестрой снимаем небольшой домик недалеко от этого места. Я был бы рад, если бы вы нас навестили. Я могу показать свои этюды — они, конечно, не весть что, но всё же… И Варя, может, будет в настроении. Вы ей, видимо, угодили. Иногда она бывает очень разговорчива. — Когда мне есть что сказать, — уточнила Варя. — Вот видите? Уже прогресс. Завтра, глядишь, целое предложение получится. Бьянки подумала и решила принять предложение. Всё же, никаких планов у неё не находилось. — Хорошо. Я приду. — Чудесно! Мы будем вас ждать. Алексей словно просиял. Он предложил проводить Дженнифер, но та отказалась. Попрощавшись, девушка поспешила удалиться. Фестиваль давно отшумел, а солнце опустилось за горизонт. Она куталась в шаль, ведь уже успело заметно похолодать. В голову пришло, что никогда, за все свои годы путешествий, ещё ни разу не встречала такого странного, сбивающего с толку вечера. Даже толком понять не удалось, что именно её зацепило. Алексей? Он вежлив, мил, открыто вёл диалог с ней, и смотрел с тем самым восхищением, которое Дженнифер уже привыкла замечать в глазах мужчин, которое давно перестало хоть капельку трогать. А Варя? Она почти не говорила за все несколько часов, но её редкие реплики зацепили куда больше множества вопросов Алексея. Девушка не старалась понравится, вела себя совершенно естественно, не стесняясь говорить то, что думает на самом деле. Это и удерживало внимание на ней, полностью затмевая дружелюбность её брата. Осознав, что слишком глубоко погрузилась в собственные мысли, Бьянки постаралась отвлечься. Завтрашний день обещает быть интересным, поэтому стоит поберечь силы.