Часть 2 Вкус холодного железа
Прошло три дня. Три бесконечных, изнурительных дня, за которые Феофан практически забыл, что такое сон. Он заперся в главном здании Банка Северного королевства, пытаясь вручную переписать бюджет, поднять акции и вытащить свои филиалы из юридического ада, в который их столкнул Зандик. Очки, которые когда-то посоветовал Доктор, теперь сиротливо лежали в углу стола — Феофан принципиально не надевал их, предпочитая щуриться от усталости, лишь бы не касаться вещи, связанной с предателем.За окном бушевала глухая полярная метель. Полночь давно прошла. Феофан устало откинулся на спинку кресла, потянувшись к чашке с остывшим чаем, как вдруг пламя свечей в комнате резко дрогнуло и погасло, погружая кабинет во тьму.Вентиляционная решетка под потолком едва слышно зашипела, выпуская едва заметный, сладковатый и тяжелый пар.
— Кто здесь?..
Феофан мгновенно напрягся. Сердце забилось в бешеном ритме. Его рука рефлекторно скользнула к ящику стола, где лежал заряженный револьвер, но пальцы внезапно перестали слушаться. Из легких словно откачали весь кислород.Оружие с глухим стуком упало на ковер. Феофан попытался подняться, но ноги подкосились, и он начал заваливаться вперед. В глазах поплыли уродливые черные пятна.
— Тише, мой дорогой Делец. Тебе больше не нужно тратить свои драгоценные силы на эти скучные бумажки.
Из темного угла соткался высокий, пугающе знакомый силуэт Омеги.Омега шагнул вперед и перехватил обмякшее, безвольное тело банкира за мгновение до того, как тот рухнул на пол. Доктор бережно, с какой-то извращенной, пугающей нежностью прижал его к своей груди, убирая выбившиеся черные пряди с бледного лица Феофана.
— Ты думал, что можешь просто вычеркнуть меня?
Прошептал Омега в холодную пустоту кабинета.
— Глупый, гордый смертный... Теперь ты принадлежишь только мне. Весь. Без остатка.
Доброе утро, спящий красавец!
Сознание возвращалось к Феофану медленно и мучительно. Первым, что он почувствовал, был удушающий холод и резкий, бьющий в нос запах озона и формалина. Он лежал на жестком, ледяном полу. Когда банкир попытался поднять руку, чтобы потереть гудящие виски, раздался пронзительный, металлический скрежет.Феофан резко открыл глаза. Вокруг была сырая, полутемная камера с кучей мерцающих датчиков на стенах — один из изолированных секторов подземной лаборатории Дотторе. А на его запястьях и лодыжках плотно смыкались тяжелые, матовые стальные кандалы, намертво прикованные цепями к стене.Вся его былая автономия, его власть, его статус главного банкира Снежной — всё это осталось где-то там, наверху. А здесь, внизу, он был лишь пленником.Дверь шлюза со свистом отъехала в сторону, и в камеру вошел Омега. В его руках был медицинский поднос со скальпелями и какими-то ампулами. Он посмотрел на Феофана сверху вниз, и его маска хищно блеснула в полумраке.
— Добро утро, Лоне. Вижу, ты наконец-то проснулся. Нам предстоит долгая работа по исправлению твоего мышления.
