Через три минуты город взорвётся

По всем телеканалам — и новостным, и тем, что рассказывают о животном мире, — крутили одно и то же сообщение: город взорвется через: и обратный отсчет. В обычном режиме работали только детские каналы, по ним, как и прежде, показывали мультики с визжащими мальчиками и пищащими девочками. Да, визжат и пищат не только дети. Никто не хочет умирать. Стоит ли говорить о спешке и панике, с которыми жители города покидали свои дома? Спасайтесь бегством, скорее в безопасное место! Но было ли оно, это безопасное место? Раньше им был этот город. Как иронично, ведь именно он стал эпицентром катастрофы. Кафе «Лико-Реко» смиренно ожидает своей участи. Трассы перекрыты, а суда переполнены. Из-за магнитных помех летательные аппараты выходят из строя, и только самые мощные уже добрались до другого материка. Какой смысл пытаться, если можно забраться повыше и посмотреть на это зрелище? — Такино, помоги мне сделать причёску! — Чисато протягивает подруге шпильку, которую, судя по драгоценным камням, раньше носили статусные гейши или жёны императоров. — Не дёргайся. — Такино мастерски закрутила короткие волосы Чисато, словно работала с кинжалом. Чисато покрутилась в белом кимоно с алыми цветами, подаренном Микой. Всё дорогое и величественное. Совсем не подходит к случаю. — А ты, Такино, чего не наряжаешься? — выплыла из подсобки Мидзуки в своем лучшем соблазнительном европейском платье, которое подчеркивало все, что только можно было подчеркнуть в ее внешности. — Я не хочу встречать смерть как обреченная. — говорит Такино. — Я встречу ее так, будто это обычный день. — По-нашему, она хочет оставаться собой даже перед лицом смерти. — Куруми допивала какао в пижаме, из которой вылезает только для того, чтобы отработать смену в «Лико-Реко». Она тоже не особо торопилась. — Немного по-другому, — не согласилась Такино, но объяснить не успела. — Микаааа! — Чисато бросилась на шею крупному темнокожему мужчине. Мидзуки фыркнула. — Серьезно, обычное кимоно? — Классическое, — низким голосом поправил Мика. — Ну что, мы закончили? — Чисато буквально прыгала от радости. Все выжидающе посмотрели на менеджера кафе. — Идем. (⁠◠⁠‿⁠・⁠)⁠—⁠☆ Работники уютного кафе «Лико-Реко» неспешно направлялись к телевышке. Дважды пережившей теракты. И в этот раз она рухнет окончательно. А может, и нет, и тогда ее признают символом вечности и стойкости города, жителей которого сотрут с лица Японии. — У меня ребенок! — кричит женщина, пытавшаяся завести машину. Мужчина пытался помешать ей разными способами и, перепробовав несколько вариантов, видимо, решил, что эффективнее всего будет выломать дверь. — Мне плевать, кто у тебя и кто ты сама. Вылезай! Неожиданно мужчину отбрасывает назад. Он получает точный выстрел в плечо. — Так вы только навредите себе, и никто из вас не выживет! — Чисато бросилась к раненому. Только Ликорис может бежать так быстро и ловко в национальной одежде. — Я понимаю, что вы в панике, но если хотите спастись, найдите другую машину. Выберите мирный путь, а не жестокий. Слова девушки в парадном кимоно не убедили мужчину. Его даже не удивило, что в руках у подростка было оружие. Оправившись от удара резиновой пулей, он снова бросился на капот машины. «Понятно, — думает Такино, — думаешь, она не пересилит себя и не проедет по тебе». Точные выстрелы снова попали в цель. Несмотря на боль, мужчина отчаянно вырывался и царапался, как тигр. Мика с силой отшвырнул несчастного, освободив место для матери с девочкой на заднем сиденье. Чисато строго посмотрела на мужчину, у которого от злости шла пена изо рта. — Мика, ты же не против? Менеджер кафе и по совместительству сотрудник агентства Direct Attack без промедления бросил ей свои ключи. — Возьми машину на парковке в этом районе, недалеко от кафе «Лико-Реко». — сказала Чисато и передала мужчине ключ к выживанию, сбив с него спесь. Он бестолково посмотрел на неё, не веря своим глазам, и сломя голову бросился в указанном направлении. — Даже в такой день ты не поступаешься своими принципами. — констатировала Такино. Её это не удивило. Такино обрадовалась, что даже в новой форме Ликорис Чисато осталась собой. — Ликорис всегда готовы. — Чисато вздернула нос. — Идёмте, у нас осталось всего полчаса! *** Пятеро бродят по опустевшим улицам. По центру Токио, прямо по проезжей части. Если кто-то и проезжал мимо, ему было всё равно, по дороге или по тротуару ехать. — Вот он, апокалипсис. — Куруми на секунду оторвалась от телефона, поражённая безумием и хаосом, за которыми последовали тишина и опустошение. За последний час город буквально вымер. *** Солнце садилось. — Напоминает последнее задание, — потянулась Чисато. — Только врага, как ни странно, нет, — добавила Такино. Они смотрели на закат и город с высоты нескольких сотен метров. — Враги есть всегда. Просто не всегда мы знаем их в лицо. — Мидзуки отпила из бутылки, которую взяла с собой. Скорее всего, в её сумке было ещё несколько таких. — Мидзуки, вульгарные платья и выпивка — понятия неразделимые. — Куруми устроилась на краю крыши. Во время предыдущих терактов вышка пострадала: длинная палка сломалась, а саму вышку перекосило. Ее закрепили в таком положении, так что на поверхности «крыши», пусть и под наклоном, можно сидеть. — Я тоже не изменяю себе и встречаю смерть как есть. Кстати, девочки, не составите мне компанию? — Мы несовершеннолетние. — Здраво, Такино, но не сейчас. Ты же не хочешь умереть, так и не испытав этого чувства? — Думаю, я сделала в этой жизни всё, что хотела. — А если бы выжила, что бы ты делала? — улыбается Чисато. Она встала напротив друзей. Оранжевые лучи освещали её со спины, словно она и была солнцем. — То же самое. Я поняла, что мне важно оставаться с вами и делать добро для общества. — Потрясающе! — воскликнула Чисато. — Я так долго ждала этого признания. Вышка задрожала. С неба посыпалась пыль, и сильный порыв ветра чуть не сбил ликорис с ног. — Через три минуты город взорвется! — крикнула Куруми, которую подхватил Мика. Ветер дул и дул. Если бы бомбу взорвали в воздухе, все бы услышали оглушительный взрыв. Но слышно только приближающийся сверху гул. — Это вертолёт! — Ликорис подняли головы и наблюдали за тем, как белый летательный аппарат приземляется на середину крыши. Из него выглянула Кусуноки — главнокомандующая «Прямой атакой». — Мика, я велела тебе быть на другой вышке. — строго сказала она. — Посадочной, а не телевизионной. — Я знаю. — Мика улыбался. Кусуноки, не отрывая стеклянных глаз от Ликорис, велела забираться. — Конец света? Чушь какая-то, — пробормотала она. — Если Ликорисы спасли всех, то и сами должны спастись. Direct Attack не развалится, но сильно пострадает, потеряв таких сотрудников.