Рассвет встречают с кофе

Первый официальный рабочий день, казалось бы, так волнительно! Практически что заново родился, столько всего интересного, нового, в конце концов! Хотя что может быть нового в обычной ветклинике, тем более, когда он уже два года отучился в лучшем вузе спб? А какая, собственно, разница... Цинсюань, вздохнув, посмотрел на время: девять двадцать, супер просто! А клиника открывается в десять утра, если не позже. Не сказать, что было прямо-таки тревожно и страшно, но доля неуверенности в юноше все-таки присутствовала. Как никак, коллектив тут был... Не самый приятный и веселый. По крайней мере, с первого взгляда. Когда он приходил неделю назад, регистратор, морально отъебавший его во все щели до этого по звонку, встретил ни капельки не радушно: поцокал, глазки позакатывал, слегка нахамил, но все-таки пустил ко врачу, побеседовать на тему трудоустройства. На удивление, взяли его спокойно, хотя в предыдущих трёх клиниках отказали, мол, опыта нет, значит, не судьба. А где прикажете опыт набирать, если не берут никуда? Оторвавшись от раздумий, Ши младший задумался на тему того, как скоротать сорок минут до начала рабочего дня. В паре минутах ходьбы отсюда было кафе, так что, наверное, стоило заглянуть туда.. Конечно, можно было бы убить сорок минут на холоде (сейчас, к слову, июль) под дождём с намечавшейся грозой, но более заманчивым казалось какое-нибудь латте, с карамельным сиропом, например. —Здра-а-авствуйте, – тянет парень, быстро осматривая прилавок с выпечкой, ибо времени на выбор не дали – очередь из пары мужчин, как только он зашел, тут же рассосалась. Вот же, блин! Неудобно теперь стоять и долго выбирать, невежливо. – Можно, пожалуйста, латте с карамельным сиропом, и...– последний раз задерживает взгляд на прилавке. – и, пожалуйста, кусок вишневого пирога? —К оплате двести пятьдесят, – девушка пододвигает к нему терминал с оплатой. – вам здесь, с собой? —С собой, – торопливо отвечает Ши Цинсюань и, оплатив, начинает рассматривать картины, развешанные по всему помещению. На одной коты, на другой подсолнухи, на третьей... Петухи? В любом случае, красиво. Забрав свой несчастный латте и пирог, садится на стульчик подле окна. За окном ничего приятного не было – темнеющее с каждой минутой небо, только-только начавшийся дождь, который буквально через пять минут станет настолько сильным, что затопит все, что только можно. Взгляд падает на ещё закрытую ветклинику. Наверное, в следующий раз так рано приходить не стоит... Зато кофе, хоть какая-то радость в жизни должна быть! Вообще, из всего коллектива выделялся, кажется, хирург. Он не то, что просто не заметил студента, а именно проигнорировал, намеренно не отвечая на банальные, но все-таки важные вопросы. Звали его, если не изменяет память, Хэ Сюань. К сожалению, ничего в этой жизни не вечно – и купленный кофе практически тридцать минут назад, тоже. А жаль! Было бы славно, если б можно было выбрать одну вещь, которая была бы бесконечной... Философствовать на тему жизни вещь хорошая, но на часах уже натикало без пяти десять, поэтому стоило бы бегом ломануться в сторону клиники, что Цинсюань и сделал. Промокнув до нитки буквально за две минуты, оказался у всё ещё закрытых дверей. Замечательно! Тут только встать и похлопать самому себе. Но вот, о господи, момент истины! Из только-только подъехавшего такси выпрыгнул парень, в полубеге направившийся сюда. К сожалению, это был не главврач, а администатор, который его, почему-то, сразу не взлюбил. —Доброе утро, – заправляет прядь каштановых волос и смотрит на только что подошедшего. Все то же недовольное лицо. Да он прям счастлив! Если посмотреть чуть ниже, будет бейджик с именем. «Му Цин». Замечательно. Войдя в клинику, Му Цин останавливает нового работника, кивая на лавочку: —Сядь туда, жди, когда придет кто-нибудь из врачей, – отходит за стойку и договаривает:– А то вдруг ты сюда не устроился, кто ж тебя знает! —Хорошо, – нервно сглотнув, садится на лавочку. Ну да, конечно! Можно подумать, каждый дурак приходит ровно к десяти в ветклинику без животных, просто чтобы постоять, наверное. С выключенным светом комната выглядела, как в каком-нибудь инди хорроре – дай Бог, со светом будет нормально. Смотреть лестплейщиков вообще дело славное, особенно, если делать нечего и ты никуда не торопишься – с этим Цинсюань слегка прогадал, но делать то всё равно нечего, поэтому можно было и побаловать себя таким удовольствием. Счастье длилось недолго, потому что через десять минут в глаза удалил яркий свет, а после послышалось: «Вы тут совсем одичали, что-ли? Му Цин, тебе какая религия помешала свет включить?». Моргнув пару раз, снимает наушники и замечает хирурга, который по какой-то причине тоже оказался сухим. Ши вроде рыжим не был, но на их фоне – сухих, красивеньких, создавалось ощущение, что он не каштановый, а вот такой прям ярко-рыжий, выделяющийся. Как и ожидалось – молодому практиканту внимания не уделилось, хирург просто ушёл в комнату «строго для персонала» и исчез, тихо прикрыв дверь. Блин, он же хирург! Значит, непойми когда выйдет... Расстроившись от собственной глупости, юноша встает и смотрит на Му Цина. —Извини, а идти можно уже? —Да иди куда хочешь, кому ты нужен то, – отвечает он и продолжает что-то клацать на ноутбуке. Работает, наверное.. Зайдя в комнату, впадает в некий ступор: зашел, супер. А дальше то что делать? В отражении зеркала виднеется его же силуэт - рубашечка, брюки, и все это практически насквозь мокрое. Стало конкретно так некомфортно, в горле встал липкий ком. Что делать? Наверное, должна быть форма, но сам купить он не догадался, а выдать, видимо, некому. Идти к Му Цину это гиблое дело, а к Хэ Сюаню... А был ли у него выбор? Постучавшись в операционную, и, не получив ответа, заглядывает внутрь: —Извините, – сжимает пальцы в кулак, больно впившись ногтями в ладонь. Приятная в какой-то степени боль тут же отозвалась, чуть успокаивая. – А где-то форму можно взять, может?