Нырнем друг в друга

Ты же видишь, как я теряюсь в этой близости,

Обижаюсь, как ребёнок.

      Утро было странным.       При пробуждении Драко чувствовал себя пьяным, хотя вчера он пил немного, но вместе с этим очень даже выспавшимся и бодрым.       Поттер спал рядом, опять же лицом к нему, и крепко держал за талию, словно боялся потерять его. И так некстати в голове снова всплыло воспоминание о том, как Поттер летел за ним в огонь, чтобы спасти. Его сильная рука впилась в него, — даже мурашки по коже прошлись, стоило только вспомнить.       Поттер его не бросил.       Поттер его спас.       И Поттер теперь был с ним рядом, будто это нормально.       Драко затаил дыхание, прислушиваясь к его мирному сопению, и стало так боязно лежать рядом с ним, хотя они вчера снова целовались до тех пор, пока не уснули в объятиях друг друга. Может, это всё из-за того, что теперь Драко может полностью разглядеть Поттера со всех сторон и это не будет зазорно.       Драко даже и не мечтал о таком.       Что он уже целовал эти мягкие губы. Трогал это лицо. Смотрел ему в глаза и не отводил взгляда. Внутри всё защемило от осознания, что пришлось даже подавить порыв сбежать в эту же секунду сломя голову от смущения. Ведь Драко ни с кем не целовался, даже и не хотел, а вчера позволял Гарри делать это снова и снова, будто принадлежал ему со всеми потрохами.       Но, с другой стороны, почему нет? Оба получили удовольствие, никаких претензий не было, ну и, к тому же, Поттер не стал бы целовать Драко, если бы тот совсем ему не нравился. Значит, всё-таки Гарри к нему не равнодушен, точно также, как и он к нему.       Между ними почти не было пространства, время, как всегда, застыло, а Драко пялился на него, как дурак, и дышал через раз. Тем более сонный Поттер — молчаливый Поттер, что прибавляло ему очков к очарованию.       Ладно, кому он врал. Гарри был очаровательным всегда.       Наверное, надо было бы встать и идти уже. Дойти до подземелий, умыться, сходить в душ, привести себя в порядок, сменить одежду и заняться насущными делами. Но он всё не мог сдвинуться, как зачарованный, а рука на его талии так и не отпускала.       И, в принципе, приятно было смотреть на такого расслабленного Гарри, — так казалось, что он совершенно обычный парень, а не человек, который прошёл через сам ад и выжил. Да и Драко ощущал себя тоже совсем обыкновенным, а не Пожирателем Смерти. И это чувство пьянило больше, чем виски.       Плед скатился куда-то под ноги — они вчера очень сильно вертелись в кровати, так что неудивительно. Самому Драко было жарко, несмотря на то, что он был в футболке, как и Поттер, но в Выручай-комнате было прохладно, камин потух, и он решил, что нужно укрыть своего бедалогу и свалить уже.       Пусть спит спокойно. Всё равно выходные.       Драко затаил дыхание и аккуратно, чтобы не разбудить Гарри, наклонился вниз, подцепляя пальцами плед, а глаза сосредоточенно прошлись по всей подтянутой фигуре: широкие плечи, крепкая грудь, которая слегка вздымалась от мирного дыхания. Футболка чуть задралась, приоткрывая полоску кожи на боку, и Драко еле заставил себя не пялиться именно туда. Но стоило опустить глаза ниже, увидеть, как топорщились джинсы на интересном месте, Драко и вовсе потерял всякий разум, застыв на месте. Он скомкал в руках плед, словно это помогало ему держаться, а щёки невольно вспыхнули.       Нет, ну конечно он знал, что с парнями такое бывает по утрам, и с ним тоже, но, чёрт побери, почему там всё такое большое? Или это так со стороны просто смотрится?       Вообще, по-хорошему, надо было бы просто укрыть Гарри, встать и сделать вид, что он ничего не видел. Как бы, чтобы и самому Поттеру не было потом неловко. Но Драко ничего не мог с собой поделать, неверно глотая скопившуюся слюну, а рука на его талии стала такой горячей, что в голове промелькнуло несколько неприличных образов, которые начали заводить его самого. К примеру, а что, если бы Поттер внезапно проснулся и притянул к себе ближе, а потом поцеловал его так же страстно, как и вчера, и тогда Драко ощутил бы на своём теле всю его мужскую гордость.       Бред. Полнейший.       Чувства били через край, стало совсем невыносимо жарко, отчего по его телу прошлась испарина пота, и так хотелось прикоснуться к этому чуду, погладить, оценить его формы наощупь. Драко прикусил губу до боли, напоминая себе, что так делать нельзя.       Но, с другой стороны, Поттер же спит. И как бы… вряд ли он проснётся от одного касания, верно? За эти встречи Драко хорошо осознал, что Гарри спит беспробудно и допоздна — реальная жизнь его действительно выматывала, и это было видно при одном лишь взгляде на его осунувшееся лицо.       И всё же стало очень стыдно, что Драко вообще в принципе захотел это сделать. Вряд ли другой нормальный человек, увидев чужой член, захотел бы его потрогать. Тем более без согласия: так поступают только невоспитанные дикари, а Драко из приличной чистокровной семьи, и ему не следовало бы помышлять о таком совсем.       Но хотелось. Безумно.       Да и когда ещё представится такой случай — самолично оценить то, что находится у самого героя в штанах? Это же просто любопытство, ничего более. И если всё случилось бы наоборот, то Поттер, как казалось Драко, поддался бы импульсу и сделал бы это, не думая ни о чём. Если, конечно, захотел бы.       Один раз. Аккуратно. Просто прикоснуться и уйти.       Драко, наконец, выпустил несчастный плед, а потом взглянул на безмятежное лицо Поттера, оценивая степень его сна: вроде, спал крепко. Тем более, Драко тоже мог потом притвориться спящим и сделать вид, что это случайное касание, превратить всё в шутку и спихнуть всё на Поттера: а чего это он тут хвастается своим достоинством по утрам? Драко же не виноват, что у него встал, верно?       Он крепко зажмурился, кусая губы нервно и сильно, отчего во рту уже чувствовался металлический вкус крови и адреналина, а затем протянул руку, едва касаясь грубой ткани джинс, чувствуя тепло. Твёрдость. Одно поглаживание вниз, нежное и осторожное, пальцы обхватили крепкий ствол, оценивая толщину.       Ох, совсем по-другому ощущалось, чем свой. У Драко был потоньше, и вряд ли хоть когда-то он был настолько твёрдым, а у Поттера будто камень в штанах завалялся.       И ему понравилось это ощущение, прямо настолько, что Драко провёл рукой вверх, увлекаясь этим, как новым исследованием. Он просто прожигал джинсы Поттера взглядом, искренне желая, чтобы они исчезли в один миг, потому что хотелось потрогать больше, посмотреть всё и, возможно… довести до расслабления.       Каждый парень знал, что нужно делать со стояком, и Драко хотелось сделать это Поттеру. Потому что очень даже приятно, на самом деле, и такова мужская природа.       Но он заставил себя убрать руку, чувствуя себя последним извращенцем на земле, — домогаться до спящего человека, какой ужас! Драко не узнавал себя, кровь, как пламя, жгла его изнутри, и он чуть не подпрыгивал на кровати от осознания собственной наглости.       Нужно просто сбежать, сейчас же!       — Нет, — вдруг раздался хриплый голос Поттера над его ухом, и Драко почувствовал, как его талию сжали сильнее. — Не смей уходить сейчас. Продолжай, пожалуйста.       И Драко просто побоялся открыть глаза и посмотреть на Поттера, сгорая от стыда, но руку вернул.       Значит, он всё-таки проснулся. Как давно? Неужели он просто притворялся спящим?       — Я… мне было интересно, — оправдался Драко, утыкаясь носом в подушку, чтобы скрыть предательский румянец.       — А мне как интересно, — с придыханием прошептал Гарри, поддаваясь бёдрами к его руке. — Очень интересно.       Больше выбора не было: Драко пойман с поличным, Гарри хотел продолжения, — и кто он такой, чтобы спорить? Ладно, потом сгорит от стыда, сначала нужно было довести дело до конца, изучить всё подробнее, раз есть такая возможность.       Он увереннее сжал член Поттера, чувствуя его в полной мере, и рука сама начала двигаться вверх-вниз, прекрасно зная, что нужно делать. Будто Драко всю жизнь этим и занимался, что трогал других парней. Черт, и что за мысли?       — Даааа, — протянул Гарри блаженно и нежно, и потёрся щекой об его щёку. — Пожалуйста.       И с каждой секундой Драко становился всё ближе к Поттеру, тот притягивал его к себе за талию уже двумя руками, гладя по спине и по пояснице. Между ними уже почти не было пространства, и Драко с ужасом осознал, что он тоже возбуждён, а его бёдра слегка качаются в такт его руке.       Мерлин, он наверняка выглядит совсем пошлым и испорченным.       — Чёрт, — прошипел Драко в подушку, а смущение разлилось по телу мурашками.       — Всё хорошо, — в ответ проговорил Поттер ему на ухо, видимо, пытаясь успокоить его. — Правда. Ты такой замечательный.       Что ж, хотя бы один из них был в восторге.       Поцелуй, который пришёлся на шею, разбудил в Драко нечто новое, и он растерялся от наплыва чувств, которые атаковали его разом: было и хорошо, и плохо одновременно, сердце пыталось сбежать из груди от пылающего стыда, а тело становилось податливым рукам Гарри и послушно реагировало на его ласки, прося о большем. А ещё взыграла злость на собственную беспомощность перед этим гриффиндорским придурком, отчего хотелось кусаться, рычать и вообще прыгнуть сверху и показать, кто тут главный. Пропасть сполна в эмоциях и не думать совсем.       Только действовать, и ничего более.       — Я тебя ненавижу, — от всего сердца процедил Драко, подавляя стон от очередного поцелуя на шее.       — Ну конечно, — издевательски протянул Гарри. — Я так и чувствую твою ненависть, направленную на меня. Такую твёрдую и непоколебимую.       И в подтверждение своих слов Поттер тоже обхватил его член, гораздо сильнее и уверенее, чем сам Драко, и тут же начал ласкать, совершенно не щадя его чувств.       Сволочь. Может, Драко сейчас и вовсе умрёт от нехватки воздуха и от шока? Может, это был тайный изощрённый план убийства? Потому что после того, как руки Поттера оказались на нём, Драко уже не знал, как жить дальше без них. Из груди вырвался сдавленный стон, и ему стало плевать, как он выглядит, что они творят, — просто хотелось раствориться в этих прикосновениях навсегда.       Зато Драко понял, почему Поттер просил его продолжать, — кто в своём уме откажется от такого?       Он решился первым на следующий шаг, потому что сейчас это казалось самой правильной вещью на свете. Почему же не довести дело до конца, если им обоим так хорошо?       Пальцы быстро расстегнули пуговицу и ширинку на джинсах, и рука ловко проскользнула внутрь сразу под трусы, обхватывая влажную плоть. И Драко с усмешкой подметил, что Поттер чуть не задохнулся, — вот так вот, будет он ещё тут выпендриваться. Но его торжество продлилось недолго, и Драко сам чуть не умер в мгновение, когда Поттер отразил его действия, — его член чуть не взорвался моментально, стоило только Гарри погладить его без преград.       — Ох, Мерлин, — во весь голос простонал Драко, запрокидывая голову от нахлынувшего удовольствия.       И он уже готов был просить больше, лишь бы только Поттер не останавливался — вот настолько наслаждение было сильным, что переплюнуло его природную гордость.       — Дааа, чёрт, — отозвался Гарри, и его поцелуи на шее стали жарче, превратились в лёгкие укусы, которые пронзали всю его сущность до глубины души.       Тесно. Жарко. Влажно.       Драко ускорил темп, погладив головку большим пальцем, — ему хотелось довести Поттера до разрядки быстрее, чем сам он утонет в долгожданном оргазме. Каждое движение бёдер и рук навстречу друг другу было таким естественным, что Драко уже перестал париться по поводу того, что трясётся как осиновый лист перед Гарри. Потому что тот дрожал вместе с ним, не менее интенсивно.       Как всегда, сдаваться первым никто не хотел, растягивая это безумие как можно дольше. А Поттер придумал отличную идею, перехватив из рук Драко свой член и соединив их вместе.       И почему Гарри стал таким умным? Или он это продумал заранее?       — Оооо, Поттер! — он дёрнул бёдрами и притянул Гарри к своей шее вплотную, чтобы не смел отстраняться. — Не останавливайся.       Чувствовать себя близким настолько было сродни Круциатусу: разряд электрического тока охватил всё тело, заставляя содрогаться и бесстыдно кричать, но в этом случае — от неимоверного удовольствия. И слышать, как Гарри вторит ему своими стонами в его кожу, было крышесносно. Они тёрлись друг об друга, как животные в брачный период.       В воздухе уже явно чувствовался запах пота и терпкий аромат мужского предсемени, и это возбуждало ещё больше — теперь никакой невинности. И если раньше Драко всё ещё чувствовал себя лишь подростком, несмотря на то, что ему пришлось повзрослеть очень быстро из-за войны, как и Поттеру, то сейчас он точно ощущал себя настоящим мужчиной, вколачиваясь в его крепкую ладонь бесстыдно и жёстко.       Он больше не боялся. Ни себя. Ни Поттера. Ни чего-то ещё.       — Я скоро, — прохрипел Гарри ему на ухо, кусая за мочку, и Драко резко кивнул головой.       Да, он тоже.       Он вцепился в спину Поттера двумя руками, как будто тот снова вытаскивал его из Адского пламени. Было также жарко, адреналин затмевал разумные мысли, а перед глазами всё потемнело от нехватки воздуха.       Ещё немного, и освобождение. Потому что это Поттер. И он не может по-другому. Только тот факт, что сам Гарри Поттер доводил его до такого, заставил Драко взорваться первым, изогнуться дугой, упасть в пропасть навсегда.       Сердце больше не стучало. Мира не существовало. Лишь протяжный стон Гарри и пульсация обоих членов, извёргшие сперму, которая смешалась меж собой и испачкала всё подряд.       Драко даже шевелиться не хотелось, и он замер, не отпуская Поттера ни на секунду.       — Чёрт, — прошипел Гарри и снова его поцеловал. Только уже в щёку. — Я и не думал, что это будет настолько хорошо.       Улыбка расцвела на губах Драко сама по себе. Потому что он тоже не думал об этом. Приятно было знать, что они разделяют одни чувства на двоих.       — Согласен, — и наконец Драко осмелился посмотреть на него. — Оказывается, ты умеешь делать что-то хорошо.       — О, ты снова меня хвалишь? — Поттер отпустил их, вытирая руку о несчастный плед. — Малфой, осторожнее, я же начну привыкать.       И стало так пусто, но свободно.       — Сам виноват, — проворчал Драко и перекатился на спину, выдыхая. — Я и сам начну привыкать. Совсем меня испортил, придурок.       Гарри лишь тихо рассмеялся, расслабленно и счастливо, и приятно, что Драко стал тем, кто смог подарить герою хоть немного радости. Он ведь заслужил её, как никто другой.       — Поверь, я ещё не начал тебя портить, — с вызовом в голосе произнёс Поттер, нависая над ним, а потом снова чмокнул, только уже в губы.       Драко фыркнул в поцелуй, но не отстранился. И да, он верил этому: если Поттер возьмётся за него всерьёз, то Драко придётся попрощаться со своим разумом раз и навсегда. По-другому никак.       — А я просто так не сдамся, — заявил Драко игриво, а потом нащупал палочку под подушкой и произнёс очищающее. Он заправил штаны, поправил футболку, стараясь принять невозмутимый вид. Лишь только красные щёки выдавали его состояние с головой.       — Ничего, Волдеморт просто так тоже не сдавался, — подмигнул Поттер, вставая с кровати, и застегнул джинсы. — Так что трудности меня не пугают.       И да, это действительно было так. Если Гарри чего-то хотел, он этого добивался. А Драко и без всякой борьбы уже сдался, развалившись на кровати и наслаждаясь послевкусием сладкого оргазма. И кто он такой, чтобы спорить с героем, правда?       — Я знаю, — довольно промурлыкал Драко, потягиваясь от всей души на кровати.       Наконец-то сердце нашло покой, а тревога отступила вовсе без всякого алкоголя. Может, вот так чувствуют себя нормальные люди, а?       В любом случае, это было именно то, что искал Драко.

Восьмая встреча

      Драко не знал, что Поттер останется в Хогвартсе на Рождественских каникулах.       Он просто надеялся на это.       Поэтому на их восьмую встречу он принёс кучу разнообразной еды, словно они не собирались выходить из Выручай-комнаты примерно целую вечность. Накрыл на стол, разлил сока — пить не хотелось от слова совсем. Улыбался, как дурак, самому себе, и мурлыкал незатейливую мелодию из детства.       И даже если Поттер не придёт, то и ладно, хотя бы он сам себе сделает праздник. В мэнор возвращаться не хотелось, и мама, когда узнала, что сын останется в Хогвартсе, просто решила отпраздновать Рождество у тётушки Андромеды.       Это был самый лучший вариант из всех возможных.       Чутьё не подвело, — Поттер пришёл. Увидев Драко, он расплылся в улыбке, а глаза засветились, как яркие звёздочки.       Да, они не обсуждали их прошлую близость. До сих пор особо не говорили, — в череде обычных будней это было почему-то неуместным. Оба сделали вид, что так и надо, лишь изредка переглядываясь. И Драко не думал, хочет ли Поттер повторения или же он просто пришёл выпить и отдохнуть. Тем более, он понимал, почему тот не захотел ехать к Уизли: да, они его семья, да, они пережили вместе столько всего, но Гарри просто нуждался в уединении. И, может быть, именно Драко смог подарить ему ту тишину, которая была ему так необходима.       — Ты остался, — выдохнул Поттер и сел на диванчик к нему, обнимая за талию.       И сразу стало хорошо.       — Ты тоже, — Драко пододвинул ему стакан с тыквенным соком. — Голоден?       — Немного.       И у них не было какого-то статуса отношений. Просто они подрочили друг другу, а теперь ещё и ужинают на Рождество вместе, как семья. У них не было подарков, как и поздравлений с праздником, и они просто молчаливо принялись за еду, но вместе с этим Драко чувствовал себя абсолютно счастливым: он не один и не в мэноре, где до сих пор витал запах неподдельного ужаса и смерти, а Поттер смотрит на него, не отводя взгляд, и это просто добивало его истрепанную душу.       А поговорить всё равно было не о чем — они и так всё знали друг про друга. Последние дни перед Рождеством были забиты экзаменами и предпраздничной суетой, так что вряд ли могло случиться экстраординарное.       — Как насчёт того, чтобы поиграть во взрыв-карты? — предложил Поттер, с довольным лицом уминая песочного человечка. — Я с собой принёс. Подумал, что можно немного поразвлечься.       А Драко с радостью отметил, что и Гарри не особо стремился выпить. Хотя всё начиналось с этого: оба разбитые и сломленные, утопали свои чувства в алкоголе, чтобы хоть как-то казаться адекватным среди общества. Сейчас им обоим этого не было нужно.       — Хм… можно, — кивнул Драко, ставя свой стакан с соком на стол, и уселся в позе лотоса на диване, скидывая обувь. — Хотя играть с тобой… это заведомо проиграть.       Нет, ну правда. Драко вообще ни в чём не мог обойти Поттера, так что уже заранее готовился к проигрышу. Этот придурок хорош буквально во всём, и оставалось только смириться.       — Серьёзно? — Поттер поиграл бровями, вытаскивая карты из кармана. — Ты настолько во мне уверен? Может, я вообще не умею играть в карты?       — Если бы ты не умел играть, то не принёс бы их, — парировал Драко, взмахивая рукой в воздухе. — Хотя ты мог бы принести шахматы, но все в курсе, что ты в них плох, как Хагрид в танцах.       Поттер прыснул, садясь напротив Драко, копируя его позу, и начал тасовать карты.       — Что ж, справедливое замечание, — и в зелёных глазах промелькнул лукавый дьявольский блеск. — И ты всё равно согласен? Какая самоотверженность!       Ну да, Драко, как идиот, каждый раз идёт на это, мечтая хоть раз победить Поттера, хотя прекрасно знает, что не получится. Может, это было своего рода личным фетишем, но, с другой стороны, проиграть такому достойному сопернику — не стыдно.       Даже если это были всего лишь взрыв-карты.       Правила были просты: нужно быстрее всех избавиться от карт, кладя по очереди либо одинаковой масти, либо числа, иначе карты взрывались в руках. Это не было больно, но неприятно, конечно.       — Главное не победа, а участие, — парировал Драко, чуть улыбаясь, и склонил голову набок, рассматривая Гарри в свете тусклых свечей.       Сегодня он казался мягче, чем обычно, его плечи были расслаблены, а на губах играла ответная улыбка. И, если честно, Драко готов был проиграть ему сотни и тысячи раз, лишь бы быть с ним рядом. Именно здесь. Вдвоём. Где можно быть самим собой.       — Тоже верно, — Поттер постучал картами об диван, а потом прищурился. — А если я хочу играть не просто так, а на… кое-что?       О, ну конечно, ещё бы было всё так просто. Драко разочаровался бы, если бы Поттер ничего не придумал.       — И на что же? На желание? Ну нет, я не собираюсь исполнять твои дурацкие желания, мало ли что там в твоей безумной голове, — проворчал Драко, откидываясь назад.       Поттер чуть покраснел, видимо, явно представив, какие у него там желания, и Драко усмехнулся: после их прошлой совместной ночи там точно ничего приличного.       — Ну, не на желание, а на… раздевание, — шепнул Поттер, чуть поддаваясь вперёд, окидывая его с ног до головы жарким взглядом, а потом он провёл рукой по своему телу, задирая футболку. — Думаю, мне есть, что показать.       Засранец. Чёртов засранец.       Как бы Драко не пытался скрыть свои эмоции, по телу всё равно прошлась приятная дрожь от воспоминаний, а глаза устремились к дразнящему участку кожи. Тем более, это же не квиддич, а всего лишь карты, может, Драко и правда повезёт.       — Тебе так нужны карты, чтобы раздеть меня? — протянул Драко, кусая нижнюю губу.       Мерлин, как это звучало-то!       — Вообще-то нет. Просто хочу убедиться, что это совместное желание, а не только моё, — признался Гарри, ловко перекидывая карты с одной руки на другую. — Ну и мы оба знаем, что спортивный интерес только подогревает азарт.       Хорош. Просто несомненно хорош.       Драко всё не мог понять, как Поттеру удаётся быть таким идеальным? Он словно читал мысли Драко, предлагал именно то, что действительно разжигает огонь в его душе.       Он, несомненно, завёлся. И вместе с этим засмущался: а вдруг у него не будет шанса выиграть, и Поттер будет на него пялиться, а потом…       Драко мысленно перематерился, ругая себя за свои пошлые фантазии, но сразу же было понятно, что именно Гарри предлагал и к чему это приведёт. Но, с другой стороны, если выиграет Драко несколько раз подряд, то, возможно, у него тоже получится смутить героя, да? А чего это только один он тут мучается? Неужели тот вообще ничего не стыдится?       — Тогда условие, — Драко скрестил руки на груди. — Если будет больше трёх побед подряд, то прекращаем игру. Я не собираюсь тут хвастаться своими прелестями в одиночку, понял?       Поттер тут же вскинул руки в сдающемся жесте.       — Понял, принял, — проговорил он и вдруг понизил голос, наклонившись к нему совсем близко. — Не переживай, это всего лишь игра. Если тебе будет некомфортно, то мы сразу прекратим.       И он погладил свободной рукой по его колену так трепетно, что на душе стало невообразимо тепло. И почему они так близки? Почему не кажется это странным? Почему Драко всё это позволяет, хотя, казалось бы, они всю жизнь ненавидели друг друга, воевали по разные стороны, а тут вот такая щемящая нежность, от которой сносит голову.       — Ладно, — прошептал в ответ Драко, неосознанно придвигаясь ближе к его лицу, и Поттер потёрся об него носом.       Один невесомый чмок, и Гарри судорожно выдохнул в его губы, прикрывая глаза. Дожили, теперь поцелуи между ними — новая реальность.       — Ну что ж, начнём, — отстранился Поттер, превращаясь в выпендрёжного засранца. Он быстро раздал карты.       — Я надеюсь, что наконец-то смогу стянуть с тебя эти уродливые шмотки, — хмыкнул Драко, делая ход. Что ж, карты ему попались приличные.       — Оу, так ты признаёшься, что хочешь увидеть меня обнажённым?       — Вовсе нет. Я просто ненавижу твой вкус в одежде.       — Да-да, я так и поверил, — Гарри поправил очки и вдруг сбросил все карты. У него оставались восьмёрка и дама.       Да чёрт!       Драко не успел среагировать, как карты в его руках взорвались, заставляя его подпрыгнуть на месте, а Поттер довольно заулыбался, заводя руки за голову.       — Ну что ж, Малфой, начинай.       Драко скривил лицо в недовольной гримасе, но спорить не стал. Он просто стянул носок с ноги и кинул его в наглую мордочку Поттера, чтобы тот перестал так лыбиться.       — Вот тебе, наслаждайся, — буркнул он, но Поттер лишь рассмеялся ещё больше, пряча его чёрный носок к себе в карман джинс.       — Это будет мой первый трофей! Носок самого Драко Малфоя! А потом повешу его себе на стенку и буду любоваться.       — Фууу, Поттер, ты почему такой идиот? — закатил глаза он, раздавая карты. — И я заберу свой носок обратно, понял?       — Неа, это моё, — нахально заявил тот, принимая свои карты.       Что ж, игра пошла интереснее, потому что рука Драко была удачливее для него же, и он с первого хода выкинул все карты из-за восьмёрок, и Поттер даже подумать не успел, как карты взорвались.       — Ну ладно, так уж и быть, носок можешь оставить себе, а что ты мне отдашь? — пропел Драко, кусая губу.       Хотя он тоже думал, что тот отдаст ему носок. Чёрт, они как домовые эльфы — раздают друг другу носки. Но, увы, Поттер всегда умел его обескураживать, потому молниеносно снял с себя футболку, широко улыбаясь, а потом протянул её Драко.       — На, держи подарок. С Рождеством, — хихикнул этот придурок.       Это было и смешно, и глупо, и чертовски горячо, потому что Драко впервые увидел Поттера с голым торсом. Первое, что бросилось в глаза — россыпь родинок на молочной коже, и хотелось придвинуться ближе, чтобы изучить каждую, потрогать, запомнить навсегда.       — Премного благодарен, величайший из величайших! — Драко постарался сделать голос саркастичным, но он всё равно дрогнул, когда Поттер игриво облизнул свои губы.       — Нравится? — Гарри провёл ладонью по своим волосам, специально, чёрт возьми, чтобы показать изгибы своего тела во всей красе.       Драко понадобилась долгая минута, чтобы отвести взгляд. Потому что это работало, и фантазия не заставила себя ждать, играя на полную мощность. Он сразу же представил, как трогает Поттера, как бы тот размяк под его руками или, может, даже под губами. Какие бы звуки тот издал, если бы Драко, к примеру, облизал этот прелестный маленький розовый сосок, а потом прикусил бы.       О чёрт, и снова мысли не о том!       Драко проигнорировал вопрос: ему нечего было ответить, потому что и так всё было ясно без слов.       Он схватился за карты, чтобы собрать их в кучу и просто отвлечься на игру, пока он совсем не сожрал самого себя за такие мысли, а щёки и вовсе не стали ярко-алыми.       — Давай продолжим, — нервно проговорил Драко, протягивая карты Поттеру, на что тот усмехнулся.       — А что, если я скажу, что сдаюсь? — пододвинулся к нему Гарри. — И ты можешь забирать свой приз. Разве ты не этого хотел, Малфой?       Так вот в чём дело! Поттер и не собирался изначально выигрывать и раздевать Драко! Он просто хотел его соблазнить, посмотреть на реакцию и…       И всё, о чём боялся думать он сам, стыдясь своих фантазий, Поттер предлагал ему взять просто так, уловив его настроение.       Драко просто попал в ловушку собственных желаний.       Карты были забыты, как и чудовищные муки размышлений о том, что правильно, а что нет. Драко чуть подался вперёд, касаясь губами торса Гарри, а потом посмотрел на него снизу вверх.       — Тогда для чего нужны были карты, если ты изначально планировал это?       — Повторюсь, я хотел убедиться, что это взаимное желание, — Гарри прижал его голову к себе, шумно выдыхая через нос. — А ещё мне нравится твой взгляд. Я готов сделать всё, что угодно, лишь бы ты продолжал так на меня смотреть.       Драко не был готов услышать такое откровение, но он чувствовал губами, как сердце Поттера колотится в грудной клетке, заглушая все его дурацкие мысли одним махом, и он снова поддался инстинктам, как в прошлый раз, высунув кончик языка, чтобы попробовать его на вкус.       — Чёрт, — Гарри зарылся в его затылок пальцами, чуть сжимая. — Продолжай.       И Драко продолжил, уже смелее, хватая его за бёдра и целуя его торс, рассматривая те самые родинки, которые привлекли его с первого взгляда.       Да, возможно, им не стать парой, ведь Драко чётко осознавал их положения в обществе: как вообще герой магической Британии мог быть с Пожирателем Смерти? Только здесь, под покровом тайны, Драко мог позволить себе насладиться такой щедростью, как внимание Поттера. Ведь у Драко будут воспоминания, которые никто у него не отнимет. Ради таких кусочков счастья можно было пойти на такой риск.       Наверное, это был самый лучший подарок на Рождество.