Дверь в дом Питера Хейла

      Тео хлопает дверью, и Питер недовольно на него смотрит, так что Рейкен закатывает глаза.       — Вы поссорились? — Недовольство старшего Хейла исчезает за секунду, он уже с интересом вглядывается в хмурого химеру.       — Да. Нет. Не твоё дело. — Тео проходит на кухню к холодильнику и распахивает его с целью найти там что-то съедобное и хотя бы относительно вкусное, но надежды на это нет: продукты в этом доме покупает он сам и готовит тоже сам, Питер питается либо готовой едой, либо в кафе или ресторанах.       — Если ты сломаешь эту дверь, станет моим, помни об этом. — Дежурное напоминание от дядюшки Питера, ага. Тео захлопывает холодильник и плюхается на стул рядом с ним. — И всё же — что опять случилось? Надеюсь, только с вами двумя, а не с Бейкон-Хиллз.       Тео хмыкает.       — Ты и прав, и нет одновременно. Случилось сначала с Бейкон-Хиллз, потом со мной и Лиамом, так что в заднице всё равно мы не одни.       Хейл с тоской смотрит в окно. Этот город заколдован или проклят? Иначе почему с ним постоянно происходит какая-то сверхъестественная чертовщина?       — Тогда знать не хочу. То есть, если мне стоит чего-то опасаться, лучше скажи, конечно, но если Скотт опять просто так пытается кого-то спасти — я пас, как ты понимаешь.       Тео вздыхает и с некоторым недоумением понимает, что почти успокоился. Питер действует на него положительно в этом смысле, Рейкен больше не испытывает злости. Скорее грустит.       — Этот город нашла какая-то неадекватная стая. Я бы сказал, она как ком грязи прокатывается и оставляет после себя только унылые обломки, но от нас ей не удалось оставить только обломки — и слава богу, пожалуй. Скотт, как и всегда, пробовал договориться, Малия пыталась пойти и разорвать им глотки, но Скотт её, конечно, удерживал, Лидия и Стайлз в основном отпускали язвительные комментарии. Лиам… — Тео вздыхает. — Я невовремя упустил его из виду, и он напал. Дурак. — Хмурится. — То есть он выжил, конечно, и даже стая убралась к чёртовой матери, — это, наверное, была самая короткая чертовщина в Бейкон-Хиллз, — но, блин, достал. Он же не один. Он рисковал не только собой, но и всей стаей.       Тео снова чувствует злость, но понимает, что она не из-за того, что Лиам рисковал ими, а из-за…       — Он рисковал в первую очередь собой, и именно это тебя и разозлило, верно? — Питер довольно усмехается. Вот вроде волк, а так на лиса похож…       — Да. Да, да, да, он меня бесит, безмерно бесит, но я его люблю, и не могу позволить ему умереть. И более того — я ужасно боюсь даже того, что он будет ранен… — Химера замолкает, внезапно осознавая, что он сейчас сказал.       Хейл больше не смеётся. Смотрит спокойно и задумчиво.       — Мальчик, да ты действительно в заднице. Любить — это отвратительно, ты знаешь?       Тео знает. Он слишком хорошо помнит Тару.       Момент прерывается очередным хлопком двери. Лиам.       — О нет, за что ж вы так с дверью…       — Прости, ладно? Прости! Я не хотел подслушивать, я даже не останавливался, когда бежал, просто услышал тебя, и…       Хейл хохочет, Лиам смущается, глаза Тео размером с монету.       — И, ну…       — Да?       Сердцебиение Лиама учащённое, очевидно, не от бега. Вернее, если бы было только от бега — оно бы уже пришло в норму, но оно не пришло. Данбар собирается с силами, делает вдох, затем выдох, и только потом спрашивает:       — Пошли на свидание?       — Пошли. — Тео чувствует, что непроизвольно улыбается.       И именно в этот момент Питер, как назло, решает влезть в разговор.       — Ну вот, теперь у тебя не будет никаких проблем с признанием, Рейкен. А теперь свалите в закат проводить время вместе и дайте мне спокойно поработать!       В ответ тишина. Эти двое уже смылись — и целуются в пикапе Тео.