Перегрузка

Soft radiostatic Достаточно скромный по меркам Винсента паб, был залит мягким приглушенным светом, от чего виски в их стаканах поблескивало чем-то золотым. Тихий джаз, игравший в этом самом пабе, был где-то на периферии сознания, ничуть не мешая Винсенту слушать главную причину этого вечера. Кажется сегодня Аластор слегка перепил—красные ушки слегка подрагивают, глаза уже лениво открываются и также лениво закрываются, а сам он почти лежит на барной стойке, хихикая и слушая своего спутника. Пьяный Аластор всегда нравился телеведущему куда больше чем его вечная трезвая серьезность. Как будто спадала эта чертова стена из масок и напускной вежливости. Особенно приятным было осознание, что такой Аластор достается только ему одному, а для всех остальных остается лишь картинка серьезного радиодемона. На этой мысли, Винсент оперся углом своей головы в собственную ладонь, локоть уперся в стол, а взгляд теледемона был направлен на свой предмет обожания. И как давно он влюбился? Электричество пробежало между его антенн от этих мыслей, а экран залился голубым. Уши Аластора слегка дрогнули, а в глазах блеснул интерес с неким огоньком. Он выпрямился и отпив из своего почти пустого стакана, сказал: —Друг мой, а от чего меж твоих антенн обычно появляется электричество? Не похоже на то как будто ты это контролируешь. На его губах возникла лукавая улыбка с отблеском виски. Вот черт, от такого зрелища, тона и обращения, Винсент почувствовал как он слегка искрится. Он уже было начал объясняться, мол это просто из-за эмоций, однако когда Аластор слегка хихикая, кончиками пальцев дотронулся до антенны, теле-демон замер, забывая все слова. Они были жутко чувствительны. Винсент вздрогнул всем телом, а изображение на экране слегка глитчануло. Кажется даже сама голова начала нагреваться. Слова не вязались ни в какие предложения, а из динамиков лишь послышался тихий томный вздох. Аластор был слишком близко. Взгляд его был прикован к антеннкам. Одной рукой он опирался в стойку, дабы не потерять равновесие, а второй он прокручивал в пальцах кончик усика. Ему нравилось наблюдать как Винсент подрагивает от этих прикосновений. Такой уязвимый и полностью доверяющий. Тепло разлилось по телу уже не только из-за алкоголя. Он продолжал теребить антеннки, пока в один момент его не ударило током. Разряд был не очень сильным, однако вся шерсть и волосы на теле Аластора наэлектризовались. Тот одернул руку и легко засмеялся, пока на экране телевизора красовалась ошибка. Это было слишком. Слишком чувствительно, дабы система Винсента могла это выдержать. Даже механическое сердце начало колотится очень уж быстро, а голова начала ощутимо перегреваться. Кажется это первый раз когда его коротнуло в присутствии Аластора. Тот в свою очередь лишь продолжал слегка хихикать, а после спросил: —Ты это специально? Беззлобно и по дружески. Вот черт, кажется система все больше начинает сбоить от такого. Когда ответа не последовало, уши Аластора недовольно дернулись, а он сам заметил уведомление об ошибке. —Винсент? Система наконец перезагрузилась и работала почти исправно. Кажется такая перегрузка чувств плоховато влияет на него, но как же хотелось, дабы Аластор еще раз покрутил в пальцах его антенны. —А? А, не, нет нет, что ты. Они просто ну.. очень чувствительны и ты.. ну.. моя система.. На секунду показалось что он дымится. Теледемон спрятал смущенно-влюбленный взгляд в стакане. Слова не хотели вязаться в предложения и все таки он был даже рад, что Аластор его перебил, вновь по доброму хихикая: —Ладно, ладно, милый, я понял… Чтож, кажется Винсент сегодня не сможет уснуть, думая об этом. Аластор же понял, что будет делать гораздо чаще чем думал изначально.