Всё началось с мурчания

— Мели? — Артур проснулся от того, что по коридору кто-то бежал, громко топая. Его рыжие волосы растрепались о подушку, а фиолетовые глаза распахнулись, мгновенно наполняясь тревогой. Он рывком сел, сбрасывая с плеч одеяло — чужое, тёплое, пахнущее вишней и озоном. И тут же увидел Зелдриса, который нёсся по коридору с таким лицом, будто случилось нечто из ряда вон выходящее. — Ингредиент! — выкрикнул король демонов, едва не сбив с ног выскочившую из соседней двери служанку. — Привезли! Мерлин уже здесь, в лаборатории! Артур вскочил, мгновенно забыв о сне. Мелиодас, услышавший шум, распахнул дверь своей комнаты. Он был в одной рубашке, босиком, с взлохмаченными волосами и испуганными глазами. — Что случилось? — Всё хорошо, — Артур взял себя в руки, хотя сам дрожал от волнения. — Ингредиент прибыл. Сейчас Мерлин сварит зелье. Ваша память вернётся. Мелиодас перевёл взгляд с него на Зелдриса, и в его глазах мелькнуло что-то нечитаемое. Страх? Надежда? И то, и другое. — Идёмте, — сказал он, выходя в коридор и плотнее запахивая рубашку. — Я хочу быть там. --- Лаборатория в замке Зелдриса оказалась маленькой, но хорошо оборудованной — видимо, король демонов готовился к разным случайностям. Мерлин уже колдовала над большим котлом, что-то бормоча и добавляя щепотки мерцающих ингредиентов. Рядом с ней стоял присланный гонец с заляпанным грязью мешком — тем самым, с драгоценным ингредиентом. — Капитан, — Мерлин подняла голову. — Вы вовремя. Зелье будет готово через час. — Час? — Мелиодас нервно сжал кулаки. — Нельзя быстрее? — Нельзя, — покачала головой Мерлин. — Если я ускорю процесс, зелье потеряет свойства, и ваша память восстановится не полностью. Мы этого не хотим. Мелиодас кивнул и отошёл к стене, прислонившись спиной к холодному камню. Артур остался стоять у входа, не решаясь войти — Мелиодас не приглашал его, а самовольно вторгаться в зону комфорта он не хотел. — Заходи, — вдруг сказал Мелиодас, заметив его нерешительность. — Не стой как истукан. Если уж ты пережил эти четыре дня, то и час выдержишь. Артур вошёл. Встал у противоположной стены, сохраняя дистанцию. Рыжие пряди упали на лоб, а фиолетовые глаза смотрели в пол, чтобы не смущать Мелиодаса взглядом. Зелдрис, наблюдавший за ними, хмыкнул, но ничего не сказал — только подошёл к брату и тихо спросил: — Боишься? — Не то чтобы боюсь, — ответил Мелиодас так же тихо. — Я... я не знаю, каким стану после. Может, я не захочу его вспоминать. Может, я захочу остаться тем, кто я сейчас. — Ты не можешь остаться, — твёрдо сказал Зелдрис. — Твои настоящие воспоминания — это часть тебя. Без них ты неполный. — А если я не хочу быть полным? — Тогда ты лишишь себя счастья. — Зелдрис кивнул в сторону Артура. — Посмотри на него. Он ждал тебя четыре дня. Не прикоснулся, не настаивал. Какой альфа из нашего мира поступил бы так? Мелиодас посмотрел на Артура. Тот стоял у двери, скрестив руки на груди, его рыжие волосы мягко блестели в свете ламп, а в фиолетовых глазах застыло терпеливое ожидание. — Никакой, — прошептал Мелиодас. — Я знаю. — Вот и ответ, — пожал плечами Зелдрис. --- Час тянулся бесконечно. Мерлин колдовала, помешивая варево, добавляя то одну, то другую траву. Иногда она подносила поближе нюхалку и проверяла цвет. Иногда оборачивалась, чтобы сказать что-то ободряющее. — Готово, — наконец произнесла она, когда стрелка настенных часов (Зелдрис любил человеческие изобретения) показала ровно час. Все замерли. Мерлин перелила мутную голубоватую жидкость в серебряный кубок и протянула Мелиодасу. — Пейте до дна. Может быть горько. Мелиодас взял кубок. Руки его дрожали. Он посмотрел на зелье, потом на брата, потом на Артура. — Если я выпью... всё вернётся? — Всё, — кивнула Мерлин. — Даже плохое? — Даже плохое. Но хорошего, поверьте, гораздо больше. Мелиодас зажмурился и выпил. Закашлялся — зелье и правда оказалось горьким, с каким-то металлическим привкусом. Секунду ничего не происходило. Потом голова его взорвалась болью. — Мели! — Артур рванул к нему, забыв о дистанции, рыжие волосы взметнулись, фиолетовые глаза вспыхнули паникой. — Стоять! — рявкнул Зелдрис, удерживая его. — Не трогай! Он сейчас начнёт вспоминать, и если ты его коснёшься, это может... может испортить процесс! Артур замер, вцепившись пальцами в собственную рубашку. Мелиодас стоял у стены, прижавшись затылком к холодному камню, и чувствовал, как воспоминания врываются в его сознание, как водопад, как цунами. Триста лет в мире демонов. Переход на сторону богинь. Война. Запечатывание собратьев. Одиночество. Семь смертных грехов. Бан, Диана, Кинг, Эсканор, Гаутер, Мерлин. Трактир. Долги. Артур. Мелиодас выдохнул, чувствуя, как по щекам текут слёзы. — Чёрт. — Мели? — голос Артура был полон боли. — Ты... ты меня слышишь? Мелиодас открыл глаза. Красные, заплаканные, но ясные. Он смотрел на Артура так, как смотрел всегда — с любовью, с нежностью, с той особенной теплотой, которую невозможно сыграть. — Артур, — сказал он, и в этом имени было всё. Все ночи в объятиях, все поцелуи, все ссоры и примирения, все маршмеллоу и вишнёвый сок. — Мели! — Артур больше не мог сдерживаться. Он рванул вперёд, обхватывая Мелиодаса за плечи, прижимая к себе так крепко, будто боялся, что тот исчезнет. — Мели, прости, прости, что я не уберёг тебя, что допустил, что ты поехал с этими... — Ты не виноват, — прошептал Мелиодас, зарываясь лицом в его плечо. — Это я... я идиот. Не посмотрел досье. Не послушал тебя. Я... — Тшш, — Артур гладил его по спине, по голове, целовал рыжую макушку. — Ты здесь. Ты вернулся. — Я здесь, — выдохнул Мелиодас. — Я помню. Всё помню. Зелдрис, стоявший в стороне, отвернулся, слишком много было эмоций. Мерлин, которая обычно не показывала эмоций, улыбалась, прикрывая рот рукой. — Ну вот, — сказал Зелдрис, пытаясь придать голосу обычную суровость. — А вы говорили, не получится. — Получилось, — прошептал Мелиодас, не отрываясь от Артура. — Спасибо Зел. Спасибо. — Не за что, — буркнул Зелдрис и вышел из лаборатории, потому что смотреть на их сопли было выше его сил. Но в коридоре он всё же прижался спиной к стене и выдохнул с облегчением. --- Остаток дня Мелиодас не отпускал Артура. Они сидели в его комнате — той самой, где Мелиодас сначала боялся, а потом слушал рассказы через дверь. Артур обнимал его, гладил по голове, а Мелиодас мурчал — громко, довольно, впервые за много дней. — Ты как? — спросил Артур, когда Мелиодас немного успокоился, и в его фиолетовых глазах светилась бесконечная нежность. — Нормально, — шмыгнул носом тот. — Голова болит, но это пройдёт. Память вернулась вся. Я помню даже то, что забыл до этого. — Например? — Например, как ты в первый раз кормил меня маршмеллоу. У тебя сгорел первый кусок, и ты пытался скрыть это, подсунув мне второй. — Не помню такого, — соврал Артур. — Врёшь, — усмехнулся Мелиодас. — Я помню всё. Они помолчали. Мелиодас вдруг напрягся — Артур почувствовал, как он замер в его руках. — Что? — спросил он. — Те рыцари, — сказал Мелиодас. — Говард, Седрик, Болдуин. Они... они были странными. Они что-то говорили про омег, про мою «хрупкость». Я должен был проверить досье. Должен был быть внимательнее. — Ты не виноват, — твёрдо сказал Артур. — Ты всегда не смотришь досье, это твоя привычка. И обычно она не приносит вреда, но она ужасна. — Раньше от неё никогда не было проблем! — повторил Мелиодас. — Артур, если бы не восстановилась? Если бы зелье не помогло? Что бы ты делал? — Ждал, — сказал Артур. — И был рядом. Как эти четыре дня. — Ты спал на полу, — голос Мелиодаса дрогнул. — И у двери. Я видел. — Я обещал не прикасаться без разрешения. И сдержал слово. — Дурак, — прошептал Мелиодас. — Какой же ты дурак. — Твой дурак, — улыбнулся Артур. — Мой, — согласился Мелиодас и поцеловал его. Впервые за эти дни. Впервые после потери памяти. Мелиодас сам, без принуждения, без страха, поцеловал Артура. И Артур ответил — осторожно, нежно, стараясь не напугать. — Прости, — шепнул Мелиодас, отрываясь от его губ. — За всё. За кружку, за то, что боялся, за то, что не верил... — Ты не виноват, — повторил Артур. — Ты ничего не помнил. Ты боялся. Это нормально. — Не нормально, — покачал головой Мелиодас. — Нормально — это когда ты можешь доверять своему альфе. А я... — А тебя всё твоё детство учили тому, что альфам доверять нельзя, — перебил Артур. — Это не твоя вина. Это вина мира демонов. И мы это исправим. Вместе. Мелиодас снова уткнулся в его плечо. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я тебя тоже, — ответил Артур, и в его фиолетовых глазах отразился свет камина. --- Через два дня Мелиодас вернулся в Лионес. Грехи встречали его как героя — Бан обнимал, хлопая по плечу, Диана вытирала слёзы, Кинг молча жал руку, а Гаутер... Гаутер просто стоял рядом и улыбался своей загадочной улыбкой. — Мы убили ту тварь, — сообщил Бан. — Теперь она не заберёт ничьих воспоминаний. — Спасибо, — сказал Мелиодас. — За всё. — Не благодари, — отмахнулся Бан. — Ты наш капитан. Мы за тебя горой. Мелиодас хотел сказать что-то ещё, но увидел Артура, который задержался в дверях, пропуская грехов вперёд. Рыжие волосы альфы были взъерошены после дороги, а фиолетовые глаза искали его. Их взгляды встретились. — Идём домой? — спросил Артур, кивнув в сторону портала в Камелот. — Идём, — улыбнулся Мелиодас. Он взял Артура за руку — впервые при всех — и они шагнули в портал. --- Дома их ждал уютный ужин, камин и мягкий плед. Мелиодас сидел у Артура на коленях, пил вишнёвый сок и чувствовал, как страх, который преследовал его четыре дня, потихоньку отпускает. — Артур, — сказал он. — М? — Спасибо, что подождал. Артур поцеловал его в макушку, и его рыжие волосы щекотно коснулись щеки Мелиодаса. — Я всегда буду ждать. Сколько понадобится. — А если я снова потеряю память? — Восстановим снова. — А если я снова буду в тебя кружкой кидаться? — Буду уворачиваться, — улыбнулся Артур. — Ты глупый. — Я знаю. Мелиодас замурчал и закрыл глаза. Внутри всё было спокойно. И только одно терзало — как он мог забыть этого человека? Как мог смотреть на него и не узнавать этих фиолетовых глаз, этих рыжих волос? — Не вини себя, — сказал Артур, будто прочитав его мысли. — Всё позади. Мы вместе. Это главное. — Главное, — согласился Мелиодас. И замурчал громче. --- Зелдрис позвонил на следующий день через кристалл связи. Увидев, что брат сидит всё там же — в объятиях Артура, — он удовлетворённо кивнул. — Поправился? — Ага, — Мелиодас улыбнулся. — Спасибо тебе, Зел. За всё. За то, что рассказал про наше детство, за то, что принял нас... — Заткнись, — сказал Зелдрис. — Ты мой брат. Я всегда буду на твоей стороне. Даже если ты идиот. — Сам идиот, — привычно ответил Мелиодас. — Оба идиоты, — заключил Артур, и его фиолетовые глаза весело блеснули, а братья одновременно закатили глаза. — Ты ещё здесь? — спросил Зелдрис. — Здесь, — кивнул Артур. — Присматривай за ним. А то он опять куда-нибудь влезет. — Как скажете, Ваше Величество. — Не называй меня так, — поморщился Зелдрис. — А то я тебя тоже начну «корольком» дразнить. — Только попробуй, — улыбнулся Мелиодас. Кристалл погас. Мелиодас повернулся к Артуру и вдруг серьёзно сказал: — Я хочу кое-что сделать. — Что? — Поговорить с теми рыцарями. С Говардом, Седриком и Болдуином. Прямо сейчас. — Зачем? — удивился Артур. — Затем, что они знали, на какую тварь мы идём. И не сказали мне ни слова. Не предупредили. Я хочу знать — это была глупость или злой умысел. — Я пойду с тобой. — Я знаю, — кивнул Мелиодас. — Я и не собирался без тебя. Они встали, оделись и вышли из спальни. Артур шёл рядом, держа Мелиодаса за руку, и чувствовал, что спустя четыре дня ада их мир снова становится на место. — Ты как? — спросил он, когда они вышли в коридор. — Зол, — честно ответил Мелиодас. — Но спокоен. Потому что ты рядом. — Всегда рядом. — Знаю. Они пошли по коридору, и Мелиодас крепче сжал его ладонь. Впереди были разбирательства, слёзы, возможно, новые враги. Но они были вместе. А это значило всё.