Victory lap

Кими победил. Опять победил. Он сделал все возможное для своей победы, он был самым быстрым. И он заслужил награду. Зачем еще работать, если не за награду? Конечно вот так неприятно получилось с Джорджем. Он, конечно, сожалеет. Ему всегда нравилось бороться на трассе со своим товарищем по команде. Но что поделать, если победитель может быть только один. Может Кими просто лучше справляется со своей работой, чем Джордж. Кими в рекордные сроки добирается до своей комнаты водителя, а потом в такие же рекордные сроки возвращается в отель. Сегодня ему было куда торопиться. Он победил! В целом, план действий после гонки простой: быстро собрать вещи, дорога до отеля занимает не больше двадцати минут, а потом у него есть примерно минут пятнадцать, чтобы принять душ и привести себя в порядок. А потом он получит приз чемпиона, который он точно заслужил. В общем, оставалось еще одно, что нужно было сделать. Пройдя голый через всю комнату к кровати, Кими наклонился над тумбочкой. В верхнем ящике лежала аккуратная коробка. Вот это был его любимый момент. Никакие подиумы, никакие победы, не смогли бы сравниться с этим моментом. А именно тот, где Кими наконец становится тем, для чего он был рожден. Он открывает коробку и достает черный кожаный ошейник и тонкий ободок с щенячьими ушками. Да, это точно его любимый момент. Мальчик прихорашивается перед зеркалом: ошейник сидит плотно, а ободок потерялся в его кудрях, так что уши выглядели почти реальными. Может ему забраться на кровать, принять какую то привлекательную позу? Дверь резко хлопнула. Ну наконец то! Ладно, может в этот раз без привлекательных поз. Кими радостно выпархивает из ванной в сторону хлопнувшей двери. Вид, представший перед ним, никогда ему не надоест: его высокий сильный начальник Тото Вольф стоит в его, Кими, комнате и смотрит на него, Кими, самыми темными глазами, какие он когда либо видел. Несколько секунд они стоят молча. Тото оглядывает мальчика с ног до головы, который прихорашивается под его взглядом. На лице Кими появляется маленькая улыбка, и он только открывает рот, чтобы сказать что нибудь дерзкое вроде "долго собираешься меня разглядывать?", как его прерывают две огромные руки, толкающие его на колени. — Кими, — одна рука Тото скользит ему в волосы, заставляя запрокинуть голову. Его голос пронизан стальными нотками, а глаза... О, эти глаза явно не обещают ничего хорошего. — Я хочу, чтобы ты был хорошим пёсиком, закрыл свой рот и на этот раз делал то, что я тебе скажу. Все отличное настроение Кими исчезло за секунду. Он что то понял не так? Разве... Разве он не победил? А как же его награда? Он пытается вырваться из хватки Тото, но тот явно больше и сильнее, даже если это не он из них двоих действующий профессиональный спортсмен. Тото не сдвигается не на миллиметр, его рука лишь сильнее сжимает волосы мальчика. — Ты считаешь, что ты такой молодец, да? — Тото усмехается. Он поворачивается к дивану, стоящему посреди комнаты и уверенно шагает туда. Конечно же он не отпускает волос Кими, поэтому ему приходится унизительно ползти вслед за своим начальником. Тото садится на диван, устраивая Кими между своих ног. Глаза мальчика широко раскрыты. Потому что да, он считает, что он молодец. Он ничего не нарушил. Он победил. Разве не этого Тото хотел? Очевидно, у него на лице практически видны все его мысли, потому что Тото громко и резко смеется, запрокидывая голову. Когда смех стихает, его лицо опять становится бесстрастным. Он наклоняется над Кими. Их лица почти соприкасаются. Кими не может удержаться от того, чтобы потянуться к лицу напротив. Ему безумно нужен поцелуй. Рука в волосах опять останавливает его. — Ты, щенок, был нехорошим. Неужели ты думаешь, что эта победа считается? Джордж сошел с дистанции. Ты ведь знаешь, что это нечестно. Чертов Джордж. Кими опять про него забыл. Он даже не был виноват. Машина просто сломалась. Кими же не ходил ночью в гараж своего напарника, чтобы окрутить ему кайки в колесах. Но похоже Тото это не волновало. Глаза Кими наполняются слезами обиды. Он ведь победил. — О, мальчик, — рука из его волос пропадает и его резко дергают за плечи так, что он оказывается полностью голым на коленях мужчины. Его хватают за обе руки и тянут за них назад. Боль в плечах заставляет слёзы политься. — Мне всегда нравится, когда ты плачешь. Знаешь, Джордж сегодня расстроился. Тоже плакал. Думаешь, ты можешь плакать сейчас, когда ты весь такой победитель, хотя тут всего второй год? Джордж так много работал ради этого, а ты просто, что, приходишь сюда, раздвигаешь ноги, как шлюха, плачешь и отбираешь то, что принадлежит ему? Так поступают настоящие чемпионы? Так поступают хорошие товарищи по команде? Так поступают хорошие мальчики? Кими просто не может это выносить. Всё совсем не так, как он надеялся. Это чертов Джордж. — Тото, пожалуйста... — на его задницу резко обрушивается тяжелый удар, заставляя его кричать. — Я сказал, что ты будешь сегодня молчать. Хорошие собаки молчат. Хочешь высказаться – ты знаешь, что надо делать, — голос Тото словно сталь. Кими хнычет, пытаясь выбраться из захвата или хотя бы пошевелить бедрами, но послушно замолкает. Может это и не то, на что он рассчитывал, но он не может отрицать, что чужие руки на его голом теле заставляют его что то чувствовать. Может он и правда шлюха. Второй удар приходится на вторую ягодицу. За ним сразу следуют третий и четвертый. — Вот так, лежи и молчи, хоть сейчас будь хорошим, — Тото даже не дает ему передышки. — Ты заслужил каждый из этих ударов. Слышишь меня? Заслужил. Тото наконец отпускает его руки и резко дергает мальчика обратно между своих ног. Кими, явно не ожидавший этого, падает на пол, не сумев удержаться на коленях. В итоге он просто лежит бесполезной плачущей кучей под ногами Тото, смотрящего на него сверху вниз. — Ну же, щенок, — Тото совсем не нежно пихает его ногой. Кими с трудом поднимается на колени. Он не может поверить, что это все еще каким то образом его возбуждает. Несколько секунд они просто смотрят друг на друга. Кими не знает, что ему делать. Ему не дали команды, не разрешили прикасаться – ни к себе, ни к мужчине напротив. Тото поднимает одну бровь. Мальчик делает глубокий вдох и издает тихий смущенный лай. Он тут же тянется к брюкам Тото, где уже заметна явная выпуклость, но тут же получает удар по рукам. Из его горла вырывается отчаяный скулёж. — Неужели ты забыл? Так увлекся всей этой игрой в чемпиона, что забыл, что у собак нет рук? — насмехается над ним Тото. Сгорая от унижения, Кими наклоняется к ширинке мужчины. Ему кое как удается схватить бегунок молнии зубами, но должного результата это не приносит. Всё его лицо мокрое от слёз и слюны, руки сложены за спиной, зубы отчаяно пытаются сделать хоть что то с упрямой молнией. Его маленький член такой же мокрый и красный, как и его лицо. Из его горла вырывается скулёж и всхлипы. Даже если бы ему можно было говорить, он не верит, что смог бы сформулировать хоть одну связную мысль, что уж говорить о том, чтобы произносить слова. Он окончательно бросает попытки что то сделать зубами и просто начинает сосать ткань брюк. Сверху раздается смех и его снова тянут за волосы, отрывая от одетого члена Тото. — Даже это сделать не можешь, а претендуешь на чемпионство? Амбициозно. И глупо. Кими не может перестать издавать эти ужасно смущающие звуки, но ему уже в целом все равно. Он изо всех сил извивается на коленях, пытаясь дотянуться хоть до чего нибудь, но рука в волосах не оставляет много места для маневра. Обе его руки сложена за спину. Он всё таки хороший мальчик. Тото сам расстегивает ширинку и достает член. Он красный и злой, огромный и совершенно точно такой вкусный. Это самый великолепный член, который Кими когда либо видел. Не то, чтобы у него был в этом большой опыт. На самом деле, это единственный член, что он когда либо видел, не считая своего. Но сравнивать их все равно что сравнивать слона и муху. — Ну что, нравится вид? — Кими с трудом отрывает взгляд от великолепного члена чтобы взглянуть Тото в глаза. Тот наблюдает за ним. — Веди себя хорошо, открой рот. Кими послушно открывает рот, высунув язык. С этими ушками, ошейником и высунутым языком, весь в слюнях, он точно напоминает собаку. Из него вырывается непроизвольный лай, глаза закатываются. Резко рука в волосах роняет его голову прямо рядом на член Тото. Язык мальчка скользит по боковой стороне, из него вырываются отчаянные стоны и всхлипы. Он пытается приблизить свое лицо еще ближе. Он хочет его внутри себя. Хочет чувстовать, как натягивается ошейник. Тото опять тянет его голову вверх. Кими кажется, что он сейчас же умрет. — Щенок, — острые глаза Тото встречаются с отчаяными глазами мальчика. — Сейчас ты будешь сидеть здесь как красивый мальчик и терпеть все, что я тебе дам, понятно? Кими как может кивает, и тот же его горло раскрывается вокруг толстого члена мужчины. Тото держит его голову двумя руками, и совсем не дав мальчику времени освоиться, начинает грубо трахать его горло. Сколько бы раз Тото не трахал его так, он никогда не может к этому привыкнуть. Он думает, что никогда и не сможет. Он изо всех сил старается подстроить дыхание и усмирить рвотный рефлекс, но воздуха отчаянно не хватает. Его руки упираются во все еще одетые бедра мужчины, нос царапает ширинка, легкие горят. Когде ему уже кажется что он вот вот потеряет сознание, Тото полностью вынимает свой член. Голова Кими тяжело падает на толстое бедро. Он лежит с закрытыми глазами, изо всех сил стараясь отдышаться, и чувствует как огромный член касается его щеки. Наверняка вид просто порнографический. Как бы ему хотелось, чтобы Тото сделал фотографию. Может Кими бы выложил ее себе во все соц сети вместо дурацких фотографий с трофеем. Зачем нужны эти победы, когда он может быть вот здесь вот так. — Поднимайся, у меня нет всей ночи на это, — строгий голос прерывает его мечтания. Он открывает глаза. Да, вид этого великого члена куда лучше темноты за его глазами. Легкий удар ладони по лицу привлекает его внимание. — На диван. Покажись мне. Команда понятная и простая. Кими изо всех сил пытается действовать быстро, но судя по насмешливому взгляду, что он получает, ему это не удается. Да и сам факт, что он заметил этот взгляд не помогает. Он забирается на диван, прижав лицо к подушке и выгнув спину. Колени болят ужасно, но мягкая обивка дивана слегка это облегчает. Кими почти готов поставить деньги на то, что он может кончить без единого прикосновения к своему члену, учитывая как сильно он возбужден. Позади него слышится вздох за которым сразу следует удар по его заднице: — Шлюха, — Тото грубо хватает его за воспаленные ягодицы и растягивает, обнажая анус. Кими знает, что так нельзя, но не может удержаться от покачиваний бедрами. Ему нужен этот член и нужен прямо сейчас. Он чувствует как капля слюны падает прямо на его анус и не может скрыть свой отчаяный стон. — Такой отчаяный щенок, — два пальца без предупреждения и подготовки вонзаются глубоко в него, вызывая у Кими крик. — Лай для меня как хорошая собака, и может быть я буду достаточно великодушен, чтобы простить тебя. Последние мысли Кими расстворяются с первым же движением пальцев внутри него. Из него вырывается отчаяный лай. Он больше не может думать о стеснении. — Видел бы тебя Джордж сейчас. Может быть он бы тоже тебя простил. Может быть мне стоит предоставить ему твой рот? Знаешь, за всё то, что ты сказал ему по радио. Нет, нет, нет, он не может думать сейчас о Джордже, не может думать о чемпионате, особенно когда третий невероятно длинный и толстый палец Тото скользит в его задницу. Может быть это могли бы быть пальцы Джорджа. Может Кими стоило прийти к нему в комнату. Загладить свою вину. Он бы встал перед ним на колени. Он бы позволил Джорджу трахнуть его. Может быть если бы Джордж смог использовать его после каждой гонки, он бы так не злился на него. Его мечтания резко прерываются отвратительным чувством пустоты. Из горла вырываются рыдания. Он был так близко, так близко. — Потерпи, щенок, сейчас ты получишь все, что хочешь, — руки хватают его за бедра и толстый член прижимается к его входу, выбивая все расстройства из его головы. Кими слабо чувствует, как Тото еще раз плюёт на него. Он может думать только о том, как сильному ему хочется быть полным. Тото резко притягивает Кими на себя, пронзая его насквозь. Он настолько большой, что Кими готов поклясться, что чувствует кончик его члена где то в горле. Тото не даёт мальчику и секунды привыкнуть, сразу задавая дикий темп. — Ты такая шлюха, просто позволяешь мне делать с тобой всё, что я хочу. Может быть мне не стоило делать тебя водителем, а оставить своей личной шлюхой? Насадкой на член. Ты бы не мешался у Джорджа под ногами. Никаких амбиций о чемпионате. Только мой член во всех твоих дырках. Кими отчаяно стонет. Толстый член разрывает его напополам. Он думает, что сейчас кончит. — Тебе нравится эта идея? Или тебе меня мало? Может ты бы предпочел быть командной шлюхой? Чтобы кто угодно мог использовать тебя? Может мне стоило бы отдать тебя механикам Джорджа, а? Они бы точно были не против. Вот-вот-вот-вот-вот. — Может быть если ты выиграешь чемпионат мне стоит просто трахнуть тебя на трибунах? Показать всему миру, что ты просто мой щенок. Никакой ты не чемпион. Просто собака, рожденная, чтобы служить мне. Кими взрывается. Он уверен, что у него происходит одновременно три оргазма. Он слабо понимает, что кричит.

***

Когда он приходит в себя, он понимает, что он пуст. Он открывает глаза. Он остается в том же положении, в которое и был поставлен: задница вверх, голова прижата к подушкам. Голову поворачивать слишком тяжело. Он лишь косит глаза. Тото заправляет свой мягкий член братно в брюки. Он идет к выходу из номера, даже не вглянув на Кими. Перед самой дверью он останавливается, но не оборачивается. — Это не твой чемпионат, Кими, — говорит он. В его голосе больше нет той злости, что было до всего этого. Просто усталось. — Ты молод. Ты еще справишься. Ты ведь знаешь, где твоё место. И оно позади Джорджа. С этими словами он оставляет Кими одного. Его ноги дрожат. Задница горит. Он больше не чувствует колен. Из его ануса вытекает чужая сперма. "Чертов Джордж" — думает Кими перед тем, как теряет сознание.