Kings of Sludge

      День – крики. Ночь – крики. Тишина была лишь мечтой. Несбыточной, далекой. Каждое утро как в аду, кошмары не отпускают, а душат только сильнее. Таблетки уже давно перестали помогать, а психиатр отказывается выписывать что-то сильнее. Потому что сильнее только наркота. Хотя, кажется, и она скоро перестанет спасать, а сажаться на что-то тяжёлое – идея паршивая. «Не жизнь, а сплошной пиздец, да, милый?»       Подсознание орёт как сучка на члене. Причина криков спит за стенкой. Генри. Отец. Вернее, его подобие. Сейчас самое главное – попасть в ванную. С остальным он как-нибудь разберётся.                   «5:55»       До будильника ещё час минимум. Но, кошмары не выбирают когда им появляться, а когда исчезать. Ванная встречает тусклым светом от едва горящей лампочки. Зеркало, мутное, в разводах, заляпанное в какой-то херне. И, как вишенка на торте: лезвие. Оно одно. Маленькое, почти незаметное. Но сколько же оно повидало, сколько же оно слышало. В отражении уже привычная рожа. Вернее, то, что от неё осталось. Глаза нет. Кожа на правой половине лица исполосована шрамами, грубыми, не аккуратными. Они раскромсали всю половину когда-то милой мордочки.       -Очередной день-пиздень. Скорее бы это кончилось... – Тихо бормочет парень собирая синие волосы в хвост и принимаясь за обработку лица. Рутина, которая, казалось бы, должна расслаблять. Нихуя подобного. О каком расслаблении идёт речь в этой маленькой комнатушке с обшарпанной плиткой, треснувшей раковиной и грязной занавеской для ванной?       Обработка закончена, протез, больше напоминающий маску надет. А на часах уже шесть сорок утра. Ещё полчаса и на выход. В комнате Генри слышно копошение. «Проснулся всё-таки, старый ублюдок. Лучше бы у тебя тромб во сне оторвался.» Думает парень открывая дверцу холодильника. Не доеденная пицца, странная, кажется, стухшая субстанция, которую трогать – себе дороже, взгляд цепляется за коробочку йогурта. Последнюю. Руки быстро хватают продукт, также быстро достается чайная ложка. Мобильник пиликает от нового уведомления в мессенджере. T.Morriss: Тебя ждать как обычно, Сал? Желания печатать ответ никакого. Ещё меньше хочется записывать голосовое сообщение, так что, Сал просто выключает телефон и кидает его на столешницу. Новенький iPhone загорается от очередного уведомления. В этот раз пишет блондинистая заноза. Трэвис Фелпс – главная заноза в заднице из компании четырёх человек. Сборник чистой ярости, злобы, и, Сал уверен, где-то у него есть целая цистерна желчи и яда для людей. Блондин не лезет за словом в карман, а слишком длинный язык так и хочется отрезать, что-б заткнул пасть и не пиздел. Громкий, взбалмошный, обозлённый на всех и каждого, кроме одного человека, самого Фишера, который, в своё время вытащил Фелпса из некоторого дерьма. Трэвис Фелпс – эдакая ручная овчарка на поводке у Сала Фишера, хотя, сам парень воспринимает друга как мелкую собачонку породы чихуахуа, лает, скалится, иногда кусает, но реального вреда не причинит.       Дверь в комнату Генри скрипит при открытии. Парень, услышав этот гаденький звук кривит лицо под протезом и, выкинув коробочку йогурта уходит в комнату, не забыв прихватить телефон.

***

      На улице прохладно, но не настолько, что-бы надевать тёплую куртку. Достаточно было и лёгкой кожанки на водолазку с длинными рукавами. Чёрная сумка как обычно болтается где-то за спиной полу-пустая. Из-за высокой влажности волосы стали похожи на странное нечто. «Придется снова просить у Эш расчёску.»       Думает Сал пиная камень. Тодд стоит на их привычном месте. Рыжие кудри плотно вьются, идеально выглаженная, кипельно-белая рубашка и чёрные брюки с ровными, словно по линейке, стрелками. На фоне этого, винный бомбер с кучей нашивок и странными рисунками кажется чем-то несуразным, инородным и чужим. -Снова у Дугласа ночевал, а, Тодди? – Насмешливо спрашивает Фишер, смотря на друга единственным живым глазом, в котором пляшут черти. -Допустим. – Отвечает рыжий, и снова утыкается в телефон. Тодд Моррисон – один из троих друзей Сала. И он, пожалуй, единственный, кто знает Фишера как облупленного. Каждая чёрточка шрама на теле, каждая паничка, любой срыв... Ничто не проходит мимо рыжего. За столько лет он изучил протезника вдоль и поперек, видел его в любом состоянии. Моррисон знал о Фишере всё. Всё, кроме лица. Это единственная зона, в которую нет доступа никому. Единственные, кто когда-то видел его лицо... Что-ж, их нет. С того самого момента – ни одна живая душа не видела то, что скрыто под протезом. -Может ты наконец отвлечешься от дебильника и обратишь внимание на меня, зараза рыжая? – Возмутился Фишер, смотря на друга не одобрительными взглядом одного глаза. -У тебя опять волосы как мочалка стали. Эш, конечно, даст расчёску, но сильно на неё не рассчитывай. – Спокойно сказал Моррисон выключая мобильник. Рыжий в целом был в сто крат спокойнее всей компании. Эдакий голос разума и тормоз для любой хоть мало-мальски ебанутой идеи Фишера, экспрессивной Эшли и взрывного Тревиса. Тодд – уравновешивающий фактор для всех, во всяком случае, так считали ребята, сам Моррисон не спешил развенчивать их мысли по этому поводу.       Остаток пути прошёл в перебросках взаимными колкостями, подначками и язвительными комментариями от Сала. А в конце – отборным матом Фишера в адрес идиота на байке, который умудрился забрызгать протезника грязной водой из лужи.

***

      Столовая была переполнена подростками скучковавшимися в компании и группы по интересам. Сал без интереса осматривал помещение в поисках своих идиотов, за исключением Тодда.       Вот, сидит группа чирлидерш, сучки местной фауны, рядом – школьные команды по футболу и волейболу, здешние качки не обремененные мозгами. За дальним столиком кучка фриков объединившихся на почве любви к субкультурам. Чуть ближе сидела диетическая шиза, как их все называли, эти делили одну баночку cola zero на десяток человек. «Как же их много. Может пребьём всех?» -Заткнись нахуй. – Тихо рычит Фишер, наконец найдя друзей за столиком в центре.       Эшли в своей манере бурно что-то рассказывает парням активно жестикулируя, от чего многочисленные браслеты на изящных руках сталкиваются друг с другом. Тревис закатывает глаза и опять язвит Кэмпбелл. Тодд молча наблюдает за этой мышиной возьней и перечитывает собственные конспекты по физике. -Блондинкам привет, остальным соболезную. – В своей манере здоровается Сал, и приземляется на стул между Эш и Моррисоном, – Принцесса моя, что у нас сегодня на повестке дня? Новая сплетня про Элизабет, или кто-то наконец слил фотки шлюшки Барби? Эшли непонятливо хлопает ресничками, мол «я тут не при делах», и радостно принимается рассказывать всё, что говорила до этого по новой. -... И, ты только представь, каково было моё удивление и шок, когда я узнала, что наша Барби оказывается спит с Мартсоном! – Восклицает шатенка, раскрывая густо накрашенные реснички. – Мне Мэйпл рассказала, ей рассказала Эмили, а той Кармилла, которая подслушала их после допов по астрономии. -Принцесса, это, конечно, крайне интересно. Но меня больше интересует информация о новом байке на парковке. Ducati Hyperstrada не из дешевых. В наш гадюшник перевели кого-то из центра? Или это очередной мажор на подобии Джертона? – Прерывает её рассказ Фишер, пытаясь узнать нужную ему информацию. Больше всего протезника интересовал сам владелец Ducati, потому что именно этот ублюдок залил его новые джинсы водой из лужи. -Ты про тот мотик, который тебя забрызгал? – Вклинивается в разговор Тодд. -Ага. -Вы не в курсе? – В изумлении спрашивает Тревис при этом выглядя так, словно ему только что сказали, что трава голубая а небо зелёное. – Это ж детка Джонсона. Вон он сидит рядом с Жаклин.       Все переводят взгляд на стол чирлидерш и наконец замечают предмет своих обсуждений. Высокий, примерно шесть футов, с длинной копной каштановых волос парень расслабленно сидит в окружении группы поддержки футбольной команды. Девушки ластятся к нему словно кошки к кормящей руке, а он не обращает на них никакого внимания и словно пытается выцепить кого-то взглядом.       Бровь патлатого поднимается в верх, а карие глаза с интересом смотрят на Фишера, который тут же закатывает глаз и отворачивается от него. -И что это за патлатый говнарь? – Несколько раздражённо спрашивает Сал, отстегивая нижнее крепление протеза чтобы наконец поесть. Тревис смотрит на друга как на грешника, Эшли также удивлённо смотрит на Фишера, и только Тодд сподобился объяснить что это за овощ и стоит ли его есть. -Сал, если ты появляешься в школе также внезапно как второе пришествие и не знаешь даже трети от всех учеников, то это не значит, что все такие. – Хмыкает Моррисон неспешно ковыряя стейк, – Ларри Джонсон — местная звезда. -В плане? Нихуя не понял, Тодди, протез на мозги сильно давит, сам же знаешь. – Поднимает взгляд на друга протезник. -Он о том, синевласка, что Джонсон тут что-то сродни Богу, ну или Апполону, за которым толпами бегают девчонки. – Поясняет Фелпс, и откусывает кусок от сэндвича с ветчиной, – Блять, какая же хуйня.

Местная звезда, значит. Посмотрим, какой ты, Ларри Джонсон.