Где-то посередине лета

Влад накрыл ладонью Мишин рот, ловя его испуганный взгляд. Может, зря они до номера не доползли. Но жизнь без адреналина — не жизнь. Член пульсировал в его руке. Он чувствовал Мишино прерывистое дыхание, слышал его пульс. За углом голоса, а их скрывает только пальмовый куст. Они не шевелились. Владу на плечо сел мотылёк, и он почувствовал ладонью Мишину улыбку. Влад потёр большим пальцем влажную головку, заставив Мишу дёрнуться и шумно выдохнуть. Пришлось сильнее прижать ладонь ко рту. Миша мог бы дать ему коленом между ног, но им нельзя было спалиться. Ни в коем случае. И Влад немного этим воспользовался. Миша схватил Влада за запястье и посмотрел ему в глаза. Немое «ты охуел?» в его взгляде заставило Влада улыбнуться. Да, он охуел. Руку Влада со своего члена Миша всё равно не убрал. Голоса и шаги утихли, Влад убрал ладонь от Мишиного лица. Они наконец выдохнули. — Блять, я чуть не умер. — Моя идея подрочить прям здесь не очень, да? — Влад почесал затылок. Щёки у обоих горели — от возбуждения, от стыда и азарта. Влад взял Мишу за талию, обогнув почти целиком. Прижал к себе, отрывая от стены, и стало ещё жарче. Миша вцепился в его футболку, другой рукой обхватил член. Шорты свалились с бёдер на землю, Миша почувствовал себя ещё уязвимее. Если кто-то увидит… — Просто пиздец, Влад, — прошептал Миша, дотягиваясь до его подбородка губами. Солёная, тёплая кожа со вкусом моря. Миша забыл, что хотел возмутиться. Плевать, не спалили же. Он посмотрел на Влада чуть снизу, толкнувшись в его кулак. Ресницы слиплись, щёки румяные, рот приоткрыт. Влад был каким-то недоразумением в жизни Миши. Красивым и сумасшедшим недоразумением. Влад зацепил клыком свою порозовевшую губу, и Миша почти уже дёрнулся, чтобы его поцеловать. Но остатки здравого смысла долбили где-то глубоко в башке, что если они поцелуются, то это будет уже не пьяная дрочка по-дружбе. Миша ещё немного в это верил. Влад, кстати, в это не верил совсем. — Ты ебанутый, — выдохнул Миша, борясь с желанием засосать эти чёртовы губы. Влад, как специально, чувствуя эти муки, провёл носом по его скуле. — Ты такой же, получается. Мише нечем было крыть. Влад залез под футболку и погладил ладонью до шеи. Миша и так стоял без штанов, теперь ещё и майка задралась. Влад сам толкался в Мишин кулак. Придерживая Мишу за волосы на затылке, он припал к горлу, обхватил губами кадык. — Так сглатываешь… — шепнул он, и Миша впился ногтями в его бок. — Иди на хуй. В принципе, он уже сдался. Размяк в его руках и позволил Владу себя полапать — за бёдра, за задницу. Да уже было плевать. Он сам вжался в него, подтягиваясь ближе. Глянул вниз на то, как пальцы суматошно переплетались в попытках потереться друг о друга. Они рывками двигались навстречу. Влад всё-таки вжал его в шершавую стену, и Миша сгрёб его волосы, прижимая к себе. Губы Влада уже считали мурашки на его плече. Он прижал Мишино запястье к бетону и поцеловал там, где бился пульс. У Миши подкосились ноги. Хотелось или заскулить, или Владу въебать. Миша уткнулся ему в висок, зарылся носом в волосы и куснул ухо. Почувствовал улыбку Влада на своей коже. — Ты аж трясёшься, Миш, — Влад подпёр коленкой его бедро. А то Миша сам не знал, блять. Схватился за плечо, чтобы устоять. — Почему ты меня не целуешь? Миша вымученно застонал. Вместо ответа быстрее задвигал рукой, лишь бы только Влад заткнулся. Пососал мочку уха, спустился на шею, рвано целуя пульсирующую вену. Вжаться друг в друга сильнее было невозможно. Влад задышал чаще и горячее, агрессивнее толкаясь в Мишин кулак. — Почему? — Отъебись, пожалуйста, — жалобно попросил Миша. Он и так уже почти сдался. Уронил голову Владу на плечо, чувствуя, что близок. Жар расползся по всему телу. Ладонь Влада так хорошо скользила по твёрдой плоти. Миша сжал волосы на его затылке, захватывая цепочку на шее. Влад поцеловал его в ямку между ключицами, наклоняясь, спускаясь поцелуями ниже по груди, касаясь сосков. Но Миша потянул его за волосы наверх и заставил взглянуть на себя. — Нельзя, — сказал он, и Влад послушно кивнул. — Не на улице. Зачем он добавил это? Он что, готов был позволить Владу взять в рот, если бы они были в номере? Какой пиздец. В висках стучало. Пальцы Влада крепко сжали Мишино худое бедро, подтягивая к себе. — Давай, — попросил Влад, и Мише было достаточно. Он заглушил стон, прикусывая футболку на его плече. Влад кончил следом, по инерции толкаясь ещё несколько раз в липкие пальцы. Подул ветер, жар резко отступил. К Мишиному удивлению, он не испытывал стыда. Отчего-то ему стало даже смешно. Он улыбнулся, обтёр руку о штаны Влада и натянул свои шорты. Его немного потряхивало. Влад прислонился спиной к стене, чтобы охладиться. Смотрел на Мишу с шальной улыбкой. — Что? — спросил Миша, откровенно залипнув на его лице. Влад резко притянул его за шлёвку и поцеловал. Крепко прижался к пересохшим Мишиным губам, не ожидая даже никакого ответа. Просто до смерти захотел это сделать. — Ты меня заебал, — сказал он, слегка отталкивая его от себя. Миша пошатнулся. Облизнул выступившую из трещины на губе кровь. — Пойдём уже. Осознание к Мише пришло не в тот же момент. Даже не на следующий день и не через неделю. Мише стало тоскливо в тот день, когда он вернулся домой, не имея ни малейшего понятия, когда они теперь увидятся. Голоса в голове запели «какой же ты еблан». Чего же вы молчали раньше, блять? Телефон завибрировал. «Долетел?» «Да, а ты?» «Добрался, но уже хочу обратно» Миша нервно постучал по экрану, придумывая, что написать. Почему-то не хотелось больше язвить. Просчитался, но где? «Я тоже» Заблокировал телефон и убрал скорее в карман. Сердце стучало как бешеное. Миша чувствовал, что телефон продолжает вибрировать от новых сообщений. Он ответит, конечно, ответит. После того как размажет голову об стену от того, как давит в груди, когда он вспоминает, где губы Влада его касались. И где он сам Влада так и не коснулся.