Запомни мое имя, Ёнбокки

Ли сразу поднял голову и широко открыл глаза. Перед ним стояла удивленная Юмилия. Девушка была в шоке от того, что перед ней стоял одноклассник, но все же не остановилась. Она достала несколько пачек Мальборо с прилавка и дала их блондину. - Ты знаешь, что сигареты можно только с 18? - спросил Ли, но все же пробил ей товар. - А ты знаешь, что работать в таких местах можно только с 18? - тем же тоном спросила его одноклассница, оплачивая покупку. «Бля…1:1» - пронеслось в голове Ликса. - Ладно, удачи, блондинистый - похлопала его по плечу Лия и вышла из магазина. Блондин остался стоять в одиночестве, стараясь переварить только, что произошедшую ситуацию. Руки там и лежали на прилавки, а взгляд был растерянный. Мысли бежали быстрее, чем надо: «Юмилия - ребенок богатых родителей, это точно. Этот район явно не богатый, значит она ходит сюда, чисто купить сигарет… Значит в других местах проверяют паспорт… Возможно она не одна так делает… Только бы блядкий Хенджин не ходил сюда» - начал молиться про себя Ёнбок. Он продолжил аккуратно переставлять какие-то товары на полке, просто что бы заняться делом. *** Хенджин шел по прохладной ночной улице. Просто сидеть дома стало невыносимо, хотелось заняться хоть чем-нибудь. Юми все равно не отвечала, а у старших были дела поважнее, чем посидеть с брюнетом. На улице ему встречались редкие прохожие, которые торопись побыстрее домой к своим любимым семьям. Не сказать, что это сильно ранило Хвана, но чувство абсолютного одиночества начинало сжирать его изнутри. Фонари, которые тускло светили на улицах, предавая какого-то особенного вайба. Он шел к давно знакомой табачке, где продавали всё и всем. В голове шел спор с собой, что же больше хочет парень: алкоголь или сигареты. И через несколько минут раздумий, он все же пришел к виски, которое хотелось больше всего остального. Зайдя в знакомую табачку, Хен даже не повернулся на продавца и сразу начал выбирать виски из ассортимента. - Извините… - раздался тихий голос. Хван неохотно обернулся и готов был открыть рот от удивления. За прилавком стоял не менее удивленный Феликс. Блондин смотрел на него с широко раскрытыми глазами и не мог сказать не слова. *** Джисон сидел на своей кровати, апатия сжирала его изнутри. Сил не было не на что, даже на сообщения, которые приходили на телефон. То от матери, то от Минхо. Но шатен не отвечал никому, просто не хотелось. - Ебанный рот… - тихо прошептала парень, когда телефон начал звонить. На экране отобразился номер Ли Ноу. Хан не очень хотел отвечать брюнету, но вспомнив прошлый разговор, все же поднял трубку: :- Схуяли ты мне не отвечал, Бельчонок? :- Не хотел - спокойно ответил младший. :- Тебе опять преподать урок? Я ведь знаю, где ты живешь, Ханни? :- Блять, Минхо, идика ты нахуй… Я не буду больше твоей «игрушкой», мне похуй… Можешь бить, оскаблять, делай что хочешь… Сил моих на тебя больше нет. :- Посмотри, Ханни - раздался в трубке раздраженный голос 12-классника. Шатен повесил трубку и отложил телефон. Ему и вправду было плевать, искренне плевать, приедет Ли или не приедет. *** - Ебанный Хан! - вскрикнул Хо, когда увидел, что младший сбросил звонок. Руки дрожали от ярости, казалось, что все выходит из под его контроля. Младший больше не слушался, а значит Минхо терял свою власть. Это выводило брюнета из себя. Парень быстро оделся и взяв ключи от машины с тумбочки, вышел к своей машине. Красивая черная машина, которую ему подарил отец, стояла у дома и манила взгляд. Ли было до сих пор плевать, что прав у него нету. Он знал, если проблемы будут - отец все решит. Богатенький брюнет редко слышал отказы от родителей, что развязывало ему руки. Заведя машину, Ноу рванул к дома Джисона. Адрес и квартиру он знал давно, и помнил наизусть. Вбив адрес в навигатор, брюнет быстро поехал по ночной тишине трассы. Через 30 минут он уже стоял у квартиры Джисона и звонил в дверь. В подъезд его пропустила какая-то бабулька, когда выходила в магазин. В голове 12-классника уже начали всплывать идеи о том, что бы выбить эту дверь или взломать. - Сука, Хан, открывай! Я знаю, что ты там! - крикнул парень еще раз ударяя в дверь. Послышался легкий щелчок и дверь открылась. На пороге стоял Джисон, который выглядел очень уставшим. - Открыл наконец, блять… - Минхо не спрашивая разрешения, вошел в квартиру и закрыл дверь. - Пришел все таки.. - тихо сказал шатен отходя на кухню. - Конечно приехал, игрушечка моя - расплылся в неприятной улыбке старший. - Я не игрушка… - спокойно ответил Джисон, выпивая воды. - Что ты сказал? - спросил брюнет, приближаясь к парню. - Я. Не. Игрушка - повторил 11-классник, разжевывая слова, будто Хо был тупым или глухим. - Что ты, блять, говоришь? - Ли подошел вплотную к младшему и схватил его за шею. - Иди нахуй, Минхо - Сонни смотрел ему в глаза, своим уставшим и безэмоциальным взглядом. - Да что ты такое говоришь? Ты что забыл, как умолял не бить тебя или плакал на коленях! - брюнет начал сильнее сжимать горло парня. Джисон закашлялся и ослаб в руках своего обидчика. Ли Ноу сразу ослабил хватку и постарался поддержать младшего, что бы он не упал. - Блять… Какого хуя, ты на ногах не держишься нормально? - Тебе разве не нравиться? Ты чувствуешь власть надо мной… Ну же ударь меня или пни куда-нибудь… Тебе же нравиться издеваться над слабыми… - Ты сумасшедший! - вскрикнул Минхо и от ярости чуть не уронил шатена. - Может быть… Но адекватный ли ты? - … Нет - покачал головой брюнет. - Тогда не тебе судить - пожал плечами Хан и постарался встать самостоятельно. - Ты.. ТЫ! - голос старшего начал дрожать. Он приблизил свое лицо к Сонни. На что получил лишь безразличный взгляд. - Сучонок! Ли Ноу не знал, что его сподвигло сделать дальнейшее действие, но он резко приблизился к младшему и поцеловал. Поцеловал в губы, так желанно и резко, что было необычно для него. Но Джисон не отстранился. Он просто стоял, не подавая каких-либо эмоций, как статуя. - Я ненавижу тебя, Ханни - сказал брюнет и опять впился к губы младшего, прикусывая их. Губы Хана казались такими нежными и нужными, что Хо начинал сходить с ума. И ему было глубоко плевать, что это не правильно и что сам Джисон ему не отвечал на поцелуй. Скрытые желания взяли вверх над холодным рассудком.