Фестиваль Единения

— Нет. — Мидей, это всего лишь один день. — Я сказал нет. Фаенон стоял посреди комнаты совета с бумагой в руках и улыбался той самой улыбкой, от которой Мидею всегда хотелось то ли закатить глаза, то ли придушить его подушкой. Но сейчас его раздражало не лицо Спасителя, а содержание документа, который тот держал в пальцах. Ежегодный Фестиваль Единения в Охеме. Конкурсы для жителей. Командные состязания. И чёрт бы побрал эту строчку — «участие Наследников Хризоса в показательных выступлениях обязательно». — Это Аглая подписала, — добавил Фаенон, словно это могло что-то изменить. — Сказала, что народу нужно видеть нас не только на поле боя. — Народу нужно, чтобы их не сожрали отпрыски титанов, — отрезал Мидей, скрещивая руки на груди. — А не чтобы мы скакали перед ними, как дрессированные звери. — Конкурс пар, — задумчиво прочитал Фаенон, игнорируя его тон. — «Команды из двух человек выполняют задания на ловкость, знание друг друга и сплочённость». Звучит весело! — Я не участвую. — Ты уже участвуешь. — Фаенон перевернул бумагу, и Мидей увидел внизу жирный шрифт: «Пары сформированы жребием. Мидеймос и Фаенон команда номер три». В комнате повисла тишина. Где-то за окном щебетали птицы. Солнечный свет мирно лился сквозь витражи. А Мидей смотрел на строчку так, словно это было объявление о конце света. — Жребием, — повторил он мёртвым голосом. — Жребием, — подтвердил Фаенон, и уголки его губ предательски дрогнули. — Судьба, знаешь ли. — Я этому жребию голову откручу. — Это была Кастория. Она вытягивала бумажки из шлема Трибби. — Значит, и Кастории голову откручу. Фаенон рассмеялся легко, беззаботно, и от этого смеха Мидей вдруг ощутил что-то странное в груди. Он списал это на изжогу. --- В день фестиваля центральная площадь Охемы превратилась в ярмарочный лабиринт. Флажки, ленты, палатки с угощениями и толпы горожан, которые радостно приветствовали своих героев. Мидей шёл сквозь эту какофонию с лицом человека, идущего на казнь. — Улыбнись, — шепнул Фаенон, пихая его локтем. — Я улыбаюсь. — Это оскал. Дети пугаются. Мидей перевёл взгляд на маленькую девочку с цветочным венком, которая действительно попятилась и спряталась за мать. Он вздохнул и попытался изобразить нечто среднее между улыбкой и выражением лица «я не кусаюсь». Девочка разревелась. — Прекрасно, — пробормотал Мидей. — Теперь меня боятся и враги, и мирные жители. — Меня ты не пугаешь, — заметил Фаенон, и в его голосе прозвучало что-то тёплое. — Ты просто ненормальный. — Возможно. Их вызвали на первое испытание. Ведущая бодрая женщина с крыльями, чьё имя Мидей не запомнил, объявила правила: один участник должен пронести второго на руках через полосу препятствий. При этом отвечая на вопросы о партнёре. — Кого понесём? — спросил Фаенон, разминая плечи. — Меня? — Мидей посмотрел на него с таким выражением, словно Фаенон предложил ему надеть платье. — Ты предлагаешь мне, наследному принцу Кремноса, чтобы меня таскали на руках, как мешок с мукой? — Ну, ты тяжёлый. — Я — боевая мощь. Это называется «мышечная масса». — Мышцы, значит. — Фаенон окинул его оценивающим взглядом, и Мидей вдруг почувствовал себя неловко. — Ладно, давай ты меня понесёшь. — Вот так-то лучше. Фаенон подошёл ближе, и Мидей, не церемонясь, подхватил его на руки. Тот оказался легче, чем он ожидал или, может быть, он просто не обращал внимания раньше, как складно Фаенон помещается у него на груди. От этой мысли Мидей споткнулся о первое же бревно. — Осторожнее, — Фаенон обхватил его за шею, и его дыхание защекотало ухо. — Я, вообще-то, ценный груз. Спаситель и всё такое. — Спаситель, который не умеет ходить сам, — проворчал Мидей, перепрыгивая через ящики. — Я умею. Просто мне нравится, как ты меня несёшь. Мидей чуть не уронил его снова. — Вопрос! — закричала ведущая. — Какое любимое блюдо вашего партнёра? — Мясо, — не задумываясь, ответил Фаенон. — Он вегетарианец, — одновременно сказал Мидей. Повисла пауза. — Что? — Фаенон поднял голову. — Ты? Вегетарианец? — Кремносская диета. Мясо — для слабых духом. — Ты вчера ел жареного ягнёнка! — Это был не ягнёнок. Это был... тофу. — Тофу не хрустит! — Хрустит, если его хорошо прожарить. — Врёшь! — Я наследный принц Кремноса, я не вру. — Ты только что соврал про тофу! — Это была тактическая ложь. Ведущая, давясь от смеха, записала им минус балл. --- Второе испытание — кулинарное. Участникам выдали передники, продукты и рецепт. Нужно было приготовить праздничный пирог. — Готовить буду я, — заявил Мидей таким тоном, что даже ведущая вздрогнула. — А ты... — он обернулся к Фаенону и прищурился, — не прикасайся ни к чему. Просто стой и подавай ингредиенты. — Я умею готовить! — возмутился Фаенон. — Ты в прошлый раз подогрел суп так, что кастрюля испарилась. — Это был не суп, это была вода для чая! — И чайник ты тоже испарил. Фаенон открыл рот, чтобы возразить, но осёкся. Возразить было нечего. Мидей тем временем повязал передник — розовый, с оборками и вышивкой «Лучший повар», — и сделал это с таким достоинством, словно надевал королевскую мантию. Фаенон замер с яйцом в руке. Розовый передник на широких плечах, завязанный бантиком на талии, и абсолютно серьёзное лицо наследного принца это было зрелище, которое он не променял бы ни на что. — Ты... э-э... тебе идёт, — выдавил он. — Я знаю, — отрезал Мидей, не оборачиваясь. — Яйца давай. Фаенон протянул ему яйцо и засмотрелся. Руки Мидея двигались с отточенной точностью ни одного лишнего жеста. Он разбил яйца одной рукой, отделил белки от желтков так, словно делал это тысячу раз, и начал взбивать их венчиком с такой скоростью, что над миской поднялся золотистый вихрь. — Ты... умеешь готовить? — спросил Фаенон, чувствуя, как у него отвисает челюсть. — А ты думал, я только мечом махать умею? В Кремносе была королевская кухня. Я проводил там много времени. — Ты? На кухне? — Это успокаивает, — Мидей пожал плечами, добавляя муку. Фаенон представил юного Мидея, прячущегося от советников среди кастрюль, и улыбнулся. Это было неожиданно... мило. — Сахар, — скомандовал Мидей. — Держи. — Это соль. — Разве? — Белая, мелкая, но на вкус солёная. Я различаю. Сахар — в другой миске. — Ты пробовал соль на вкус?! — Я различаю их по виду, Фаенон. По виду. Положи сахар и отойди. Фаенон вручил ему сахар и отступил на шаг, но продолжал наблюдать. Мидей замешивал тесто сильные руки месили его с такой же уверенностью, с какой сжимали рукоять меча. Только сейчас движения были мягче, плавнее. Фаенон поймал себя на мысли, что готов смотреть на это вечно. — Ты пялишься, — заметил Мидей, не поднимая головы. — Я учусь. — Ты пялишься. — Учусь и пялюсь. Разве нельзя совмещать? Мидей хмыкнул, но ничего не сказал. Краем глаза Фаенон заметил, что кончики его ушей слегка покраснели. Дальше всё пошло быстро и слаженно настолько, насколько это возможно, когда один из участников профессионал, а второй Фаенон. Тот дважды чуть не опрокинул масло, один раз попытался «помочь» с раскаткой теста (Мидей молча отодвинул его локоть в сторону) и в итоге был отправлен стоять в углу импровизированной кухни. — Просто будь красивым и не мешай, — резюмировал Мидей. — Ты считаешь меня красивым? — Я сказал — не мешай. Первое было не главным. — Но ты сказал! Мидей закатил глаза и с утроенной силой врезал по тесту. В этот раз без катастроф. Тесто послушно легло в форму, начинка из фруктов распределилась ровным слоем, и пирог отправился в печь. Через двадцать минут они достали его золотистый, румяный, источающий аромат корицы и печёных яблок. Судьи, попробовав, замолчали. А потом зааплодировали. — Это лучший пирог фестиваля, — объявила главная судья, пожилая женщина с добрыми глазами. — Кто готовил? — Он, — хором сказали оба, но Фаенон показал на Мидея, а Мидей — на Фаенона. Повисла пауза. — Я мешал, — честно признался Фаенон. — А он — гений. — Я не гений, я просто умею следовать рецепту, — буркнул Мидей, но в его голосе прозвучало что-то похожее на смущение. — Гений, — повторил Фаенон, глядя на него с нескрываемым восхищением. — Теперь я знаю твой секрет. — Только попробуй кому-нибудь рассказать. — А что мне будет, если расскажу? — Я приготовлю тебе ужин. — Это же награда, а не наказание! — Я приготовлю тебе ужин из тофу. Фаенон театрально схватился за сердце: — Ты жесток, Мидеймос. — Я справедлив, — ответил тот, но уголки его губ дрогнули в улыбке. Их пирог занял первое место. А розовый передник Мидея, как потом выяснилось, стал хитом фестиваля — несколько горожанок даже спросили, где можно купить такой же. — Нигде, — отрезал Мидей. — Он эксклюзивный, — добавил Фаенон, забирая передник себе. — На память. — Только попробуй его надеть. — А что, ревнуешь? К переднику? Мидей не ответил, но Фаенон заметил, как его пальцы чуть крепче сжали корзину с призом. И улыбнулся. --- Ближе к вечеру осталось последнее испытание: «Узнай партнёра». Одному завязывали глаза, и он должен был на ощупь найти своего напарника среди пятерых других участников. — Я пойду, — вызвался Фаенон. Ему завязали глаза плотной тёмной тканью. Остальные четверо участников выстроились в ряд. Мидей встал третьим, скрестив руки. Фаенон двинулся вдоль шеренги. Он касался плеч, рук, даже волос — и каждый раз отрицательно качал головой. Дойдя до Мидея, он замер. Его пальцы скользнули по плечу, по шее, коснулись подбородка. Мидей задержал дыхание. — Этот, — сказал Фаенон, и в его голосе прозвучала уверенность. — Слишком напряжён. Слишком тёплый. И пахнет тофу, которого он не ел. Мидей стянул с него повязку и встретился с сияющими голубыми глазами. — Ты невозможен, — сказал он, но губы уже расползались в улыбке против воли. — Ты повторяешься, — ответил Фаенон. Их объявили победителями. Вручили приз — большую корзину с фруктами и маленькую статуэтку в виде двух сплетённых рук. Аглая, наблюдающая за фестивалем с балкона, одобрительно кивнула. --- Вечером, когда площадь опустела и фонари зажглись мягким оранжевым светом, Мидей и Фаенон сидели на той самой скамейке, где когда-то давно в другой жизни, в другой истории встретили рассвет перед боем. Но сейчас не было ни титана, ни страха. Только корзина с фруктами, статуэтка и двое перепачканных мукой героев. — Знаешь, — сказал Фаенон, откусывая яблоко, — я бы повторил. — Ты с ума сошёл. Я чуть не убил тесто. — Зато мы выиграли. — Мы выиграли, потому что судьи нас пожалели. — Нет. Мы выиграли, потому что мы — команда. — Фаенон повернулся к нему, и в его глазах заплясали отблески фонарей. — Даже если ты ворчишь, даже если ты пугаешь детей и называешь мясо тофу. Ты мой партнёр, Мидеймос. На фестивале и не только. Мидей помолчал. Потом взял из корзины грушу и протянул ему. — Держи. Она слаще яблока. — Ты меняешь тему. — Я угощаю тебя фруктом. Бери давай. Фаенон усмехнулся, взял грушу, и их пальцы соприкоснулись. На этот раз Мидей не отдёрнул руку. — Может, повторим конкурс? — тихо спросил Фаенон. — Только без зрителей. Ты, я и, скажем... танцы. — Я не танцую. — Научишься. — Кто меня научит? Фаенон поднялся, протянул ему ладонь. Мидей посмотрел на неё, потом на лицо напротив открытое, смеющееся, чумазое от муки. — Спаситель, который не умеет сдаваться, — пробормотал он, вкладывая свою ладонь в чужую. — Именно. Они не танцевали просто стояли, держась за руки, посреди пустой площади. Но этого было достаточно. — Ладно, — сказал Мидей. — В следующем году снова выиграем. — Это свидание? — уточнил Фаенон. — Это вызов. — Я принимаю. И где-то в вышине, над крышами Охемы, зажглась первая звезда.