Часть 1
26 мая 2026 г., 23:39
Примечания:
mercenary -> наёмник -> мёрси-нари -> мерси
эксперимент -> экспи
Смена тел - это неприятно. Даже учитывая своё полое-пустое состояние, Наёмник это знали. Также они знали, что они не единственные с такой способностью.
Наверное, Савийцев, чипованных на смену тел, они могли бы пересчитать по пальцам. Семь. Пять из которых уже были мертвы, бесповоротно. Они в этом убедились.
Ведь не обязательно убивать каждого. Кого-то можно опоить, вырубить, подкупить, обмануть... и вырвать половину затылка.
Не каждый был снабжён армией электроники в мозгу.
Не каждый мог бежать от смерти вечно.
Чип смены тел, или, как его называли учёные, "Устройство Переноса Душ" (как будто у Наёмника она была), был... очень странной штукой. Ведь "чип метаболизма", регенерации, да даже их чёртовой левитации можно было объяснить: они вкликивались в свободные места рядом с их собственным чипом Здоровья.
Чипованными на серой планете были чуть ли не все поголовно.
...пару лет назад, то есть. В их дни спрос на медиков всё рос.
Чипы, которые вкликивались рядом со стандартным, были нормальными. Тот же чип метаболизма просто заставлял их тело быстрее перерабатывать пищу...
...Их тело, то есть. Ещё тогда, когда оно было их.
То, каким образом смена тел переносила все прошлые чипы в новое тело, Наёмник не знали, но даже сейчас, спустя несколько лет, они управлялись Левитацией так же умело, как и когда они были простым Экспи, отправленным на смерть.
Это не должно было их волновать: пока чип работал, выёживаться не стоило. Даже если бы он перестал, у них есть куча запасных, включая Реформацию.
Смена тел - это очень неприятно, хотя Мерси почти уверены, что разучились чувствовать ещё тогда, когда впервые были вынуждены это сделать. Словно засовывать себя в костюм, для которого ты слишком мал. Пихать свои ноги в человеческие кроссовки, и надевать на свои лапы их перчатки. Заставлять саму свою суть крошиться, кровить и отламывать части себя, лишь бы влезть во что-то, что не предназначено для носки.
Когда они впервые Сменились... чёрт, да они не выходили из капсулы бедняги несколько дней.
В любом случае, они запретили себе об этом думать. Как и о том, что он ведь был ещё жив, тогда, когда ты в него вселились. Как и о том, каково их жертвам чувствовать, как их вытаскивают за шкирку из своего тела.
Своего...
Наёмник кидает взгляд на свои ноги. Лапки. Птичьи, если уточнять. Ярко-розовая шерсть, и слабое, тонкое, фигуристое--
...впрочем.
Им стоит найти новое тело.
Чики, - гибрид чего-то птичьего и мотыльков, насколько они помнят, - не были очень приятными противниками, но хозяева тел из них были ещё хуже. Каждый раз, когда Наёмнику приходилось в них вселяться...
Нет, это не личное, утверждали они себе. Просто чистые факты.
И они бы всей душой ненавидели быть Чикой, - если бы та самая душа у них была.
Совершенно не личным было также то, что эти розовые тела были отвратны.
От их сущности не осталось совсем ничего, не говоря уже о чувстве "себя" или "своей расы". Но, в отличие от обычных Милки, Оранжей или даже чёртовых Дюн, женственные виды вызывали у них необъяснимое отвращение. Особенно Чики и Вельвет.
Нет, причина не была в их... женственности.
(Наёмник посмотрели вниз, где обзор на их когти перекрывал пышный, выступающий мех в области груди)
Это..., были просто факты, а не личная неприязнь. Просто факты, что они слабые и яркие и заметные и-
Ну! Учитывая то, насколько Чики хрупкие, Мерси не придётся долго ждать, чтобы сменить хозяина.
Так что они шагают...
Хотя бы это тело быстрое.
***
Они даже не уверены, куда шагают, но ведь должны-же эти координаты куда то вести? Всё же, Эти, кто повыше, не платят им просто так.
Когти странные. Конечно, ноги у них всё ещё пальцеходящие, но отсутствие лапок чувствуется...
...
Им вообще ничего не должно чувствоваться. Им же плевать, в конце концов. Тем более, на это тело.
Но они всё равно раздумывают над тем, чтобы пристрелиться и реформироваться в что-то, напоминающее Эксп-
......
им плевать.
оставшийся путь они даже не смотрят на дорогу.
***
Рядом с местом назначения есть небольшая пристройка, и они заглядывают внутрь. Конечно, яркая шерсть противоспособствует скрытности, но, судя по стоящей вокруг тишине, внутри сопротивления не ожидается.
Наёмник не видят сквозь окно ничего агрессивного, но в углу комнаты лежит куча чёрно-оранжевого меха. Чего? С чего бы здесь лежать трупу? Это же не заброшенн-
Оу. Оно двигается.
Не похоже, чтобы у него была пушка. Или хоть что нибудь, на самом деле.
Они могут пристрелить его, довольно просто, но это бы привлекло внимание тех, кто в главном здании. К тому же, зачем? Так что они крадутся к двери, осматриваются на всякий случай, и заходят внутрь.
Оно не реагирует.
спит, может? размышляют они. Смениться прямо в него не составит труда, они даже не встретят сопротивления, нужно всего лишь самоубиться.
...Но, по какой то причине, они подходят ближе. Всё их оружие сложено, и даже несмотря на цоканье их Чиковых когтей по полу, Экспи не реагирует.
Цок, цок.
Они возвышаются над ним.
И оно не регаирует. В его трясущейся лапе аккуратно лежат две таблетки Мозгороста.
Оно пялится им в глаза мёртвым взглядом. Не полым, ещё нет. Просто пустым. Безнадёжным.
– это будет больно, – на всякий случай уточняют они. Нормальный Мозгоснос обычно был разбавлен морфием в пропорциях один к одному, и это всё равно было самой ужасной болью, что испытывал кто-то перед тем, как их разум умирал.
А без обезболивающих? Тем более, передозировкой, которая даже не вырубала по-нормальному, оставляя беднягу в сознании перед тем, как они в конце концов это сознание потеряют?
...им не стоит об этом думать.
– Я знаю, – отвечает оно, пялясь на их шарф. Потом - на их пушки. Потом смотрит им прямо в глаза, и спрашивает с крошечной каплей надежды: – Убей меня?
– хорошо.
Они не слышали свой голос уже несколько... недель, наверное.
Какой же он отвратный.
– хочешь уйти без боли?
Эксперимент пялится на них, а в глазах плещется больше надежды, чем Наёмник когда-либо видели за всю свою карьеру.
– Прошу.
– хорошо.
Мерси снимает со спины дробовик. Экспи закрывает глаза и наклоняется вперёд с улыбкой на лице.
Они стреляют, ровно в голову.
И, спустя секунду, смотрят на разорванное лицо Чики, и держат в лапе пару таблеток.
И всё хорошо.