Шпионка и Злодей.

Вечер в элитном заведении, изначально задуманный как элегантное прикрытие для серьезной беседы, стремительно превратился в декорации для потасовки. Бокалы с игристым разлетелись на тысячи осколков под аккомпанемент испуганных криков публики, а безупречные скатерти сменили изысканные блюда на следы ботинок наемников. Продажный чиновник, до этого с милой улыбкой разливавший вино, поспешно скрылся за колоннами, оставив после себя лишь отряд вооруженных до зубов людей в черном. Наблюдая за исчезающей в проеме спиной этого трусливого взяточника, Сэм испытала волну острой досады от осознания, что из-за обладания этим невыносимым Скэмом эксклюзивными сведениями о чиновнике ей теперь приходится делить с ним не только столик, но и отбиваться от вооруженной засады. Разглядывая в этот хаотичный момент ее точные, отточенные удары, Тим Скэм же довольно прищурился от мысли, что судьба вновь свела его на одном задании с той самой шпионкой, чей образ упорно занимал все его мысли на протяжении долгих лет. Любуясь тем, как изумрудная ткань облегает каждое движение ее тела в пылу сражения, он внутренне восхитился этим потрясающим зрелищем, предвкушая, с каким огромным наслаждением избавит ее от этого шикарного платья, как только уляжется вся суматоха. Уверенность в собственной неотразимости наполнила его предвкушением того, как эта строптивая шпионка, вопреки всему своему нынешнему гневу, в итоге все равно окажется в его объятиях, повторив привычный сценарий их прошлых встреч. — Какая неудача, дорогая, — Тим увернулся от мощного удара, легко перехватил запястье противника и, с ироничной усмешкой, отправил того в полет через соседний стол. — Похоже, наш очаровательный ужин завершится раньше десерта. Может, закажем что-то погорячее на вынос? Раздражение внутри Сэм вспыхнуло ярким пламенем, и в ту же секунду она, изящно изогнувшись всем телом, нанесла удар каблуком по колену ближайшего громилы. Она яростно сверкнула глазами, направив весь накопившийся гнев на Скэма, которого искренне считала виновником этого хаоса, устроенного ради собственной выгоды. Наглая невозмутимость этого вынужденного напарника разожгла в Сэм яростное, неодолимое желание с размаху вышвырнуть его самого вон из разгромленного ресторана. — Оставь свои шуточки для того, кто их оценит, Скэм, — прошипела шпионка, блокируя очередной выпад и отправляя нападавшего в глубокий нокаут. — Это ведь твоя гениальная многоходовочка, правда? Ты специально привел нас в эту ловушку. Поправив идеальный воротник своего пиджака после завершенного приема, Тим с непринужденным видом подмигнул ей, уклоняясь от летящего стула. Его искренне забавляла эта ее вечная привычка злиться и винить его во всех смертных грехах, словно это он когда-то насильно заставил ее влюбиться в себя, а затем безжалостно разбил ей сердце. — Милая, ну разве я стал бы рисковать таким роскошным костюмом ради пустяка? Агенство обещало выплатить солидный бонус за успешный исход, — небрежно бросил он, при этом эффектно блокируя атаку двоих противников одновременно. — Видишь ли, наш гостеприимный чиновник решил, что мой профессионализм стоит совершенно иного вознаграждения, и попытался перекупить меня прямо во время подачи основного блюда. Ярость Сэм лишь усилилась от подобного признания, превращаясь в холодную решимость закончить это представление как можно скорее. Каждый резкий взмах рукой, каждое выверенное движение были пропитаны недоверием к бывшему злодею. Скэм же, словно не замечая натянутых отношений, продолжал вести свой танец боя с той же грацией, с какой до этого выбирал винную карту, наслаждаясь непредсказуемостью ситуации. — Ну конечно, твоя верность всегда имеет четкий прейскурант, ведь шуршащие купюры — единственное, к чему ты испытываешь подлинную, трепетную нежность, — язвительно бросила девушка, уклоняясь от очередного выпада и с силой впечатывая локоть в челюсть нападавшего. — Обижаешь, в моем списке приоритетов есть еще один весьма привлекательный пункт, и это ты, ведь с тобой любое задание превращается в настоящее удовольствие, — Тим обезоружил очередного наемника и одарил её своей самой чарующей, бархатной улыбкой. Подобные речи вызвали у Сэм лишь очередную вспышку досады, заставив отмахнуться от этих слов как от банальной, глупой шутки и очередной попытки задеть её за живое посреди боя. Но она так же прекрасно понимала предсказуемость финала этого вечера вызывала у Сэм лишь глухое раздражение, ведь сценарий их редких встреч всегда завершался одинаково. Решение руководства сделать ее личным куратором для Тим Скэма, покинувшего тюремные стены всего пару месяцев назад, казалось изощренным издевательством, заставляя вновь и вновь находиться рядом с человеком, который когда-то стал ее первой любовью и первой разбитой надеждой. Минутная потеря концентрации стоила Сэм пропущенного замаха со стороны наемника, но тяжелый кулак так и не достиг цели, перехваченный чужой сильной рукой. Тим Скэм резко дернул ее на себя, собственническим жестом обхватив за талию и укрывая в надежных, крепких объятиях от следующей атаки. Оказавшись так близко и глядя в эти знакомые, насмешливые глаза, Сэм с ужасом и затаенной болью осознала, что так и не смогла полностью вытравить из сердца привязанность к нему, и эта слабость перед его неизменной привлекательностью и острым умом вызывала у неё жгучую ненависть к самой себе. Скэм, словно почувствовав эту внезапную уязвимость, так же стремительно разорвал кольцо рук, возвращая девушке свободу движений, и они, мгновенно перестроившись, синхронно продолжили прерванный бой с нападавшими.