Я не должен его любить

"Я не должен его любить"

      Тилике как раз хотел зайти в кабинет своего товарища, когда оттуда буквально вылетели смущённые Николай и Анна. Он уже хотел было спросить у девушки про данную ситуацию, но та одними губами прошептала "потом".       — Блять! — раздалось в кабинете и Тилике вошёл туда.       — Что у тебя случилось? — спросил он, подходя ближе к товарищу.       — Ты как так на русском говоришь? — с удивлением спросил Калус, но при этом смотрел на разбитый бокал.       — Да не важно. Ты мне лучше скажи, что случилось. Почему Анна и Николай были такими смущёнными?       — Потому что Коля меня поцеловал и сбежал, как только Аня открыла дверь. Видимо, они тогда и столкнулись с тобой.       — Видимо.       Они молчали. Никто не знал, о чём можно было поговорить. Неожиданно взгляд Тилике зацепился за чужое запястье, на котором было написано на двух разных языках "Николай Ивушкин".       — Анна Ярцева. У тебя на руке написано "Анна Ярцева". У меня на руке написано "Николай Ивушкин". — на русском произнёс Клаус, всё же посмотрев на друга. — Хайнс, что нам теперь делать?       — Во-первых, нам нужно встать и пойти за ними. Нужно узнать, что конкретно произошло. Во-вторых, никому ни о чём не говорить. — Тилике встал и пошёл к выходу из кабинета. — Ты со мной?       — С тобой.       Они улыбнулись друг другу и пошли в сторону гаража, в котором экипаж русских танкистов теперь живёт.       Там Коля лежал на коленях девушки, которая аккуратно перебирала его отросшие волосы. Остальной экипаж спал и не слышал, о чём переводчица и их командир говорят.       — Коля, зачем ты его поцеловал? — наконец спросила девушка, когда тишина ей надоела.       — Потому что он был добрым ко мне. Потому что он помогает нам. Потому что его имя у меня на руке. И потому что я люблю его. — с тоской ответил парень, смотря ей в глаза.       Клаус был очень этим удивлён и хотел что-то произнести, но Хайнс вовремя понял это и закрыл его рот рукой. Он покачал головой, а его друг на это кивнул.       — Я не должен его любить, но люблю.....       — У меня на руке имя Тилике. И мы любим друг друга. — Аня грустно улыбнулась.       Клаус с удивлением посмотрел на своего друга, на что тот смущённо улыбнулся.       — Ты можешь мне перевести эти листы? — Коля достал три листа бумаги, которые незаметно взял со стола Ягера.       — Могу. — Анна взяла их в руки и принялась изучать.       Ивушкин сел нормально и стал смотреть на то, как спокойно его экипаж спит. Он стал изучать гараж и чуть не дошёл до того места, в котором стоят два немца.       — Коль, я всё перевела. — тихо произнесла Ярцева, изучив все три листа.       — Я готов. И переведи всё дословно, пожалуйста. Я пойму, если ты этого не сделаешь. — на такую просьбу своего друга девушка кивнула.       — "Я хотел его. Я помнил те глаза с того боя под Москвой. Они меня поразили. А потом, когда я увидел его недавно, во мне что-то перевернулось. Мне кажется, что я влюбился в него. Но я не должен любить его. Но я всё-таки люблю его, Николая Ивушкина...."       Хайнс с удивлением посмотрел на своего друга, а тот просто с грустной улыбкой кивнул.       — "Может быть, мне не стоило тебя выбирать. Потому что я не хочу, чтобы ты умер. А ты обязательно умрёшь. Совсем скоро. Я видел, что у тебя есть снаряды, но их очень мало и они тебе никак не помогут. Может быть, ты останешься жив, но всё равно я не должен был с тобой так поступать. Я очень сильно хочу, чтобы ты был только моим и ничьим больше. Наши имена на запястьях друг друга дают в этом уверенность. Но только никто не знает, сколько времени есть у нас. Моя любовь скоро умрёт....."       Все четверо молчали. Никто не знал, о чём можно было поговорить.       — "Мы встретились с тобой в сорок первом году. Тогда велись битвы под Москвой. Ты одним своим танком уничтожил целую роту моих. Но не это меня привлекло тогда. А твои глаза. Меня заинтересовали именно они. Я столько раз видел их во снах, так что наяву растерялся. Мы встретились вновь и я понял, что именно ты — моя судьба. А когда мы оказались соулмейтами, это было просто замечательно! Вот только нам с тобой вместе никогда не быть.... "       Коля плакал. Он понимал, что им вдвоём осталась совсем немного. Совсем скоро экипаж танка сбежит.       — Счастье моё, не плачь. — Клаусу надоело стоять в стороне, поэтому он подошёл к русским.       — Да как тут не плакать, если у нас осталось совсем немного времени? — неожиданно на немецком спросил Коля, поднимая на него свой взгляд.       Все с шоком на него посмотрели. Он пожал плечами и стёр слёзы.       — Я изучал немецкий в школе. Так что я всё прекрасно понимал. — нервно пояснил Коля.       — Ну, а я всё понимаю по-русски. — пожал плечами Клаус.       — Ой, блять.....       — Тогда каким хреном ты была там нужна? — тихо спросил Тилике, обнимая свою девушку.       — Потому что оба делали вид, что не понимали друг друга, а грворить об этом не хотели. — так же тихо ответила Аня.       — Два долблёба.       — Это точно.       Клаус и Коля смотрели друг на друга, а потом неожиданно рассмеялись. Они понимали, что это — нервное.       — Давай проведём эти последние дни вместе?       — Давай.       Анна и Хайнс переглянулись, а затем вышли. У них сегодня было запланировано свидание, поэтому они покидают своих друзей.       Клаус посмотрел на экипаж и с удивлением заметил, что они не спят.       — У нас проблема....       — Да нет никакой проблемы. Разговаривайте дальше. Главное нас не будите. — произнёс Всилёнок, а потом весь экипаж лёг спать обратно.       — Совет да любовь. — посоветовал Волчок, переворачиваясь на другой бок.       Коля рассмеялся, запрокинув голову наверх. Все четверо посмотрели на него, как на идиота, но никто ничего не говорил.       — Командир, заткнись и дай поспать! — со злостью произнёс Демьян, после чего Ивукин кивнул и лёг на своё место.       — Спокойной ночи. — Клаус улыбнулся каждому, а потом развернулся и вышел.       — Что это было? — тихо спромил Серафим, двигаясь ближе к командиру.       — Теперь у нас есть два союзника среди немцев. — ответил Николай, а потом потрепал его по голове.       — Главное, чтобы их помощь не вышла нам боком.... — пробормотал мехвод, скрывая свою радость.       Да, теперь Ягер и Тилике на их стороне. И два немца постараются сделать всё, чтобы их русские ни в чём не нуждались.