Практика ведёт к совершенству

В первый раз это случилось во время гоночного уик-энда. Оскар лежал на диване в своей комнате для пилотов, и его раздражение росло, когда он смотрел на свой телефон. С раздраженным рычанием он швырнул его об стену, благодарный за то, что его защитил прочный чехол. Прошло не более десяти секунд, прежде чем Ландо ворвался в комнату, даже не потрудившись постучать. — Что, черт возьми, случилось? Оскар застонал, закрывая лицо руками. — Ничего, просто… Я так расстроен, чувак. Ландо приподнял бровь, усаживаясь напротив Оскара. — Расстроен из-за чего? Оскар тяжело вздохнул, поднимая голову, чтобы встретиться с обеспокоенным взглядом Ландо. — Я просматривал свою ленту и наткнулся на это видео. Какой-то эдит о том, какая я горячая штучка. И это просто… это меня задело. Ландо нахмурился: — Почему? Люди думают, что ты привлекательный, и это хорошо, верно? Оскар раздраженно откинулся на спинку дивана. — Так и есть, но это похоже на жестокую шутку. Люди могут так думать обо мне, но я не могу заставить девушку даже взглянуть на меня дважды. А тебе стоит просто посмотреть на девушку, и она готова идти за тобой в спальню. Ландо усмехнулся, качая головой. — Это не так просто, как ты думаешь, Оскар. Но, серьезно, для тебя это не должно быть так уж сложно. В чем проблема? Оскар провел рукой по волосам, на его лице отразилось разочарование. — Я как будто застываю, Ландо. Я вижу девушку и могу с ней немного поговорить, но когда дело доходит до ее соблазнения, я просто… я не могу. Я могу дойти до поцелуев, но что-то более интимное заставляет меня замереть. Я боюсь все испортить, поэтому даже не пытаюсь. Но это сводит меня с ума. Я просто хочу потрахаться. Выражение лица Ландо смягчилось. — Тебе нужно немного расслабиться. Попробуй добавить чувственности: медленные прикосновения, многозначительные слова, чуть больше напряжения между строк Оскар покачал головой с беспомощным видом. — Я не знаю, как это делается. Я не знаю, что сказать, как прикоснуться. Я не девственник, у меня и раньше были девушки, но случайные связи на одну ночь? Я вообще не понимаю, как это работает. Я хочу уметь соблазнять, говорить девушке приятные вещи, восхищаться ею… но просто не знаю как. В глазах Ландо мелькнул озорной огонек, когда он наклонился ближе. — Я мог бы помочь тебе, научить кое-чему. Оскар удивленно посмотрел на него. — Что ты имеешь в виду? Улыбка Ландо стала многозначительной. — Ты можешь потренироваться на мне. Сердце Оскара замерло. Он заколебался, от этой мысли его пульс участился. — Разве это не было бы странно? Мы же напарники. Ландо пожал плечами: — Это просто способ помочь другу. Ничего больше. Оскар сглотнул, от волнения у него задрожали руки. — И как ты себе это представляешь? Ландо улыбнулся еще шире. — У меня есть две идеи. Я могу показать тебе, как бы соблазнял девушку, и проделать всё это с тобой… или ты можешь попрактиковаться на мне, а я буду подсказывать. Воздух между ними словно сгустился, пока Оскар переваривал сказанное. От одной мысли о том, что Ландо будет касаться его подобным образом, внутри вспыхивало странное, неожиданное возбуждение. Ему вообще нравятся парни? Да, Ландо всегда казался ему привлекательным, но он никогда не думал о нём так. Он попытался отмахнуться от этих мыслей. — Хорошо, — сказал Оскар едва слышным голосом. — Давай попробуем. Рука Ландо переместилась на бедро Оскара, слегка сжав его. — Мы можем попробовать оба способа. Но для начала — немного практики. Представь, что я девушка в клубе, которую ты пытаешься соблазнить. Я буду подсказывать тебе, что делать. Оскар кивнул, чувствуя, как пересохло в горле. Рука Ландо медленно скользнула выше, подбираясь всё ближе, и у Оскара перехватило дыхание. Он не должен был реагировать на это так… но реагировал. Прикосновения Ландо одновременно будоражили и странным образом успокаивали. — Расслабься, — прошептал Ландо низким успокаивающим голосом. — Начни с легких прикосновений. Девушкам нравится, когда ты нежен, но уверен в себе. Оскар дрожащей рукой коснулся предплечья Ландо, легко проводя пальцами по ткани его рубашки. Тепло его кожи ощущалось даже сквозь ткань, заставляя пульс Оскара ускориться. — Хорошо, — сказал Ландо, и в его взгляде мелькнуло что-то тёмное, чему Оскар не мог подобрать названия. — А теперь попробуй коснуться моей шеи. Девушкам обычно это нравится. Пальцы Оскара медленно скользнули к его шее; кожа под ними оказалась мягкой и тёплой. Под кончиками пальцев бился пульс Ландо — такой же быстрый, как и его собственный. Оскар провёл большим пальцем по чувствительной точке, и дыхание Ландо сбилось. — Вот так? — тихо спросил Оскар, почти шёпотом. — Именно, — выдохнул Ландо, прикрывая глаза. — А теперь сделай комплимент. Скажи ей, что тебе в ней нравится. Мысли Оскара лихорадочно метались в поисках нужных слов. — Ты… очень красивый, — сказал он дрожащим голосом. — Мне нравятся твои глаза. Ландо тихо усмехнулся, и от этого звука по спине Оскара пробежала дрожь. — Постарайся звучать увереннее, — мягко сказал он. — Говори так, будто действительно это чувствуешь. Оскар глубоко вдохнул, пытаясь собраться. — Ты выглядишь потрясающе. У тебя завораживающие глаза. Рука Ландо медленно скользнула выше по его бедру, и Оскару пришлось прикусить губу, чтобы сдержать стон. — Уже лучше, — тихо произнёс Ландо. — А теперь попробуй поцеловать её в шею. Легко, едва ощутимо. Оскар замешкался, но всё же наклонился ближе, едва касаясь губами шеи Ландо. От этого прикосновения по телу будто прошёл электрический разряд, и он почувствовал, как дыхание Ландо сбилось. Оскар мягко поцеловал его ещё раз, медленно поднимаясь губами к линии челюсти. — Вот так, — прошептал Ландо хрипло, и в его голосе отчётливо слышалось возбуждение. — Продолжай. С каждым новым поцелуем Оскар чувствовал себя всё увереннее; его руки уже смелее скользили по телу Ландо. Он ощущал, что возбуждение Ландо отзывается в нём самом, делая его ещё смелее. Ладонь Оскара опустилась к его груди, чувствуя под пальцами быстрый ритм сердца. Рука Ландо скользнула к джинсам Оскара, мягко сжимая его через ткань. Оскар резко вдохнул, непроизвольно дёрнув бёдрами. — И как тебе? — спросил Ландо низким голосом, охрипшим от желания. — Потрясающе, — с трудом выдавил Оскар. — Это… очень приятно. — Скажи, что именно тебе нравится, — тихо произнёс Ландо, продолжая медленно поглаживать его через ткань джинсов. — Мне… мне нравится, как ты ко мне прикасаешься, — выдохнул Оскар, тяжело и прерывисто дыша. — Из-за этого я чувствую себя… — Что именно чувствуешь? — мягко подтолкнул Ландо, слегка сжимая его. — Возбуждение. Это горячо, — признался Оскар, и с его губ сорвался тихий стон. — Мне нравится, как ты на меня смотришь… как заставляешь меня себя чувствовать. Ландо улыбнулся; в его взгляде темнело желание. — Хорошо. А теперь давай зайдём чуть дальше. Направь мою руку, покажи, чего ты хочешь. Рука Оскара дрожала, когда он накрыл ладонь Ландо своей, направляя её к молнии на джинсах. В тишине комнаты звук расстёгивающейся молнии прозвучал неожиданно громко, и дыхание Оскара сбилось, когда рука Ландо скользнула внутрь. Тёплая твёрдость его ладони сомкнулась вокруг его возбуждения, заставляя Оскара вздрогнуть. — Скажи, каково это, — прошептал Ландо, медленно двигая рукой — дразняще, неторопливо. — Так хорошо, — простонал Оскар, непроизвольно подаваясь навстречу его прикосновениям. — Это так приятно… Движения Ландо были медленными и уверенными; каждое прикосновение отзывалось волнами удовольствия по всему телу Оскара. Он чувствовал, как всё ближе подходит к краю, как начинает терять контроль. — Продолжай говорить, — хрипло попросил Ландо; в его голосе тоже слышалось желание. — Ты так хорошо это делаешь, — с трудом выдохнул Оскар, голос предательски дрогнул. — Я не могу… не могу больше сдерживаться. — Тогда и не сдерживайся, — пробормотал Ландо, касаясь губами его уха. — Расслабься, Оскар. Я рядом. Оскар прикусил губу, пытаясь удержать накрывающую его волну удовольствия. Дрожащей рукой он коснулся запястья Ландо, останавливая его движения. — Подожди, — выдохнул он хрипло. — Помедленнее немного, иначе я кончу прямо сейчас. Я пока не хочу. Тебе нужно научить меня большему. Ландо тихо рассмеялся — низко, хрипло, и от этого звука по телу Оскара снова прокатилась волна возбуждения. — Ладно. Давай медленнее. — Он слегка отстранился, ослабляя напряжение. — Пока она трогает тебя вот так, ты тоже можешь сводить её с ума. Попробуй потянуть её за волосы, поцеловать в шею, прошептать что-нибудь на ухо. Оскар кивнул, всё ещё тяжело дыша. Он поднял руку, запуская пальцы в волосы Ландо и осторожно потянул. Резкий вдох Ландо и последовавший за ним тихий стон заставили сердце Оскара забиться быстрее. — Хорошо, — хрипло произнёс Ландо. — Это приятно, Оскар. Продолжай. С каждой реакцией Ландо Оскар чувствовал себя всё увереннее. Он снова наклонился ближе, легко касаясь губами его шеи. Ощущение кожи Ландо под губами, солоноватый вкус и тепло были почти опьяняющими. Оскар слегка прикусил кожу, и Ландо снова тихо простонал. — У тебя отлично получается, — пробормотал Ландо; его собственное возбуждение уже невозможно было скрыть. — А теперь попробуй прошептать что-нибудь мне на ухо. Скажи, как хорошо я заставляю тебя себя чувствовать. Дыхание Оскара снова сбилось, когда он наклонился к самому уху Ландо. — Рядом с тобой мне невероятно хорошо, — прошептал он дрожащим голосом. — Я никогда раньше не чувствовал ничего подобного. Рука Ландо снова медленно двинулась, продолжая ласкать его член — неторопливо, уверенно, словно намеренно растягивая удовольствие. — И пока делаешь это, — произнёс Ландо низким, почти мурлыкающим голосом, — продолжай трогать меня. Покажи, чего ты хочешь. Рука Оскара скользнула ниже по телу Ландо; дрожащие пальцы нашли край его футболки и нырнули под ткань, касаясь твёрдых мышц живота. От этого ощущения кружилась голова; тяжёлое дыхание Ландо и потемневший взгляд лишь усиливали возбуждение Оскара. — Ландо… — простонал он, снова непроизвольно подаваясь бёдрами навстречу его руке. — Мне нужно… мне нужно больше. Во взгляде Ландо вспыхнула смесь желания и довольства. — Скажи, чего именно ты хочешь, Оскар. Не сдерживайся. — Я хочу, чтобы ты трогал меня сильнее, — выдохнул Оскар, чувствуя, как с каждым движением руки Ландо всё больше теряет контроль. — Хочу, чтобы мне было хорошо рядом с тобой. Теперь движения Ландо стали более уверенными и требовательными; каждое прикосновение подталкивало Оскара всё ближе к краю. Второй рукой Оскар потянулся к джинсам Ландо, повторяя его прежние действия: ощущая через ткань его возбуждение, он осторожно сжал ладонь. Из груди Ландо вырвался низкий стон, и по телу Оскара снова прокатилась волна желания. — Вот так, — хрипло поощрил Ландо. — Трогай меня именно так. Покажи, чего хочешь. Оскар двигался уже куда увереннее. Он расстегнул джинсы Ландо и скользнул рукой внутрь, ощущая его возбуждённую плоть. От ощущения Ландо в своей ладони, от его дыхания и тихих стонов Оскар всё сильнее терял голову. — Так хорошо… — пробормотал он охрипшим от желания голосом. — Рядом с тобой мне так хорошо. Рука Ландо ускорилась, подстраиваясь под ритм движений Оскара. Комнату заполнили тяжёлое дыхание и влажные звуки их взаимного возбуждения. Внизу живота у Оскара всё сильнее скручивалось напряжение; удовольствие нарастало почти до невыносимого предела. — Ландо, я… — слова оборвались стоном, когда пальцы Ландо коснулись особенно чувствительного места, окончательно выбивая Оскара из равновесия. — Не сдерживайся, — прошептал Ландо ему на ухо. — Позволь себе это, Оскар. Я рядом. С последним дрожащим вскриком Оскар наконец отпустил контроль, и удовольствие накрыло его волнами. Спустя мгновение Ландо тоже сорвался, смешивая свой приглушённый стон с дыханием Оскара. Они почти рухнули друг на друга, тяжело и неровно дыша; комнату заполнила тягучая тишина после пережитого удовольствия. — Видишь? — тихо сказал Ландо, мягко поглаживая Оскара по спине. — Тебе просто нужно было немного расслабиться. Оскар кивнул, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. — Спасибо, — едва слышно произнёс он. — Всегда пожалуйста, — ответил Ландо с улыбкой в голосе. — В любое время.

***

Во второй раз это случилось меньше чем через неделю спустя. На этот раз они развалились в гостиничном номере Ландо, держа в руках по контроллеру от PS5 и пытаясь обыграть друг друга в FIFA. Ландо толкнул Оскара плечом. — Та-а-ак… Макс сказал, что видел, как ты вчера зажимался с какой-то девушкой, — начал он, послав ему хитрую ухмылку. — Уже успел опробовать свои новообретённые навыки? Оскар тяжело вздохнул. Да, он попытался. Сработало ли это? Нет. По той причине, о которой подумал Ландо? Тоже нет. Собирался ли он рассказать Ландо правду? Абсолютно нет. — Ага, попытался. Но я запаниковал, — это хотя бы было правдой. Он действительно застыл в тот момент, когда целовал девушку, с которой познакомился в клубе, только совсем не по той причине, о которой думал Ландо. — Просто не смог, понимаешь? То, что у него ничего не вышло с той девушкой, никак не было связано с его первоначальной проблемой. Всё дело было в одном конкретном парне — с красивыми кудрями и завораживающими глазами. Если честно, Оскар не мог перестать думать о Ландо с тех самых пор, как тот ему «помог». Оскар сам с собой был в состоянии войны. Он не понимал собственных чувств, пытался убедить себя, что не смотрит на Ландо так. Не может смотреть. Не должен. В конце концов, Ландо просто оказал ему услугу. Ничего больше. И всё же именно мысли о кудрявом парне стали причиной, по которой он не смог соблазнить ту девушку. Точнее — почему в последний момент отстранился и придумал жалкое оправдание, почему ему нужно уйти. Оскар стоял в полутёмном клубе, пока басы музыки отдавались вибрацией по всему телу. Атмосфера была наэлектризована: люди танцевали, пили, растворялись в ночи. Сегодня он решил наконец применить всё, чему его научил Ландо. Он нашёл девушку — блондинку, красивую и она явно была не против позажиматься с ним в укромном углу клуба. Пока они целовались, Оскар пытался вспомнить все советы Ландо: будь уверенным, задерживай прикосновения, шепчи что-нибудь соблазнительное. Со стороны казалось, будто у него всё получается. Его руки двигались по её телу с наигранной уверенностью, губы скользили по её шее именно так, как показывал Ландо. Но внутри Оскар был в полном раздрае. Каждое прикосновение, каждый поцелуй ощущались неправильными. Он не мог перестать думать о Ландо. В его голове именно Ландо он целовал, именно Ландо пытался соблазнить. Руки девушки были слишком мягкими, слишком женственными — и совсем его не возбуждали. Он ненавидел себя за то, что хотел, чтобы это были руки Ландо: более грубые, знакомые. Он пытался прогнать эти мысли, сосредоточиться на девушке перед собой. Его пальцы запутались в её длинных светлых волосах — жест, который обычно должен был его заводить. Но сегодня всё казалось пустым. Потому что это были не волосы Ландо, скользящие между его пальцев. Каждое мгновение ощущалось предательством — и по отношению к девушке, и по отношению к самому себе. Они отстранились друг от друга, и Оскара накрыла волна вины. Вины за чувства к Ландо. Вины за то, что он морочит девушке голову. Он посмотрел ей в глаза, пытаясь выдавить из себя хоть каплю искреннего энтузиазма, но чувствовал только растерянность и сожаление. — Может, пойдём куда-нибудь поукромнее? — спросила она мягким, полным надежды голосом. Оскар сглотнул, подбирая слова. — Я… думаю, это плохая идея, — сказал он дрожащим голосом. — Я не хочу делать то, в чём не уверен. Девушка выглядела слегка разочарованной, но почти сразу её лицо смягчилось. — Всё нормально, — сказала она доброжелательно. — Спасибо за честность. Побольше бы парней были такими. Оскар натянуто улыбнулся, одновременно чувствуя облегчение и ещё большую вину. — Правда, дело не в тебе, — искренне сказал он. — Ты красивая, и заслуживаешь провести ночь с тем, кто действительно этого хочет. Она тепло улыбнулась. — Спасибо. Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь. В голове Оскара мгновенно вспыхнула мысль: Боюсь, я уже нашёл. С вежливым кивком они разошлись в разные стороны. Оскар смотрел, как девушка исчезает в толпе, чувствуя, как вина оседает внутри всё тяжелее. Ему было стыдно за то, что он ввёл её в заблуждение, и ещё сильнее — за собственные чувства к Ландо. Он не должен был чувствовать ничего подобного. Не мог. Пробираясь сквозь клуб, пока музыка и огни постепенно превращались в размытый фон, Оскар всё равно продолжал думать о Ландо. Как бы сильно он ни пытался отрицать это, он знал правду. Его чувства к Ландо были чем-то большим, чем просто дружеское восхищение. И это осознание пугало его до чёртиков. — Честно говоря, меня удивляет, как один из главных красавчиков Формулы-1 не может подцепить девушку, — усмехнулся Ландо, одновременно забивая гол в FIFA против команды Оскара. — Я думал, девушки сами готовы вставать перед тобой на колени, даже если ты ни слова не скажешь. Он… только что назвал Оскара горячим? Назвал ведь? Оскар пожал плечами. — Я не такой уж привлекательный, вообще-то, — честно ответил он. Ландо закатил глаза. — Ага, конечно. И я тогда ростом под метр восемьдесят, — фыркнул он, качая головой. — Да ладно тебе, Оск. Посмотри на себя в зеркало. Ты пиздец какой красивый. Хватит так неуверенно себя вести. Оскар вздохнул, пытаясь отвлечься на игру. — Без разницы, — пробормотал он, всё ещё не особо веря словам Ландо. — Просто я не понимаю, что со мной не так. Я правда не могу это сделать. Ландо поставил игру на паузу и повернулся к нему; выражение его лица стало мягче. — Может, тебе просто нужно больше практики, — предложил он. — Как насчёт ещё одного занятия? Я могу показать тебе, что именно делал бы сам, если хочешь. Сердце Оскара пропустило удар. Он едва заметно кивнул, ощущая странную смесь волнения и нервозности. — Ладно, — тихо сказал он. Ландо подвинулся ближе, так что их колени соприкоснулись. — Хорошо, — начал он низким, успокаивающим голосом. — Для начала вернёмся к базе. Он положил руку на бедро Оскара, задерживая прикосновение. — Когда ты с девушкой, важно, чтобы она чувствовала себя желанной. Трогай её вот так. Его пальцы начали медленно выводить круги на бедре Оскара — неторопливо и намеренно. Дыхание Оскара сбилось; тело реагировало на прикосновения Ландо совсем не так, как он ожидал. Ландо продолжил уже почти шёпотом: — А когда целуешь её в шею — не просто клюй. Используй язык, но мягко. Вот так. Он наклонился ближе; его губы скользнули по шее Оскара, прежде чем оставить лёгкий поцелуй. — Большинству девушек нравится, когда их целуют в шею. Это чувствительное место. Оскар вздрогнул, прикрывая глаза. Он пытался представить, что находится рядом с девушкой, но всё, о чём мог думать, — это Ландо. — Что ещё? — спросил он дрожащим голосом. — Потяни её за волосы, но осторожно, — сказал Ландо, проводя рукой к волосам Оскара. Он слегка потянул пряди, и с губ Оскара сорвался тихий стон. — Видишь? Тут всё в балансе: быть уверенным, но при этом нежным. У Оскара кружилась голова. Он был возбуждён, растерян и отчаянно хотел большего. Прикосновения Ландо сводили его с ума. — Ландо, — выдохнул он. — Я… я не могу… Ландо мягко улыбнулся и осторожно взял его лицо в ладони — с такой нежностью, что у Оскара снова перехватило дыхание. — Всё нормально, — тихо пробормотал Ландо успокаивающим голосом. — У тебя отлично получается. Он наклонился ещё ближе; их губы почти соприкасались, дыхание смешивалось. — Когда будешь готов поцеловать её — сделай это по-настоящему. То, как ты используешь руки, как используешь язык… это может полностью изменить ощущения. Его взгляд встретился со взглядом Оскара; в глазах Ландо мелькнули озорство и уверенность. — Хочешь, покажу? Оскар, сердце которого колотилось как сумасшедшее, едва смог выдавить шёпот: — Да. Ландо сократил оставшееся между ними расстояние, мягко касаясь губ Оскара в поцелуе — одновременно нежном и дразнящем. Первое прикосновение было почти невесомым, лишь намёком на поцелуй, от которого по позвоночнику Оскара пробежали мурашки. Губы Ландо двигались медленно и уверенно, изучая контуры его рта с чувственностью, в которой смешивались соблазнение и почти учебная точность. Иногда кончик его языка едва касался губ Оскара, посылая по телу вспышки жара и предвкушения. Рука Ландо скользнула к его затылку; пальцы легли на шею, притягивая ближе. От этой интимности у Оскара кружилась голова, а сердце билось так сильно, что это почти причиняло боль. Язык Ландо лениво скользил вдоль его языка — уверенно, размеренно, дразняще. В этом поцелуе чувствовались терпение и контроль; каждое движение будто растягивало ощущения до предела. Когда Ландо наконец слегка отстранился, всё ещё оставаясь слишком близко к его губам, в его глазах мелькнула игривая искра. — Видишь? Главное — начать мягко, дать поцелую постепенно разогнаться. Так проще понять, как она реагирует, и момент становится куда интенсивнее, когда ты решаешь углубить поцелуй. Оскар смотрел на него широко раскрытыми глазами, тяжело дыша после одного только поцелуя. — Это было… невероятно. Улыбка Ландо стала шире, и он снова подался вперёд — на этот раз уже с куда более явным намерением. — Но можно целовать и вот так. Его губы снова накрыли губы Оскара — теперь уже жадно и без всякой сдержанности. Поцелуй был горячим, почти агрессивным; каждое движение языка Ландо было уверенным и требовательным. Он исследовал рот Оскара с такой настойчивостью, словно пытался полностью его поглотить. Реакция Оскара была мгновенной. Он тихо простонал прямо в поцелуй — приглушённо, но с отчаянной потребностью в этом ощущении. Его пальцы вцепились в плечи Ландо, тело само подалось ближе, опьяненный жаром и ощущениями. Поцелуй превращался в настоящий вихрь — слишком горячий, слишком сильный; голова Оскара почти опустела, пока он пытался поспевать за этим ритмом. Когда Ландо наконец отстранился, его глаза потемнели от удовлетворения. — Вот такой поцелуй оставляет след. Такой запоминают. Тут дело не только в технике — важно заставить её почувствовать всю силу твоего желания. Оскар сидел, тяжело дыша; губы покалывало, грудь быстро вздымалась. После поцелуя его буквально штормило от смеси возбуждения и растерянности. Ландо тихо усмехнулся, большим пальцем проводя по раскрасневшейся щеке Оскара. Его губы снова едва коснулись губ Оскара, когда он заговорил: — Потрогай меня. Так мне будет проще показать тебе, как правильно хвалить девушку. Оскар поколебался всего секунду, прежде чем его руки начали скользить по телу Ландо, забираясь под футболку и касаясь тёплой кожи. — У тебя такие приятные руки, Оск, — пробормотал Ландо дрожащим голосом. Рука Ландо переместилась к джинсам Оскара, поглаживая его через джинсы, и тот резко вдохнул. — Чувствуешь, как это приятно? — прошептал Ландо. — Скажи ей, как тебе нравится её реакция. Скажи, как сильно тебя это заводит. Он сильнее прижал ладонь, вырывая у Оскара уже более громкий стон. — Ландо… мне нужно… я не могу… — задыхаясь, выдавил Оскар, всё ещё отчаянно пытаясь бороться с чувствами к своему напарнику. Ландо улыбнулся, продолжая медленные, мучительно дразнящие движения рукой. — Можешь, Оск. У тебя отлично получается. Просто позволь этому случиться. Он снова наклонился к его шее, касаясь чувствительной кожи зубами. — Главное — заставить её чувствовать себя желанной. Особенной. Нужной. Стоны Оскара становились всё громче; его тело само выгибалось навстречу прикосновениям Ландо. — Ландо, пожалуйста… я… — Хочешь, чтобы я остановился? — хрипло спросил Ландо. — Нет, просто… немного помедленнее, — почти умоляюще выдохнул Оскар. — Я не хочу кончить в штаны как чёртов подросток. Ландо тихо рассмеялся и замедлил движения руки. — Ладно, можем не спешить. Он взял руку Оскара и направил её к своему паху. — Теперь потрогай меня, Оскар. Покажи, чему ты научился. Рука Оскара дрожала, когда он начал касаться Ландо через джинсы. Звуки, которые Ландо издавал в ответ, заставляли мурашки пробегать по его позвоночнику. — У тебя отлично получается, — выдохнул Ландо. — Скажи ей, как сильно ты её хочешь. Оскар пытался складывать слова в предложения, но вместо этого из него вырывались только сбивчивые фразы и стоны. — С тобой… так хорошо, Ландо. Я хочу… мне нужно… Ландо осторожно перехватил его руки и медленно провёл ими под край своей футболки, направляя к своей спине. — Проведи пальцами по моей спине, Оск, — тихо сказал он; в голосе смешались мягкость и интимность. — Мне очень нравится, когда кто-то так трогает мою спину. Это как… будто между вами пробегает искра, понимаешь? Он вдруг осёкся; на щеках появился лёгкий румянец, когда он понял, что проговорился. С немного смущённой улыбкой Ландо быстро добавил: — Ну… в смысле, да. С девушками это тоже работает. Пальцы Оскара скользнули по его спине, ощущая под тканью твёрдые мышцы. И пока он исследовал его тело, на губах невольно появилась улыбка — от неожиданной интимности момента и случайного признания Ландо. Он тихо простонал — отчасти от ощущений, отчасти из-за слов Ландо. Их взгляды встретились; в глазах Оскара смешались благодарность и лёгкая игривость. — Знаешь, — тихо сказал он тёплым, искренним голосом, — ты тоже заслуживаешь получать удовольствие от этого. В конце концов, это ты помогаешь мне во всём разобраться. Он продолжал медленно гладить его спину, позволяя прикосновениям задерживаться чуть дольше. Между ними словно появилось что-то новое — ощущение близости и понимания, делающее момент ещё более личным. Рука Ландо скользнула в боксеры Оскара; его движения были уверенными и целенаправленными, когда пальцы сомкнулись вокруг его члена. От ощущения тёплой ладони Ландо, крепко обхватывающей его, по телу Оскара прошла дрожь. — Ты такой шумный, Оскар, — довольно промурлыкал Ландо. — Это хорошо. Девушкам нравится слышать, насколько сильно они тебя заводят. Он начал медленно двигать рукой — неторопливо, методично, дразняще. Давление менялось: то лёгкие прикосновения, то более крепкий захват; Ландо явно точно знал, как касаться каждого чувствительного места. — Тебе нравится, когда мои руки на тебе? Скажи, каково это, Оск. Дыхание Оскара стало поверхностным и рваным; тело дрожало от каждого рассчитанного движения. — Так… хорошо, — с трудом выдохнул он дрожащим голосом. — Очень хорошо… Вторая рука Ландо поднялась к его волосам, мягко перебирая пряди и слегка массируя кожу головы, пока он притягивал Оскара ближе. — Ты такой красивый сейчас, — хрипло пробормотал Ландо, и в голосе слышалось почти восхищение. — Такой отзывчивый. Это так заводит, Оскар. Похвала и внимательные прикосновения только усиливали ощущения Оскара. Его стоны становились всё громче, срываясь с губ быстрыми, отчаянными выдохами. Рука Ландо двигалась всё увереннее, постепенно подводя его всё ближе к краю. Иногда он нарочно замедлялся, растягивая удовольствие, а потом снова ускорялся ровно настолько, чтобы окончательно сводить Оскара с ума. Каждый нерв в теле Оскара будто горел. Его пальцы вцепились в край кровати так сильно, что костяшки побелели, пока он пытался удержать остатки самообладания. Волны удовольствия накатывали всё выше, заставляя его буквально задыхаться. — Ландо… — почти жалобно выдохнул он дрожащим голосом. — Я… я уже почти… Пальцы Ландо чуть сильнее сжались; движения стали ещё более неторопливыми, мучительно растягивая напряжение. — Я знаю, малыш. Ещё немного, совсем чуть-чуть, — мягко произнёс Ландо, не заметив, как ласковое обращение само сорвалось с его губ. Голова Оскара откинулась назад; стоны становились всё громче по мере того, как он приближался к пику. Напряжение было почти невыносимым — каждое прикосновение толкало его всё ближе, пока он уже не мог держаться. — Я-я не могу, Лан… — Можешь, Оск. Я знаю, что можешь, — твёрдо сказал Ландо. Его рука продолжала двигаться уверенно и ритмично, удерживая Оскара прямо на грани оргазма. Ландо не сводил с него глаз, отслеживая каждую дрожь, каждый рваный вдох, пока продолжал доводить его до предела. Его движения оставались размеренными и точными; всё было рассчитано только на то, чтобы усилить удовольствие ещё сильнее. — Чувствуешь это, Оск? Ты уже так близко. Тело Оскара было натянуто как струна от напряжения и предвкушения. Каждый толчок руки Ландо, каждое прикосновение делали ощущения всё интенсивнее. Его стоны становились отчаяннее, дыхание — всё более сбивчивым, а тело буквально трясло от попыток продержаться ещё хоть немного. Почувствовав, что они оба уже на пределе, Ландо резко притянул Оскара к себе и впился в его губы жадным, горячим поцелуем. Поцелуй был почти поглощающим — язык Ландо двигался вместе с его языком, пока рука продолжала надрачивать ему. Стоны Оскара вибрировали прямо между их губами; жар поцелуя и накрывающее удовольствие смешивались в нечто совершенно одуряющее. Ландо целовал его настойчиво, почти жадно, будто пытался закрепить этот момент между ними — момент абсолютной, ничем не сдерживаемой близости. И наконец Оскар сорвался. Его тело содрогнулось от мощного оргазма, настолько сильного, что он почти перестал дышать. — Т-твою мать, Ландо… — простонал он, когда волны удовольствия накрыли его одна за другой. Его стоны были приглушёнными, но отчаянными; голова бессильно откинулась назад, пока его сперма стекала по руке Ландо. Оскар буквально рухнул на напарника — дрожащий, тяжело дышащий — а тот всё ещё медленно гладил его, растягивая остаточные волны удовольствия. Когда Оскар наконец немного пришёл в себя, он посмотрел на Ландо со смесью благодарности и смущения. — Хочешь, я тоже тебе помогу? — тихо спросил он всё ещё дрожащим голосом. Ландо улыбнулся и покачал головой. — Я… э-э… — он неожиданно запнулся, будто уверенный в себе Ландо Норрис внезапно потерял дар речи. — Я уже кончил, — признался он, опуская взгляд на влажное пятно на своих джинсах. — Ты был таким сексуальным, что я просто не смог сдержаться. Оскар почувствовал странную смесь облегчения и удовлетворения. Он наклонился ближе и мягко поцеловал Ландо; их губы задержались друг на друге на несколько долгих секунд. — Блять… это так горячо.

***

В третий раз это случилось во время гоночного уикенда в Майами. Всё началось вполне невинно: обычная переписка накануне гонки, которая после первой победы Ландо превратилась во что-то гораздо большее. Оскар лежал на кровати в гостиничном номере, держа телефон в руках и переписываясь со своим напарником. В животе неприятно скручивались нервы — он боялся написать Ландо то, о чём думал. Оскар: Кажется, я понял, почему у меня постоянно ничего не выходит с девушками

Ландо: ?

Оскар: Кажется, мне нравятся парни.

Ландо: Честно говоря, удивлён, что ты не понял этого раньше

Оскар: И что это должно значить?

Ландо: Оск, у тебя бы не встал, когда я тебя трогал, если бы тебе не нравились парни.

Ландо: И ты бы уж точно не кончил мне в руку дважды 🤭

Оскар: Упс

Ландо: Не загоняйся из-за этого слишком сильно, Оск. Нет ничего плохого в том, что тебе нравятся парни.

Оскар: Не пойми меня неправильно, мне нравятся девушки. Правда нравятся. Оскар: Но, кажется, для секса на одну ночь я предпочитаю парней 🫣

Ландо: Хей, в этом мы похожи. Ландо: Хотя, если честно, я вообще предпочитаю парней.

Ландо сделал это. Он действительно выиграл гонку. Гордость и эйфория накрыли Оскара, пока он смотрел на Ландо на верхней ступени подиума — победа буквально сияла в каждом уголке трибун. Вид Ландо с текущими по щекам слезами и выражением абсолютного облегчения на лице был слишком эмоциональным даже для него. Сердце Оскара переполняли гордость и счастье; он чувствовал эту победу почти так же остро, как сам Ландо. Когда Ландо наконец закончил все обязательные интервью и церемонии, Оскар уже ждал его в комнате пилотов, сидя на диване и едва сдерживая нетерпение. Дверь наконец открылась. Ландо вошёл внутрь — гоночный комбинезон болтался низко на бёдрах, мокрое от шампанского огнеупорное бельё облепляло его тело, а эмоции всё ещё были написаны у него на лице. Увидев Оскара, он удивлённо замер; их взгляды встретились, пока Ландо закрывал за собой дверь. — Привет, — тихо сказал он, улыбаясь так же широко, как на подиуме. Оскар мгновенно вскочил с дивана и буквально врезался в него, обнимая. — Я так тобой горжусь, Лан, — прошептал он ему в шею, прижимаясь ближе и чувствуя под ладонями влажную ткань комбинезона. Ландо улыбнулся, крепче прижимая его к себе. — Я наконец сделал это, Оск. Наконец-то. Оскар неохотно отстранился, но в его глазах уже смешались озорство и желание. Он медленно начал оттеснять Ландо назад, пока тот не упёрся спиной в закрытую дверь, оказавшись зажатым между дверью и телом Оскара. Потом Оскар опустился перед ним на колени. В его глазах блестела наглая улыбка. — Можно? — тихо спросил он, проводя руками к краю гоночного костюма Ландо, низко сидевшего на бёдрах. — Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Ты заслужил это. Брови Ландо удивлённо взлетели вверх; на лице смешались удивление и любопытство. — Это потому что ты понял, что тебе нравятся парни? — спросил он. — Хочешь, чтобы я научил тебя делать минет… на случай, если в следующий раз это пригодится тебе в клубе? В его голосе проскользнуло что-то болезненное — почти незаметная неуверенность. Оскар нахмурился. — О чём ты вообще? Ландо неловко объяснил: — В прошлый раз мы сосредоточились только на том, как доставить удовольствие девушке. Я подумал… что ты хочешь этого по той же причине. Оскар поднялся на ноги и осторожно взял Ландо за лицо, глядя ему прямо в глаза. — Лан, может, хватит делать вид, будто всё это между нами — просто «уроки» о том, как соблазнять кого-то другого? Мы оба знаем, что это перестало быть правдой ещё в тот момент, когда ты впервые заставил меня кончить. Он прижался лбом к его лбу; голос оставался мягким, но уверенным. — Я не хочу, чтобы ты учил меня доставлять удовольствие кому-то другому. Я хочу научиться доставлять удовольствие тебе. Ландо, сердце которого колотилось как сумасшедшее, схватил Оскара за ворот огнеупорной кофты и втянул в жадный поцелуй. Поцелуй был отчаянным — настоящая буря эмоций и желания между ними. Губы Ландо врезались в губы Оскара с такой страстью, что в каждом движении чувствовалось всё накопившееся между ними напряжение. Их руки скользили по телам друг друга, сжимали, изучали; жар между ними нарастал слишком быстро. Руки Оскара поднялись по груди Ландо, чувствуя под мокрой тканью напряжённые мышцы. Медленно и уверенно он стянул гоночный костюм Ландо к щиколоткам, наслаждаясь ожиданием и этой почти невыносимой близостью. Подняв взгляд вверх, он тихо, почти умоляюще произнёс: — Пожалуйста… позволь мне сделать тебе хорошо. Оскар старался держать руки уверенно, хотя сердце бешено колотилось. Он смотрел на Ландо одновременно взбудораженно и нервно. — Можешь направлять меня? — спросил он. — Скажи, что тебе нравится и как делать это правильно. Я никогда раньше такого не делал. Взгляд Ландо сразу смягчился; на губах появилась искренняя улыбка. — Конечно, — ответил он охрипшим от желания голосом. — Я бы хотел этого больше всего. Его ладонь осторожно легла Оскару на затылок, мягко направляя. Руки Оскара продолжали медленно исследовать тело Ландо; пальцы скользили по открытой коже. Дыхание Ландо участилось в тот момент, когда губы Оскара впервые коснулись его — осторожно, будто проверяя реакцию. — Начни медленно, — тихо сказал Ландо; в голосе смешались возбуждение и поддержка. — Сначала исследуй губами. Следи за тем, как я реагирую. Замечай, что заставляет меня вздрагивать или стонать. Оскар кивнул и послушно последовал его совету. Его губы мягко коснулись бедра Ландо; поцелуи были лёгкими, дразнящими. Каждое движение вызывало у Ландо тихий вдох. Потом Оскар медленно взял головку его члена в рот, и мягкое давление его губ вызвало у Ландо глубокий, довольный выдох. С каждой новой реакцией Ландо уверенность Оскара росла. Он начал пробовать разное давление, разные движения. — У тебя так хорошо получается, — пробормотал Ландо хриплым от удовольствия голосом. — Вот так… да, очень хорошо… Нервозность Оскара постепенно растворялась от постоянной похвалы. Он ловил каждое слово, используя в качестве подсказки. Дыхание Ландо стало рваным; его руки легли Оскару на плечи — мягко, но уверенно направляя его в нужном ритме. — Попробуй больше использовать язык, — предложил Ландо, тяжело дыша. — Медленно обводи… а потом слегка касайся кончиком. Мне очень нравится, как это ощущается. Он сам показал движением бёдер, как добавить больше разнообразия и глубины ощущениям. Оскар старательно следовал каждому указанию; его язык выводил осторожные узоры, вызывая у Ландо всё новые вздрагивания и стоны. — Идеально, — выдохнул Ландо дрогнувшим голосом. — Именно так… продолжай… Напряжение между ними продолжало медленно нарастать. Реакции Ландо задавали темп; удовольствие буквально ощущалось в воздухе. Возбуждение Оскара росло вместе с возбуждением Ландо — каждое движение только сильнее подталкивало его к желанию доставить Ландо максимум удовольствия. В какой-то момент Оскар слегка отстранился; его тёплое дыхание скользнуло по коже Ландо. — У тебя невероятный вкус, — тихо признался он, и в голосе смешались восхищение и желание. Это прозвучало абсолютно искренне. Глаза Ландо удивлённо расширились; на губах появилась дразнящая ухмылка. — Нельзя говорить такие вещи, — пробормотал он, сбиваясь с дыхания от возбуждения. — Если только ты не хочешь, чтобы я кончил прямо сейчас. После этих слов решимость Оскара только усилилась. Он снова наклонился ближе, теперь двигая ртом куда увереннее и настойчивее. Мысль о том, что он способен заставить Ландо потерять контроль, заводила его ещё сильнее. Напряжение продолжало нарастать. Каждое движение языка, каждое прикосновение подталкивали Ландо всё ближе к краю. Оскар не отступал ни на секунду; его руки и рот двигались в идеальном ритме с реакциями Ландо. Комнату постепенно заполнили звуки их общего удовольствия — стоны Ландо становились всё громче и отчаяннее. Когда Ландо начал приближаться к оргазму, он попытался осторожно оттянуть Оскара назад. — Оск… я уже близко… Ты не обязан… Но Оскар даже не подумал остановиться. Наоборот — он стал ещё настойчивее. — Нет, я хочу этого, — выдохнул он с почти болезненным желанием в голосе. — Я хочу тебя. Прямо сейчас. Ландо окончательно потерял контроль. Его тело напряглось и содрогнулось, когда он кончал; от силы ощущений дыхание сразу стало рваным и тяжёлым. Оскар не остановился — продолжая доводить Ландо на протяжении всего оргазма. Только потом он медленно поднялся с колен. Лицо горело — и от напряжения, и от удовлетворения. Он тут же впился в губы Ландо новым горячим поцелуем; вкус Ландо смешивался с остатками адреналина и возбуждения. Поцелуй получился жадным, почти отчаянным — полным всего желания и чувств, которые так долго копились между ними. Когда они наконец отстранились друг от друга, их лбы соприкоснулись; оба тяжело дышали. Во взгляде Ландо смешались обожание и уязвимость. — Боже, я так тебя люблю, — прошептал он дрожащим от эмоций голосом. Улыбка Оскара была почти ослепительной; глаза блестели от чувств. — Я тоже люблю тебя, Лан. Их слова так и остались висеть в воздухе — как доказательство того, насколько глубокими стали их чувства и насколько сильной была связь между ними.