Под звёздами

Сегодня был очередной поздний вечер, в котором Шиын лежал на кровати, рассматривая на потолке тепло-оранжевый свет фонаря. В голове родилась очередная бредовая идея, которую он должен воплотить в жизнь, иначе она превратит его жизнь в сущий кошмар. Так было и с первой идеей, когда он просто придумал, как бы он признался в своих чувствах Сухо. На этапе "придумал" он и закончил, как ему казалось. Но чем больше проходило времени, тем чаще он думал про это. Всё доходило до того, что в присутствии Сухо он совершенно ни о чем не мог думать, кроме как о признании. Из рук всё валилось, дышать было трудно, сердце то замирало, то заходилось в темпе конских скачек. В голове крутились всевозможные варианты развития событий: Сухо даст ему в нос, но скажет «забыли»; Сухо обнимет его крепко; Сухо пустит слезу, потому что тоже давно влюблен в Шиына. Последнее он обычно отгонял в мыслях, потому что Сухо не вел себя, как в дешёвых мелодрамах. Самый большой его страх — что Сухо скривит в презрении губы и скажет, чтобы Шиын больше никогда к нему не подходил. От этой мысли сердце замирало, а к горлу подкатывал противный ком волнения. И тогда он придумал, что признается скрыто, вряд ли Сухо по намёкам поймёт. Потому что выносить эти навязчивые идеи не было уже никаких сил. Первую попытку он предпринял, когда они шли со школы вместе домой. Они вышли из здания почти самыми последними, потому что дежурили в классе. Вечер был прохладный, но Шиын чувствовал, как по телу разливается жар от волнения. Сухо шёл рядом, рассуждая на тему, что Шиын не нормально ответил сегодня, когда к нему подкатила девчонка из параллельного класса, обижая девушку. — Я обычно нормально разговариваю с людьми, — Шиын недовольно отвернулся в сторону, поправляя лямку рюкзака. — Просто она была слишком навязчива. — Ты ни с кем нормально не разговариваешь. И ситуация вроде бы неприятная и немного ранящая, но Шиын почувствовал, словно лампочка загорелась. Вот он, сейчас идеальный момент, чтобы перевернуть разговор под признание. Пусть и не напрямую. Пусть во фразе будет скрытый смысл. Даже если Сухо не поймет, то Шиын хотя бы попытался. — С тобой же разговариваю. Сердце стучит где-то в ушах, кувыркаясь в хаотичном кульбите. Вот и настал момент истины. Шиын задержал дыхание. — То, потому что ты ко мне уже привык. Ну вот, что и следовало ожидать. Шиын вложил смысл в свою фразу «ты для меня особенный», а Сухо счёл её как «привык». Внутри зашевелилось разочарование в самом себе. Ему казалось, что и он особенный для Сухо: тот гуляет только с ним; подвозит к дому после работы в ресторанчике, где он ему помогает; руки кладёт то на плечи, то на бедро; устраивает буквенный террор в их чате. Но оказывается это не что-то особенное, это простое «привык». «Ты гребанный трус, Ён Шиын», — думал про себя он. После этого недопризнания было ещё несколько таких же провальных. И Шиын думал, что на этом всё, его больной мозг сдастся под его трусостью и страхом потерять Сухо хотя бы как друга. Но нет, сегодня ему пришла ещё одна идея признания. И он мысленно попросил у звёзд помощи, чтобы Сухо на этот раз всё понял. И будь что будет.

✨✨✨

Сухо встретил Шиына с дополнительных занятий. Он в последнее время всегда его встречает, они гуляют до поздней ночи, а потом расходятся по домам. Вот и сегодня от здания академии они прошлись по парку и остановились у круглосуточного магазинчика. Шиын сидел за столом и ждал, пока Сухо покупал им энергетик. Ночь была ясной, ни одного облака на небе. Сухо сел за стол с противоположной стороны. Открыл энергетик сначала Шиыну, поставил его рядом с ним, а потом открыл себе. Они молча сидели пили. — Ты сегодня какой-то непривычно тихий, — первым нарушил молчание Сухо. — И на небо всё смотришь сидишь. — Вспомнил легенду, которую мне бабушка рассказывала. — Мм? — Раньше верили, что до рождения души людей живут среди звёзд. И чем ближе стоят звёзды друг к другу, тем ближе потом становятся люди. — Типа друзьями? — Ну... не обязательно, — Шиын замолчал на несколько секунд, пытаясь утихомирить внутреннее волнение, чтобы голос не начал дрожать. — Считалось, что некоторые души были соседями и они светили рядом так долго, что привыкали друг к другу. А потом рождались на земле и всё равно находили друг друга. — Романтично. Сухо делает большой глоток, а Шиын переводит взгляд со звёзд на его профиль. Тот задумчиво смотрит на небо, скользя по нему от одной звёзды к другой. — А дальше что? — Говорилось, что такие люди почти всегда узнают друг друга сразу. Когда встретил кого-то впервые, появляется странное чувство, что слишком давно его знаешь. — А эти две души могут появляться каждый раз рядом на небе? — Не уверен на счёт этого, — Шиын перевёл взгляд на банку в руках, ковыряя ногтем алюминиевую петельку, а потом добавил уже тише, — но я бы хотел. И снова этот момент, когда Шиын понимает, что открылся, трусливо прикрывая это легендой. Сердце зашлось о рёбра, от нервов банка поплыла перед глазами. Он был почти уверен, что и в этот раз Сухо ничего не поймет, решив, что Шиын снова много философствует. «Ты просто привык». Всё это они уже проходили. — Тогда после того, как мы снова станем звёздами, в следующей жизни нам придётся пожениться. Сказанное не сразу доходит до Шиына сквозь внутренний шум в ушах. Но когда осознание бьёт, то глаза его расширяются. «Да ладно, неужели Сухо понял...», — проносится в голове Шиына бегущей красной строкой. Он поднимает взгляд на Сухо, смотря на него, как оленёнок смотрит на две приближающиеся фары. А тот улыбается ему самой искренней и теплой своей улыбкой. — Почему? Сухо смотрит на него пару секунд. — Потому что я бы тоже хотел найти тебя снова. И потому что ты мне тоже нравишься. Шиын моментально краснеет, а сердце заходится в ещё бо́льшем темпе. Он нервно жмёт банку несколько раз, а та издает очень громкие звуки, резонируя с тишиной, которая повисла между ними. — Я хочу тебя поцеловать. Не давая времени Шиыну ответить, но давая возможность отстраниться, пока он тянется к нему, Сухо наклоняется через стол и мягко припадает к губам Шиына. Это простое соприкосновение губ взрывается огненными фейерверками внутри Шиына. И прежде, чем он успевает насладиться моментом, Сухо отстраняется. Шиын закрывает лицо руками. — И как давно ты понял? — спрашивает Шиын сквозь ладони. — Что ты мне нравишься? — Нет... Да... Нет, что ты мне нравишься. — Что ты мне нравишься я понял почти сразу. А вот, что я тебе — сегодня. Во время твоей истории вспомнил некоторые моменты из прошлых разговоров и сложилась картинка. Шиын опустил руки на колени, подставляя разгоряченное лицо прохладному воздуху. Он смотрел на звёзды, улыбаясь своей перевернутой улыбкой, которая появлялась тогда, когда он был слишком смущен. — Я надеюсь, мы всегда после всех жизней будем возвращаться соседями на небо. — Да, я тоже, — тихо, но счастливо ответил Шиын, смотря на Сухо.