Разовая акция

В корне не верно представление, что большую часть прожитых в новом веке месяцев Солдатик гасил боль прошлого бухлом, запрещёнными веществами и трахом. То есть, конечно, эти замечательные вещи тоже имели место быть, но львиную долю времени с тех пор, как его разморозил Хоумлендер, он учился. Жадно поглощал информацию, разбирался в современности, осваивал новые методы и технологии, рылся в архивах компании, просматривал старые видеозаписи из башни и готовил пути отхода, наученный прошлым горьким опытом. Как показала жизнь, валить лучше самостоятельно, не дожидаясь, пока тебя сольют. К слову о видеозаписях из архива... там ему попалось одно крайне занимательное видео. Извращённое, странное, но во время просмотра у Солдатика привстал член... * * * * Стоило его перетащить в безопасное место, вымыть, переодеть и усадить за стол ужинать, с Джоном случается внезапная истерика. Он не ест. Он смотрит в одну точку прямо перед собой. А потом начинает плакать. Внезапно. Громко. Навзрыд. В истерике сметает свою тарелку на пол... Солдатик в курсе, что у сына не всё в порядке с головой. Эта молодёжь такая слабая, такая хлипкая... избалованные порождения своей картонно-пластиковой эпохи, не видавшие крепкого табака и хорошего мужского мордобоя. Теперь за то, что врезал разок идиоту, на тебя могут подать в суд, требуя возмещение "морального ущерба". Вот что за время... В пятидесятых за такой иск тебя посчитали бы педиком. Не удивительно, что в столь паршивое время вырастают такие нежные кадры как Хоумлендер. Ещё будучи просто человеком, Бенжамин не раз получал по роже. Он избивал других в драках. И его тоже избивали: до синяков и кровоподтёков. Однажды ему даже сломали нос. И ничего. Бен сплёвывал кровь, поднимался и шёл дальше... а это слегка побитое чудо расплакалась, как баба. Какое нежное... Солдатик даёт ему пять минут на то, чтобы самостоятельно успокоиться. Когда его внутренний таймер показывает, что время вышло, а Джон всё ещё не утих, Бенджамин поднимается из-за стола, подходит к своему сыну, подхватывает его под плечо, поднимает и тащит в сторону дивана. Усаживает его на один конец дивана. Сам садится на другой конец дивана. Уверенная поза, широко расставленные ноги. Бен расстёгивает несколько пуговиц на своей чёрной рубашке. На самом деле, больше, чем было бы прилично. Вряд ли он, брутальный мужик, может быть настолько очарователен, как та грудастая милфа с видео, но на его памяти Хоумлендер жрёт глазами его, а не каких-то милф, так что, возможно, затея и выгорит. Солдатик приглашающе хлопает по своему колену. - Иди к папочке, детка. Притихшая "детка" придвигается. Медленно, с опаской, будто боится, что всё это какая-то странная шутка. Копируя то видео, Бенджамин медленно берёт его за плечи, тянет к себе, укладывает его голову к себе на колени и гладит по голове. Всё это сопливое дерьмо вроде утешений - совсем не по части Солдатика, но он вообще-то тоже публичное лицо и довольно убедительный актёр с многими десятилетиями стажа. - Хороший мальчик. Мой хороший, красивый мальчик. Джон тихо жалобно всхлипывает и утыкается носом ему в торс. - Вот так, детка. Позволь папочке о тебе позаботиться. На выдохе с губ Джона слетает абсолютно жалкий, настолько умоляющий и беспомощный звук, что Бен решает зайти немного дальше, чем планировал изначально... Блондинка жадно присасывается к его пальцам, стоит только предложить, и наконец-то полностью успокаивается. Расслабляется всем телом, дрожь проходит. Только вот начинает возбуждённо сопеть... Чёрт. Вот чёрт. Солдатик вдруг вспоминает, что то видео в архиве было обрезано на этом моменте. Не сложно представить, что там могло быть дальше после того, как Хоумлендер с упоением отсосал пальцы вице-президента Vought. Как-то он об этом не подумал... Но пасовать уже поздно. Есть хороший риск нарваться на очередную истерику, а Бенджамин заебался и этой ночью хочет нормально отоспаться, а не слушать плач... В конце-концов, он сам это начал. - Ни о чём не беспокойся, детка. Папочка о тебе позаботится. На кого ещё действовали подобные подкаты - этих людей можно по пальцам пересчитать, хватит одной руки. На самом деле, Бена после такого не так уж редко отшивали дамочки, но Джон тихо стонет с пальцами во рту и присасывается к его пальцам более жадно, а Солдатик, мысленно ругая ХХI век самыми грубыми словами, всё же касается свободной рукой бугорка в штанах своего сына. "Это разовая акция." - думает Бенджамин.