killing the mercy
27 мая 2026 г., 20:08
у меня были ещё выборы для различных концовок, но я решил действовать радикально, решительно и быстро. поэтому покусился на любовь, что предстала перед ним милосердием. я не знал, что делаю. но я знал, что были другие способы обезопасить его от незнакомца. забравший его чувства Бог никогда не даровал людям хоть частичку милосердия, позволяя чувствам завладевать каждым дюймом тела. чувствам, которых и не было вовсе, лишь полумрачный осадок, чем-то напоминающий их, но ни в коем случае не являющийся. не милосердный человек всегда мог взять и убить кого то. лишить жизни невинного посланника, а в дальнейшем с таким же лицом выйти на встречу к гильотине. поэтому я поставил для себя цель, во что бы то ни стало, я обязан был погубить любовь. нам всем известно, что любовь и милосердие встречаются, ходят вместе, постоянно рядом. но с моральной точки зрения, братьями не являются. любовные черты в людях портят всю картину, разводя на итак грязном холсте мира ещё большее безобразие своими, до жути сладостными лицами, а также разумом, доверху забитым не пойми чем, начиная сладкой выпечкой, такой же как и их легкомыслие, заканчивая шумными пластинками с попсовыми хитами с девяностых. Фолловер не мог быть таким, я это знал. Вот и пришло то время, когда в моей руке предательски засиял побитый клинок, с прорастающими из него осколками, что впивались в мою ладонь с каждым ударом всё глубже, заставляя твою белоснежную блузку краснеть. ты кричала, просила не делать этого, но я знал. ради того, чтобы обезопасить других, мне предстояло выбрать, любовь или милосердие. они ходят рядом, кружась в танце, хватая друг друга за руки, не позволяя отходить далеко. но я должен был их разлучить. ради твоего благополучия. Любовь опьяняла своими чарами, затуманивая твой разум всё сильнее. под полной блокировкой эмоций, ты не замечал этого, и слабо поддавался ей. не так сильно, как она того хотела, но достаточно, чтобы проявить себя в твоём лице. ты не мог любить, не должен был. ты бы не полюбил. тебе нужно было милосердие, что своим шёпотом уволочит твою душу прямиком в своё ослепительное царство, где не существует границы между злом и добром, где эмоции – это эмоции. и вслед за этим, ещё удар. ты смотрел на нас, словно дурак, но останавливать меня не спешил. это и была причина, по которой тебе нужно было милосердие. не любовь.
Конечно, меня и не нужно было останавливать. я этого не хотел. я не милосердный человек. возможно, лишь отчасти. но что со мной случилось бы, будь я таковым? полагаю, ничего хорошего бы не произошло. моя любовь умерла дважды, милосердие единожды. но вот, часы пробивают третий час, я поднимаюсь с пропитанного алым сиропом пола, моя штанина, уже красная, отлипает от него, тянув за собою кожу. "это неприятно" – подумал я, поднимая Любовь с пола. на её одежду и ощущения, я не мог ответить. она не говорила, что чувствует, не говорила мне, приятно ей или нет. Но что бы случилось, если бы она ответила? ничего неглобального. я бы также поднял её и отнёс на задний двор, открывая упаковку семян. достаточно редких для тех лет. Её тело почти размякло, моя ладонь горела от осколков, что постепенно переходили с ладони на лицо, заставляя чуть ли не плакать ложными слезами. "Я буду умирать ради тебя дважды, каждый раз, после каждой любви."
Засыпая семена на внезапную возвышенность в земле, я обернулся, заметив его. восьмого, неформального, конечно, бога. ты улыбнулся, не спеша подходить. я опешил, опустошая ранее весьма ценный пакетик.
