somebody like you

Ещё никогда я не видел чонгука таким...                                                                                  красивым Что? Ты что говоришь, придурок? «Никогда не видел»? Едва касающиеся чужой щеки прядки волос парня служат последним спасением утопающего в неимоверно глубоких глазах. Эти большие бусины совершенно не дружат с образом, выдавая его нежную заячью натуру. Они как жадный океан, поглащающий весь мир, но абсолютно осторожный к нему. Неугомонный сквозняк продолжает из раза в раз беспокоить спокойные волосы корейцев, не обходя мимо и струящиеся белые рубашки. В аудитории слышны лишь прирывистые вздохи, сменяющиеся  выдохами, и шелест жалюзей. Предзащита закончилась с час назад, когда аудитория полнилась руководителями дипломных и председателем комиссии. Тогда здесь пахло потными одеждами волнующихся, несвежим дыханием и телами неспящих последние несколько ночей. Но сейчас, когда полы всё ещё влажные, а по всей аудитории гуляет свежий воздух, здесь находиться становится приятно. А в особенности, когда над тобой нависает парень твоей мечты. Сказали продежурить после состоявшегося суда над студентами. Тэхён думал, что ему одному придётся прибирать здесь, так как большинство устали (что к тэ, конечно же, не относится) и, естественно, если никто не согласился, крайним остаётся староста (кем тэ и является). Достало, что с самого первого курса староста - это не пример для подражания и уважения, а многоразовая тряпочка, которую сполоснул, выжал и снова использовал, дабы подтереть за остальными. Однако, когда половина кабинета уже осталась без пыли и мелкого мусора благодаря венику, дверь отворилась, а на пороге оказался парень, которого Тэхён не ожидал здесь увидеть. Кто бы мог подумать, что отстраненный и равнодушный ко всему Чон Чонгук, который терпеть не может факультет филологии, а уж тем более своих одногруппников, предложит помощь, парню, который буквально пару дней назад обвинил его во всех грехах человечества, потому что тот не приходил к руководителю по дипломной ни разу, а у них он общий. Тэхёну надоели постоянные вопросы: «Чонгук сегодня был в универе?», «А Чонгук не планирует приходить?», «Не знаешь, что там Чонгук?». Нет, Тэ не знает. Ничего не хочет и хочет знать об этом парне. Тэхён ненавидит, что любит Чонгука; не любит - ненавидить. Как он мог влюбиться, просто потому что увидел блеск ласки в его глазах. Тэ ненавидит, что заглянул в эти глаза. Гук не любит всё то, что разговаривает с ним, но остаётся самым популярным парнем в универе. К нему клеятся и девушки и парни, которые будто не замечаются и пропускаются грубоватые шутки Чонгука, проглатывая всё вместе с оскарблениями и смеясь буквально над собой. Тэ это понимает, но оказывается очередным глупым влюблённым. Хотя то, что Ким пытается отрицать чувства и быть равнодушным к Гуку, считается за силу духа? Чонгук когда-то говорил что-то о том, что Тэхен выглядит, как тот, кого хотелось бы разложить на столе в этой аудитории. С равнодушным лицом произносил этот бред, как очередную свою невъебенную шутку, а после просто уходил. Говорил, что у парня вкусные на вид губы; что ненавидит твинков — мягких сладких мальчиков; но, что тэ мягкий сладкий мальчик, чьи ляжки отлично смотрелись бы в ладонях Гука, а лучше обвивающие его торс; что если на земле останеться только кто-то и столб, он лучше будет трахаться со столбом, но если Тэ, то ещё и ляжет под него. Потому, что Тэ не «кто-то», а парень с сочной задницей — единственной, которую хотелось бы ущипнуть до сладкого вздоха, а может и крика. Чон часто говорил, что никто его не привлекает и обжиматься с кем-либо — фи. Но, когда случайно виделся с Тэ в пустом коридоре третьего корпуса: — Ты позволишь мне впечатать тебя в эту холодную стену? Он бы сделал это, если бы Тэ положительно и раньше ответил, чем декан окликнул Чонгука. Тогда им помешали, а сейчас дверь защелкнула на ключ, а Чонгук уже прижимает Кима к компьютерному столу у окна. — Столкнешь компьютер — будешь платить. Не думаю, что допотопный останется цел после такого полёта, — пытается собрать капли рассудка Ким, когда ладони уже потеют, а сам парень тает под заинтересованным взглядом. Чонгук со словами «Я пришёл помочь» и заинтересованным взглядом шёл к Тэхёну постепенно, загоняя в угол и загораживая пути отступления. Сейчас стоя в плотную, он опаляет горячим дыханием нежную шею, склонив голову, так как Ким принялся уводить взгляд куда-то вниз. — Хочешь на парты? Они свободны, — лукаво улыбается Чон, проводя мокрыми языком по нижней губе, после закусывая её, — Ты мне так и не ответил тогда. Так вот, могу ли я тебя разложить на этих партах? Дыхание спирает. Сквозняк совершенно бесполезен, когда обжигающий жар идёт изнутри, а температура всё повышается и повышается до пределов, которых кажется нет. Тэхён тяжело сглатывает, обильно выделяющуюся слюну, а Чон явно внимательно за этим следит и наслаждается. Ким не может скрывать свои чувства и эмоции в особенности, когда после давних слов Чонгука об этом месте, он часто это представлял и желал. Неуверенный, но принятый уже давно, ответ в виде кивка становится отправной точкой. Тэ мгновенно подхватывают на руки, с ходу сжимая ляжки и усаживая на чистый стол. — Ты не подумай, что я извращенец, я просто тебя люблю, Тэхён, — можно ли верить своим ушам, когда парень говорит такие слова просто, словно это фраза о погоде, — Если тебе станет неприятно или больно, скажи мне. Неровное дыхание стало ощущаться на щеке с запятой в виде лёгкого чмока, а следом многоточием влажными поцелуями на нежной шее. Становилось прохладно, когда Чон отстранялся, а на смену приходил ветер, но на новое место оседал очередной поцелуй. Томный вздох Техёна и талию сжимают властные руки, притягивая и впечатывая промежность парня в уже твердеющий пах. Хочется уже плакать, чувствуя возбуждение и размер Чона, по ощущениям становящийся всё больше. Но ноги сами, подчиняясь желанию, обвивают чужой торс. Пуговица за пуговицей аккуратно покидают петли, оголяя бледную кожу. Мягкие губы тут же накрывают каждый открытый участок тела, а рубашка спадает с острых плеч на парту, растекаясь словно жидкостью. — Ты такой нежный, Ким Тэ, — проговаривает Чон, жадными глазами пожирая трясущегося от перевозбуждения парня, а руками сминая мягкую кожу талии. Касания ожогами ощущаются на груди, заставляя соски набухать и распространеняя всё больше мурашек по телу. Наслождаясь каждой реакцией Тэ: тяжёлыми вздохами, подрагиванием прикрытых век, поджатыми пухлыми губами, изогнутой спиной навстречу Гуку, Чон сходит с ума. Чонгук правда без ума от это пресладенького Ким Тэхена. Нельзя сказать, что он выглядит гипержеманно, как стереотипный парень любящий парней. Он выглядит слишком вкусным лишь в глазах Чонгука, в остальных — красивый, умный староста, ничего более. Только вот от красоты его одни беды (для Чонгука). Он не хочет, чтобы он однажды кому-то на предложение встречаться, поцеловаться или переспать (как Чонгуку) ответил согласием. Не хочется даже об этом думать. Хочется забрать его себе. Такого прекрасного человечка, которого всего на свете один единственный, которого, если потерять, то другого больше не найти. Чонгук знал, что стоит хоть как-то научиться общаться с людьми Ким Тэхёном, но каждый раз при встрече с ним вылетали слова, которые только мужло может назвать комплиментом. Но по-другому никак. Чонгук не знает как.. И сейчас держа в руках покорного Тэ. Такого жаждущего ласки парня, Чонгук чувствует, что он здесь, но как-будто недостаточно близко. — Я тебя люблю Ким Тэ, — искренне звучит произнесённое вновь. Ассорти голосов и шагов в коридоре и нетерпеливое дергание ручки двери рушат всю идилию. Сладкая тишина трескается с каждой попыткой открыть аудиторию. Ким, пнутый стрессом ситуации накрывает ладонью рот парня, прижимая её как можно крепче. Тэхён будто пытается задушить Чонгука, дабы тот не издал ни одного звука, а может и не испустил вздоха. Две пары глаз продолжают тревожно глядеть друг на друга. Когда Тэ посылает немой вопрос «Что нам теперь делать?», Гук встречный – «Что ты делаешь?», бросая взгляд на ладонь под носом. Пока за дверью кто-то есть и один рот накрыт чужой рукой, никто не может озвучить ничего вслух. Чонгук касается ладони Тэхена своей и, прилагая силу, отстраняют её. Тут же вторая оказывается на нежной розовой щеке, помогая утянуть в рваный влажный поцелуй. Касания губ кажутся невероятно сладкими и невозможными для обоих, но таким нужным. За дверью становится тихо, возвращая в реальность. — Они наверняка пошли за ключом, — с досадой произносит Чон, облизывая губы и смотр на желанные чужие. — Нужно идти.., — спешно слазит Ким с парты, одеваясь. Ситуация оставляет неприятный осадок незавершённости, пока у обоих в голове только пухлые губы друг друга, а во рту всё ещё приятный вкус поцелуя.