На рассвете

Зал гудел, как потревоженный улей. Выпускной в Хокинсе обещал стать событием, которое будут перемывать костями всё лето. Воздух был сладким от цветов и дешевых духов, а под ногами шелестели серпантин и конфетти. Майк Уилер, в непривычно строгом костюме, который жал в плечах , с тоской смотрел в зал. Директор монотонно зачитывал фамилии. Когда объявили «Уилл Байерс», у Майка перехватило дыхание. Уилл поднялся на сцену — бледный, с чёлкой, упавшей на глаза. Он взял аттестат, и их взгляды встретились. А потом начался вальс. Традиционный, до ужаса скучный — пока Майк не откашлялся и не направился прямиком к Уиллу, обходя толпу одноклассниц с накрашенными ресницами. — Я приглашаю тебя, — сказал Майк. Тихо, но так, что музыка показалась фальшивой. Уилл замер. Аудитория вздохнула. Лукас поперхнулся пуншем. Макс уронила сумочку. — Ты… спятил? — прошептал Уилл. — Возможно. — Майк взял его за руку. — Ну же, Байерс. Один танец. Они танцевали. Неловко, сбиваясь с ритма, переступая друг другу на ноги. Майк неловко положил ладонь Уиллу на поясницу, чувствуя, как тот дрожит. В глазах Уилла стояли слёзы. — Ты самый красивый здесь, — выдохнул Майк ему в висок. — Ты просто пьян, — шёпотом ответил Уилл. — Я вообще не пил. Они оттанцевали, музыка стихла. Зал гудел, кто-то хлопал.  — Поехали. Я хочу показать тебе кое-что. — Куда? — Уилл всё ещё не мог отдышаться. — Рассвет смотреть. Уилл посмотрел на него. В глазах Майка не было дурацкой улыбки, не было обычной самоуверенности. Там было что-то другое. Что-то, отчего у Уилла защемило в груди. Он кивнул. Они уехали, когда вечеринка была в самом разгаре. Перед этим Майк стащил со стола бутылку дешёвого виски. Уилл засмеялся, и этот смех вырвался внезапно. Они сели в машину, и Майк вёз их черт знает куда.  Остановились на каком то пустыре. Майк выключил двигатель. Достал виски. Они пили прям из горла передавая друг другу.  В два часа ночи виски кончился. Майк вылез из машины, потянулся, хрустнул спиной. — Замёрз? — Уже нет, — соврал Уилл. На самом деле замёрз, но не хотелось уезжать. — Пошли пройдемся, — сказал Майк.  Они пошли вверх по тропинке и вышли к какому то мосту. Сели близко друг к другу.  — Майк, — позвал Уилл. — М? — Зачем мы сюда пришли правда? Майк молчал.. слишком долго молчал. А после вдохнул и произнес:  — В зале я хотел кое-что тебе сказать. Ты.. Мне нравишься Уилл.. Но не как друг.. Я думал об этом 4 года. Но именно сегодня, я понял, или сейчас ,или никогда.  — Ты серьёзно? — голос сел, прозвучал как шёпот. — Я люблю тебя, Уилл. Давно. Очень давно. Просто был трусом.  Уилл не знал, что сказать. В голове шумело от выпитого, от недосыпа. Вместо ответа он просто взял и поцеловал Майка. Сам. Губы у Майка были холодные, пахли виски и чем-то своим, родным. Он не отстранился, наоборот — прижал Уилла к себе, обхватил за затылок, углубил поцелуй. Целовались долго, сбивчиво, иногда отрываясь друг от друга, чтобы выдохнуть и посмотреть в глаза. Уилл улыбался — пьяно, счастливо. Майк улыбался в ответ и гладил его по щеке. — Поехали ко мне, — прошептал Уиллу на ухо Майк. — Поехали. Они почти бегом вернулись к машине. Всю дорогу Майк держал Уилла за руку, перебирая пальцы. Дом Майка был пуст. Он взял Уилла за руку и повел в спальню. В спальне было темно и пахло чистым бельем. Майк повернулся к нему, осторожно подцепил край футболки и стянул ее. — Ты уверен? — спросил Майк, целуя его в скулу.  — Более чем.  Они целовались, падая на кровать. Майк покрывал его шею поцелуями — от уха до ключицы, потом грудь, живот. Уилл выгибался, тихо постанывая. Уилл пытался сдерживать стоны, прикусывая губу. — Не надо тихо, — выдохнул Майк, поднимаясь к нему. — Я хочу тебя слышать. Майк достал из тумбочки баночку смазки, нанес себе на пальцы. Движения были неумелыми, но осторожными. Он растягивал его медленно, прислушиваясь к каждому звуку, к тому, как Уилл сжимает его плечи.  — Пожалуйста, — прошептал Уилл, когда терпеть ожидание стало невыносимо. — Хватит уже. Давай. Майк посмотрел ему в глаза. Спрятал лицо у него на плече. И вошёл, медленно и осторожно.  Уилл выгнулся дугой, застонал громко, не стесняясь. Больно было первые секунды, а потом — хорошо. Так хорошо, что он не знал, куда деть руки. Майк целовал его в губы, в щёки, в мокрые от слёз уголки глаз. — Я тебя люблю, — шептал Майк. — Люблю. Люблю. — И я тебя, — выдыхал Уилл в ответ. — Всегда. Всегда. Майк нарастил темп.. и вскоре кончил, Уилл следом.  — Это была лучшая ночь, — сказал Уилл тихо. — Это была последняя ночь, — поправил Майк и поцеловал его в висок. И они уснули.  Уилл проснулся первым, быстро стал одеваться и собирать свои вещи по комнате. Во рту сухо из-за виски.  — Уилл..  — Майк, мне пора, через час автобус.  Майк кивнул, и подошел ближе, утягивая его в поцелуй. Уилл поддался ,ну и через время отстранился.  — Пока Майк, я тебя люблю..  — Пока, я тоже тебя люблю.