школьные будни

Сентябрьское солнце жарило так сильно что воздух становился тяжелее. В вестибюле школы №69 стоял привычный после летних каникул гул. Здесь все подчинялось строгой негласной иерархии, на вершине которой находился Ростик. Выпускной класс, безупречно сидящая школьная форма с вечно расстегнутыми верхними пуговицами рубашки и небрежно наброшенный на одно плечо рюкзак. Вокруг него всегда крутилась толпа: парни повторяли каждое его слово, девчонки хихикали, пытаясь привлечь внимание. Ростик был не просто местным авторитетом. В мире, который существовал по ту сторону экранов смартфонов, он занимал строчки в топ-10 глобального рейтинга бравле. Для школьников это делало его полубогом. Он шел по коридору, едва глядя по сторонам, листая что то в телефоне, привыкший к тому, что толпа сама расступается перед ним. Элокс принадлежал к совершенно другому миру. На класс младше, тихий, замкнутый, вечно прячущийся за отросшей челкой. Окружающие едва знали его имя. Для всех он был просто блеклой тенью, парнем, который никогда не поднимал глаз от пола. Но каждую ночь, когда школа засыпала, Элокс зажигал экран планшета. В виртуальном пространстве он превращался в безжалостного игрока. Он дышал в спину Ростику в мировом топе, но в реальности делал все, чтобы они никогда не пересеклись. Все рухнуло в один четверг после третьего урока. Коридор второго этажа был забит людьми. Элокс торопился в кабинет физики, прижимая к груди стопку тяжелых учебников. В этот момент банда пятиклассников, с криками вылетевшая из-за угла, на полной скорости врезалась в него. Элокс потерял равновесие. Его нога скользнула, учебники с грохотом полетели на пол, а сам он со всего размаху влетел спиной в чью-то широкую спину. Коридор мгновенно затих. Смех смолк. Элокс замер, зажмурившись от ужаса, когда понял, в кого именно врезался. Ростик медленно повернулся. Его друзья тут же подобрались, предвкушая жесткую расправу над младшеклассником. — Ты страх потерял? — процедил Виталя, один из приятелей Ростика, делая шаг вперед. — Извините... я случайно... — пробормотал Элокс, упав на колени и судорожно собирая разлетевшиеся тетради. Руки крупно дрожали. Среди бумаг лежал его телефон, экран которого загорелся от удара. На дисплее была открыта открытая вкладка профиля в бс. Ростик, который уже собирался выдать очередную колкую фразу, резко осекся. Его взгляд намертво прикипел к экрану чужого телефона. В глазах старшеклассника промелькнуло что то новое. — Стоять, — резко бросил Ростик своим друзьям, которые уже готовы были пнуть Элокса. Ростик медленно опустился на корточки прямо перед дрожащим парнем. Он протянул руку, жестко перехватил запястье Элокса, не позволяя ему забрать телефон, и поднял его сам. Внимательно всмотрелся в никнейм. — Элокс?.. — тихо, почти беззвучно произнес Ростик. Это имя он видел в таблице лидеров каждый день. Парень, который на прошлой неделе заставил его попотеть, сидел перед ним на коленях в застиранном худи. Элокс вздрогнул. Он поднял глаза, и сквозь челку Ростик увидел взгляд который был прикован к нему.Младший едва заметно кивнул. Ростик резко поднялся, буквально рывком увлекая Элокса за собой. — Так, пацаны, уйдите отсюда. У меня появились срочные дела, — бросил Ростик своей компании, даже не оборачиваясь. Не дожидаясь ответа, он потащил ошеломленного Элокса за угол, крепко сжимая его руку выше локтя. Ростик вел его через лабиринты школьных коридоов, спускаясь все ниже, туда, где старые корпуса соединялись с полуподвальными помещениями. Здесь, в конце глухого коридора, находилась старая комната медсестры которую закрыли еще пару лет назад. Учителя сюда не заглядывали, а ключ Ростик давно выменял у вахтера за чекушку водки. Он толкнул тяжелую деревянную дверь, буквально вталкивая Элокса внутрь, и с глухим щелчком запер замок. В комнате царил полумрак, пахло пылью и старой аппаратурой. Через окно пробивался тонкий луч света, в котором кружились пылинки. — Отпусти... пожалуйста, — выдохнул Элокс, пытаясь высвободить руку, но хватка Ростика была железной. Старшеклассник толкнул его назад. Элокс полетел спиной на мягкий старый диван, стоявший у стены. Ростик тут же навис сверху, упираясь руками в спинку дивана по обе стороны от головы младшего, полностью перекрывая любое пространство для маневра. — Так значит, это ты? — голос Ростика изменился. Из него исчезла школьная вежливость, остался лишь низкий, вибрирующий голос, от которого у Элокса побежали мурашки по коже. — Тот самый гений, который из за которого я слил более тысячи кубков? — Я просто играю, Рост... — Элокс попытался отвернуться, но Ростик перехватил его подбородок пальцами, грубо заставляя смотреть прямо на себя. — Ты не просто играешь. Ты крадешь мое экранное время. Мои кубки. Мое первое место, — Ростик дышал тяжело, его лицо было в считанных сантиметрах от лица Элокса. — И в жизни ты, оказывается, такая тихая, пугливая мышь. Знаешь, что я делаю с теми, кто переходит мне дорогу? — Что?.. — едва слышно прошептал Элокс. Его сердце колотилось так сильно, что, казалось, Ростик мог слышать этот бешеный стук. Близость старшеклассника, его тяжелый парфюм с нотками табака и мяты парализовали его. — Я забираю свое обратно, — выдохнул Ростик и, не дав Элоксу осознать фразу, резко, изголодавше впился в его губы. Элокс вскрикнул, но этот звук был мгновенно смят и поглощен горячим, требовательным поцелуем. Ростик действовал безжалостно. Его язык ворвался в чужой рот, подчиняя себе, заставляя Элокса подчиниться этой силе. Младший сначала попытался упереться ладонями в грудь Ростика, но пальцы лишь беспомощно сжали ткань рубашки. Страх смешался с каким-то запретным и подавляемым желанием. Элокс тихо застонал, когда Ростик свободной рукой грубо сжал его талию, прижимая к себе так плотно, что между их телами не осталось воздуха. Когда Ростик наконец отстранился, между их губами на секунду потянулась тонкая нить слюны. Элокс тяжело ловил ртом воздух, его губы горели и припухли, а в глазах стояли слезы от нехватки кислорода. — Теперь ты будешь приходить сюда каждую большую перемену. Понял меня? Если не придешь — я устрою так, что в школе твоя жизнь превратится в ад. Элокс смог лишь согласно кивнуть, чувствуя, как внутри него рушится все, что он так долго строил. ----------------- Октябрь превратил школьные будни в череду серых, бесконечных дней, но для этой двоих время измерялось короткими вспышками адреналина. Они вели двойную игру. На публике Ростик мог пройти мимо Элокса, задев его плечом и даже не извинившись, вызывая смешки у своих друзей. Элокс в ответ лишь сильнее кутался в свою кофту. Но это была лишь прелюдия. В один из четвергов на телефон Элокса пришло сообщение: Раздевалка старого спортзала. Срочно. Физрук на больничном» Элокс почувствовал, как внутри все сжалось. Старый спортзал находился на ремонте, туда никто не ходил. Он незаметно выскользнул со сдвоенного урока истории. Юркнув за строительную ограду, он толкнул скрипучую дверь раздевалки. Внутри было прохладно, пахло побелкой и деревом. Ростик ждал его, сидя на длинной деревянной скамье. Его пиджак лежал рядом, рукава рубашки были закатаны до локтей, обнажая крепкие предплечья. — Долго, — коротко бросил он, вставая. — Там дежурные на этаже... — начал было оправдываться Элокс, но Ростик не собирался слушать. Он сделал стремительный шаг вперед, хватая Элокса за воротник и буквально впечатывая его спиной в холодную кафельную стену душевой зоны. От удара у Элокса перехватило дыхание. Ростик навалился всем телом, блокируя любые движения своими бедрами. — Ты сегодня опять обошел меня в топе, — прошептал Ростик на ухо элоксу, и в его голосе слышалась настоящая, не поддельная злость, смешанная с диким возбуждением. — Ты издеваешься надо мной? Думаешь, раз я позволяю тебе это здесь, ты можешь побеждать меня там? — Это... это просто игра, Рост... — Элокс задыхался, его руки уперлись в плечи старшего. — Для меня это не просто игра! — Ростик резко перехватил руки Элокса, поднимая их вверх и прижимая его запястья к стене одной своей ладонью. Вторая его рука скользнула вниз, бесцеремонно забираясь под худи, обжигая пальцами оголенный живот Элокса. Младший вскрикнул, когда пальцы Ростика собственнически сжались на его бедре, притягивая еще ближе. Ростик снова атаковал его губы, но на этот раз это было еще жестче, до привкуса крови на языке. Он кусал нижнюю губу Элокса, словно пытался оставить на нем метку,как свою собственность. Элокс плавился под этим напором, его колени ослабли, он полностью повис на руке Ростика, которая держала его запястья. Из его горла вырывались тихие, рваные стоны, которые гулким эхом разносились по пустому помещению. Вдруг снаружи, в коридоре, раздался тяжелый стук шагов. Кто-то подошел к дверям спортзала и дернул за ручку. — Слышь, а че тут закрыто? Вроде ремонтники должны быть, — раздался приглушенный голос Витали. Элокс мгновенно замер, его глаза расширились от ужаса. Он попытался вырваться, его сердце забилось как сумасшедшее. Если их найдут здесь, в таком положении... это будет конец для всего. Ростик тоже замер. Его дыхание было горячим, оно обжигало шею Элокса. Но вместо страха в глазах Ростика вспыхнул безумный, азартный блеск. Он не отпустил руки Элокса, наоборот — прижался к нему еще плотнее, практически вдавливая его в стену, и медленно, вызывающе целуя его в шею. Элокс закусил собственную руку, чтобы не закричать от этой невыносимой смеси ужаса и острого, пронзительного удовольствия. Шаги за дверью потоптались еще немного и начали удаляться. Ростик медленно отпустил его запястья. Элокс сполз по стене на пол, тяжело дыша и закрывая лицо руками. Его плечи дрожали. — Ты сумасшедший... — прошептал Элокс сквозь пальцы. — Нас чуть не поймали. Ты понимаешь, что они бы с нами сделали? Ростик опустился перед ним на одно колено, аккуратно убирая руки парня от лица. Его взгляд на секунду стал мягким, почти заботливым, но эта мягкость тут же скрылась за привычной маской. — Никто ничего не узнает, малыш. А если узнают — я лично сломаю челюсть любому, кто косо на тебя посмотрит. Ты понял меня? Ты только мой. Привыкай к этому. ----------------------------- К концу ноября скрывать происходящее становилось все труднее. Ревность сжигала Элокса изнутри. Смотреть, как в холле школы Ростика облепляют девчонки, как он смеется, приобнимая за плечи какую-то крашеную блондинку из параллели — это было выше его сил. Элокс понимал, что у него нет прав на этого парня. Они были вместе только в темноте запертых комнат. На свету Ростик принадлежал всем, кроме него. После очередной такой сцены Элокс не выдержал. Бросив сумку в гардеробе, он пошел не в класс, а вверх по пожарной лестнице. Замок на выход на крышу четвертого корпуса был сломан уже несколько лет. Он толкнул ржавую железную дверь и вышел наружу. Осенний ветер тут же швырнул ему в лицо парочку ледяных капель. Небо над городом было темным и тяжелым. Элокс подошел к самому краю крыши, хватаясь пальцами за холодный бетон. Слезы, которые он так долго сдерживал, наконец покатились по щекам, мгновенно остывая на ветру. Ему казалось, что он задыхается в этой паутине лжи. Железная дверь позади него глухо хлопнула. Элокс даже не повернулся. Он знал этот шаг. Ростик шел медленно, не торопясь. Подойдя со спины, Ростик молча снял свой тяжелый фирменный пиджак и накинул его на дрожащие плечи Элокса. Пиджак хранил тепло чужого тела и этот вечно сводящий с ума запах. Сам Ростик остался в одной тонкой белой рубашке, которую ветер тут же облепил вокруг его торса. — Ты чего сюда сбежал? — тихо спросил Ростик, становясь рядом и тоже опираясь на ограждение. — Не хочу возвращаться туда, — ответил Элокс, сильнее кутаясь в чужую вещь. — Там твоя свита. Твои девчонки. Тебе там самое место, Рост. Зачем ты вообще таскаешься за мной? Нашел себе игрушку? Ростик резко развернулся к нему, хватая Элокса за плечи и разворачивая лицом к себе. Его лицо было бледным от холода, а в глазах горело что-то такое, чего Элокс никогда раньше там не видел. Гнев? Или... отчаяние? — Игрушку? — Ростик почти кричал, перекрывая свист ветра. — Ты думаешь, я ради игрушки рискую всем каждый день? Думаешь, мне сдались эти идиотки внизу? Да я смотреть ни на кого не могу, кроме тебя, придурок! Каждый раз, когда я вижу тебя в коридоре, мне хочется подойти и забрать тебя у всех на глазах. Но я знаю, что это уничтожит твою жизнь. Тебя сожрут здесь. Я защищаю тебя, понимаешь ты это своим маленьким мозгом или нет?! Элокс замер, широко открыв глаза. Слова Ростика ударили сильнее, чем любой удар в поддых. Ростик резко притянул его к себе за затылок, впиваясь в его губы поцелуем. Но на этот раз в нем не было агрессии. Это была чистая, обнаженная боль и отчаянная нежность. Губы Ростика были холодными от ветра, но внутри них все еще горел пожар. Элокс всхлипнул прямо в поцелуй, отвечая на него со всей накопившейся внутри него любовью и страхом. Он обнял Ростика за шею, прижимаясь к его ледяной рубашке, пытаясь отдать все свое тепло. Они стояли на краю крыши, под проливным холодным дождем, скрытые от всего мира. И в этот момент ни школьные правила, ни социальные статусы не имели значения. Существовали только они двое — игроки этого безумного мира, которые наконец-то нашли свою общую точку отсчета.