Дурдом чудом ожившего фэндома (Название рабочее и в дальнейшем может поменяться)

      С той самой ночи прошло три дня. Всё это время я размышляла и пыталась продумать условия для будущего контракта с Себастьяном. Нужно было учесть всё, что только можно… Не упустить ни одной возможной хитрости и лазейки с его стороны. Всё-таки он демон и вполне мог бы устроить всё так, как выгодно именно ему.       Честно говоря, мне даже не раз приходилось советоваться с друзьями, которые искренне старались помочь и подсказать всё, что только могли. И за это я была им очень благодарна.       Что же до моей семьи, то… Моя «дражайшая» бабушка по-прежнему лежала в больнице, из-за чего отцу опять же приходилось ездить к ней едва ли не каждый день. Зато на второй день мама всё-таки смогла ему сообщить о нашем будущем «госте». Разумеется, папа был не слишком доволен такой новостью, однако возражать не стал.       Несмотря на своё упрямство и не самый приятный характер, умом он понимал, что из-за его поездок на работу и в больницу маме всё тяжелее справляться со мной и ухаживать. А поэтому помощь даже в виде моего «друга» ей совсем не помешает.       Ровно за день до его «приезда» я сказала родителям, что для начала мы встретимся с ним на городской набережной, где немного погуляем и пообщаемся, а уже потом все вместе поедем домой. Никаких возражений с их стороны не последовало. А поэтому оставшийся вечер был посвящён моей подготовке.       Основательное купание, мытьё головы. Потом выбор того, что мне лучше одеть. Так как сейчас была немного прохладная весна мы с мамой решили, что разумнее всего будет выбрать джинсы, водолазку под горло, кардиган с капюшоном и кожаные туфли. Само собой, без какого-либо каблука, даже самого маленького. Вполне скромно, но зато весьма удобно в моём случае.       В день встречи мы с родителями выехали в центр города после тринадцати часов. Оставив машину на стоянке, мама и отец повезли меня на коляске на набережную, где и должен был появиться мой «иностранный друг». Мы встали недалеко от статуи «Белая Невесточка», символа моего родного городка.       — Что ж… Пора начинать представление, — прошептала еле слышно я, и лёгкая ухмылка коснулась моих губ.       Сигнал Михаэлису был подан. И через несколько минут ожидания я увидела снова этого демона в форме человека.       Красивый и высокий, грациозный Юта шёл навстречу мне и моим родителям. Волосы его были длиннее и собранные в небольшой хвост на макушке. Одет в белую рубашку, синюю лёгкую куртку с застёжками и немного свободные джинсы. На ногах надеты современные кроссовки. В его руках был большой букет сирени и букет роз, наверное, для матери.       Когда Себастьян увидел меня, то ловко сыграл приятное удивление и даже какой-то дружеский трепет в своих глазах и улыбке. Подбежав к нам, он не побоялся упасть передо мной на колени, почтенно поклониться в японском стиле и радостно, с японским акцентом пытаясь говорить на русском:       — Сдраствуй, Далина-чан. Вот мы и встлетились. Это тебе.       — А чего это на бабу так похож? — прошептал в шоке отец моей маме.       — Вов! — строго ругнулась она, толкнув того в плечо, и постаралась так же поклониться в японской манере. — Добро пожаловать в Геленджик, Юта.       Себастьян поднял глаза на моих родителей, встал и поклонился почтительнее моим родителям:       — Konichiwa, Ludmila-san, Vladimir-san, — уже чётко на японском произнёс демон, затем снова перешёл на корявый русский. — Я отень горд встлетиться и с вами литьно. Это Вам, — он протянул и моей матери букет. — Я слысать, у вас вазно далить и матери цветы.       В ответ на это моя дорогая матушка даже заметно покраснела, но потом улыбнулась и приняла букет. Отец же, слегка фыркнул, принял первый букет вместо меня.       — Спасибо. Рада, что Вы чтите традиции других стран, Юта, — отозвалась мама всё также вежливо и даже тепло.       — Дааа, этого у Юты не отнять, — улыбнулась я, кивнув. А сама внутри готова была аплодировать этому хитрецу едва ли не стоя, если бы только могла.       — Пластите, сто опосдал. В отель быль… Эээ, как это по-лусски…       — Лифт застрял? — фыркнул мой папа.       — Нет. Это… — лже-Юта пытался произнести правильное слово. — Лег… Легистлация идти долго! А потом безать цветы покупать.       — Ничего страшного, мы ждали лишь пару минуток, — ответила мама с улыбкой. — Ну, пойдёмте, прогуляемся. Мы покажем Вам красоты наши.       И мы отправились дальше на прогулку по набережной, которая заняла у нас чуть больше пары часов. Всё это время Себастьян превосходно играл свою роль, изображая искреннее удивление и восторг, когда мои родители показывали различные достопримечательности нашего городка.       Также он весьма убедительно рассказывал о своей жизни в Японии. Говорил, что за последние годы много, где смог побывать. И, само собой, похвастался тем, что имеет несколько высших образований, одно из которых медицинское.       Буквально на секунду я даже заметила в глазах своей матери искорку некой надежды. Особенно, когда демон упомянул о том, что ему и раньше доводилось сталкиваться с людьми, у которых были проблемы, схожие с моими. Отец же воспринял это несколько скептически, но говорить что-то против пока всё же не стал.       На четвёртый час нашей прогулки мои родители решили дать мне возможность пообщаться с моим «другом» наедине. Они оставили нас на одной из скамеек в парке неподалёку от набережной, а сами на время ушли под предлогом, что им нужно было заглянуть на базар и кое-что прикупить к столу.       Наконец-то лже-Юта стал собой и с довольной улыбкой обратился ко мне, игриво изгибая брови:       — Милые люди. Отец глупый. Видно, что мать и ты у вас — мозг семьи… И? Полагаю, ты приняла своё решение?       — Как всегда всё, что касается нормального и адекватного мышления, ложится на наши хрупкие женские плечи, — со вздохом усмехнулась я, подтверждая точку зрения демона, а затем кивнула, добавив: — И да, приняла. Хоть на это и было не так просто решиться.       — Отлично. У тебя есть определённые условия нашего контракта, верно?       — Да, верно.       — Надеюсь, ты не намерена попытаться перехитрить меня?       — Зачем мне это? Чтобы разозлить тебя? Я не настолько безумна. И хочу, чтобы каждая из сторон действительно получила то, что ей причитается.       — Справедливо. Ну, что же… Каковы твои условия?       — Во-первых, самой первой платой за твою помощь в достижении моих целей, какими бы они ни оказались, станут души тех людей, расправы над которыми я пожелаю сама. Моя же собственная душа достанется тебе только после полноценного выполнения контракта. Никак не раньше.       Демон вдумчиво посмотрел на меня, но согласно кивнул:       — Принимаю сие условие. Будут ли ещё?       — Разумеется, будут, — ответила я, глядя ему прямо в глаза, а затем чуть тише сказала: — Во-вторых, не смей пересекать мои личные границы без особой на то нужды.       Наглая усмешка слетела с его привлекательных губ. В игривой манере он наклонился ко мне:       — Да ну? Никакие? Даже твои нежные фантазии во снах или мыслях? И тебе совсем потом не захочется изменить или нарушить данное правило? Ни на минуту?       Мои щёки в то же мгновение запылали румянцем, но я всё же смогла ответить вопросом на вопрос:       — Зачем? Чтобы ты этим потом воспользовался?       — А почему бы и нет? Ты же человек, не лишена желаний, а их тоже необходимо восполнять. И, судя по твоим щекам, я задел правильную нить твоих переживаний.       — Я не…       — Не советую лгать демону, — тихо, но приятно и соблазнительно засмеялся Михаэлис, по-прежнему находясь всего в нескольких сантиметрах от моего лица. — Уж тебе ли не знать, что я хорошо умею считывать людские желания. И часть твоих говорит о себе особенно громко.       — Вовсе нет… — я попыталась, было, отстраниться, да только некуда.       — Ложь. Если на первом условии ты не солгала, я принял его без левой мысли. Здесь ты солгала мне, причём дважды. Значит, это условие я принимаю со своими правками и внедрениями в твои мысли и фантазии. Впрочем, как и ты в мои, если, конечно, так хорошо меня знаешь.       — Проклятье… Ладно.       — Ещё условия? — снова деловито продолжил демон, всё же неторопливо отстраняясь.       — Третье условие заключается в том, что ты должен беспрекословно повиноваться абсолютно любому моему приказу, — проговорила я более уверенно.       — Вот как? Вот так просто? Любому?       — Да, любому. Если при этом услышишь от меня знаменитую фразу одного из предыдущих своих хозяев.       — Вот как. Понял, — кивнул мужчина уверенно. — Ещё?       — Последнее моё условие такое, — произнесла я, по-прежнему глядя на него. — Сам не смей никогда обманывать меня и уж тем более не смей предавать, что бы ни случилось.       — Хм, справедливо. Принимаю.       — Хорошо.       — Итак… Когда ты желаешь, чтобы мы заключили контракт?       — Завтра.       — Прекрасно. А пока мне и дальше играть твоего друга?       — Боюсь, иначе никак.       — Не страшно. Я смогу справиться с этой ролью.       В ответ на это я усмехнулась:       — Нисколько не сомневаюсь.       — Прекрасно. Тогда, может, мне ещё порадовать тебя приятной прогулкой? Покормить чем-то вкусным для достоверности нашей «дружбы»?       — Почему бы и нет? Как раз и скоротаем время. Потому что, если мои родители пошли на базар, то это ещё как минимум на сорок минут.       — Ну, в таком случае чего желает моя маленькая подруга? — спросил снова весёлый и дружелюбный Юта, вставая на ноги и почти выплясывая передо мной.       — В одной кафешке как раз неподалёку от этого парка подают невероятные пончики с заварным кремом, — с улыбкой произнесла я в ответ. — Так что, пожалуй, от парочки таких я бы точно не отказалась.       — Ещё одна сладкоежка, стало быть.       — Не то, чтобы прям ярая. Я знаю свою меру. Поэтому не волнуйся.       — Я и не волнуюсь. Скорее наоборот, даже приятно вспомнить прошлое. Ты вторая сладкоежка за всю мою долгую жизнь.       — Вторая? Неужели тебе никто больше не встречался из таковых после…       — Ну-ну, — Себастьян слегка усмехнулся, подходя к моей коляске сзади и берясь за её ручки. — Не стану же я раскрывать все свои карты в первый же день.       — Ну, разумеется. Кто бы сомневался, — со вздохом отозвалась я.       — Думай не об этом, а о том, какими будут твои планы на наш контракт.       — В первую очередь мне необходимо встать на ноги, что даже с твоей помощью будет тяжело.       — Тяжело, но не невозможно. Тебе важно быстрое или убедительное выздоровление?       — Ах, как бы сильно мне ни хотелось поскорее вылечиться, вызывать лишних подозрений всё равно нельзя.       — Хорошо. Я сделаю всё необходимое для этого. Будешь на ногах через полгода-год.       — Что ж, вполне неплохой срок. Так и решим.       После этих слов мы всё же отправились на ещё одну небольшую прогулку, на этот раз просто по парку, в котором находились. Себастьян всячески старался изображать из себя моего доброго друга на глазах у прохожих, туристов и других отдыхающих.       Должна признать, у него это получалось отлично. Буквально на несколько мгновений я и сама почувствовала себя будто в компании хорошего друга, которого давно знаю. И мне было даже как-то всё равно на тех глазеющих в мою сторону людей. Хотя обычно меня подобное весьма раздражало и задевало.       Сейчас я просто наслаждалась тем, что могу гулять с кем-то ещё помимо родителей, брата или двоюродной сестры. Это было для меня в новинку, тем более учитывая тот факт, кто именно меня «сопровождал».       Кто бы мог подумать, что однажды такое вот моё тайное ото всех желание исполнится. Довольно приятное ощущение, должна признать.       Скоро демон подвёз меня к фонтану, располагающемуся в центре парка. К сожалению, до воды, струящейся в нём, рукой с коляски было не дотянуться. А поэтому мне оставалось лишь любоваться.       — Не желаешь подойти поближе? — более мягко спросил Михаэлис, заметив то, как я смотрела на фонтан.       — Подойти поближе? — переспросила я, переведя взгляд на брюнета.       — Именно. Я же вижу по глазам, что ты хочешь подойти к фонтану и даже коснуться воды рукой. Могу помочь.       — Я…       По своей давней привычке я хотела, было, уже отказаться, однако в самый последний момент отчего-то передумала и куда более робко кивнула:       — Да… Хорошо.       Дождавшись моего согласия, Себастьян обошёл мою коляску и, встав спереди, лёгким движением своих длинных изящных пальцев расстегнул ремень, который подстраховывал меня от возможных падений. Затем демон весьма осторожно и бережно помог мне подняться на ноги, сначала более крепко прижав к своей груди и позволив почувствовать, что он меня держит, и я ни в коем случае не упаду.       — Ну, голубоглазка, — произнёс брюнет, разворачивая меня спиной к своей груди и всё также крепко удерживая. — Иди, словно на тонкой доске, как акробатка, но грациозно. Это твой маленький шаг к будущей победе, — а затем прошептал на ухо: — И помни, пока я рядом, с тобой ничего не случится.       — Х-хорошо, — я тихонько кивнула в ответ.       С подстраховкой этого хитреца мне удалось подойти к фонтану. Да, сейчас мои шаги не были полностью уверенными и твёрдыми, да, мои ноги выпрямлялись не до конца и слегка подрагивали. Однако даже при всём при этом я всё же смогла дойти, искренне стараясь.       Стоило нам приблизиться к фонтану, как Себастьян, всё также придерживая меня левой рукой за талию, взял правой мою правую ладонь и принялся плавно и очень осторожно опускать её к воде.       — Расслабься, Дарина, — ещё более успокаивающе и как-то даже ласково прошептал он мне на ухо, явно чувствуя в моей руке напряжение и тонус. — Расслабься и доверься мне.       Почему-то именно в этот момент я почувствовала, как необычная волна приятного успокоения накрыла меня, и правая рука сама по себе расслабилась. Это позволило Михаэлису неторопливо, аккуратно и нежно переплети мои пальцы со своими, а затем, наконец, опустить наши ладони в воду, давая мне почувствовать её лёгкую прохладу.       Давно не чувствовала такого приятного, почти романтического настроения в своей душе. Эта романтика заключалась в том, что у меня появилась возможность снова коснуться своей любимой стихии…       Пусть в фонтане, пусть в парке, пусть не с человеком, с которым мы могли бы быть в паре. Но важно было то, что этот демон действительно хотел подарить мне кусочек того ощущения, какое я могла находить лишь в книгах и фильмах.       Всё происходящее сейчас казалось мне тем сладким сном, той несбыточной мечтой, которой я буквально грезила уже чуть больше десяти лет.       — Не торопись, — мягко шептал Себастьян, не выпуская меня ни на секунду. — Впитывай то, что тебе так дорого и близко. Впитывай то, что даст тебе сил в будущем и позволит двигаться вперёд, несмотря ни на что.       В ответ на эти слова я расслабленно выдохнула и на несколько секунд прикрыла глаза, полностью отдаваясь всем этим новым для меня чувствам и ощущениям.       Теперь мне не нужно было бояться или волноваться. Я чувствовала себя в безопасности… Чувствовала себя под защитой и даже опекой этого демона, что ещё больше успокаивало.       — Спасибо, — прошептала я с искренней благодарностью в голосе, более робко повернув к нему голову.       Он всё также красиво улыбался, продолжал бережно придерживать меня за талию и руку. Я прекрасно понимала, что Себастьян демон, и он просто помогал мне. Однако, когда смотришь на лицо Юты, понимаешь, что в какой-то мере именно его руки обнимают меня и поддерживают, что я слышу его голос на своём родном языке… Бабочки в животе и голове порхают огромными стаями, погружая в мир фантазий, в которых хотелось бы находиться как можно дольше с этого момента.       Ох, Дарина, Дарина, и во что же ты только умудрилась влипнуть…       — Ты красиво мечтаешь, — прошептал лже-Юта, красиво улыбнувшись и посмотрев на меня своим бархатным взглядом.       — И наверняка при этом выгляжу весьма наивно, — негромко усмехнулась я, чувствуя новый прилив румянца на щеках.       — Немного, но в этом есть своя прелесть.       — В самом деле?       — Можешь мне не верить. Но ты же сама приказала мне никогда тебе не лгать.       — Да, я помню.       Но не успела я сказать что-то ещё, как позади нас вдруг послышался голос моей мамы:       — Ах, вот вы где. А я вас уже минут десять как по всему парку ищу и… — подойдя ближе заметив нас с демоном, стоящими почти в обнимку у фонтана, мама сначала удивлённо похлопала глазами, а затем слегка прокашлялась: — Кхем-кхем… Кажется, я не совсем… Вовремя.       — Мама, я… Мы с Ютой… Ээээ… — я ещё больше покраснела, пытаясь подобрать хоть какие-то слова в оправдания. — Э-эт-то н-не т-то, ч-что т-ты…       — Мы плоста… Купались… Так зе у вас говолят? — вновь играя японца с акцентом, спросил Михаэлис, наивненько улыбаясь. — Далина сказать, сто, если намотить тут свои ладонь, то зелание сбудется.       — И поэтому вы решили вдвоём ладони намочить? — хитро спросила моя мама, изогнув бровь.       — Я захотела за компанию, — брякнула сразу же я с ещё больше краснеющими щеками.       — Нет. Я хотеть, стобы и у Далины зелания сэбылись! — отозвался в то же мгновение лже-Юта. — Она холосий теловек, и заслузить всё лутсее.       — Ладно-ладно, так уж и быть, поверю вам обоим, — всё-таки смиловалась над нами женщина. — Даринуль, ты несильно устала стоять?       — А, нет-нет, несильно, — постепенно успокаиваясь, ответила я. — А папа куда делся-то?       — Понёс наши покупки в машину. Он будет ждать нас на парковке.       — Хорошо.       — Тогда я забегу ещё в один магазин. Можете не ждать меня и поехать к машине. Может, ещё и покатаемся немного, прежде чем поедем к нам домой.       — Да, мам. Хорошо.       Она окинула нас чуть более добрым взглядом и направилась в сторону нужного ей магазина.       Когда женщина скрылась из поля зрения, я глубоко выдохнула:       — Чтоб меня…       — Могло бы быть хуже, — невозмутимо сказал Себастьян и улыбнулся.       — Да, могло бы, — согласилась с ним я. — Именно поэтому стоит быть… Кхм… Осторожнее.       — Почему же? Ты взрослая девушка. Тебе уже давно не четырнадцать, не шестнадцать и даже не восемнадцать лет. Стоит ли вести скучный и праведный образ монахини, когда ты можешь воспылать, как дьяволица?       — Ты говоришь так, словно у тебя УЖЕ в планах мысль соблазнить меня.       — Ну, не сразу и точно не сегодня, но пару раз во сне — уже хорошее начало.       — Кхм… Пожалуй, притворюсь, что я этого не слышала.       — А я, пожалуй, притворюсь, что ты дала мне согласие на сие действие.       — Вот умеешь же ты… Поворачивать всё в свою пользу.       — Я же демон и отлично читаю желания других. И ты на самом деле очень даже не против таких поворотов.       — По-моему, я ещё не говорила «да».       — Как, впрочем, не говорила и «нет».       Вот тут я даже не смогла найти, что возразить в ответ, и при этом снова весьма заметно покраснела.       — К тому же пока ты думала, я тайно изучал ваши с друзьями труды, — с ещё более довольной улыбкой Себастьян протяжно вздохнул: — Сколько нерастраченных фантазий. Даже те, где ты буквально кайфуешь от… Более грубых и чувственных толчков.       Услышав это и поняв, что этот хитрец изучил едва ли не всю мою эротическую подноготную, я захотела буквально провалиться сквозь землю от смущения и даже некого стыда. Моё лицо оказалось в мгновение ока красным, как самый настоящий помидор.       — А ты думала, я не буду изучать все слабости и желания моей будущей госпожи? Это глупо для демона — не знать даже десятой части того, с кем заключаешь контракт.       — Будет лучше, если я замолкну. В противном случае моя же собственная болтливость выйдет мне боком ещё больше.       — Может быть, как и тот факт, что ты не упомянула в условиях контракта помощь твоим друзьям. И да, я изучил и твою личную переписку.       — Ты обязан будешь выполнять любые мои приказы, разве нет? Так или иначе, а в ближайшем будущем они точно будут связаны и с моими друзьями тоже.       — Что же, благодарю за уточнение, миледи.       — Всегда пожалуйста.       Почувствовав более ощутимую усталость в ногах, я вздохнула:       — Кажется, сейчас мне лучше всё же сесть обратно.       — И правда. С непривычки у тебя уже будут проблемы с мышцами. Этого допускать нельзя. Хорошего понемногу для начала, — Себастьян довёл меня до коляски и помог сесть в неё, застегнув ремень.       — Даже немного уже лучше, чем ничего, — проговорила я, когда он повёз меня в сторону стоянки, где нас должен был ждать мой отец.       — Вот, мне уже нравится твоё новое мышление. Твоё улучшение пойдёт быстро и как по маслу. Хотя физические детали придётся прорабатывать дольше.       — Большинство вещей не даётся легко и быстро. Однако иногда я бываю слишком упряма, чтобы просто взять и сдаться.       — Прекрасно. Значит, у меня будет ещё больше поводов побыть с тобой, как со своей госпожой. Я люблю интересных, сложных и упрямых людей.       — Не побоишься даже более активно спорить со мной временами?       — Ооо, в спорах чаще рождается истина. И я буду рад в них участвовать или быть наблюдателем.       — Что ж, я учту.       И вот так, никуда не спеша и беседуя друг с другом, мы с демоном, наконец, добрались до стоянки. К тому времени нас уже нагнала и мама, которая помимо магазина успела забежать и в ту кафешку, где подавали пончики с заварным кремом, и купила не парочку штук, а целых четыре.       Мммм, ох и наемся я ими в следующие несколько денёчков.       Тем не менее, когда мы втроём пришли к нашей машине, отец стоял возле неё и разговаривал по телефону. Уже по малоприятному скрипучему голосу, доносящемуся из трубки, стало понятно, с кем именно. Я лишь закатила глаза и едва ли сдержалась, чтобы не бросить какую-нибудь язву.       Пока папа продолжал разговор, Михаэлис смог посадить меня на заднее сидение в машине, помочь моей маме сложить и убрать в багажник мою коляску и сумки с сегодняшними покупками, а затем и сам устроился рядом со мной.       Матушка же пока осталась снаружи, ожидая, когда же её нерадивый супруг закончит беседу со своей маман.       — Прекрасно… Даже инфаркт эту старую дрянь не берёт, — пробормотала я себе под нос, когда Себастьян закрыл за собой заднюю дверь машины.       — Ну, быть может, кто-нибудь ей кувалду с этажа повыше на голову уронит, — пошутил лже-Юта, прошептав эти слова так, чтобы они коснулись лишь моих ушей.       — Это точно было бы неплохим таким бонусом, — хмыкнула я с едва ли заметной улыбкой на губах.       — Могу с лёгкостью устроить, — с интригой сказал он, завлекающе приподняв правую бровь.       В ответ на это я только слегка неоднозначно ухмыльнулась:       — Возможно, чуть позже тебе и придётся.       — Понял. Идею зафиксировал, — с весьма довольной ноткой усмехнулся демон и вновь включил своё нечеловеческое дружелюбие и милоту.       Я же снова улыбнулась, слегка кивнув. Затем нам всё же пришлось немного притихнуть, так как мой отец скоро закончил телефонный разговор и сел, наконец, за руль. А вслед за ним на соседнем переднем сидении устроилась и мама.       Как она и говорила, сначала мы действительно ещё немного покатались по интересным туристическим районам города, дабы показать их нашему «иностранному гостю». Тут уж пришлось подключиться и папе, который, ведя машину и смотря внимательно на дорогу, принялся рассказывать о той или иной улице, о её названии и истории. Что тут сказать, он всё-таки больше нас с мамой везде ездит, а следовательно, и знает тоже.       Что ж, хотя бы в этом случае мой «дорогой» папочка оказался более разговорчив и вежлив.       Прокатались мы так ещё часа два и приехали домой к восьми часам.       Честно говоря, после такого активного на прогулки дня я изрядно вымоталась и устала. Спина из-за долгого сидения без специального корсета слегка ныла и болела. Поэтому единственное, чего мне сейчас хотелось, так это сообщить своим друзьям о том, что всё прошло хорошо, и просто рухнуть в постель.       Родители заметили мою усталость, и, хотя изначально у нас были планы устроить для моего «друга» более праздничный ужин, его пришлось перенести.       Поднявшись в квартиру, отец отнёс меня на кровать и повёл лже-Юту в подготовленную для него комнату, пока мама занялась моим переодеванием.       — Слушай, симпатичный твой этот Юта. И высокий. У меня аж дыхание перехватило. Может, он ещё и как парень тебе сойдёт? — спросила вдруг она, снимая с меня кардиган.       — Маааааааааам… — протянула я в ответ, слегка закатив глаза.       — Ну, правда! Ты у меня тоже красавица какая. Хох, вот нутром чую, влюбится в этот паренёк тебя! Кстати, я забыла, а насколько он приехал-то?       — Пока Юта планирует остаться в городе на две-три недели. А там уж видно будет. Кхм… Вот уж сомневаюсь, что он может влюбиться в меня. К тому же ты сама знаешь, у меня уже есть чувства к…       — К Паше, да-да-да, знаю и помню. Но, Даринуль, ты сама ведь видишь, он не замечает ни твоих намёков на флирт, ни твоего более тёплого отношения к нему. Боже, да этот слепец за все полтора года, что вы с ним знакомы, даже ни разу не приехал, чтобы увидеться с тобой! Хотя ты его не раз приглашала.       — Мам, у него завал на работе и по учёбе тоже…       — Завал у него. У Брины тоже завал в жизни, а она всё равно всегда находит повод тебя поддержать, и голосовым, и письменно! Хотя могла бы так же этот твой Паша — пропадать! На это мне было, увы, нечем возразить. Ибо, как ни крути, а мама сейчас права. Я лишь тихо вздохнула ей в ответ.       — Так что, пожалуйста, ты с Ютой этим дружи да не дрейфь. Ну, а вдруг получится всё!       — Ладно… Поглядим, что покажет время.       — Вот и умница. Боже, вот поверить не могу. Такой красавец, а высокий, галантный. Эх, будь бы я да помоложе!       — Ну, ты ещё скажи, что от него и веет чем-то необычным.       Я усмехнулась, позволяя маме снять с моих ног туфли.       — Ну, ничего о необычности пока что не могу сказать. Но, видно, что обеспечен. Видела, какая у него одежда? А цепочки на его шее? Это же белое золото! И кольца в ушах титановые. Насколько помню, для такого пирсинга на ушах это лучший материал.       — Похоже, именно такого зятя ты бы и хотела.       — А вот не помешало бы! Представь! И долги Димке помогли бы раздать, и этой карге за квартиру ипотеку закрыли! Так ещё Юта и выучился на медицинском! А что, если он сможет тебя вылечить, дочунь? Наука и медицина не стоят же на месте.       — Столько желаний сразу? Мам, ты ведь понимаешь, что просто так подобные шансы на голову с неба не падают.       — Ой, вот нахваталась у Брины этих депрессивных мыслишек.       — Ты сама всегда учила меня мыслить и смотреть на вещи более реально.       — Да, но и сейчас тебе может выпасть такой реальный шанс, милая.       — Даже если… За него однажды придётся платить?       — За всё в этой жизни нужно платить, Даринуль. Каждый делает это по-разному.       — Ты права.       — Я не могу настаивать и указывать тебе, как поступить, родная. Но, прошу, хотя бы просто попробуй присмотреться к Юте и дай ему шанс.       — Ладно… Я присмотрюсь к нему.       — Вот и хорошо. Ну, ладно, тебя во что-нибудь покомфортнее переодеть или всё-таки немного принарядить?       — Зааавтра принарядимся, мамуль. Сегодня я уже устала настолько, что хочется просто чуть-чуть перекусить и лечь.       — Хорошо. Ладненько, сейчас тогда в пижаму тебя переодену и принесу тебе чай. Хммм, может, тостики с джемом?       — Можно. Но только НЕ с клубничным. Не сегодня, по крайней мере.       — Ох! Прям сегодня воздержишься от клубнички! Ну, ладно, будет другой джем. Посмотрю, какой есть.       — Спасибо.       Моей маме понадобилось десять минут, чтобы переодеть меня в пижаму, состоящую из более коротких шорт и лёгкой майки. Затем она, убрав уличные вещи и обувь, посадила меня в кресло, поставила перед моими ногами планшет с маленькой клавиатурой и отправилась на кухню, чтобы приготовить для меня перекус.       Оставшись же, наконец, одна, я зашла в нашу с друзьями общую беседу в Вк и принялась набирать сообщение:       — Ребят, мы все дома наконец-то.       — С возвращением, лапуль! — первой, конечно же, написала Брина.       — Как всё прошло? Как там ваш демон поживает? Надеюсь, он не грубил? — поинтересовалась сразу же Катя.       — Это же Себастьян. Он бы не стал грубить кому попало, тем более Дарине, — уверенно ответил Саша. И тут выпало сообщение в чате: «Юта Фурукава добавлен в чат». Даже Никита, который только читал сообщение отреагировал голосовым:       — Оппа! Оппа! Оппа! КТО его пригласил?!       — Сааам добавился, — выдохнув, написала я, а затем даже пошутила: — Ну, всё, прощайте любые мои личные тайны. И это мы ещё даже контракт с ним не заключили, угу.       — НИХУЯ СЕБЕ, СКАЗАЛА Я СЕБЕ! Здрааааааасьте! — завопила оживлённо тут же Брина.       — И вам добрый вечер, дамы и господа, — отправил демон именно голосовое сообщение, приветливое и приятное. — Так вот какие друзья у моей будущей госпожи.       — Кааакииииеее люди… Ээээ, пардон… Демоны в Голливуде, — шутливо ответил новым голосовым Ник. — Ну, здрасьте-здрасьте, господин Себас.       — Шо ты говоришь, Никит, а? — со смехом написала я, а затем вдогонку отправила смеющийся стикер.       — А чего ты хочешь-то? Я готов был уже своё голосовое слышать, но уж точно не от этого демона.       — Ну, еееестественно.       — Кхм… Ладно вам, ребят, — написала Катюша, после чего отправила смущающийся смайлик и добавила, обращаясь уже к Себастьяну: — Рада приветствовать, Себастьян.       — Да, здравствуйте, господин Михаэлис, — ответил также вежливо и дипломатично Саша.       — Привет-привет, хитрец-удалец и на дуде игрец, — ещё раз поприветствовала демона Бри. — Рады видеть тебя в нашем дурдоме.       — А я, несомненно, рад знакомству со всеми вами, — отправил тот ещё одно голосовое.       — Как всегда сама вежливость, — улыбнувшись, набрала я сообщение.       — Итак, что бы мы сейчас обсудили вместе с нашим новым знакомым? — спросил всех нас Никита.       — На самом деле, думаю, у каждого из нас к нему будет немало вопросов, — написал в ответ Саша.       — И это ещё крайне мягко сказано, — согласилась тут же Катя.       — Что же, задавайте любые интересующие вас вопросы, — записал ещё одно голосовое Себастьян. — Я постараюсь удовлетворить любопытство абсолютно каждого из вас.       Вдруг в комнату вошла мама с подносом и прошла к журнальному столику.       — Вы тут пока общайтесь, мои дорогие. А мне нужно хоть немного перекусить перед полноценным отдыхом, — сразу же написала я. — Не теряйте, если что.       — Приятного! — написали радостно все, прежде чем стали заваливать Михаэлиса вопросами.       — Пасиб, — успела ответить я ровно за пару секунд до того, как в беседе посыпались десятки сообщений.       Мама же к тому времени уже поставила поднос с тёплым чаем, тостами и персиковым джемом на стол и подвезла его поближе ко мне, убрав предварительно планшет и клавиатуру. После этого она поставила для себя табуретку рядом со мной и, сев, принялась кормить меня. Как же было приятно после целого дня, проведённого на свежем воздухе, вот так перекусить, попить чайку с мятой.       Во время этой трапезы звук уведомлений на планшете слышался не раз, что заставляло меня время от времени даже хихикать, представляя, как могли насесть на демона мои близкие друзья. Ничего-ничего. Этот хитрец сам захотел к нам добавиться, так что пускай теперь пообщается и получше узнает моё близкое окружение.       Тем не менее, через пятнадцать минут моя матушка смогла меня докормить и допоить меня. Затем, отнеся посуду на кухню и вернувшись помогла мне устроиться в постели в полусидячем положении у изголовья кровати, подложив под оба бока подушки, чтобы я не сползла и не упала.       — Ты пока ещё не будешь ложиться спать, Даринуль? — спросила женщина, закрывая шторы.       — Нет, мамуль, — ответила ей сразу же я. — Я ещё, наверное, часок посижу в интернете и уже потом лягу точно.       — Хорошо. Тогда я зайду к тебе через час, — с пониманием кивнула она, снова подавая мне планшет. — А пока загляну к Юте. Посмотрю, как он обустроился в комнате и, может, чаю предложу ему. Ибо, что-то мне подсказывает, что твой отец этого не сделал.       — Ох, даааа… — негромко протянула я. — Такое вполне возможно.       — Вот уж пентюх, по-другому просто не скажешь. Ну, да ладно, пойду всё-таки сама уделю внимание нашему гостю.       — Хорошо.       — Если что-то понадобится, родная, сразу же зови. И передавай привет своим друзьям и уточни, как там у Брины дела.       — Обязательно, мамуль.       Она улыбнулась и покинула комнату, тихонько закрывая за собой дверь.       Стоило мне только заглянуть в беседу ребят, как мои глаза мгновенно округлились в удивлении. Там насчитывалось больше пятисот сообщений. И, похоже, мои друзья по-прежнему активно переписывались. Они интересовались и уточняли у Себастьяна много чего, что их интересовало.       В итоге читать и прослушивать всё это мне пришлось как минимум тот же самый час, который я и планировала потратить на посиделки в интернете, и к нему добавилось ещё полтора часа. За это время мама заглядывала ко мне ещё три раза, но я была вынуждена попросить у неё ещё полчаса, чтобы после просмотра всей переписки проверить и другие социальные сети.       Когда мне всё-таки удалось всё прочитать и просмотреть, время на планшете показывало уже половину первого ночи. А это означало, что многие из друзей уже спали, так как и в общей беседе была тишина. Будить своими сообщениями мне никого не хотелось, поэтому я решила, что завтра днём полноценно со всеми пообщаюсь и узнаю, как у них дела.       Спустя ещё три минуты вдруг раздался более мягкий стук в мою дверь, а затем за ней послышался знакомый бархатный голос:       — Я могу войти?       — Да, можешь, — спокойно отозвалась я, закрывая приложения на планшете.       Себастьян осторожно вошёл в комнату и как можно тише прикрыл за собой дверь. Сам мужчина был одет в домашний халат, футболку и пижамные тёплые шорты.       Пройдя к моей кровати и опустившись совсем рядом с ней на колени, он решительно и серьёзно посмотрел мне в глаза.       — Полагаю, ты готова? — тихо спросил Михаэлис.       — Готова, — негромко прошептала я, не сводя с него своего взгляда.       — Где же будет располагаться печать контракта? Пожалуй, тебе я позволю выбрать самой.       Немного поразмыслив, я с уверенностью произнесла:       — На левой ключице.       — Да будет так, — кивнул демон, вставая на ноги, чтобы подготовить себя к ритуалу. — Я лучше не буду гасить свет, чтобы прелюбопытнейшие соседи ничего не подумали.       — Да. А уж наши соседи в доме напротив точно могут, — со вздохом отозвалась я, отодвигая свой планшет как можно дальше в сторону, чтобы в случае чего не столкнуть его и не разбить не нарочно. — Даже несмотря на закрытые шторами окна.       — Я сам всё уберу в безопасное место. Тебе остаётся только морально ко всему подготовиться и довериться мне.       — Хорошо.       Пока Себастьян убирал планшет и все ненужные на данный момент вещи, я глубоко выдохнула.       Вот и всё… Настало время пойти на самый безумный и поистине отчаянный шаг за всю мою недолгую жизнь. Пора начать полностью менять её, как мне всегда того и хотелось.       Было ли мне страшно довериться демону и заключить с ним контракт, понимая, что платой за это станут не только души самых суровых обидчиков, но и также моя собственная однажды? Я совру, если скажу, что не было.       Разумеется, страх легко читался в моих глазах… Он сковывал сердце с каждой последующей секундой ожидания, стращал разум представлениями самых разных картин будущего. Однако при этом я всё-таки понимала, что, если упущу выпавший мне шанс сейчас, потом проведу весь остаток своих дней в горьком сожалении и никогда не смогу себе этого простить.       Именно поэтому мне нужно было отбросить все возможные сомнения и сделать то, что необходимо.       Совсем скоро Себастьян уже сидел на кровати рядом и лицом ко мне.       — Будет больно, — негромким полушёпотом предупредил он.       — Что ж… Придётся потерпеть, — тихо ответила на это я.       — Но, если ты закричишь, не пугайся, если я закрою тебе рот ладонью. В нашей ситуации тишина — залог успеха проведения ритуала.       — Я понимаю.       — Скажи, когда будешь готова, и я начну ритуал.       Я сделала ещё несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы окончательно морально и эмоционально подготовиться к тому, что меня ждёт. И только после этого более уверенно кивнула демону:       — Я готова.       Наклонившись чуть ближе, Михаэлис осторожно приложил свою ладонь к моей левой ключице. В то же мгновение его глаза вспыхнули алым светом, обретая вертикальные, походившие больше на кошачьи, зрачки. Именно в этот самый момент я почувствовала весьма резкое и неприятное жжение на своей нежной бледной коже.       Постепенно это ощущение возрастало, и мой взгляд заметил, что на моей ключице и на тыльной стороне левой ладони Себастьяна вырисовывалась до боли знакомая пентаграмма. Та самая печать контракта. Медленно… Болезненно… Мучительно…       Кожу жгло, будто огнём. Она начинала немного кровоточить. И всё это время Себастьян, ни на секунду не сводя с меня своих алых, словно камушки рубина, глаз, внимательно наблюдал за тем, как я терпела всю эту боль. В какой-то момент она стала настолько сильной, что вынудила меня плотнее прижаться спиной к изголовью кровати и сдавленно зашипеть.             Обе пентаграммы продолжали очень медленно вырисовываться на наших с демоном телах, связывая нас обоих до самого конца моих дней.       Моя кожа горела и кровоточила всё сильнее и сильнее. Я понимала, что ни в коем случае нельзя было шуметь, нельзя было кричать. Пыталась сдерживаться из последних сил… Однако, стоило мне ощутить, как вместе с кожей, будто бы начинала гореть и моя душа, как слёзы сразу хлынули из глаз.       В эту самую секунду стало понятно, что сдерживать крики я больше не могла. Себастьяну ничего не оставалось, кроме как самому закрыть свободной ладонью мой рот, чтобы крик не оказался таким громким и был бы похож на едва ли слышимый плач или стон от того, что на меня накатил очередной приступ тонуса.       Демон молчал, но продолжал сам ритуал, выжидая, пока обе пентаграммы не будут полностью очерчены на нас обоих, и следил, чтобы я не брыкалась и не пыталась остановить неотвратимое. Мужчина ничего не говорил, ни мысленно, ни вслух, но было видно, как для него важно, чтобы контракт между нами был заключён.       Моё тело сжалось изо всех сил да так, что мышечная боль начинала заменять боль от печати на ключице. Хотелось кричать, согнуться в три погибели, слёзы продолжали литься из глаз, подобно самому настоящему граду.       Но уже совсем скоро обе печати были вычерчены в нужных местах. Вместо отвратительного жара и боли постепенно подходило тепло, мощная усталость и полное отсутствие хоть каких-то мыслей в голове. Всё моё тело резко и полностью обмякло и расслабилось, словно после какой-нибудь слишком перегруженной физической тренировки.       С губ же сорвался тяжёлый, но полный огромнейшего облегчения вздох, который сразу же растворился в ладони Михаэлиса. Его же глаза в ту самую минуту вернули прежнюю человеческую форму зрачка и свой привычный карий цвет.       Наконец, Себастьян убрал ладонь с моих уст и проверил печати у себя, и у меня. Через пару секунд своего детального осмотра он с довольной улыбкой кивнул:       — Контракт заключён, моя госпожа.       — Нако… Наконец-то… — едва ли слышно и устало смогла прошептать я.       — Не волнуйся, за ночь оставшиеся неприятные ощущения пройдут, — сказал демон, затем, придвинувшись чуть ближе, аккуратно поправил майку на моём плече и бережно вытер остатки слёз на глазах и щеках. — Что же до видимости печати, то в нынешнее время подобными «татуировками» мало кого можно удивить, не так ли? — его губы снова изогнулись в слегка хитрой улыбке.       В ответ на это замечание я слабо усмехнулась, всё ещё приходя в себя:       — Учитывая, что у меня их никогда не было… Временные тату, разумеется, не в счёт… Придётся что-нибудь придумать для родителей…       — Хммм, тату в знак нашей дружбы, — предложил Михаэлис, всё также улыбаясь. — Так сказать, моя клятва тебе. А в чём именно — будем молчать.       — Ага, и ты сам нам их набил ночью? — словно в шутку предложила я в ответ.       — Да, набил. Сначала скажу, что хной. Такое же может быть, — хитро подмигнул мне демон.       — Лааадно, ты прав, — улыбнувшись, согласилась я.       — Тебе бы только сомневаться и во многом искать логику, ведь так, милая?       — Всего лишь очередная моя привычка, выработавшаяся за го… П-погоди… «Милая?» Я ведь сейчас не ослышалась?       — А ты разве не милая? — игриво мурлыкнул Себастьян, приблизившись к моему личику. — Ты очень симпатичная девушка. А эти глаза… — более мягко и тихо прошептал он, смотря в мои глаза прямо как в душу. — Я будто вижу врата Рая перед собой. Такие манящие, нежные и ласковые. А тепла в них столько, сколько ни у одного прекрасного и добродушного ангела за плечом не будет.       В таких сладких и приятных для моих девичьих ушек речах, казалось бы, вовсе не было ни намёка на хитрость или попытку как-либо приукрасить действительное.       Однако… За последние по меньшей мере лет десять я успела настолько разочароваться во многом, что даже в свою женскую красоту и привлекательность мне давным-давно верилось с большим трудом. Мне довольно сложно было поверить в то, что мной вообще мог кто-нибудь заинтересоваться, именно как девушкой, а не просто хорошим человеком или другом.       Поэтому в ответ сейчас я только и смогла, что заметно покраснеть и отвести глаза. На подобную мою реакцию Себастьян негромко, но довольно усмехнулся, после чего всё-таки понимающе кивнул, слегка отстраняясь:       — Ах, да, дистанция. Понимаю и нисколько не осуждаю. Ну, ничего, наш контракт был заключён только что. Поэтому я ещё успею посмотреть на твоё сладкое смущение.       — Любишь же ты порой смущать и соблазнять невинных девушек, Себастьян, — слегка вздохнув, всё же улыбнулась я.       — В этом же вся прелесть, дорогая Дарина. Ты бы и сама испытывала подобное, если бы соблазнила понравившегося тебе мужчину.       — Что ж, очень может быть.       На такой мой ответ демон, казалось, удовлетворённо улыбнулся. Даже мой взгляд задержался на этой его улыбочке дольше положенного.       — Кхм… Ладно, пожалуй, сейчас мне лучше лечь спать, — слегка прокашлявшись, проговорила я. — Время уже довольно позднее.       — Изволите послушать колыбельную или так, без меня уснёте, миледи?       — Ооочень смешно. Сегодня я настолько устала, что, пожалуй, усну сама и едва ли не сразу. Но буду тебе крайне признательна, если ты поможешь мне улечься.       — С превеликим удовольствием, моя маленькая госпожа.       И Себастьян действительно помог мне аккуратно и как можно удобней улечься в постели.       Усталость после целого дня прогулки по городу, а теперь ещё и после заключения контракта брала надо мной верх. Всё моё тело сейчас оказалось более расслабленным и податливым, чем обычно. А разум чётко и настойчиво требовал хорошего и спокойного сна.       Поэтому, когда демон уложил меня и укрыл одеялом, мои глаза закрылись сами по себе. И напоследок я лишь негромко прошептала:       — Доброй ночи, Себастьян.       — Доброй ночи, Дарина, — с доброй улыбкой прошептал в ответ он и, наклонившись, лишь слегка, но мягко коснулся моей щеки своими горячими губами в поцелуе. — На сон грядущий.       Сопротивляться или ругать этого хитрого демона у меня не было ни сил, ни тем более желания. Поэтому пришлось более-менее спокойно принять столь невинный, тёплый и приятный для меня поцелуй, чуть улыбнувшись.       Сон начал постепенно подступать, и единственное, что я услышала, прежде чем окончательно провалиться в него, был звук аккуратно закрывающейся двери.