consequences of working at night

      – Опять не спишь, sichem0401?       Сенку передёрнуло. Он совсем не ожидал этого вопроса и уставился на монитор, глупо моргая. Зачем он назвал его юзернейм, да ещё и обратился к нему? Чёрт, это неловко, странно, и, опять же, зачем?       Уже где-то с полгода Ишигами был подписан на этого странного парня в инсте: кто он, что он, почему – Сенку понятия не имел. И как он его нашёл он тоже не помнил. Просто так вышло.       Наверное, опять думскроллил в полусонном состоянии, пытаясь разбудить мозг и вернуться к учёбе. Вот и додумскроллился... Каждый вечер его ожидал подкаст, начиная с двадцати трёх и заканчивая двумя-тремя часами ночи. Длиннющий подкаст.       Честно говоря, вместо него можно было бы посмотреть пару фильмов или лекций, или чего угодно более полезного. Но какая разница, он и так занят делом, а этот засранец на фоне так занятно болтает, что время летит незаметно.       Конспекты пишутся сами собой, задачи решаются как по маслу, и вообще... Всё очень продуктивно. Поэтому и нет дела, что именно там на фоне. Без разницы.       А парень ведь и правда интересно говорил. Ярко, выразительно, с дурацкой привычкой переставлять слога в некоторых словах, увлекательно.       Рассказывал вообще обо всём, до чего дотягивался только его длинный язык. Хотя это выражение тут не в совсем обычном смысле: всё-таки этот молодой человек хоть и болтал много, но исключительно без излишних подробностей, указателей и маркеров. Аккуратно. Интеллигентно, если так можно сказать.       Просто делился историями из жизни практически со стеной – подписчиков у него было дай бог сотня, а активных наверное и то меньше десятка. И всё это очень занимало Сенку: забавный парень на пару лет постарше, у которого вроде и насыщенная жизнь была, и друзья, а самого близкого доверенного человека, которому вот так, как на духу, можно было рассказать всё о своём дне, ничего не утаивая, не меняя формулировок, будучи абсолютно откровенным – не было.       И поэтому каждый вечер Ишигами продолжал возвращаться к нему. Ко всем этим историям, к этой подкупающей эмоциональной откровенности, к артистичному голосу и... Темноте. Да, чего не было в этих подкастах так это какой-либо картинки. Ни фона, ни лица, ничего. Чёрный экран и голос. Почему-то это ощущалось даже как-то интимно.       Сидеть посреди ночи с настольной лампой над учебниками и тетрадями, слушая голос, вещающий из темноты.       И теперь этот вещающий из темноты голос внезапно заговорил с ним.       Сенку был рад, что отвечать нужно было не вслух. Он знал, что если бы вдруг начал говорить сейчас, то позорно запнулся бы на полуслове. Или вообще не смог бы говорить.       Погодите, а надо ли вообще отвечать? Можно же просто свернуть вкладку и всё. И никакого «Опять не спишь, sichem0401?». Никакой болтовни. Можно даже предварительно заблокировать.       Но нет, так Сенку поступить не мог. Не мог, не хотел, не планировал. В конце концов это было бы жестоко. Наверное. Сколько вечеров ему скрасили эти односторонние беседы знал бы только бог, если бы существовал.       Руки нависли над клавишами. Пальцы, неведомо от чего, подрагивали. Не сказать, что страшно. Не сказать, что волнительно. Но почему-то дрожат.       «Ну, не сплю, и что?»       Сенку откинулся на спинку стула, отодвинулся от стола и крутанулся вокруг своей оси. В динамиках ненадолго повисла тишина.       – У тебя ведь день рождения четвёртого января, да? – наконец задумчиво проронил голос по ту сторону экрана. – Если да, то у нас зеркальные даты... Почему-то я думаю об этом иногда. Это забавно. Мы как две стороны одной медали. Только одна знает что-то о другой, в вторая – нет. Ну, я наверное знаю, что ты любишь химию и не спать по ночам, а ещё слушать чьи-то долгие истории из жизни.       Ишигами фыркнул. Вот это выводы. Он не считал себя загадочным, но и не думал, что простое залипание по ночам может сказать кому-то так много. В принципе, больше-то и рассказывать было нечего, кроме дурацких мелких деталей.       «Да, ты во всём прав. Но не думай о себе так много: мне просто нужен какой-то фон для работы, неважно твоя болтовня это или какой-то сериал. Ща, подожди, не говори ничего, у меня энергетик закончился, пойду возьму новый из холодильника...»       Сенку потянулся, зевнул (хотя спать не хотелось) и протопал на кухню, выуживая сразу три ледяных энергетика. Пофиг, что выпито уже два. Молодой растущий организм всё перемолет, да? Как там говорят. В любом случае, пока это не беспокоит – плевать. Начнёт беспокоить – проблема врачей.       – Я тут, – возвестил он, возвращаясь в своё импровизированное царство науки в виде чуть захламлённой комнаты. Совсем чуть-чуть. Всё-таки Сенку не был свиньёй и порядок любил. Но и вылизанность тоже раздражала. Самое приятное – когда всё и немного в порядке и немного нет.       Называть комнату царством науки было дурацкой детской привычкой, от которой так и не удалось избавиться. Вон, даже на двери всё ещё громадный цветастый плакат с этой надписью, которую он нарисовал лет десять назад. Бьякуя её обожал. Сенку... Ну, немного было стыдно, но это всё ещё как нельзя лучше передавало его внутреннее состояние и ощущение своего пространства, поэтому пусть будет.       – А, ты ж не здесь, – Ишигами усмехнулся, ставя энергетики на стол, усаживаясь поудобнее, и тут же вскрывая один. – Как-то я уже отвык от онлайн общения...       Он отхлебнул энергос и быстро напечатал:       « Я вернулся, продолжай.»       Голос по ту сторону тепло усмехнулся.       – И снова привет. Так вот что я хотел сказать: ты ведь всё-таки уже так много месяцев каждый день возвращаешься сюда. Значит, хоть выбор и есть – ты продолжаешь выбирать меня. Это приятно. Приятно и то, что мои догадки о тебе верны.       Сенку снова отхлебнул монстра, расслабленно клацая клавишами:       «Ну, рад, что ты так польщён. Но зачем ты со мной заговорил?»       – Как это зачем? Ты столько времени мне уделяешь, а я что, буду это игнорировать, а, таурин-чан? – парень по другую сторону довольно захихикал от этого вопроса и Сенку ощутил острое желание въебать.       Таурин-чан? Серьёзно? Почему не L-карнитин или глюкуронолактон? Ах, ну да второе название мы наверное не то что не знаем, а наверное даже не выговорим, да-да.       «Да какое внимание я тебе уделяю? Я же сказал: я просто включаю тебя на фон, как какую-нибудь тупую передачу.»       Сенку раздраженно втянул в себя сладкую жидкость, будто бы в попытках покурить без использования сигарет и выдыхания дыма. Может всё-таки его заблокировать?       «Может мне тебя всё-таки заблокировать, как я и хотел когда ты начал со мной говорить?»       Ну чего мелочиться, мы с тобой всегда были предельно честны с людьми, да, Сенку?       Блять, этот незнакомец мало того что отвлёк от учёбы, так ещё и заставляет разговаривать с самим собой. Супер.       – Ты думал такое обо мне? Фу, как некрасиво, таурин-чан! После всего, что мы пережили вместе? После всех моих рассказов тебе, жалоб на маму, которая упрекает меня в том, что я не тяну две работы при учёбе в вузе чтобы содержать нас обоих, после того, как я поведал тебе всё о подруге, которая достала меня своими рассказами о парнях? После всего этого? Не-е-ет, ты так жесток, – с ехидцей упрекающий голос мёдом втекал в уши, обволакивая словно пеленой и вот уже Сенку и не так зол, оказывается. Вот Сенку залип. – Не вздумай этого делать, дружочек. Мне будет очень больно.       Сенку в голос расхохотался – какой же этот чел всё-таки забавный, просто умора. Менталист что ли? Помнится, как-то Ишигами смотрел этот сериал, как там главного героя звали... Патрик Джейн что ли. Все вот эти психологические интонации прям таки выделяются.       «Эй, я буду тебя звать менталистом. Ты же мне дал прозвище, вот и я даю тебе. Уж очень ты похож. Блокировать я тебя не буду. Пока что.»       – Ой, а мне нравится, таурин-чан, спасибо, – тот хихикнул, даже вроде бы звуча серьёзно. – Пожалуй, я и действительно похож на менталиста, есть во мне что-то от этого. Правда на самом деле я будущий юрист, но одно другому не мешает, правда? Кстати. Хочешь увидеть меня? Наверняка же ты интересовался тем, как я выгляжу.       Сенку задумался. Не сказать, что ему было прям интересно как выглядит менталист, всё-таки внешность людей его практически не волновала, но отчасти хотелось узнать каков этот мастер монологов в реальном мире. Ладно, раз уж предлагает...       Тем временем он уже начинал пить второй из принесённых энергетиков. За болтовнёй с менталистом время шло ещё быстрее, чем за работой под его бубнёж. Не то чтобы Сенку был против. Как говорит Бьякуя – больше общайся с людьми, сынок. Зачем правда непонятно, но сейчас было весело.       «Валяй, менталист. Я не из тех, кто судит по внешности, так что смеяться не буду.»       Почти мгновенно после отправки сообщения чёрный экран вдруг сменился яркой картинкой. Очень яркой, если хотите. Стены, завешанные плакатами, гирлянды, светодиодные ленты, какие-то искусственные листики, полки с книгами и фигурками... Глаза разбегались, но при всём разнообразии всё это выглядело достаточно гармонично, – явно было сделано со знанием и вкусом. И посреди всего этого менталист.       Сколь бы Сенку ни было всё равно он не сумел сдержать дурной неподобающий писк. Сам издал, сам испугался своей реакции. Но такой писк издают при виде миленьких маленьких котяток, а Сенку как ни пытался быть хладнокровным, при виде котят тоже умилялся. Так и при виде менталиста: он выглядел как тот ещё котёнок.       Круглое милое личико с острым подбородком, сверкающие тёмно-синие глаза, аккуратно подведённые подводкой, островато-кругловатый нос, мягкая улыбка на тонких покусанных губах(он что, нервничал перед тем как показаться? Или...), чёрно-белые волосы с удлинением на белую сторону и пушистый розовый кардиган. Всё в этом образе будто кричало: обними и затискай меня до смерти.       Зараза. Спасибо, что менталист этого всего не слышит и не видит, потому что Ишигами, судя по своему ощущению участившейся циркуляции крови, ещё и покраснел, мать вашу.       – Ой, я всё-таки слишком плохо выгляжу? Эх, а я думал в этом месяце я смог хотя бы немного улучшить свою внешность и могу без стыда хоть показаться на людях, – голос этого пушистого чёрно-бело-розового комка действительно звучал огорчённо, а короткие тонкие брови свелись к переносице. – Прости, видимо зря я это всё затеял, надо было продолжать вещать из темноты...       Сенку вдохнул побольше воздуха и агрессивно застучал по клавиатуре пальцами.       « Менталист, блять, я даже ещё ничего сказать не успел! Как так можно. Нормально ты выглядишь, как человек.»       Как человек... Уф. Ишигами сказал бы больше, но слова не вылезали и он сам не хотел их вытаскивать. Да и что бы этому менталисту дало вот это: «ты выглядишь охуенно красиво и мило, как грёбанный котёночек, а ещё у тебя красивые глаза и ты горячий даже в этом огромном кардигане, но я не знаю, что с этим делать и не понимаю почему я так думаю, потому что это тупо, АААА, а я не хочу уподобляться тупым людям. И вообще я тебя не знаю и ты меня не знаешь, поэтому такую хрень я говорить не должен.»       Верно, ничего. Хотя, может быть, Сенку и неправ. Но десять миллиардов процентов он не станет говорить это всё тому парню.       – Нормально, говоришь? Ну ладно, – губы менталиста чуть дрогнули то ли от улыбки, то ли от тревожной усмешки. – Хочешь, я уберу картинку?       «Нет! Не смей.»       Сенку не хотел звучать в приказном тоне, но при словах парня о том, что он может убрать картинку стало как-то... Не так. Неправильно. Нельзя. Не убирай. Моё. Сейчас это моё. Моя картинка, которую я впитываю глазами и записываю где-то в башке, не прерывай процесс экспорта.       – Ого, всё-таки тебе понравилось... Ох, вот это очень мило, таурин-чан, спасибо, – тот искренне улыбнулся, поправляя волосы и потянулся куда-то вбок, возвращаясь с чашкой, наполненной неизвестной жидкостью. – Не всё ж тебе одному там энергетики пить, да? У меня тут вишнёвый бамбл, апельсиновый я терпеть не могу, а вот с вишней... Очень вкусно, попробуй, если не пробовал.       «Ладно, звучит неплохо, попробую.»

***

      Когда Сенку вырубился было уже позднее утро. Под боком валялась наполовину сделанная домашка, немного залитая остатками монстра и засыпанная крошками от печенья.       Пофиг, кому она нужна, он тут гораздо более интересными вещами занимается, чем эта домашка. И нет, речь не о разговорах с менталистом. Правда.       Ишигами бы никогда не назвал общение с человеком интереснее, чем свои личные исследования. Но ночь выдалась веселой. Даже слишком. Сенку будто поместили в невесомость и он пытался одновременно справиться с новыми чувствами и не допустить проявления каких-либо неприятных симптомов, при этом борясь с непослушной диафрагмой и пытаясь нормально дышать.       Сон был крепким, глубоким, пронизанным какими-то яркими вспышками, дарящими чувство комфорта. При этом при всей крепости этого сна Ишигами будто бы и бодрствовал, чувствуя себя как многие чувствуют себя в ночь перед каким-то праздником. Пробудила дурацкая вибрация, часов наверное через пять. Сенку плавающим взглядом взглянул на экран – и впрямь прошло пять часов. Звонок сбросился, но тут же повторился. Ну да, уроки уже должны были закончиться...       Сенку провёл пальцем, снимая трубку и откинул телефон сразу подальше от себя.       – Сенку!!! Ты там в порядке? Мы с Юдзу очень переживали, куда ты делся сегодня? – ожидаемо даже без громкой связи голос был слышен очень, ОЧЕНЬ хорошо.       – Да конечно я в порядке, – сонно пробурчал Сенку, потирая лицо и ероша собственные волосы. – Что, прогулять уже нельзя? Схожу потом на эту сраную отработку и всё тут. Правда Бьякуя наверное переживает там, наверняка ему уже позвонили...       – То есть тебя волнует не то, что твои друзья переживают не сдох ли ты там, а то, что твой папаня слёзку пустит по твоей успеваемости? – тут уже стало потише, но Юдзуриха видимо успела когда-то подучиться у Тайджу крикам, поэтому тоже было достаточно громко. Хотя она сама по себе девушка мощная, хоть и не скажешь... Иногда как врежет если сказать или сделать что-то, что ей хоть немного не по нраву. Так что может это и её сверхспособность тоже.       Ишигами собрал растёкшееся по кровати тело и сел, скрестив ноги. Друзья уже, конечно, разбудили его, но продолжая лежать он чувствовал себя разобранной лужей, а это было плохо. Он и так пустил весь день на самотёк, хотя стыда за это совершенно не чувствовал, но продолжать в том же духе значило лишь то, что постепенно он утратит всякий порядок в жизни и будет жить подобно множеству своих одногодок.       Не то чтобы они жили как-то неправильно, но Сенку предпочитал иметь свою жизнь чётко простроенной, а ситуации, подобные сегодняшней, были исключительно редкой данью юношеской экспрессии.       – Да не пустит он никакую слёзку, сама же прекрасно знаешь, что я отличник, тут переживать не о чем. Я просто не ожидал, что вы так сильно будете сопли разводить из-за такой мелочи, – Ишигами взял телефон в руки, сделал звук потише и приготовился сбрасывать трубку. – Ладно, бывайте, ребят, мне надо сделать домашку и за сегодня и за вчера, завтра увидимся. Вы тоже там фигнёй не страдайте.       – Ты с кем вообще разговариваешь? – возмутилась Юдзу.       – С Тайджу. Ты-то у меня умница, – улыбнулся Сенку, почёсывая бровь. – Пока.       Сбросив, Сенку наконец увидел, что происходило в его уведомлениях: несколько пропущенных звонков от Бьякуи и пары учителей, короткое «Мне звонили из школы, я сказал, что ты жаловался на слабость и я разрешил тебе отлежаться.», и сообщения из инсты. От менталиста.       На лице невольно появилась улыбка при воспоминании о сегодняшней ночи, чёрт, увидеть этого болтливого парня спустя столько времени почему-то было всё-таки очень приятно.       agmustdie, 10:58: «Доброе утро, таурин-чан! Мы конечно только недавно попрощались, но... Надеюсь, я не испортил твои планы на день. И что тебе не противно было смотреть на меня всё-таки... Хотя ты делал это достаточно долго, чтобы предположить такое.»       agmustdie, 11:03: «Кстати. Наверное, пора представиться. Меня зовут Ген Асагири. Но если хочешь можешь продолжать называть меня менталистом.»       agmustdie, 11:06: «А тебя как зовут, таурин-чан?»       agmustdie, 11:15: «Не скинешь свою фотку?👉👈 Не хочу причинять тебе дискомфорт и если ты не готов к такому, то я подожду, но ты меня уже видел, так что буду иметь наглость попросить о таком.»       agmustdie, 11:30: «Знаешь, таурин-чан, кажется, ты мой лучший друг. Прости, если это навязчиво. Просто факт. Похоже, я никогда никому не рассказывал так много, как тебе.»       agmustdie, 13:38: «Чёрт, надеюсь ты в порядке, уже так поздно, а тебя всё нет в сети. Хах, видимо энергетики на тебя не работают, раз ты так ими напиваешься и всё ещё вырубаешься. Но я понимаю, ты наверняка очень устал. Мне просто пришлось себя растолкать почти ледяным душем, кофе и двумя сигаретами, потому что работа... Ну и две пары, которые я пропустил. Поэтому я нихерашеньки не спал сегодня.»       Окей, тут даже Сенку ощутил лёгкий укол совести. Он тут, значит дрых, а менталист... А, Ген, да. А Ген работал. Ну и кто из них бесполезный и тупой значит?       Хотя... всё ещё Асагири, ведь тот полуживой потащился работать, мог бы отгул взять... Но наверное ему очень нужны деньги. Сто миллионов процентов ему нужны деньги.       А насчёт лучших друзей... Сенку для себя не понимал концепта лучших друзей. Все, кто рядом с ним – лучшие. Других попросту нет. Наверное это потому что ему не особо нужно рассказывать что-то о себе, а всё, что он рассказывает такое простое, что специально выбирать для этого избранных людей... Ну, непонятно зачем. Да и тех, с кем он общается, не так уж много.       Тайджу, Юдзуриха, Бьякуя, подруга Бьякуи Лиллиан. Вот все они и есть его лучшие друзья. Больше никого нет.       Ну, теперь ещё Ген. Наверное.       sichem0401, 15:25: «Привет, менталист. Я только проснулся, и то из-за звонка одной надоедливой парочки. Я из-за тебя прогулял школу. Но я не злюсь, мне без разницы.»       sichem0401, 15:28: «Меня зовут Сенку Ишигами. Наверное, э, ты тоже мой лучший друг. Хотя я этот термин не совсем понимаю. Я не выделяю никого из близких, у меня их и так достаточно мало, чтобы выделять кого-то. И мне особо не о чем откровенничать.»       sichem0401, 15:31: « И смени этот идиотский юзернейм, Ген. Не нужно тебе умирать.»       Прочитано. Печатает.       Пока Асагири печатал, Сенку покопался в галерее телефона, ища в немногочисленных фотографиях подходящую.       Остановился на недавней фотке, сделанной во время ночных посиделок.       Одна рука вытянута к краю стола, чтобы захватить больший угол обзора: разложенные на столе тетради, учебники, пара пустых банок монстра и мягко улыбающийся Сенку со слегка растрёпанными волосами и в компьютерных очках, опирающийся на руку. Максимально дурацкая, слащавая и при этом задротская фотография, но Сенку почему-то нравилось. В этот момент он чувствовал странное умиротворение и уют, как обычно занимаясь под задорный голос из динамиков.       Поэтому пусть будет.       agmustdie, 15:35: «Сенку... Ишигами Сенку. Красивое имя, Сенку-чан.»       agmustdie, 15:36: «Насчёт юзернейма – мило, что ты переживаешь за меня, но это просто фандомная отсылка, помирать я пока не собираюсь.»       Фото отправлено.       Просмотрено.       После этого Ген замолчал. Надолго.       sichem0401, 15:37: «Какая блин отсылка? Чего?»       sichem0401, 16:10: «Ну понятно, видимо как раз ты меня и счёл уродцем и решил перестать общаться, хотя боялся, что я так подумаю про тебя, да? Не беспокойся, я шучу, менталист. Но если это действительно так, то это странно, потому что я вроде вполне нормальный... Единственное, что во мне смущает людей – это мои волосы и шрамы, но у тебя тоже странные волосы и тоже есть шрам, поэтому это отпадает... Короче. Зачем я это всё пишу, блин, не понимаю.»       Сенку чувствовал себя мегастранно.        Внутри нарастала какая-то дурацкая тревога с каждой минутой, пока Асагири не отвечал. С каких пор его волнует чужое мнение? Ни с каких, но. Да блять. Ну может он побыстрее ответить? Даже пусть промолчит насчёт его внешности или поставит блевотный смайлик, главное пусть ответит.       agmustdie, 16:15: «Прости!! Боже, прости, прости, прости.»       agmustdie, 16:15: «Просто. Блять, просто ты СЛИШКОМ КРАСИВЫЙ. _3-₽&2-₽-₽ »       agmustdie, 16:23: «Я не должен это говорить так прямо, но блять, ты... Ты просто. Я не могу выразить это словами. Ты самый красивый человек, которого я когда-либо видел. И тебе очень идут очки. И твои волосы очень крутые. И шрамы. И у тебя чертовски красивые глаза. И такие умные. Чёрт. Я не должен это говорить, но я просто не могу. Блять, Сенку-чан, на твои фотки надо ставить предупреждение типа "смертельно опасно" или что-то вроде того, потому что я правда сейчас чуть не умер. Я не отвечал так долго из-за того, что мне буквально физически стало плохо от твоей красоты и я, каюсь, даже немного разревелся. Чёрт, Сенку... Я вообще не был готов увидеть тебя сейчас, это просто невыносимо.»       agmustdie, 16:27: «Ты выглядишь как тот, с кем я хотел бы встречаться. Нет, как тот, за кого я бы хотел выйти замуж и жить душа в душу до конца жизни, восхищаясь твоими достижениями в науке. Пожалуйста, скажи, что ты живёшь в Токио...»       agmustdie, 16:28: «Если всё это слишком – заблокируй меня. Извини за эту прямолинейность.»       Сенку откинул телефон подальше, сжимаясь в комок и зажмуривая глаза.       Нет, это не Ген был не готов. Это Сенку не был готов к тому, что услышит свои же глупые, идиотские мысли из уст Гена. Почему он так расхвалил его? Это вежливость? Нет. Это явно написанные на эмоциях искренние слова. Но что на них отвечать? Отношения? Да кто предлагает отношения после одной ночи общения по сети?       Да чёрт, бред, бред, бред, бред.       Думай, думай, думай, думай, думай, Ишигами.       Что происходит?       Блять, что, нахуй, происходит?       Сенку сжал голову руками, впиваясь пальцами в скальп, и отчаянно вдыхая и выдыхая воздух. Блять, как же нахуй страшно.       Так.       Успокаиваемся.       Это всего лишь Ген.       Всего лишь пацан, за которым ты следил херову тучу времени и который оказался ебучим ангелом во плоти с дурацкой двухцветной причёской и милой улыбкой и идиотскими синими глазами, в которых хочется утопиться нахуй.       Тихо.       Тихо.       Блять, вот у него бы сейчас и спиздить сигарету.       Сенку не уверен, смог ли бы вообще хотя бы взять эту сигарету в руки и не ёбнуться в обморок. То, что он поджёг бы себя ненароком или задохнулся бы дымом было чертовски очевидно.       Дрожащими руками Ишигами взял телефон и подписал себе смертный приговор:       sichem0401: «Да, я жмву в Тлкио.»