Отражение завявшего лотоса.

Ханьгуань-Цзюнь шагал по Пристани Лотоса. Его шаг имел быстрый тембр, но бегать Второй Нефрит себе не позволял. Воспитание старика Лань Цижэня имело место быть даже в молодом, красивом и статном мужчине. Навстречу ему выбежала обеспокоенная и бледная Цзян Янли, за ней бежали маленький Цзинь Лин, будущий наследник ордена Лань Лин Цзинь. –О, Молодой Господин Лань! – Янли сложила руки перед собой и поклонилась в знак уважения, легонько подтолкнув сына сделать тоже самое. – А-Сяню совсем нездоровится! Он уже третий день почти ничего не ест, разве что вчера А-Лин уговорил его на тарелку бульона из-под супа. – неожиданно строго для хрупкой девушки произнесла Шицзе Вэй ина, выпрямившись. – Сегодня он не смог встать из постели, хуже того, началась лихорадка! Я боюсь, что ему нужна энергия ци. Энергия из ордена Юнь Мэн Цзян не подходит, поскольку его душа привязана любовью и узами брака к клагу Гу Су Лань. За тем мы и отправили вам письмо, чтобы не возить его и беспричинно подвергать большему риску продвижения хвори! Лань Чжань поклонился ей в ответном уважительном жесте. – Где Вэй Ин? – спросил он в лоб, сейчас не было важно ничего, кроме состояния его мужа, который в теле Мо Сюань Юя ослабел, да ещё и заболел. –Усянь-Гэ там! Вон там! Посмотрите, Лань Ванцзи! – замахал маленькими ручками в сторону дворца. Оттуда же пулей вылетел Глава Юнь Мэна, Саньдо Шэншоу. Он выглядел взвинченным и уставшим, будто не спал с приезда своего шисюна. – Ханьгуань-Цзюнь! Вэй Усянь, он.. *** –Лань Чжа-а-а-а-ань! Милый мой Лань Чжань! – практически пропел Вэй Ин чуть ли не впрыгивая в цзинши с улицы – Я хочу лотосы! Нет.. В смысле я хочу талисман из Юнь Мэна.. Нет! Нет! Нет! Я хочу суп из свинных рёбрышек.. Или из семён лотоса? А если всё вместе? Да! Точно! Шицзе варила мне такой в детстве! Такой вкусной еды я нигде ещё не пробовал! Так, о чём это я? А, точно! В общем, Лань Чжань, я хочу в Приста-.. Не договорив,Вэй Ин присел к мужу за низкий столик, за которым тот проверял сочинения учеников. По-хозяйски заглянув в листы, он увидел до боли знакомый почерк. –О, это что, сочинение А-Юаня? Дай посмотреть! –Мгм. Смотри. –А почерком то весь в меня! Я также писал иероглифы “上课 ” в свои годы! –Ты не договорил. Так куда ты хочешь? –Ах, точно.. Хочу в Пристань Лотоса. Мне тут птичка напела, точнее Сичэнь-Гэ, что там сейчас гостит Шицзе с А-Лином и Павлином! А я, как благородный шиди и шисюн, обязан увидеть тот момент, когда А-Чэн начнёт перепалку с Цзысюанем! –Если хочешь – ступай. Выслать людей, чтобы они тебя проводили? – без доли возмущения ответил Ванцзи. –Эй! Я ожидал, что ты предложишь пойти со мной! – вскинув руки воскликнул Усянь. –Не кричи. Я не смогу пойти с тобой, нужно проверить много работ учеников. К тому же дядя требует отчёт о расходах ордена к утру. –Ну.. Ну и ладно! Один схожу! Сиди и дальше проверяй свои листики! Вэй Ин огорчённый ушёл к ученикам, всё же он тоже был учителем. Пусть и не преподовал контроль ци или эмоций, дисциплину, каллиграфию, он обучал детей тому, с чем не стоит связываться при вступлении на тёмный путь. Старик Цижэнь неоднократно ругал его, а как же иначе? Но.. Вэй Усяню никогда не было до него дела, он лишь обучал обращению, но никак не призывал, более того, принуждал избирать такую судьбу! –Учитель Вэй! Учитель Вэй! - к Вэю сразу же подбежал Цзинъи – Там Сычжуй! Точнее.. Молодой Господин Лань Сычжуй! Он.. Он.. Упал в источник! Не в тот, в котором восстанавливают состояние души, а другой! Какой-то неизученный! –Что?! Сычжуй?! Где этот источник?Немедленно покажи мне его! И дорогу туда обязательно пометь чем-то! Младший ученик и Вэй Ин буквально рванули к источнику. Спотыкаясь, падая, Усянь даже порвал подолы ханьфу, что было не совсем разрешённым в ордене. *** Лань Чжань закончив проверку тетрадей пошёл искать своего избранника. Но обошедши почти все облачные глубины так и не нашёл его. В конце концов он решился заглянуть к брату, у которого гостил Цзян Ваньинь. Постучавши и получив разрешение нефрит вошёл. Цзян Чэн и второй нефрит сидели на кровати. У главы ордена Юнь Мэн Цзян был почти распущен строгий пучок, зацелованные губы и чуть помятые одежды. Ванцзи решил не обращать внимания. В конце концов, сколько раз брат видел их с Вэй Ином такими же, а то и более откровенными? Десять? Двадцать? Сто? Лань совершил два поклона. – Брат. СаньдоШэншоу. Ему поклонились в ответ. Сичэнь тут же перешёл в тревожный тон, понимая, что брат бы не стал тревожить их просто так. –Что-то случилось, Ванцзи? Какие-то проблемы с отчётами или сочинениями? –Нет. Вы не видели Вэй Ина? –Этот придурок, что, опять куда-то сбежал? К чёрту. Я точно переломаю ему ноги. Ханьгуань-Цзюнь нахмурился, но ничего не сказал по этому поводу. –Вы не видели его? Лань Хуань наконец-то подал голос: – Ох.. Возможно, я встречал его, когда тот шёл к детям, но не могу утверждать, так как ещё не совсем запомнил черты лица Молодого Господина Вэя в теле бывшего наследника клана Мо.. –Мгм. Понял. Спасибо, брат. Спасибо, Цзян Ваньинь. Чжань быстрым шагом ушёл прочь, оставляя брата наедине с его возлюбленным. По пути он также наткнулся на Цзинъи, тот бежал размахивая руками: –Старейшины! Учитель Цижэнь! Учитель Ханьгуань-Цзюнь! Второй господин остановил его жестом, вопросительно глядя на ученика. Он выглядел.. Замучанным, уставшим, с одежды и волос стекала вода, самого его трясло, как будто нырнул в ледяной источник. –Там учитель Вэй! Он вытаскивал Сычжуя и начал тонуть! Они оба сидят на коряге! Пойдёмте, я покажу! В глазах у Ланца вспыхнула тревога, он не медля ни секунды пошёл за учеником. Как только они прибыли на место, то увидели интересную картину. Вэй Усяня сидел на треснувшей коряге, прижимая к себе трясущегося сына. Их «Кресло» лежало поперёк реки, время от времени по водоёму тёк неизвестный свет. Его лучи врезались в спину Усяня, он их совсем не замечал, покачивая Сычжуя. Казалось, ещё чуть-чуть и коряга сломается, потому что вес взрослого мужчины и подростка дерево-то может не удержать, а тут поваленное бревно, которое едва держится за края берегов, насквозь мокрое, от любого шага оно просто бы сломалось! Течение было не медленным, а быстрым и импульсивным, время от времени выбрасывая волны обычной волны то на берег, то на спину учителя Вэя. – Вэй Ин! – почти выкрикнул муж имя любимого. –Ох.. Лань Чжань.. А мы тут заплыв решили устроить! Да, А-Юань? –Пап.. Я хотел достать тебе лотос, он растёт вон там.. – вздрагивая Сычжуй указал на противоположный берег. У вишнёвого дерева и в правду росли прекрасные лотосы в окружение нежно-розовых ромашек. Очень нетипично для природы облачных глубин. Второй господин осторожно использовал свою магию, он попытался переместить сначала сына, потом мужа. Из-за волнения и тревожности ци никак не слушалась. Уловив слабый свет от воды, которая бьёт в спину Вэя, у Ланя появилась идея. Он осторожно притронулся к той воде, отойдя за спину любимого. Почувствовав огромный прилив светлой энергии,тот ужаснулся: Вэй Ин неизвестно сколько тут сидел, сколько же ци попало? Золотое ядро вполне могло сгореть, ибо такой прилив слишком мощен.. Но медлить и раздумывать было нельзя, с минуты на минуту дерево сломается, а семья упадёт в воду. Ханьгуань-Цзюнь использовав одно из шести искусств переместил Лань Сычжуя, а за ним и Вэй Усяня. Сын сразу бросился ему на шею, прося прощения, но под строгим взглядом перестал лезть обниматься, а лишь обнял за пояс. Лань Ванцзи вздохнув, но обнял сына, сам ведь переживал не меньше. Когда смертоносные объятия наконец-то закончились,Ванцзи буквально бросился к Усяню. –Э-э-эй! Лань Чжань, полегче! Ты меня задушишь сейчас! Кончики ушей Ланца покраснели, и он неловко отстранился. –Извини. –Я вообще-то не говорил отлипать, но это мы обсудим дома. Лучше достань А-Юаню те прелестные цветочки, из-за которых и начался весь переполох. Вэнь Юань выдохнул - отец обвинил не его, а цветочки. Вообще, он всегда так делал. Винил всех, кроме своей семьи. Конечно, если то были незначительные мелочи. Уголки губ Чжаня дрогнули, но он всё же достал те лотосы, прихватив и ромашки. Вэй Ин тут же схватил их и всунул в волосы. Каждому Ланю по ромашке. Жаль, что Цзинъи ушёл, как только Ханьгуань Цзюнь вытащил цветы, вот хулиган! Ну ничего, учитель Вэй обязательно наденет на него эту ромашку. Пока Усянь заливисто смеялся, муж осторожно закрепил ему на волосах лотос. –Лань Чжань! Ну ты как обычно.. Так. Сычжуй, бегом на занятия! Ученик вздохнул, но быстрым шагом ушёл на занятия к дедушке - Лань Цижэню. Вэй Ин бросился на шею мужу, едва сын скрылся за деревьями. Тот сразу подхватил его под бёдра, терпя выцеловывания на носу, щеках, висках, шее, висках. –Вэй Ин.. Не уходи больше. Никогда. Пожалуйста. В ответ Усянь расхохотался и,оставив звонкий поцелуй на щеке мужа, отстранился, спрыгнув с рук. –Ла-а-а-дно! Но ты едешь со мной Юнь Мэн. И это не обсуждается. Вообще-то, у твоего брата намечается свадьба, а тебя там даже не будет, где такое видано! –... Свадьба? – едва выдавил из себя Лань Чжань – брат ничего не говорил. – Вообще это был сюрприз.. Но раз уж ты знаешь, то просто обязан поехать с нами! Тем более с датой не определились. Хотят на следующей неделе сыграть, как раз туда же и павлинище приедет! – Если Вэй Ин этого хочет, то я не в праве отказать. –Лань Чжань! Опять твои сладкие речи.. За такие слова ты просто обязан донести меня до цзинши. Ванцзи без труда подхватил Вэй Усяня на руки, пока тот взвизгнул, в очередной раз поражаясь силе мужа. *** По прибытию в Юнь Мэн Цзян их уже встречали. Сичэнь и Чэн, которые во всю готовились к свадьбе. Ну, как сказать они? Скорее их слуги, но и молодожёны в стороне не стояли, контролировали всё, что можно. А зная глав ордена – всё. От украшений храмов, до волос слуг. –Вэй Усянь! Где тебя черти носили?! Шицзе и А-Лин заждались! - тут же возмущённым голосом залепетал Цзян Ваньинь. –И я тебя рад видеть, мой «Люби-и-и-имый» шиди. Просто признай, что без меня - твоя свадьба не была бы твоей свадьбой! И какого чёрта вы, с Сичэнь-гэ скрыли это от нас?! Почти влоть до даты! Мне повезло, ведь я совершенно случайно услышал разговор старика с Сичэнем.. Но это уже неважно! –Усянь! Не неси бреда! Иначе я запру тебе в гостевых покоях с переломанным позвоночником! Вэй Усянь наигранно испугался, а потом дал щелбан брату и со смехом убежал в сторону ворот. Как это было в детстве. Братья остались наедине, между ними затянулось тяжёлое молчание, пока Ванцзи, что было неестественным для него, первым не начал диалог. –Брат, почему ты скрыл это от меня? Мы договоривались – никаких тайн. –Ох.. А-Чжань, я и сам не понял как все события ушли вперёл от моей головы.. Будто только вчера близко общался с А-Чэном, а сегодня уже замуж выхожу.. Честно, не успел тебе сказать! Дядя, когда узнал, сразу загонял меня со всеми делами.. Настоятельно рекомендовав отменить свадьбу и жениться на достойной девушке. На фоне этого ещё и пропажа Усянь-Гэ! Я помню, как ты, едва соображавший от тревоги ходил по Гу Су, Облачным Глубинам.. А потом заболели А-Юань и Цзинъи. После своеобразного плавания в том источнике. Было бы у меня время, я бы тебе обязательно рассказал! Извини меня. –Мгм. Братья обнялись и вошли в ворота. Где-то на фоне бегали Вэй Ин и Цзян Чэн. Словно это были не мужчины, которым за тридцать, а маленькие мальчишки, которых вот-вот поругает Юй Цзыюань. Так и случилось. Как чёрт из табакерки появилась Мадам Юй.. –Вэй Усянь! Цзянь Ваньинь! Если вы сейчас же не прекратите беготню по главному залу, мало не покажется! И не думайте, что я побоюсь твоего, Вэй Усянь, мужа, или твоего, Цзян Ваньинь, жениха! Братья Лань тут же учтиво поклонились, они знали - если надо, Мадам Юй сможет выпороть и их. Хоть они и принадлежали другому ордену, другой крови. *** -Настал тот самый знаменательный день. Глава ордена Юнь Мэн Цзян и глава ордена Гу Су Лань скрепят свою любовь узами брака! Они совершили поклон небу, земле и предкам. Начинаем самую значительную часть нашего торжества! Молодожёны, прошу преподнести друг другу поклон и поцеловаться. На губах Лань Чжаня покоилась мирная, счастливая улыбка. Вэй Ина так растрогали слова ведущего, что он расплакался, утыкаясь в плечо мужа. Тот, приобняв его за талию, нежно гладил по спине. Ваньинь и Хуань поклонились друг другу. Цзян Чэн заробел, ему резко стало страшно, а вдруг жених оттолкнёт его? Вдруг не захочет целовать? Увидев в глазах любимого страх Сичэнь встревожился, что-то не так? Жениху что-то не нравится? Он осторожно взял Чэна за руку и запустил руку в его строгий пучок, успокаивая. Так они простояли около минуты в тяжёлом молчании.. Пока их не прервала плачущо-злостная тирада: –Цзян Чэн! Сичэнь-Гэ! Если вы сейчас не поцелуетесь, я вас сам поцелую! Зря, чтоли, слёзы тут все льём? –Вэй Усянь! Закрой рот! – возмутилась Госпожа Юй, которая тоже почти прослезилась Молодожёны рассмеялись. У Лань Сичэня был нежный смех,такая же нежная и мягкая улыбка, от которой у Цзян Чэна в животе всё узлом завязывалось. У Ваньиня тоже был прекрасный смех, который до боли в ушах нравился Сичэню. Но его, А-Чэна,любимый шисюн всегда сравнивал это с воплями умирающей от чахотки чайки.. Гости слегка посмеялись, и они продолжили церемонию. Руки Ланца легли на талию своего возлюбленного, невесомо притягивая к себе крепкими руками. Глава ордена Юнь Мэн Цзян покраснел, но положил руки на плечи своему жениху, прижавшись носом к носу. Никто не решался сделать первый шаг, но в конце концов глава ордена Гу Су Лань не выдержал и поцеловал жениха,точнее уже мужа. Алые рукава ханьфу чуть задрались. Чэн на секунду опешил, но ответил на поцелуй, практически заваливаясь на мужа. Сичэнь придержал его за талию, едва не приподнимая над землёй. Поцелуй вышел идеальным. Не нежным, но и не как прелюдия. Страстный пожар загорелся на губах, и они старательно сцеловывали его с чужих губ. Стоило на секунду забыться, как снова что-то случилось. Шицще взвизгнула, а умирающая от простуды чайка*, то бишь Вэй Усянь, заржал. Цзян Ваньинь обернулся на них, отрываясь от супруга. –Что случилось? –Ничего! Аххаахах! Совсем ничего не случилось! Ахахахпхпх! – Усянь даже не застеснялся смеяться на весь зал свадебной церемонии. – А-Чэн, всё хорошо! А-Сянь и А-Лин просто ущипнули меня. Цзян Чэн нахмурился, но промолчал. *** –А-Чэн, любовь моя, душа моя.. – хрипло постанывал Лань Сичэнь, входя и выходя в любимого. Пока тот извивался под ним в их первую брачную ночь. –А-Чэнь.. Боги, демоны.. Ты идеален.. – почти выкрикивал Цзян Ваньинь, вцепляясь в простыни, края подушки, а иногда в волосы мужа, которые спадали ему на плечи. Они целовались практически без остановки, останавливалась лишь на несколько секунд, чтобы восстановить дыхание и заявить о вечной любви. *** Спустя недолгое количество времени после разрядки Цзян Ваньинь первым подал голос: – Сичэнь.. –Да, душа моя? – О чём с тобой тогда говорил старик.. Ну, когда Вэй Усянь подслушивал!... –А, тогда.. Зачем это тебе, любовь моя? –А почему ты это скрываешь? Есть что? Лань Хуань вздохнул. – Нет конечно, любовь моя, мне нечего от тебя скрывать. Дядя предлагал выйти замуж за наследника клана Су, Су Шэ. Мол, он состоятельный молодой человек.. Приличный, с манерами, добрая душа. –А я? Я какой? Я, по твоему, несостоятельный, злой и старый? –Нет! Конечно нет! Как ты мог так подумать?! Тебя я люблю любым. Поэтому и позвал замуж, чтобы быть с тобой до старости! В любви и грусти, в счастье и злости. Очень люблю тебя, ты моя душа , ты моё сердце и моё счастье! Твой характер как игра гуциня на душу, среди всех этих идеалов. Да ты весь лучше всех. –Ладно.. Ваньинь подался к супругу и они слились в мокром поцелуе. *** Вэй Ин с Лань Ванцзи лежали в гостевых покоях. –Лань Чжань, ты не спишь? –Мгм. –Как думаешь, если завтра А-Чэн проснётся в курятнике - он будет сильно кричать и драться? –Думаю да. –Отлично! Пошли, ты должен мне помочь! Уговоришь Сичэнь-Гэ, чтобы он спрятался от своего же мужа. Лань Чжань только вздохнул, но всё же одел себя и супруга. Они отправились в покои молодых. Ханьгуань-Цзюнь уже думал постучать, но Усянь перехватил его руку, шикнув. –С ума сошёл? Они спят как мы во время аннигиляции солнца. Любой шорох и Цзян Чэн вскочит как контуженный. –Как мы будем его перетаскивать? –А кто сказал, что перетаскивать? Мы устроим ему курятник прямо в постели. Они осторожно вошли в комнату Вэй Усянь, не смотря на достоинства брата и его мужа, легонько толкнул Сичэня в плечо. Когда тот приоткрыл глаза, то слегка удивился.. Младший брат, его супруг... Усянь показал энак «Молчи!» приложив палец к губам, а потом поманил пальцами за ними, выходя с Ланем-младшим из покоев. Лань Хуань тихонько накинул на себя алые ханьфу, которые ещё не успел поменять после брачной ночи, а после вышел к брату и Старейшине Илина. Чуть отойдя от двери в коридор он спросил: –Что такое? Вэй Усянь набрал в лёгких воздуха, чтобы выдать очередную сумасшедшую идею: –Слушай, Сичэнь-Гэ, вот мой шиди вышел замуж.. Так, а кем я буду, если не разыграю «любимого» братика? М? Предателем конечно! Поэтому предлагаю организовать ему курятник с доставкой прямо в постель! Для этого нужна твоя помощь, ты должен спрятаться от него. Хотя бы на несколько часов! И с учётом того, что он тоже разыгрывал меня после брачной ночи - всё честно! –А-Чэн мне этого не простит.. Ох,ладно.. Но только ради тебя, Усянь. –Отлично! Дальше всё прошло как в тумане. Вэй Ин носился по дворцу, да в целом по всей Пристани Лотоса, в поисках перьев. Перьевые подушки, набитые пухом игрушки, всё это оказалось у него за считанные десятки минут. Он осторожно, ну, то есть не совсем, распарывал их, осторожно вытаскивал и передавал Лань Хуаню, который относил их к своему мужу, очень осторожно раскладывая по кровати и покоям. К семи утра всё было готово. Цзян Ваньинь, как глава ордена, вставал раньше всех, в восемь утра. Солнце потихоньку взошло, окрашивая всё вокруг своими лучиками..