«Ритм чужого дыхания» — фанфик 13 карт по шипу ПикоВару

Прошло три месяца. А может быть, три года — для Вару время перестало иметь значение в ту самую ночь, когда рев мотоцикла Пика растаял вдали и больше никогда не повторился. Фёдор оббил пороги всех полицейских участков, клоны неделями прочесывали городские окраины, заброшенные заводы и лесные массивы. Куромаку выстраивал сотни графиков вероятных маршрутов, но Пик будто стер себя из реальности. Он не оставил ни записки, ни следа. Он просто вычеркнул их всех из своей жизни, как досадную ошибку. Жизнь в квартире Фёдора, вопреки всему, продолжалась. Зонтик, выплакав все слезы, постепенно нашел утешение в спокойной и надежной поддержке Куромаку. Теперь они часто сидели вдвоем в библиотеке: Куромаку читал, а Зонтик рисовал что-то в альбоме, изредка мягко улыбаясь своему новому спутнику. Феликс и Ромео вовсю строили свои «идеальные отношения», наполняя дом розовым шумом. Даже Данте и Габриэль нашли свою гармонию в бесконечных разговорах о вечном. И только Вару остался прежним. И одновременно — совершенно другим. Каждый вечер, когда сумерки сгущались над городом, Вару натягивал свою старую худи и уходил. Он не шел в парк или в кино. Его путь всегда заканчивался у того самого старого гаража. Он взламывал замок — это было легко — и заходил внутрь. Там всё осталось так, как в тот последний дождливый день. Тот же запах машинного масла, пыли и старого железа. Вару садился на тот же перевернутый ящик и просто смотрел на пустой верстак. — Эй, рогатый, — шептал он в пустоту, и его голос дрожал. — Я тут новую шутку придумал. Обоссышься со смеху... если вернешься. Но ответом ему была лишь мертвая тишина. Вару знал, что это бессмысленно. Он понимал, что Пик, если он жив, сейчас где-то очень далеко, и, возможно, он нашел то самое место, где нет лжи, предательства и «пустых мест». Но ноги сами несли его сюда. Он вспоминал их сговор с Куромаку. Вспоминал то поддельное письмо и диктофон. Теперь, в этой удушливой тишине гаража, Вару отдал бы всё — свою свободу, свои глаза, свою жизнь — только чтобы вернуть тот момент и просто промолчать. Чтобы Пик был счастлив, пусть даже с Зонтиком. Пусть даже не глядя на Вару. Лишь бы он был в пределах досягаемости. — Ты ведь не вернешься, да? — Вару снял очки. Без них его глаза выглядели непривычно беззащитными и воспаленными от вечного недосыпа. — Ты всегда был слишком гордым, чтобы прощать. Однажды Фёдор пришел за ним в гараж. — Вару, пойдем домой. Его нет. Его больше нет, понимаешь? Вару лишь криво усмехнулся, не оборачиваясь. — Иди, Федя. Тебя там Желтый ждет с печеньками. А я еще немного посижу. Вдруг он забыл какой-нибудь ключ... вернется забрать. Фёдор ушел, качая головой. Вару остался один. Он лег на холодный бетонный пол, прикрыл глаза и представил, что где-то рядом снова слышится тяжелое дыхание и лязг металла. Это была его личная тюрьма, которую он построил сам. Его вечное наказание — ждать того, кого он сам же и прогнал. За окном гаража начинался дождь. Такой же, как в тот день, когда всё могло быть иначе. Но теперь дождь не объединял их под одной крышей. Он просто смывал следы того, кого больше не существовало для этого мира. Вару закрыл лицо руками и впервые за эти месяцы позволил себе заплакать. Тихо, беззвучно, чтобы не нарушить покой этого склепа их несостоявшейся любви.