Соединяясь вопреки

На мероприятии слишком много людей, по мнению Хикару. Честно, он терпеть не может такие места: алкоголь в изысканных бокалах, снобы и светские львицы в вычурных нарядах, от которых несёт духами и одеколонами. Их улыбки кажутся фальшивыми, и Хикару от такого не по себе. Он тяжело вздыхает, думая о том, чтобы пойти домой постримить, но взгляд цепляется за кудрявую макушку, и Накамура понимает, что никуда он не уйдёт. Он слышит, как возле него кто-то присаживается на барный стул, но не поворачивается, следя за тем, как Магнус в привычной манере скучающе беседует с важными шишками, на которых ему плевать с высокой колокольни. — Ты знаешь, кто такой Магнус. Он никогда даже не посмотрит на тебя. Разве что посмеяться, — Хикару сжимает в руках бокал так сильно, что человек рядом опасается, как бы тот не треснул. — Не злись, я лишь хочу защитить тебя. Ты сам не понимаешь, на что себя обрекаешь. — Что, если я хочу этого? — Что? Чтобы он над тобой смеялся и издевался? — Хочу любить его, — Хикару смотрит на собеседника, и тот с сомнением окидывает его взглядом, словно оценивая шансы. Это довольно унизительно. Хикару хочет уйти от этого разговора, но прежде знать вердикт. Какие у него шансы? — Ты пожалеешь об этом. Не говори потом, что я не предупреждал тебя, — мужчина уходит, оставляя его наедине с мыслями. Хикару не отрицает. Этот человек прав, Накамура уже знает натуру Магнуса. Но отвернуться от него уже не может. Он чувствует себя жрецом лично им увиденного бога. Того, кого не достать. Того, кто требует жертв. Того, кто никогда не взглянет на него как на равного. Того, кто убьёт его и даже не заметит. Но Хикару готов. Его служение не требует у Магнуса взаимности. Даже благодарность предел его надежд. Но он служит не ради спасения своей души, как священники и жрецы других религий. Его Бог — уничтожитель. Хикару служит ему, потому что его мощь сильнее всего, что он когда-либо знал. Он восхищён. Он трепещет. И если Магнус ничего от него в конце концов не оставит, что ж, значит, так и надо. Это его судьба, и он примет её смиренно. *** Конечно, Магнус уже давно привык ко встречам со спонсорами. Он занимался таким с детства, и пускай сейчас диалог ведёт уже он, а не его отец, Карлсен всё же с лёгкостью очаровывает всех. Магнус, правда, сомневается, что дело в его невероятных навыках смолл-толка. Скорее, его результаты в шахматах, но о них волноваться не приходилось, так что всё шло примерно по одному сценарию. Скучно, но необходимо. А потом он видит Хикару, и ему приходится сделать паузу, чтобы собраться вновь с мыслями и продолжить беседу. Внутри него распространяется подобно алкоголю чувство радости и азарта. Он уже думает, как бы избавиться от внимания людей и проскользнуть к бару. Не то, чтобы они были друзьями. Но Магнусу нравится Накамура. Он не думает, что чувствовал бы такое даже к своим лучшим друзьям. Странное чувство, словно он хочет забрать его с собой, укрыть ото всех, как драгоценность. Но в то же время они соперники. Многие назвали бы их врагами. Сам Хикару тоже наверняка так думает. Но Магнусу кажется, что о вражде в их случае речи не идёт. Ему просто очень нравится Хикару. И очень нравится играть с ним в шахматы. Он уже вежливо прощается с группкой богачей и идёт в сторону американского японца, как взгляд цепляется за мужчину в чёрном слева у колонны, который с лёгкостью роняет слова: — Хикару ненавидит тебя. Он мечтает о том, чтобы тебя никогда не было в его жизни, — Магнус поворачивается и с тяжёлым взглядом встречает говорящего. Эти слова прошлись раскалённым ножом по нему. Тот человек даже не моргает, становясь рядом с ним. — Это ложь. — Нет. Он видит в тебе монстра, который похоронит его, — человек, кажется, ядовито торжествует, глядя, как задевают Магнуса эти слова. — К чему тебе он? Он жалок. Он мерзкий урод. В нём нет ничего хорошего. Магнус не может скрыть отвращения, поджимая нос. — Я слышу от тебя одну лишь ложь. Уходи, — его голос холоден и твёрд, подобно льду айсберга. В ответ слышится лишь усмешка. — Ты пожалеешь. Магнус чувствует, словно его сначала бросили в адское пекло, а потом облили из ледяного душа. Он с усилием заставляет себя сбросить напряжение, сковавшее тело за время этого странного разговора. Магнус думает, что пусть так и будет. Пусть Накамура ненавидит. Пусть считает монстром. Он не откажется от него. Пусть Хикару прогонит его. А до тех пор Магнус будет верить, что шанс есть. Что это ложь. *** — Пойдём отсюда, мне здесь не нравится, — Хикару чуть не давится напитком от неожиданности, когда в полуметре от него возникает Магнус. Он разворачивается к нему всем корпусом, откровенно пялясь, словно это Санта подошёл к нему посреди этого званого ужина. — Что? — Магнус, кажется, недоумевает из-за его реакции, будто только что не он попросил своего соперника уйти вместе с мероприятия со спонсорами. — Эм, ну... у нас дела? — Да? — Карлсен оглядывается. — Не видел, чтобы с тобой кто-то разговаривал сегодня, — непосредственно отвечает он, и Хикару хочется ударить его прямо там, но Магнус прав. Сегодня никто особо им не заинтересован. — Но с тобой да. Ты же мистер Бог Шахмат, ты наш главный источник денег, — Хикару пожимает плечами. Магнусу кажется, что это чересчур прямо, но это заслуженно за его замечание, так что они квиты. — Мне всё надоело. Что было обязательно, я сделал. Я хочу уйти, — объясняет он, и Хикару усмехается. Ну конечно, Золотому Мальчику здесь слишком скучно. — При чём здесь я? — Хикару кладёт пустой стакан на стол, спрыгивая со слишком высокого стула. Магнус начинает хихикать, и Накамура не удерживается от того, чтобы шлёпнуть его по плечу. — Эй! — Ты такой маленький. — Ты буквально младше меня... — Хочу поместить тебя в кармашек и унести, — не прекращая смеяться, говорит Магнус, и Хикару краснеет на глазах. — Чего?.. — Что слышал. Пойдём, а то сейчас меня опять уведут, — Карлсен уводит его за плечи на свежий воздух, и Накамура даже забывает сопротивляться от осознания всей ситуации. Они бредут вместе чёрт знает куда. Магнус, кажется, очень доволен. Хикару не понимает ни черта, но когда дело казалось Магнуса Карлсена, порой оставалось лишь положиться на него и следовать за ним. Его слова про кармашек не выходили из головы, как и таинственный незнакомец, который какого-то чёрта читал его мысли. Хикару сейчас даже кажется, что он в каком-то бредовом сне. — Ущипни меня. — Хочешь проснуться? — Магнус с улыбкой поворачивает голову в его сторону. Но Хикару кажется чересчур серьёзным. — То есть это реально сон? Магнус усердно щипает его плечо, и Накамура вскрикивает от боли. — Видимо, нет, — с неизменной улыбкой заключает Магнус и идёт дальше. — И раз уж мы оба в этом только что убедились, мне нужно, чтобы ты ответил на один очень важный вопрос. — Окей, что за вопрос? — интересуется Хикару, потирая плечо. Чёртов Магнус. — Ты ненавидишь меня? Только честно. Хикару останавливается на месте. Это сложный вопрос. Магнус поворачивается с ожидающим выражением лица, но по нему видно, что он хочет услышать немедленное опровержение. — Зачем тебе это? Какая разница? — Хикару не хочет говорить о чувствах. Их отношения не про любовь, он всегда это знал и принимал. К чему же сейчас этот вопрос? Магнус не очень довольно выдыхает через нос. Разве так сложно сказать да или нет? Слова незнакомца жгут под черепом. Где-то в глубине души он подозревал, что Хикару может ненавидеть его, но он никогда не признавал этого. Конечно, всё сложно, но это не значит, что этот человек рядом с ним желает ему худшего, не так ли? Не так же? — Да или нет, Хикару? Хикару смотрит на него устало, будто этот вопрос ему уже надоел. Чего Магнус не знает: Накамуре и самому себе трудно порой признаться в том, что именно он чувствует к человеку, который так легко разбирает его по кускам, словно это ничего ему не стоит. А для Хикару это — всё. Но он не ненавидит его. Больше нет. — Нет, — произносит он нехотя. Магнус начинает светиться подобно лампочке, и Хикару становится тяжело на душе. Чему он так радуется? Словно бы это что-то меняло. Будто только то, что он не ненавидит его, исправило бы всё в их жизнях. — Это хорошо. — Почему? — Потому что ты мне нравишься, и мне было бы грустно, если бы ты меня ненавидел, — с поразительной простотой отвечает Магнус, и Хикару хочется умереть прямо там, где он стоит как вкопанный. Вместо этого он болезненно смеётся, достаточно громко, чтобы заглушить поток своих мыслей, но недостаточно, чтобы убедить Магнуса в искренности хохота. — Что? — Это очень смешно, но больше так не делай, — он проводит рукой под глазами, словно вытирая слёзы от смеха, но на деле отчаянно пытается взять себя в руки. — О чём ты? — Не может быть такого, чтобы я тебе нравился, — отвечает он так, будто это очевидная истина и ему странно, что её приходится проговаривать. — Ты чёртов Магнус Карлсен. Лучший в мире шахматист, человек, у которого есть всё, что ему нужно, тебя обожают... — Как это противоречит тому, что ты мне нравишься? — Магнус скрещивает руки на груди, и Хикару бесит, что он не понимает, что они слишком разные. — Всем! Магнус, ты можешь выбрать любую красотку, да хоть десять. — Я выбираю тебя. — Это бред, — незамедлительно отвечает Накамура. — Хикару... — Даже не говори мне ничего. Это бред. Я не знаю, кто тебе и что сказал обо мне, — раздражённо тараторит он, — я не знаю, в какую сказку ты там поверил, но... — Но что? — спрашивает на повышенном тоне Магнус. — Но это невозможно, — решительно заключает Хикару. Магнус бы засмеялся, но это грустно. Это раздражает. Но потом он всматривается в Хикару, и злость проходит, словно волна отхлынула от берега. Упрямый баран, но разве не за это он его любит? — Ты любишь меня? — и Магнус своими глазами видит, как распадается броня Хикару, которую он так старательно возвёл за это время. Он растерян, словно готовился к чему угодно, но не к этому вопросу. Магнус подходит ближе, так что Хикару приходится поднять голову, чтобы смотреть ему в глаза. — Ты не можешь меня спрашивать о таком. — Да или нет, Хикару? Внутри чёрных глаз напротив борьба страха и желания, неверия и надежды. Магнус хочет наплевать на всё, поцеловать его и закрыть этот вопрос, но Хикару требует большого терпения и свободы. Поэтому Карлсен ждёт терпеливо, следя за тем, как сомнения съедают мозг Накамуры, но уходят под властью решимости. Это выбор, который он даёт ему, потому что это немногое важное, что он действительно может ему дать, а не забрать себе. На самом деле, Магнус уже знает ответ. Но почему-то всё равно удивляется, когда Хикару с невиданной для него уверенностью и твёрдостью отвечает: — Да. Я люблю тебя. Магнус даже замирает и задерживает дыхание, опасаясь, что Хикару заберёт слова назад и снова закроется, но Накамура стоит перед ним с прямой и гордой спиной. Чего Магнус не знает, так это того, что Хикару в глубине души всегда гордился своей любовью к своему заклятому врагу. Это была его вера в самолично воздвигнутого им бога. Он боялся признаться Магнусу, да. Но он никогда не стыдился этих чувств. Когда Магнус касается его щеки, что-то в мозгу щёлкает, и Хикару закрывает глаза. Поэтому их первый поцелуй он помнит по ощущениям холодных чуть сухих губ на его мягких и по ладоням, что едва ли держали его голову, словно в любой момент Магнус был готов к тому, что Хикару отстранится. Но он этого не делает, и секунды тянутся так, словно они вышли за пределы времени, и страхи и неверие отступают. Ненадолго. Хикару отталкивает его так резко и внезапно, что Магнус на пару секунд теряет равновесие. — Так всё. Хватит. Карлсен с недоумением смотрит ему вслед, настолько ошарашенный, что даже не может ничего сказать. Но лёд тронулся.