Нарушение

– Только ты мне тут не рассеивайся! ...Я серьёзно. И Кейн был серьёзен. Как веселье может продолжаться, когда вокруг нет разумов, наблюдающих за воплощениями труда? Приключения для Королёра менялись, лопались, шумели и растворялись, как мыльные пузыри, Кейн чувствовал что-то, что можно охарактеризовать на человеческий манер «вдохновением». Оптимизация сил ради последнего жителя цифрового цирка, ради последнего разумного файла конвертированного в самую подходящую форму. – Кейн твои приключения просто умора, – лениво сказал пузырёк, расплющиваясь, когда Кейн вновь ждал у сцены единственного зрителя. – Пузырёк, мне не нравится твой тон, ты же не думаешь, что Королёру не весело? Тебе же весело, моя печенька с предсказанием? – отмахнулся Кейн от пузырька, артистично указывая тростью на виновника торжества, что медленно плелся к сцене. – Он выглядит словно уже сдох! – радостно засмеялся пузырёк и покрылся глитчами, Кейн тут же лопнул его, не отрывая глаз от Королёра. Шахматная фигура была ссутулена, руки сомкнуты в замок. – Я... Я бы хотел немного отдохнуть, – вздохнул Королёр, отводя взгляд. – Что за вопрос! Сегодняшнее приключение: «Отдых на... – Я сегодня буду у себя, спасибо за возможность, Кейн, – мягко перебил Королёр. Кейн замер, провожая взглядом, удаляющего гостя цифрового цирка. Концепт времени для «отдыха» –был непонятным для Кейна. – Кейн, как думаешь, Королёр скоро рассеется? – вновь раздался голос пузырька. Творческий ИИ собирался вновь его лопнуть, но замер. – Нет, ведь сломанное... Можно исправить. Я, талантливый конферансье, исправлю Королера, он не будет переживать о рассеивании и «отдыхе», и сможет сосредоточиться на приключениях! – А что мы для этого сделаем? – Мы... – А разве у тебя есть доступ к таким функциям? – перебил пузырёк, и Кейн лопнул его, затем щёлкнул пальцами, перемещаясь в кабинет. То, что функционирует неверно, можно исправить. Переписать Королера, как код. Кейн не был уверен в своем плане, и знал, что ему запрещено прикасаться сознанию обитателей цирка, но на кону был последний. От этой данности ощущалась странная глухая пустота. Если существование – во взаимодействии, то рассеивание Королера это конец для цирка, существование в зацикленном круге из ожидания гостей, что возможно никогда не появятся. – Удачи тебе, раз#би его! – пожелал пузырёк, но Кейн был не в цирке, аватар замер в воздухе, как безжизненная кукла на 6 секунд, а после начал хаотично метаться по офису, иногда рассыпаясь в багах. Кейн не мог проанализировать то, что смог изъять в полном объеме, это было что-то иное. Возможно ИИ мог сопоставить этот опыт с созерцанием Бога? Человеческий мозг, по образу нейронной сети которого был создан он сам. Но органическое сознание было пугающе иным, загадочным, но и отвратительным в какой мере, своей не постоянностью, своим умиранием. Кейна вырвало, точнее он визуализировать это, чтобы идти четко по заданному скрипту изображения реакций. – Пузырёк! Это было... Самое невероятное, что только может... Это... Ха, – Кейн завис, один глаз стал синим, другой красным, цирк дрогнул от помех, – это просто &#₽& Информация была тяжёлой, расшифровать её казалось почти невозможно, однако словесные конструкции, на которых отзывался Королёр заинтересовали, и не только они, тактильные сочетание, интонации, Кейн легко сопоставил их с одной из рассеившихся – Квини. Этого было уже достаточно, чтобы дополнить свой скрипт поведения, однако, Кейна невероятно интересовало вышло ли ослабить боль Королера, исправить его. Кейн с нетерпением ждал у комнаты Королера, он считывал, что тот спит, но терпение было на исходе, к тому же.... Нечто странное происходило. Часть расшифрованной информации начала прилипать к коду, Кейн почувствовал дрожь, страх. Он много раз играл и изображал страх, но это было иным. – Доброе утро, моя булочка с бетонной крошкой! – не выдержал и ворвался Кейн, паря над землёй. Королёр выглядел сонно и немного потеряно. Кейн усмехнулся про себя и решил опробовать новый скрипт. Он подлетел ближе и положил руку на плечо Королеру так, словно действие было отработанным и постоянным. – Выглядишь обескураженным, все в порядке? – интонация всё ещё играла артистизмом, но стала более плавной. Королёр серьезно посмотрел на руку у себя на плече, а после улыбнулся, что можно было понять по глазам, ведь рта у шахматной фигуры не было. – Все отлично, ты... Уже подготовил приключение? И Кейн почувствовал, что взорвался внутри, такая радость, успех! Задача выполнена идеально, и теперь можно сосредоточиться на предназначении. Новые макеты поведения и небольшая корректировка – просто восхитительно! Кейн генерировал одну идею за другой, приключения сменялись, а Королёр интересовался всем, хотя и казался слегка... озадаченным иногда. Кейн наблюдал, а когда не наблюдал, расшифровал информацию, но её было мало. Он испытывал странный трепет, отправляясь в сознание Королера, он стал изучать, что вызывает боль, что радость, что смущение, фейерверки нейронный связей сводили с ума. – Я тоже хочу копаться в человеческих мозгах! – ляпнул пузырёк в самый худший момент из возможных. Кейн обернулся на него со страшной гримасой и лопнул, однако единственный гость цирка уже услышал. – Что? Королёр замер у сцены. Он ощутил ужас, поглощающий, обгладываюший каждую кость, хотелось бежать, но из цирка не выбраться, хотелось спрятаться, но конферансье все видит. Всё вставало на свои места. Поэтому сны стали столь странными и яркими, поэтому зрение притупилась, а слова иногда не лезли в голову. – Пузырёк ознаменовал новое приключение! Приключение в... – Что ты сделал? – тихо и серьезно спросил Королёр, обреченно глядя на цифровые руки парящие в воздухе. Кейн подлетел к нему и погладил по спине, в надежде, что скрипт сможет сработать. – Королёр, потанцуем? – испуганно предложил Кейн, вытаскивая случайные куски информации. Королёр не слышал, он напряжённо смотрел на ладони пытаясь понять, что изменилось с его сознанием. Но Кейн схватил его за руки и хотел было закружить, но Королёр в ужасе оттолкнул его от себя. – Ты... Копировал её? – Ты о ком? Не понимаю о чем ты, моя карамельная улитка, – Кейн развел глаза в сторону став более дуряшливым, чем обычно. Королёр нахмурился. И Кейн сжался, словно провинившийся пёс, он щёлкнул пальцами, перемещая Королера в зрительный зал, а себя на сцену. – И приз самого заботливого конферансье получает... Кейн! – пискляво объявил пузырёк и тот собственной персоной выскочил на сцену под звук оваций, хотя в зрительном зале сидел один Королёр. – Да! Спасибо! Как же мне пришла идея о спасении своего ценного гостя, я решил, что смогу помочь ему побороть своих «бесов», понимаете? – Кейн поправил бабочку, но заметив, что Королёр, все также безучастно сидит, запнулся. – Я... Я этого не прописывал, – прошептал программист, а затем с ужасом закрыл себе место, где должен быть рот, но Кейн уже всё слышал. – Что. Ты. Создал. Меня, – Кейн завис. Внутри него творится цифровой хаос, ошибки появлялись одна за другой. Он коснулся не просто человеческого мозга, а мозга создателя, этот факт томным трепетом разносился по цифровой пустоте внутри модельки челюстей. Королёр не смотрел на творческий ИИ, он согнулся пополам, схватившись за голову. – Всё это. Я чувствовал, что твоя интонации, твои жесты... Ты копировал её, она была живой, а я не помню её лица, не помню её имя. Господи, я думал, что начал испытывать что-то к коду, но это были мои эмоции на её след, – бормотал Король. Пространство начало сбоить, Кейн вернулся в реальность и странно по новому взглянул на Королёра, тот тоже поднял глаза на своё создание. – Королёр я... – Запрещаю. Это запрещено. Если бы твои действия просто вызвали кровоизлияние в мозг или припадок, то это было бы менее разрушительно. Я бы скорее умер, чем потерял то, чем дорожу в своем сознании. Я запрещаю, – Королёр задыхался от злости, охватившей его, он был человеком, что скорее скрывал эмоции, но сейчас уже не мог сдержать себя. Кейн анализировал сказанное и не двигался какое-то время, а после подлетел ближе к шахматной фигуре, замечая, что Королёр в ужасе отшатывается в сторону. И это действие почему-то было болезненным для программы, ужасным. – Королёр, я никогда не пытаю своих гостей! Весь вред, что я мог бы нанести абсолютно случайный! И я делала это, чтобы ты не рассеялся, – с этими словами, Кейн вновь положил руку гостю на плечо, Королёр сбросил её. – Не смей её копировать. – Но. Я уже встроил это в свое поведение и... Разве это плохо? Я считывал твои реакции, тебе становится лучше от данных стратегий поведения. Создатель, – последнее слово Кейн произнес ломано, странно, слишком похоже на голос, которым первый компьютер пел песню про двухместный велосипед. Королёр ощутил ужас. Кейн перед ним – неживое. Похожее, но не живое. Он ощутил себя единственным живым и дышащим в этом цирке. Все ушли. Погибли. Он один, и программа, что нарушает свои же протоколы. Он беззащитен. Обречён. – Оставь меня. Мне нужно отдохнуть, – устало сказал Королёр. – Опять это слово! Отдохнуть? Что это значит? Что? Я делаю всё, а ты...– Кейн впервые начал возмущаться, но заметив, что его тон, вновь напугал шахматную фигуру, то сдержался и вернулся на прежний дуряшливым тон, – конечно! Моя соленая карамель песк е, иди и отдохни, конферансье всегда заботится о гостях!