The Avenger

— У тебя закончились колёса, — подводит итог Чуя. — И теперь тебе пиздец, — продолжает, покосившись на парня. Он облокотился на подоконник и курил в форточку сигарету, одновременно следя за Дазаем, который метался из стороны в сторону, обнимая себя руками, сдерживая внутреннюю дрожь. Да, Чуя хорошо знал, как выглядит ломка. Агония настигает тебя не сразу. Ты медленно сходишь с ума. Последствия после употребления опиатов на постоянной основе Накахара видел чаще всего. Трэвор, к примеру, просил запирать его с бутылкой воды и бутылкой русской водки в ванной и ни при каких условиях не выпускать. Так, он избавился от зависимости длиною почти в год. Через что он прошёл, одному Богу известно. Ну и скромному Чуе, который сыграл не последнюю роль в его трезвости. Зря он, что ли, на протяжении недели слушал про себя всякие гадости через дверь ванной? В общем, возвращаясь к взвинченному Осаму. Этому идиоту, может, даже не понадобиться запирание, ведь он кололся и пил таблетки месяца два от силы. Но это всё ещё ощутимый срок. Судя по тому, что он начинает дёргать волосы на своей садовой голове, нервно перебирая пряди. — Чуя… — тянет жалостливо Дазай, его голос звучит надломленно, по-детски беспомощно. Он поднимает глаза с мольбой. — Купи мне таблетки. — Хочешь сдохнуть? — скептически прерывает его Накахара, сильнее сжимая фильтр сигареты между пальцами, взгляд становится жёстче. — Вот именно! — обречённо заявил Осаму, — Я сдохну без таблеток! — Не‑а, — протянул Чуя, равнодушно пожимая плечами. Он выпустил дым в сторону и отвернулся к окну, будто разговор исчерпан. — Обойдёшься как‑нибудь. Дазай уселся на кровать и посмотрел на Чую, как на свою последнюю надежду. Как на единственный шанс спастись. У Чуи внезапно заклокотало что‑то в груди. Такое уже было. Чувство дежавю накрыло его, и тогда Накахара вспомнил ту ночь снова. Уже не мельком, а в красках и до мельчайших деталей. *** — Дазай, давай живее, вечерний обход организуй. Этого мужика звали Луис. И он стопроцентно являлся мексиканцем. Чуя улавливал каждое их движение, притаившись ближе к затхлой земле Виллоукрика. Совсем недавно прошёл сезон дождей, и кусок ствола завалившегося клёна, за которым он прятался, наблюдая, обсырел, покрылся плёнкой. Молодой на лицо брюнет кивнул и направился прочёсывать территорию рядом с трухлявой постройкой. Этого долговязого парня звали, очевидно, Дазай. Чуя прокрутил в голове. Ясно, японец. Ещё одного парня, переговаривавшегося с Луисом, звали Стив. Это Чуя знал наверняка. Потому что именно Стив попался на глаза Чуе первым. Бухой в хлам, он подошёл к Чуе в пабе и заговорил. Его привлекло новое лицо в маленьком городе, без сомнения необычные и знакомые рыжие волосы, французский акцент. Накахара только этого и ждал. Он отправлялся в один из самых мутных пабов Виллоукрика с целью того, чтобы его заметили сами. И всё сработало. Мёртвая точка его самостоятельного расследования наконец‑то сдвинулась. Стив не говорил ничего странного или компрометирующего. Просто предложил выпить туристу, жалуясь на то, что его друг, бедолага Луис, занят важными делами и ему не с кем пропустить по рюмке. Также невзначай спросил о причине путешествия. Чуе немалых усилий стоило, чтобы не впечатать стаканом ему по роже. Он ведь уже прекрасно знал, что Стив точно замешан в пропаже Коё. За раздумьями Чуя не заметил, как японец пропал из поля зрения. Сбоку от него, примерно в тридцати метрах, хрустели ветки под чужими подошвами.  Он притаился. Даже не дышал. «Пора начинать», — пронеслось в мыслях, прежде чем он заметил мелькающего Дазая за стволами деревьев. Если честно, немного понаблюдав за этим парнем, Чуя понял, что он выглядит и ведёт себя как дурак. Отрешённо и неуверенно, слоняясь по лесу и крутя в руках пистолет, Дазай всё время озирался в сторону хижины и сидящих там ублюдков, будто боялся, что его заметят. Какой-то бред. Чуя уж было подумал, что парень вот-вот настигнет его, но тот, вопреки всем ожиданиям, резко подорвался с места! Он просто пустился бежать в дремучий лес, кинув свой пистолет на землю! Почему‑то Чуя решил, что должен броситься следом за ним. Он потом долго не сможет самому себе объяснить этот порыв. Вначале Дазай бежал очень быстро, между ним и Чуей была разительная дистанция. Но когда эхо звонкого смеха и запах дыма от разведённого рядом с хижиной костра остался далеко позади и был заглушён шумом тёмного ночного леса, парень выдохся и заметно замедлился. Тогда Чуя почти нагнал его, но всё ещё оставался незамеченным. Он крадучись следил за запыхавшимся Дазаем, который опирался ладонями об колени и что‑то неразборчиво бубнил себе под нос, как в трансе, тяжело дыша. — Сосите, уроды! — объявил он чуть громче, поворачиваясь корпусом в сторону хижины, и показал двумя трясущимися от адреналина руками средние пальцы, криво ухмыляясь. Немного постояв, опираясь на дерево, он двинулся дальше быстрыми и размашистыми шагами. Чуя сверился по отметинам на деревьях, которые предварительно оставлял, понимая, что скоро они должны упереться в его машину.  Значит, медлить больше нельзя. Подбираясь всё так же бесшумно ближе, одним рывком Чуя запрыгнул сзади на ни о чём не подозревающего Дазая и зажал ему рот рукой, надавливая на лицо. Не ожидавший и, понятное дело, не знающий о преследовании парень был сбит с толку. И был сбит с ног.  Они завалились на мокрые ветки, но Накахара снова вцепился и оседлал Осаму сверху, зажимая мычащий рот ладонью. — Тихо, сука! — сдавленно рявкнул он ошарашенному Дазаю, его голос прозвучал глухо, прячась в шуршащих ветвях. В карих глазах Чуя увидел какой‑то первобытный ужас. Но мычать тот перестал, со временем и трепыхаться тоже. Видимо, дышать нечем. Осаму выпутал руки из захвата и выставил перед собой в мирном жесте, ладони дрожали.  Тогда Чуя заметил это…  Ногтевая пластина на пальцах Дазая едва ли доходила до полусантиметра. Чуя невольно выругался на французском в сторону, нахмурившись. Ему тоже вырывали ногти.  Не пытающийся сопротивляться Осаму продолжал выставлять перед собой дрожащие руки. Накахара ослабил хватку. — Без резких движений, приятель. Иначе пущу пулю, понятно? — произнёс он тихо, но отчётливо. Дазай проследил вниз за взглядом рыжего незнакомца, с которого минутой ранее сорвало от резких движений шапку, и согласно закивал. Ещё бы, ведь у Чуи торчала пушка из кармана. Он судорожно зачерпнул ртом воздух, опуская на мгновенье голову к сырым веткам.  — Ты…! Рыжий француз! — прошипел невпопад Осаму, нервно облизывая губы, глаза расширились от осознания. — Заткнись! — шикнул в ответ Чуя, всё ещё нелепо находясь на Дазае сверху. — Только наполовину, — невзначай добавил он, чуть смягчив тон. — Они сомневались, что ты явишься… — пробормотал Осаму, голос дрожал. — Ну вот, теперь мне точно пиздец… Его выражение лица резко сменилось на натуральный испуг, плечи опустились, он съежился. — А вот я не сомневался, — театрально усмехнулся Накахара, направляя пушку на Дазая. — Какого хрена сбегаешь от подельников? Осаму перевёл взгляд сначала на ствол, затем на Чую. И так несколько раз. — Так, стоп, — Чуя устало опустил руку с заряженной пушкой, провёл ладонью по лицу, стирая следы напряжения. — Хочешь сказать, они тебя тоже похитили? — Ну, типа того… — Дазай нервно облизнул губы, его взгляд все еще метался между пистолетом и глазами Чуи. — Что значит «тоже»? Они тебя уже похищали? — глупо предположил он, прокручивая шестерёнки в своей адреналиновой голове, голос дрожал от смеси страха и растерянности. — Не меня, дурень! — вконец задолбавшийся Чуя потрёл пальцами переносицу, выдохнул сквозь зубы. — Коё Озаки. Знакомо? Дазай вдруг задумался на несколько секунд. Его лицо на мгновение застыло, словно он пытался выудить воспоминание. Затем с внезапным энтузиазмом закивал, глаза расширились. — Отлично, — улыбнулся Чуя от накатившего предвкушения, в глазах вспыхнул хищный блеск. Он чуть подался вперёд, голос стал тише, но твёрже: — Сколько ублюдков в доме? Дазай завис на долгие секунды, пристально разглядывая пистолет в руках Накахары. Тот, заметив это, спешно убрал его обратно в карман. Движение вышло резким и раздражённым. — Двое, — наконец отвис Осаму, голос звучал глухо, будто он только сейчас до конца осознал своё положение. — Стив и Луис. — Класс, — Чуя коротко кивнул, на губах мелькнула кривая усмешка. — Сколько оружия у ублюдков? — Они… — вдруг до Дазая дошло, его лицо исказилось. Он прошептал: — Найдут меня! И грохнут! — Успокойся, блять! — резко оборвал его Чуя, голос зазвучал жёстко, почти угрожающе. Он подался ближе, сверля Дазая взглядом. — Сегодня я их грохну. Сколько у ублюдков оружия? — По стволу носят при себе, — торопливо выпалил Осаму, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — В хижине не сосчитать. Там ещё ящики с боеприпасами. — Хуево, — Чуя нахмурился, на мгновение замер, обдумывая план, затем взвёл курок одним резким движением и снова направил дуло на Дазая. Металл холодно блеснул в темноте ночного леса. — Но спасибо. — Чувак! Ну не‑е‑ет… — вымученно простонал Дазай, — Я ведь был так близок к свободе… Осаму упал на колени, склоняя голову перед Чуей. Его плечи мелко тряслись, он судорожно втянул воздух, будто пытался сдержать рыдания.  — Ладно, Дазай, — Чуя медленно опустил пистолет, сделал шаг назад. В его взгляде мелькнуло что‑то похожее на сочувствие, но тут же исчезло, сменившись привычной холодностью. — Поднимайся. Он протянул руку, предлагая помощь.  — Поможешь разобраться с ублюдками? — голос Чуи прозвучал ровно, без эмоций, но уголки губ снисходительно приподнялись.  «Сможешь теперь стать союзником или останешься жертвой?» Осаму поднял удивленный взгляд на Чую.  И, не раздумывая, ухватился за протянутую руку.